Чердак с секретом

Это было неожиданно. Правда. Милана не ожидала, что её так горячо любимая бабушка двинет кони. И оставит ей дачу в качестве наследства. Почему именно ей? Они же виделись пару месяцев назад. Но если честно, то у бабушки было несколько дач. И эту она совсем не помнит, когда вынужденно приезжает проверить дом, чтобы убедится, что теперь она его собственник. — В целом, немножко отремонтировать и нормально будет выглядеть. Вы можете его сдавать, можете продать, а можете оставить, — продолжал речи адвокат. Почему именно она? Почему не Тася? Или её дяди-тёти? Не родители? Именно она, Милана, человек, который учится в художке и в целом пытается вести нормальный образ жизни, но будучи творческой личностью получается с трудом. Так ещё и дача не сильно далеко от города, что играет ей на руку. — Ладно. Спасибо за советы, я думаю, я сама разберусь, — остановила поток мыслей адвоката Милана.

…какое-то время спустя…

— Тай, не хочешь поехать со мной на мою теперь дачу? — робко выглянула из-за двери Милана. Тася очень смешно застыла в позе цапли, видимо делая какое-то движение из песни, и, повернувшись к Милане, ответила: — Туда сильно далеко надо ехать? — Ну, — почесала затылок Милана, но всё же ответила, — где-то полтора часа. — Ммм? — Мы можем взять с собой всё, что нужно по учёбе. Всё равно же пятница завтра. Не так уж и критично будет. Да и освоиться надо. Вдруг тебе там понравится больше? — Милана пихнула ту в плечо, отчего та всё же завалилась и, потянув Милану за собой, таки упала. — Сис, уймись, а, — фыркнула Тай. — Да ладно тебе, сестрёнка. Можем еды закупиться и засидеться там. Надо проверить всё, а мне одной ссыкотно. — Люблю твою честность, Милан, — хмыкнула Тася, отпихивая ту в сторону. — Ну, пожалуйста, — однако Милана продолжала нависать на ней, глядя прямо в глаза. — Ладно, поеду, — буркнула Тай, отвернув тёплое лицо Миланы в сторону. — Ура, спасибо, — подскочила Милана на ноги, растрепала волосы Тай и скрылась за дверью.

…некоторое время спустя

Тёмное небо смотрело на неё. Было видно несколько звёзд на небосводе. Вдали виднелись тучи. Не так далеко стоял не очень большой дом. Он был деревянным и казался довольно основательным. Правда почему-то в правом окне ей почудились два красных светящихся глаза. А потом она моргнула и они пропали. Странно. Милана вздрогнула и передёрнулась. Потерев друг об друга ладони, она посмотрела в спину своей сестры. Правда, вдруг на небе набежали тучи так стремительно, что новая порция муражек вновь побежала по коже. Так ещё и ветер такой холодный. Бр-р-р! — Слушай, а мне это место знакомо, — протянула Тай, смахивая кудрявую прядь. Милана про себя лишь усмехнулась. Сестра вообще не заморачивалась над внешностью, хотя порой преображалась так, что хотелось её рисовать. В этот раз, Тася даже не стала волосы выпрямлять. И-

Это что?

Мой свитер?

