Наследники II: Хозяин Судьбы

Розы. Прекрасные, благородные цветы. Истинный символ роскоши… В спальне горел приглушённый свет теплого ночника. Вечер. Они наконец-то дома. Красивый белоснежный букет заботливо разобран и поставлен в прозрачную стильную вазу на окно. Девушка в домашней белой рубашке смотрела на цветы с некоторым смирением и непониманием. Словно они предназначались кому-то другому. Но не ей. Зачем? Что-то из банально женского, такого пошлого… Пускай, она делает это для себя. Сколько Шувалова не дарила, а Вика не говорила, что у неё нет любимых цветов, блондинка оставалась равнодушной к пышным дорогим букетам. Именно как к жесту, подарку, выражению восхищения чем-либо в ней. Она ведь совершенно обычная, не модель, не кинозвезда, не эскортница с высоким ценником и не предводительница итальянской мафии. И всё-таки именно розы несли для неё особый смысл, хоть и совершенно иной. Потому она и носила их на своем теле, стремясь однажды сравнить себя с этим прекрасным распустившимся в дикой природе цветком. Рита не разделяла её философию, хоть их тату и стали парными меньше года назад. Она воспринимала эти цветы как символ страсти, царственности, красоты, роскоши, дерзости, чего-то королевского. Всё это она теперь несла в себе и приняла со вступлением в права власти на Сицилии. Ей удалось раскрыться. Виктория действительно восхищалась ею. Она смогла выбраться из прошлого и перебороть его в себе. Его — в себе… На телефон молодой жены новой главы итальянской мафии вдруг пришло сообщение. Вибро-сигнал четкий слух блондинки уловил моментально, несмотря на тихий шум воды в ванной комнате, куда вела дверь из самой спальни. Рита смывала с себя тяжёлый рабочий день перед сном и объятиями с любимой. Виктория разблокировала телефон и присела на край заправленной белоснежной кровати, подогнув одну ногу. Открыв уведомление без каких либо знакомых опознавательных данных, девушка насторожилась — ссылка направила её в глобальную сеть через долгую дорожку загрузки. Это оказалось необычное письмо — файл поступил на бывшее рабочее облако Вики через международный неотслеживаемый сервер. Но почему? Она перестала пользоваться им и почтой юридического отдела питомника, выйдя из всех доступов и хранилищ Центрального клана, обрубила все связи, удалила все доступы к банкам и контактам Антона и приемного отца. Не говоря уже о прошлых своих должностях в другой Семье… Пальцы девушки холодели с каждой секундой ожидания. Страх нарастал с силой, словно телефон сейчас просто взорвется в её руках или кто-то выстрелит в неё с той стороны. Она совершала роковую ошибку? Их вычислили? Это враги Риты? Вышли на неё через российские данные? Файл наконец прогрузился. И сердце Виктории пронзило обжигающее лезвие ножа. Вошедшее через него до самого мозга. Запороленное письмо было от её брата. Код доступа — дата. Разноцветные глаза несколько раз пробежались по мигающей строке.

Введите код: ДД.ММ.ГГГГ

Вика знала, что любым паролем всех личных серверов, сейфов и других замков в их Семье всегда была дата её второго дня рождения. Того самого, когда Андрей Курганский вместе с сыном спас девочку из пожара. Это точно не было опасно. Это не было вирусом или атакой ботов врагов. Это Антон. Пытается тайно и осторожно с ней связаться. Девушка не раздумывая ввела цифры и открыла файл. Это было видео. С телефона просмотреть нельзя, смартфон уже достаточно нагрелся в её руке от нагрузки на процессор, ведь подобные махинации не предусматривают малую мощность носителя файлов с таким зашифрованным и сложным доступом. К тому же, мобильный — слишком опасно наследить по своей же глупости. Вика не была сетевым техником или механиком, поэтому для перестраховки решила быстро включить их домашний ноутбук. С хорошим уровнем защиты. Пока Рита была в душе, девушка отключила оба их телефона и вместе с тем — все смарт приборы в доме на случай маячков и прослушек, которые могут уловить звук воспроизведенного файла. Наушники хранятся в шкафчике, их она носит только в зале. В ином другом месте — слишком небезопасно лишать себя слуха. Свет с экрана монитора упал на обеспокоенное женское лицо. Сердце с болью защемило — на неё смотрели родные зелёные глаза старшего брата. — Привет, сестренка! Как же давно она не слышала этот ребяческий молодой голос… Который тринадцать лет шептал ей на ухо, что всё обязательно будет хорошо и он всегда будет рядом. Обнимать её плечи и целовать белые волосы на затылке. Как в тот день, на похоронах. — Это самый безопасный формат для связи, не хотел, чтобы звонок прослушали, а сообщение прочитали. Он говорил как-то напряжённо и официально, изменился за месяцы на посту единоличника. И теперь был очень похож на отца. — Это видео и канал сервера самоуничтожатся после одного воспроизведения. Он позаботился о конфиденциальности этого сообщения. Вика знала, насколько опасно им связываться после недавнего объединения кланов и революции и как фатальны могут быть любые утечки информации. — Мы сейчас в Тае, на островах, логово Арса взяли… Выражение лица Антона изменилось до неузнаваемости. Он так повзрослел. Она почти не узнает его мимику и черты лица… — Связываться с кем-либо опасно. Один человек из прошлого нашего отца хочет встречи со мной. Один на один. Глаза парня темнели, как и тон лица, но девушка списывала на погрешности камеры и качество видео. — Его брат был главным соперником отца в девяностые, контролировал трассы. Ты поймёшь, о ком я. Сказал, что хочет поговорить о нейтралитете… А поскольку я в бегах, встретиться с ним придется тебе. Я уверен, что он будет с охраной. Своими людьми я рисковать не мог, поэтому пришлось солгать. И больше всего я не хочу вмешивать в это тебя. Я пойму, если ты откажешься. …В любом случае, будь осторожна. Он опасен, а я могу положиться только на тебя. Я люблю тебя, Хвостик. Файл, как и обещал молодой человек, исчез сразу после воспроизведения. Экран демонстрировал стандартное оповещение о потерянном соединении. … Он дал понять ей, что сейчас их положение находится на грани. Что-то произошло. Наследие отца в опасности. Их дом и Семья находятся под прицелом. И Антон срочно нуждается в помощи. Прослушав всё сообщение, девушка твердо осознала одно. Пришла её очередь защищать Семью.