твой день рождения.

      Джон не праздновал свой день рождения уже несколько веков уж точно, не видел в этом особого смысла. Когда жизнь измеряется не в годах, а столетиях всё рано или поздно начинает приедаться, будь то новый год, рождество или день матери. Так что, когда Лололошка, спящий видимо на ходу, ввалился в замок полусонного Джона с самым неожиданным вопросом во всей вселенной, он почувствовал себя странно.       «Ты помнишь, когда у нас день рождения?»       Какая глупость. Конечно же он помнил, вот только выдернутый из сна мозг не пожелал видеть ни Лололошку с его неожиданными личными вопросами, ни эти самые вопросы. Так и вышло что Джон, по-настоящему умный, эрудированный и изобретательный, почувствовал себя полнейшим идиотом, неспособным найти доказательства гипотезе JDH, — все нетривиальные нули дзета-функции лежат на линии Re=0,5 комплексной плоскости, — ведь даже ослу понятно, что его маленькое глупое альтер-эго спрашивало это далеко не просто так.       Лололошка не помнил, когда у него день рождения.       Лололошка никогда не получал подарков от его же хваленых друзей в свой праздник.       А Джон серьёзно решил, что Ло интересуется этим вопросом забавы ради, гений мысли. Очень, наверное, 993-ий сожалеет, что между падением Эшхолда и супами Беренгария не успел поздравить JDH с днем рождения. Впрочем, на себя Джон злился недолго: он вообще не очень любил зацикливаться на своих косяках. Зато ему очень несвойственно стало за Лололошку обидно. Глупо так и по-детски, как будто ему не почти семь столетий, а просто семь, и Саша снова ушла гулять с подружками, хотя обещала почитать ему сказку после обеда.       В общем, мысль о празднике для Ло так сильно засела в голове, что Джон более не мог сосредоточится на статуэтке совы, наручах и прочих архейских проблемах. Конечно же, дело было только в желании лишний раз покрасоваться перед приставучими липучками в лице Райи, Джодаха и Окетры — внимайте же, сам Джон Дейви Харрис сделал для вашего «невозможного» мироходца то, что о чем вы сами даже не подумали бы. И, конечно же, заимствованная в ходе слияния эмпатичность или, смилуйтесь Боги, личные чувства JDH здесь не при чём. Да.       Наверное, стоило начать с малого — понять, когда именно Лололошка из 993 реальности появился на свет. Что вообще значит «Лололошка» для мультивселенной? Это имя, сильнейший носитель вспышки, или сама судьба? Что делает Лололошку Лололошкой вне зависимости от той реальности, в которой он появился?       Джон вот, к примеру, родился двадцать четвертого ноября около часа ночи, когда на улице такая сильная метель была, что даже на улицу страшно выйти. Больше ничего про свое рождение JDH не знал, процесс зачатия ему не описывал никто, да и слава богу. Пожалуй, это одна из тех вещей, которых ему знать не хотелось.       Зато Джон знал, что параллельные друг другу реальности работают по принципу кривого зеркала с инверсией, из чего следовало, что если Лололошка из 994 реальности родился в последний месяц осени двадцать четвертого числа, то, параллельный ему Лололошка из 993 в сорок второй день последнего весеннего месяца. Вывод первый: теория бред, который можно придумать только под грибным отваром Беренгария, а JDH как раз только что его выпил. Вывод второй: день рождения Лололошек во всех реальностях это абсолютно симультанное событие, не требующее фундаментальных исследований. Вывод третий: они оба родились двадцать четвертого ноября, если следовать течению времени центральной замкнутой вселенной.       Это значило, что, пользуясь банальным преимуществом, — возрастной привилегией — Джон без зазрения совести мог сказать, что его день рождения наступит завтра, и никто в жизни бы его не переубедил в этом.