— ТАСЯ! — выкрикнула Милана. — Что? — лениво повернулась Тай к ней, всем видом показывая своё безразличие. Такая спокойная. А она ведь младше. Милана порой огорчалась, что ей досталась вспыльчивость, когда как у Таси не было такой проблемы. Зато кудрей им отсыпали целый контейнер. Но. Тем не менее, это её мелкая сестра. Которую она всегда ловит, когда та падает. И как бы они не срались, в основном из-за Миланы, то всегда приходили к компромиссу. — Тебе холодно? — вместо выдачи лекции о том, что не надо трогать её одежду, вдруг заботливо уточнила Милана. — А? Ты про свитер? — удивленно подняла на неё свои ореховые глаза Тай, начав теребить свитер снизу. — Да. Ты бы хоть спросила, я бы тебе и так дала какой-нибудь, — усмехнулась Милана, глядя на забавно растерянную сестру. — Я думала, ты ругаться будешь. Ты же не любишь, когда я трогаю твои вещи, — слегка застеснялась Тася. — Ага. Ох уж эта семейная фишка: брать шмот близких, — Милана слегка задрала нос, задумавшись, что у неё также было в подростковом возрасте. Она помнит те школьные времена. Как она дружила с девочкой Сашей. Такая высокая и чутка пухлая. У неё всегда было довольно серьёзное лицо, но стоило ей улыбнуться, как она тут же начинала светится, словно солнце показалось в дождливую погоду. Именно её вещи порой она брала, просто, чтоб согреться. Саша была старше неё на три года, почти четыре. Однако, это не мешало брать её вещи. Да, и в целом дружить. А потом Саша выпустилась и они потерялись друг для друга. Стало как-то грустно на душе, и даже слегка паршиво. Ужасно-темнющие тучи явственно намекали на приближающийся дождь. Надо бы в дом зайти, а то они топчутся рядом, да не заходят. Ветер усилился и теперь было слишком прохладно. Волосы Миланы встали дыбом, будучи той ещё неукротимой стихией. Мурашки побежали по рукам сами собой и Милана вздрогнула. — Пошли, а то ещё под дождь подойдём, а там хрен знает, что с отоплением, — Милана взяла Тай за руку — такая горячая, м! — и пошла в нужном направлении. Открыв дверь ключами, они наконец-то попали в дом. Не очень большой коридорчик с маленьким диванчиком на две попы. Рядом гардероб. — О, узнаю коврик, он ведёт в две гостевые комнаты. Одна используется, вторая больше на кладовку похожа. Пойдём тогда посмотрим, что с комнатой, — оживилась Тася, дёрнув на себя Милану за плечо. — Ай, чо пихаешься, — буркнула Милана, но тут же добавила, — щас, надо же куртки снять. Стащив куртки, они повесили их на крючки и стали разуваться. В целом, дом был очень даже жилого вида, видно, что здесь убирались и следили за чистотой. Милана отрыла в гардеробе снизу тапки, там что им было в чём ходить по дому. Правда обувь была немного не по размеру, а чуть больше, но это не было так критично. Милана потёрла лицо рукой и посмотрела в спину Тай, которая уже подошла к двери гостевой комнаты. Тася повернулась и, с какой-то надеждой во взгляде, посмотрела на сестру. — Ой, ну всё, пойдём, — вздохнула Милана, подойдя ближе. Открыв дверь в комнату, она словно открыла дверь в прошлое. Самая настоящая кровать на пружинах. Ковёр ручной работы с разными узорами висел себе спокойно на стене. Старая древняя тумбочка с такой же лампой. Слева стоял здоровый советский шкаф. И то самое одиночное окно, которое как раз было видно с улицы. У той же стены, где и была дверь, так же стоял стол со стулом. «Прикольно». — Тут кстати есть погреб, — протянула Тай, подняв глаза в потолок. — ДА? — опустив глаза, Тася вздрогнула от того, как загорелись глаза напротив. Милана сразу незаметно для себя поменялась в лице. Воодушевление появилось на её лице, раскрасив узкие черты лица. Столь родные карие глаза были наполнены любопытством. И даже растрёпанные маленько русые кудри стояли дыбом. Кошмар. Чем раньше она покажет погреб, тем лучше для них будет потом. — Покажи мне его, — попросила Милана, вцепившись в руку младшей сестры. — Ну пожалуйста, — Милана стала ещё ближе, начав напрягать так ещё сильнее Тай. — Боже, перестань, — вздрогнула Тася, когда Милана подошла чуть ли не вплотную. Это было похоже на психологическую пытку. Она любит старшую сестру, правда, но порой ей было слишком неловко, когда Милана близко подходила. Одно дело — члены команды, но с семьёй, Тай особо близка и не была, всё же взросление их всех отдаляет от семьи. — Пошли скорее, — взяв ту за рукав кофты, Тася всё потащила ту через кухню к погребу. Быстрым шагом пересекая кухню, которая была ну как обычная кухня. С газовой плитой, холодильник