Разнообразия ради

      Ещё в коридоре он слышит довольные стоны и какие-то посторонние звуки. Что ж, похоже маленький хитрый лис нашёл, чем себя развлечь. Скарамучча снимает легкую куртку, оставляя её на вешалке, щелкает замком в двери и идёт на звуки.       Как и ожидалось, Аякса он нашёл в своей спальне. Посторонними звуками оказалось видео, включенное на телевизоре, — откровенное БДСМ с кляпами, игрушками… Но Скарамуччу удивляет отнюдь не это. Полупрозрачный халат был распахнут и приспущен до локтей, за спиной распушилось несколько хвостов, а неожиданно длинные волосы собраны в высокий, но несколько неряшливый хвост.       — Чем ты тут… занимался… — взгляд Скарамуччи плавно перетекает вниз, останавливаясь на влажном животе и все еще твердом члене.       — Ну… Я решил погулять, немного походил по магазинам и вернулся обратно, — начинает перечислять Аякс, но его голос слегка дрожит, словно он возбужден уже длительное время, но желаемого так и не получил, — Дома разобрал покупки, попробовал воду, которую мне дали подарком, и решил…       — Так, на моменте с водой можем остановиться.       На минуту, которая показалась слишком долгой, в комнате были слышны только звуки из телевизора, где уже опробовали, кажется, все виды вибраторов. Скарамучча не выдерживает первым, выключая его, и с облегчением вздыхает. На одну проблему меньше. Ко второй он поворачивается лицом, рассматривая просящее лицо, навостренные ушки и влажные розовые губы, которые он то и дело кусал.       — Пошли в душ, — Скар берет кицунэ за руку, но утянуть его на себя не получается, — Что?       — Неужели не поможешь мне? — Аякс наклоняет голову вбок и игриво виляет хвостами.       — Именно это я и пытаюсь сделать, но ты почему-то мне все ещё мешаешь.       — Я не могу идти.       Прежде чем Скарамучча успевает спросить, Аякс уже тянет его на себя и опрокидывает сверху. Тоненький халат, обрамленный пушистым мехом, где-то рвётся, но лису сейчас плевать. Он затягивает брюнета на себя сверху и нетерпеливо ерзает, обхватывая парня ногами.       — Я вымою твои хвосты, ты же любишь.       — Вытащи, — тихонько просит Аякс и виляет бедрами.       До Скарамуччи доходит далеко не сразу, но по мере понимания он краснеет все сильнее и тяжело сглатывает. Кажется, в животе что-то приятно крутит от всей этой картины и самой просьбы, но неужели Аякс решил опробовать что-то настолько новое?       — Смеёшься? — но кицунэ только отрицательно качает головой, выкручивается, чтобы лечь на живот, и как можно выше приподнимает бедра. Халат полностью соскальзывает с его тела, а взору брюнета предстал яркий фиолетовый кристалл — единственная часть игрушки, которая оставалась снаружи, — Тебе же всегда нравилось, когда ты, а не тебя, м?       Скар с легким нажимом обводит пробку по внешней части, и лис начинает извиваться, прося о большем. И кто Скарамучча такой, чтобы отказать? Он берется за металлическую часть и тянет игрушку, но на самой широкой её части резко вгоняет обратно, срывая громкий стон у лиса.       — Хочу узнать, каково быть на твоем месте, — быстро мямлит Аякс, шмыгая носом.       — Интересно, кто этот гений, который дал тебе воду с возбудителем?       Скарамучча забавляется, то вытаскивая пробку до определённой части, то вжимая её в Аякса до самого основания. Прежде он не представлял себя главным в их странных отношениях. Но сейчас внезапно оказалось, что это куда более интересно.       — П-прекрати издеваться… — хнычет кицунэ в подушку и прижимает ушки к голове.       — Да брось, это твоя любимая часть, разве нет? — добавляя смазки, Скарамучча в очередной раз вгоняет пробку как можно глубже и вместе с ней сбоку внутрь входит один палец.       — Кх, Скар! Я ведь до-остаточн-но растянут, — Аякс дергает бедрами в попытках избавиться от инородных тел внутри, но не выходит. Протяжные стоны заглушает подушка, а Скарамучча медленно добавляет второй палец, начиная обоими двигать, от чего игрушка часто проворачивается и то слегка выскальзывает, то вновь входит.       — У меня такое чувство, будто ты буквально решил залить смазку в себя. Ее так много… Расскажи мне, чем ты занимался в мое отсутствие?       Лис упрямо не отвечает, зарываясь носиком в мягкую подушку, которую он все сильнее прижимал к себе. Любопытство брюнета распалялось.       — Неужели лисенок стащил пару моих вещей и занимался извращениями? — говорит Скар первое, что приходит на ум, но хвосты лиса внезапно распушились еще сильнее и почти легли на спину владельца, как бы закрывая его от брюнета, — Вау, как интересно.       Скар аккуратно убирает игрушку и снимает одежду с себя. Он ловит хитрый и похотливый взгляд лиса и хватает его за основание нескольких хвостов, заставляя приподнять зад на нужный уровень. Кицунэ тихо скулит, но безоговорочно подчиняется — слишком сильно он возбужден, чтобы оттягивать все еще больше.       Быстро смазав член, Скарамучча с легкостью вошел в подготовленную дырочку. Смазка, которой и правда было чрезмерно много, пошло хлюпнула, но весь звук заглушил стон наслаждения Аякса. Он весь напрягся, прогибаясь в спине и приподнимая голову. Лисьи ушки вновь навострились, а тело пробрало мелкой дрожью.       — Боюсь спросить, сколько было афродизиака в воде, хах. И сколько ты ее выпил, — все также держа кицунэ за хвосты, Скар сделал первый толчок в узкое влажное отверстие. Это оказалось куда приятнее, чем он представил пару минут назад.       — Всю… Всю бутылку выпил, — стыдливо признается лис, смущаясь собственного голоса после столь быстрого оргазма.       — А что насчет моих вещей? Дрочил, представляя, как я трахну тебя? Или просто решил…       — Просто продолжай! — почти рычит Аякс, самостоятельно насаживаясь сильнее. Всегда развязный лис впервые чувствовал себя настолько смущенным. За весь вечер демон кончает уже четвертый раз, но возбуждение не отпускает. Он чувствует, как по щекам текут горячие слезы, но хочется продолжать.       Скарамучча был полной противоположностью кицунэ. Аякс всегда любил помедлить и извести своего партнера, чтобы слышать его мольбы, видеть заплаканное милое личико и только потом насладиться его телом. Брюнет же быстро переходил к резким и грубым действиям, периодически оставляя звонкие шлепки на молочной коже ягодиц.       Скар оттягивает уже раскрасневшуюся ягодицу, толкаясь в возбужденное тело размашисто. Так, что уже спустя две минуты дырочка слегка распухла от активных действий. Брюнету нравилось наблюдать, как в нее быстро входит член и медленно выходит, от чего кожа натягивалась. Аякс искусывает губы, вертит головой и почти хнычет пока брюнет наслаждается такой реакцией, постоянно толкаясь в простату.       Внутри слишком влажно от обилия смазки и звуки становятся до неприличия громкими и пошлыми на каждом проникновении. Весь дискомфорт исчезает и Скарамушу кажется, что ещё немного и он уже готов кончить, но хочется оттянуть этот момент, поиграться с кицунэ еще.       Взгляд скользит по кровати, натыкаясь на ремень в собственных брюках. Недолго думая, Скарамуш достает его и пару раз оборачивает вокруг ладони. Кажется, лис напрягся еще сильнее, сжимая член внутри себя, он смотрел через плечо возбужденным взглядом, но мило изогнутые брови выдавали волнение.       — Ты не рассчитывал, что я соглашусь, не так ли? — сладко тянет Скар и замахивается рукой. В синих глазах мелькает паника, Аякс хочет прикрыть свои ягодицы хвостами, но вовремя одергивает их. Все же хвосты куда более чувствительны. Он болезненно вскрикивает немного проползает вперед по кровати, почти соскакивая с члена Скарамуччи.       — Я больше не трону твои вещи! Я куплю новые! — быстро лепечет лис и дрожит от нового удара. Две красные полосы на ягодицах пришлись друг на друга почти крестом, выбили воздух из легких и он все же прикрывает зад хвостами, — Это больно… Мне приятно, но больно. Не делай так…       Скар тихо смеется и нехотя откладывает ремень. Будь его воля, он бы насытился криками демона сполна, доводя его до исступления. Все же лис частенько увлекался в постели, не слыша просьб брюнета.       — Знаешь, я почти готов кончить. Ты же не против, что я сделаю это в тебя, правда? — очевидно риторический вопрос задает Скар, возобновляя толчки. Он двигается быстро и резко, Аякс просто не успевает что-либо произнести, задыхаясь стонами. Он удивлен, что люди способны довести его, демона кицунэ, до такого состояния. Лис выгибается в спине настолько, что пара позвонков звонко хрустит. Тарталья хочет поспевать за чужим темпом и двигать бедрами навстречу, но впервые в жизни он совершенно не поспевает за человеком. Скарамучча больно сжимает чужие ягодицы, фиксируя их, ведь своевольничество кицунэ сейчас мешает. Брюнет случайно прокусывает свою губу, прикрывает глаза и запрокидывает голову назад от наслаждения. Он не видит лица демона, но синие глаза закатываются в удовольствии, а голос в очередной раз срывается на крик. Аякс чувствует пульсацию чужого члена внутри себя, когда Скар кончает, и совсем не замечает, как вновь пачкает постель и сам, а уже болезненное возбуждение наконец распутывается в животе. — Не могу… пошевелиться… — в уголках глаз снова медленно выступают слезы. Аякс безвольно падает на кровать, хвосты перестают метаться, мыслей совсем нет в голове и даже говорить не хочется. Скарамучча оказался удивительным. — Я знаю, лисенок, — Скарамуш облизывает пересохшие губы и целует лиса в шею, плавно выходя с громким пошлым звуком, от которого ушки кицунэ дергаются. Из растраханной дырочки сразу начинает вытекать сперма и Скар, посмеявшись, падает рядом. Навряд ли он теперь согласится вернуть все обратно в сексе, слишком сильно хотелось бы повторить сегодняшний вечер. Брюнет ложится рядом и, неожиданно для себя, чувствует крепкие объятия лиса. — Я живу столько лет… Ты не сбежал, когда увидел мой истинный облик, позволил остаться рядом, разрешаешь трахать себя… — тело лиса начинает мелко дрожать от прохладного воздуха комнаты и Тарталья придвигается поближе, — Но сейчас, когда мы поменялись местами… Мне снова кажется, что ты не такой человек как остальные. Есть в тебе что-то… особенное… Аякс недовольно дергает лисьими ушами, шмыгает носиком и в долю секунды оборачивается лисом, который легко умещается у Скарамуччи на груди. Одна только мысль, что Скар минуту назад переспал с почти человеком, который теперь принял форму лиса, заставляет его глаз дергаться.       — Когда ты в этой форме, я чувствую себя зоофилом…       — Я редко принимаю ее, не ворчи.       — А кто поможет убирать весь этот срач? К слову, ты ведь его развел.       Но лисенок сворачивается клубочком и закрывает мордашку пушистыми хвостами, будто не слышит человека.