***

      «Сделанные своими руками вещи имеют большую ценность, так что береги его» — когда-то очень давно сказала ему Саша, всучив в детские руки большого вязаного слона. Большим он был, конечно, только из-за пропорционального отношения или, говоря проще, из-за того, что сам Джон был маленьким глупым ребенком, не способным здраво оценить полученную информацию. Будь то иначе, он бы еще тогда понял, что в абсолютную ценность подарки собственного создания возводят только талантливые мастера, или крайние бедняки.       Однако маленький JDН такими бесподобными когнитивными способностями не блистал, — да и пусть, у него еще вся жизнь впереди, — зато брошенную сестрой фразу запомнил, как верующий молитву, и подаренную игрушку хранил до тех пор, пока назначенное ей время не вышло. Сейчас вопрос заключался в другом. Что дарить Лололошке?       Объективно, это должно было быть что-то простое в использовании, понятное для человека с уровнем развития дошкольника. Будь у Джона доступ в цивилизованный мир, он бы непременно прошелся по магазинам в поисках свежих идей, однако Архей такими прелестями был не богат, а сонный мир Лололошки и подавно. Ну вот что можно этому дураку подарить? Учебник по арифметике?       Спустя карас активных размышлений Джон понял, что не продвинулся в своих целях ни на сантиметр. Статуэтка совы все так же стояла в главном холле, охраняя вход в замок, а мысли беспомощно вертелись в голове. — Сделанный своими руками говорите, — раздраженно буркнул Джон. — Хорошо, будь по-вашему.

***

      С этого часа Джон пустился в свое тайное наблюдение. Из окна его замка открывался прекрасный вид на все сонное измерение, начиная домиком Альфреда и заканчивая мастерской, так что Лололошка был у него как на ладони, однако ничего, за что можно было бы зацепится, JDН так и не нашел. Казалось, единственное увлечение его альтер-эго — это утирание соплей всем жалким и обиженным существам мультивселенной. И нет, Джон, конечно, мог, забавы ради, подарить ему очередного попугая с ПТСР, но это принесло бы проблемы им обоим.       А еще Лололошка очень много тренировался и часто уходил из сонного измерения ради заданий Скотта. В один такой скифос, Джон решил пролезть в его коробку — домом это не назвать — и просмотреть, что полезного может хранить в своих вещах будущий именинник. Ничего интересного, кроме кучи второсортного оружия, JDН не нашел, из чего сделать вывод, что подарить Ло нормальный меч это не просто его цель, а банальная необходимость, нужная им обоим.       — В последнее время ты ведешь себя странно, — Лололошка не спрашивал, а утверждал. — Что-то случилось?       Джону начинало казаться, что этот глупый мерзавец или всегда непозволительно везуч, или так старательно пытается ломать планы одному единственному ни в чем не виновному JDH. Иначе это просто не объяснить. Стоило только Харрису взяться за чертеж этой двуручной зубочистки, как Ло безосновательно приходил по его милу душу, чтобы спросить как дела, как наручи и прочее, начинающееся на наречие.       — Все в порядке, — кажется, он повторял это третий раз. — И будет еще лучше, если ты уйдешь и не будешь мешать мне работать.       — Но…       Нет, ну вы посмотрите на него! Точно издевается.       — Никаких «но», Лололошка, иди.       И он, к счастью, слушается.

***

      Вскоре это начало напоминать театр одного актера, в котором Джон Дейви Харрис далеко не зритель. Лололошка его избегал. Не демонстративно, как это делают при легкой обиде, а по-настоящему. Стоило JDН только появиться на горизонте, как тот тут же, без всяких предисловий и попыток оправдаться, сматывался в неизвестном направлении. И ладно бы это был единичный случай, но вот не задача. Чем сильнее приближалось это относительное двадцать четвертое ноября, тем чаще Ло умудрялся где-то бесследно исчезать. А самое странное, что Джон даже не мог отыскать его по путеводному скинту.       Это не на шутку бесило, но еще больше беспокоило. Значит он тут старался, из кожи вон лез чтобы этот придурок в синем шарфе бессовестно сбегал ему на зло? Ну уж нет. Сам Джон Дейви Харрис соизволил приготовить Лололошке подарок на их день рождения, а значит от этого подарка так просто не отвертишься.