в проёме между двумя окнами и угловым столом. Комнатка, где был спуск в погреб и вход на чердак была довольно маленькой. Трясущимися руками, Милана подняла крышку деревянного люка, что был в цвет пола, чтобы наверно не портить внешний вид. Посмотрев на бездну, Милана перевела взгляд на Тай. И усмехнулась мелькнувшему ужасу в глазах напротив. Благо, у неё был фонарик. Включив фонарик и зажав его во рту, Милана крайне осторожно спускалась вниз, стараясь ничего не уронить. В том числе и себя. Однако, всё прошло гладко и она смогла спокойно спустится. Но закрывшийся сверху люк добавил пикантности. Такой, лёгкой перчинки даже. — Твою ж мать, у нас что, прятки? — выкрикнула Милана, держа фонарик в правой руке. — ДА, — крикнула Тася, явно куда-то дропанув. Руки неожиданно стали трястись, словно ей страшно, хотя ничего пугающего не было. Милана довольно быстро обошла погреб, но ничего, кроме темноты и стеллажей полных сранных банок, найти не смогла. Было неприятно как-то. И зябко. Не смотря на тёплую толстовку, всё равно было холодно. Облачко холодного воздуха вырвалось изо рта. Выбора нет. Придётся ползти наверх. Зажав в зубах неприятную помесь металла и пластика, Милана крайне решительно поднялась наверх. Люк было сложно открыть, однако Милана еле его открыла. Злобно пыхча, она смогла вылезти из погреба, сплюнув фонарик на пол. Чтобы услышать, как сверху так же закрылся люк. Моментально подняв глаза, Милана сразу же сообразила. «Может наверху?» Пришлось брать фонарик с собой, положив его в широкий карман чёрной огроменной толстовки, которую она когда-то угнала у Саши. И ведь полезла. На чердаке царила полнейшая темнота. Где-то вдали виднелось окно, однако из-за стремительного наступления вечера, толкового освещения не было. Однако, было видно провода, которые вели куда-то вглубь чердака. Правда, шла она недолго. Ибо, странные палки на полу непонятного цвета стали хорошим поводом споткнуться. И провалится в полу! Внезапно! Упав на пол, Милана сильно ударилась животом и по неосторожности пробила деревянный пол, который так был довольно тонким, так как собирался ремонтироваться, головой и руками. Однако, там между полом и потолком было небольшое пространство, поэтому потолок она не снесла, но головой своей задела, отрубившись. Резкое ощущение тьмы отступило, вырвав её из состояния отключки. Резко подскочив в сидячее положение, она схватилась за сердце, пытаясь отдышаться, чтобы после все же лечь. Всё ещё ничего не видя, Милана попыталась успокоиться, но проморгавшись, она увидела не сестру, которая её могла вытащила, а незнакомку. Очаровательную незнакомку с седыми прядями, которая сидела на корточках, в куртке человека-паука Майлза Моралеса со странными белыми нитками в руках. Которые шли к ней и опоясывали талию. Незнакомка на это лишь слегка выпучила глаза и легонько улыбнулась. — Ты кто? — Я Горе, — выражение лица Горе стало более серьёзным. — Милана. А что ты здесь делаешь? — протянула левую ладонь Милана, правой потирая ноющее лицо. Горе помогла подняться ей на ноги, оставаясь рядом. Ладонь у неё была довольно горячей. — Блин, я так больно ударилась, кошмар, — продолжила потирать бедную часть себя. — Живот не болит? — заботливо уточнила Горе. Этот низкий голос так мягко провибрировал, что Милана даже слегка смутилась. Положив руку на живот, после слегка надавив, Милана честно ответила: — Нет, не болит. А должен? — Я видела, как ты ударилась, поэтому беспокоюсь, — захлопала ресницами Горе, отчего Милана малость подвисла, однако после нахмурилась. — Ты что наблюдала за нами? — Нет-нет, я тут просто, ну это- Правда договорить Горе не смогла. Крик: «ГОРЕ» — снёс их обеих с ног своей громкостью. Тай заулыбалась во весь рот и побежала в их сторону. Через буквально метров пять она была довольно близко. Так ведь ещё взяла разгон, чтобы запрыгнуть на Горе. Та лишь пошатнулась, но на ногах устояла, правда те самые нити, которые шли из глубин её рукав, потянули на себя Милану, отчего она чуть не упала. Горе успела её подхватить так, чтобы та стояла спокойно. — Мы тебя потеряли! Почему не отвечаешь на звонки? — тут же спросила Тася, слезая на пол. — У меня были непредвиденные обстоятельства. Я сама не ожидала, что стану тем, кто мне так искренне нравится, — вздохнула Горе, а после подняла руку, приблизив к лицу и Милану слегка дёрнуло. — В смысле? Человеком-пауком что ли? — подняла брови Тай. — Сама посмотри, — кивнула Милана, дёрнув сестру на себя. Они обе