***

      — Открывай.       Вручив Ло тяжелую коробку, обтянутую синей оберточной бумагой, Джон деловито сложил руки в замок и облокотился плечом на противоположную стену.       Лололошка, до этого спокойно копающийся в сундуках, забавно потряс её, удивлённо подняв брови. Джон и сам понимал, что для его альтер-эго формат подарка как реально существующего феномена был не самым привычным, однако не обязательно же кукурузить такое предельно шокированное лицо.       — Там «Книга Отца» в восьми томах? — прыснул Ло, нарочито медленно развязывая золотой бантик. — Или руководство по остроумным шуткам?       JDH, нервно постукивающий пальцами по стене, юмора не оценил.       — Обязательно подарю в следующий раз. Тебе как раз полезно.       Лололошка не стал продолжать эту битву подколами. Не проявляя особой заботы, он просто разорвал подарочную бумагу.       «Сделанные своими руками вещи имеют большую ценность» — а вдруг он не угадал? Вдруг Ло нет до дня рождения дела, точно так же, как и самому Джону все эти годы? Вдруг он тогда спросил это из чистой вежливости? Лололошка, может, хотел, отпраздновать этот день с друзьями по возвращению.       Откинув порванную бумагу на пол, Ло завис. На его лице отразилась такая невероятная смесь эмоций, что Джон, подключив всю несвою эмпатию, так и не мог до конца её разгадать.       На дне длинной тяжелой коробки лежал двуручный меч, не сравнимый ни с одной работой Марка или Балсмега. Гарда, отлитая из сияющего серебра, напоминала сплетенный из листьев венок, охватывающий рукоять. В центре, на пересечении двух дуг, сиял грубо окантованный сапфир в форме четырехконечной звезды.       Джон честно старался над дизайном. Пьяному в хламину Гимлину таскал камушки с Рудников и ему же угрожал возвращением домой в случае провала. Тот вроде поверил, протрезвел на два караса и с работой справился на «ура». JDН дворфу за это несколько бутылок медовухи из дома Беренгария перетащить помог, ибо чужой алкоголизм — не его дело.       — Джон, — Лололошка робко покрутил оружие в руках. — Я ведь правильно понимаю? Ты…       Харрис не знал, что там можно было правильно понять, зато знал, что именно это существо бессовестно бегало от него полторы недели.       — Это тебе за твои побеги от меня, — гордо бросил JDH. — С днем рождения тебя, Лололошка.       Тот беззвучно усмехнулся, укладывая меч назад в коробку, спокойно поднялся на ноги и внимательно посмотрел Джону в глаза. Если бы чувство, называемое обидой, сейчас не душило обладателя рыжего шарфа, он бы обязательно пустил смешок в ответ.       — Тебя это задело? Прости. Обещаю так больше не делать, — спокойно обозначил Лололошка. JDН доверием не преисполнился, но спорить не стал. — Пойдем, покажу кое-что.       Вместе они прошли до центрального острова, где Ло, скомандовав ждать его внизу, поднялся к Неверу. Джон не стал спорить, в нем и без того боролись два совершенно чужих, новых чувства. Лололошке понравился подарок или нет? Почему он всегда такой учтиво-вежливый? JDН было тошно от одного того факта, что его старания не были оценены по достоинству. С другой стороны, вручая кому-то подарок нужно ли ждать чего-то взамен?       — Джон, ты идешь? — чужие пальцы назойливо щелкнули перед самым носом. JDН коротко моргнул, отклонился назад и фыркнул, — тоже мне, нашел способ внимание привлекать, — однако послушно пошел следом.       Спустя тридцать секунд Джон обнаружил себя в своем замке, у входа в огромный сад, которого раньше не было. Сказать, что он был в ужасе — ничего не сказать.       — Ты… Как ты…       — Нравится? — вкрадчивым шепотом уточнил Ло.       Его вопрос пролетел как-то мимо: Джон, шагнув вглубь сада, любопытно осматривал каждое дерево со всех сторон, будто видел такое впервые. Лололошка едва успевал идти следом.       — Сколько же спарков ты на это потратил? — абсолютно беззлобно, даже с какой-то долей умиления, фыркнулJDH. — И зачем?       — Помнишь, ты говорил, что хотел бы оказаться на пляже? — умилительно неловко пробормотал Ло. — На пляж Невер не согласился, а сам я такое создать не могу, поэтому и решил, что сад тоже будет неплохим вариантом, верно? — неловкий смешок. — С днем рождения нас.       Джон замер, обдумывая каждое чужое слово.       — Как ты узнал?       Лололошка остановился подле него.       — В следующий раз не оставляй жизненно важные записи валяться в моем доме.