наблюдали, как сосредоточено Горе грызла эти самые нитки сначала с левой руки, потом с правой. — Тьфу, блин, задолбалась уже. Пока просто пытаюсь контролировать вылет паутины из рук, — Горе стала разматывать паутину, порой нечаянно задевая толстовку Миланы своими горячими пальцами. — И как успехи? — брови Таси вновь зажили своей жизнью, дёрнувшись вверх. Горе лишь показала ей саму паутину, зажатую в руке и пожала плечами. — Получается конечно. Просто я порой не очень понимаю, чо с этим потом всем делать. Кстати физическая форма стала ещё лучше, а вот метаболизм меня уже задолбал, я почти всё время хочу есть, — вдруг огорчённо положила она свой подбородок на плечо Тай. — Так вы в одной команде что ли? — недоумённо потёрла нос Милана. — Вообще-то да, — одинаковое выражение лица сказало всё за себя. Милана сама от себя не ожидала, что из её рта вылетит смешок. И что она начнёт хохотать от их недоумения. Отчего начала смеяться Тася со своими звуками умирающей чайки. А уже от смеха Тай вынесло саму Горе. Смех у неё был такой звучный, что даже будто сердце замерло на мгновение. — Знаешь, я так давно не смеялась, спасибо тебе, Милана, — подмигнула Горе, отчего Милане стало даже неловко. Глаза Таси вдруг загорелись коварными огоньками. Она подошла чуть ближе к Горе и подтолкнула её. Ничего не понимающая Горе споткнулась и… Оказалась в обнимашках Миланы. — Ты-то чего запинаешься? — по-доброму улыбнулась Милана, качнув головой. — У тебя такие кудряхи классные, хочу их потрогать, — по-забавному восторженно протянула Горе, подняв голову. Выражение лица Миланы было довольно забавным. — О-о-о, я уверена, вы поладите отлично, если я ещё скажу, что Милана учится на втором курсе художественного чего-то там. — ТАСЯ! — громко вскрикнула Милана, продолжая держать руки на плечах Горе, однако фырканье напротив заставило перевести взгляд на светлое лицо. — Забавно. У меня сестру младшую также зовут, — улыбнулась Горе, ненавязчиво положив руку на талию, которую не так давно освобождала от собственной паутины. — Так и она мне младшая, у нас разница пару лет, — рука Миланы переместилась ближе к шеи Горе. — Ого, у меня также, — рот Горе забавно округлился и Милана впервые обратила внимание на губы напротив. — Сколько же тебе, прекрасная Горе? — решила подбросить дров в костёр она, даже не зная, как всё может обернуться. — Целых двадцать дней, — сказала Горе, после ойкнув, — блять, двадцать лет! Я оговорилась. — Для двадцати дней ты выглядишь ого-го, — усмехнулась Тай, привлекая к себе два недовольных взгляда. — Ладно-ладно, извините, — подняла ладони вверх Тася, уходя к люку, вскоре скрывшись внизу. Глубокий вздох. Контакт глаза в глаза, от которого Милана снова смутилась и решила скрыть смущение, обняв Горе. Горе с удовольствием зарылась в торчащие кудряхи, ярко улыбаясь и прикрыв глаза. Милана же слегка приобняла Горе, забавно хмурясь от волос, которые лезли в лицо. От них веяло каким-то сладким запахом, что просто не вязалось с образом Горе о котором она слышала от Тай. Ей казалось, что она будет грубее и прямолинейнее, но Горе показалась ей такой лапочкой и булочкой, что немножко сказывалось на подвисаниях у Миланы. — Ты милая, — вдруг вырвалось у Миланы изо рта, отчего Горе лишь улыбнулась и потёрлась волосами об левую щёку Миланы. — Там звёзды такие яркие. И Луна. Смотри, — протянула Горе. — Где? — тут же отлипла Милана от Горе, обернувшись назад. И в правду. Звёзды было так хорошо видно, что даже непривычно. Как и Луна, которая была маленькой, но такой заметной. — Луна сегодня такая красивая, не так ли? — вдруг протянула Горе. Милана очень смешно закашлялась, не ожидая, что к ней так быстро подкатят. — Не умирай, слышишь, — растерялась Горе, не ожидая, что кашель перерастёт в смех. — Такая красивая, что можно умереть, — всё же договорила Милана, потерев солнечное сплетение. Растерянность и удивление Горе можно было прощупать рукой в воздухе, настолько оно казалось осязаемым. — П-правда? — шокированно протянула Горе. — Для начала, давай просто попробуем это вот это вот, а там уже потом всё прояснится, — улыбнулась смущенной улыбкой Милана. — Ты такая умная. Я балдею от наших разговоров, — с явной иронией в голосе сказала Горе. — А откуда ещё у тебя может появляться паутина? Из природой заложенного места она не появляется? Только из рук? — Вот это ты конечно взяла быка за рога! Дай подумать с ответами. — Да, а могла взять за что-то другое. Я просто руки не распускаю. — Спасибо.