Вдвоем с тобой.
13 апреля 2025 г., 15:09
Примечания:
¹ - Гэбриэл – имя Хантера в моих хедкахонах.
Давно ли это началось? Нет. Когда этот нервый парень явился на его военную базу, военный недоверчиво осмотрел его, но такого выбора не было. Они стали напарниками. По началу, Хантер относится к нему с подозрением, присматривался. А Шеди, кажется, был рад, что он наконец не одинок. В тишине подземного бункера, их отвлекал только далёкий вопль мертвецов с нижних этажей. И то, не всегда удавалось расслышать.
Вояка не всегда понимал этого гражданского, его мотивы, действия. Но четко осознавал, что из отличает то, что у одного товарищи были мертвы, погребёнными на этой базе, а у Славы - наоборот, вероятно. В нем кипела яркая надежда на воссоединение с ними. А Хантер мог лишь мечтать о таком, чтобы хотя бы единственный раз пожать руку боевому товарищу. Завидовал ли он? Возможно. Было горько от того, что Шеди и его товарищи могут упорхнуть от него, а он останется один.
Как оказалось, никто не собирался покидать его. Осознал он это тогда, когда его Шеди впервые вытащил его из передряги.
Когда он открыл глаза в том лифте, то обнаружил парня, что маячил перед ним. Именно тогда его сильно потрясли за грудки, что-то громко высказывая ему. Голубые глаза сморщились, когда он с силой сжал чужие запястья, выдавливая из себя хриплое :
- я в порядке.
Тогда он легко отделался. Всего лишь напоролся на торчащую железку, что и задела ему ногу. Благо, он пришел в себя, и рядом оказался новоиспеченный товарищ, что помог ему тогда. В тот момент, в голове Гэбриэла¹ пронеслась мысль. Когда Слава говорил о том, что им всем нужно держаться вместе он имел ввиду всех. Даже его, пусть они и не были знакомы так долго. Желание выжить сближает достаточно сильно, чтобы вы уже считали друг друга как родных.
И Хантер не стал противиться этому. Он прекрасно осознавал, что если не вцепится в этот шанс, то следующего может и не быть.
Их сближение стало нарастать. Постепенно, барьер недоверия у военного рушился. Шеди стал казаться менее подозрительным, начинал располагать к себе. Совместные бессонные ночи давали свои плоды. Пока спокойный Гэбриэл вел разговор на спокойных тонах, Шеди был более нетерпелив и активен.
Он почти не видел, чтобы Слава спокойно сидел на одном месте. Чаще, это он сидел на одном месте, пока этот же, неугомонный, где-то носится. Это приносило как беды, так и что-то хорошее.
Но именно сейчас, когда они стоят на крыше одного из громадных зданий, между ними весит подозрительная тишина. Никто не в состоянии нарушить ее в данный момент. Взгляд Хантера устремлён куда-то в даль, там, где солнце заходит за горизонт, а небо окрашивается в красно-оражневый оттенок. Ветерок дует в лицо, пока где-то в далеко слышны рычания ходячих. Это единственное, что нарушает их гробовую тишину и связь с природой.
Гражданский тоже долго не смог терпеть этой тишины, потому повернул голову к Гэбриелу¹, подбирая слова для того, чтобы завести какой никакой, но разговор.
– Хантер, - вздыхает Слава, когда вернул голову в прежнее положение, устремив взгляд туда же, куда и напарник, – жалеешь о том, что тут произошло?
Военный молчит первые пару секунд, явно не понимая, что имеет ввиду Шеди. А потом осознает суть вопроса, после чего же тяжко вздыхает. Он не любил трепаться на эту тему, ведь прекрасно понимал, что после этого мысли о разных исходах заполнят его разум. Он много размышлял о том, что было, коль он смог помочь хоть кому нибудь из своих товарищей.
– жалею, - тихо выдает мужчина, – жалею, что остался жив, а они нет. Я пойду дальше, а они - нет. Больше никогда. Я могу ходить по этой земле, а они лишь некоторые, и то, только в оболочке этой зелёной мерзости.
Хантер хмурится, закрывая голубые глаза, отчётливо вспоминая картину того дня.
***
Это должна была быть обычная ночь, такая же, какие были до этого. Он был на ночном дежурстве в тот момент, потому, был одним из первых, кто узнал обо всей заварушке. Видеть это от первого лица было ещё отвратительнее. Оборону прорвали почти сразу, даже если закрыть глаза на глаза на то, что парни у ворот держались, как могли. Но их зелёные твари разорвали, как тузик грелки. Солдаты выбегали в одних майках, едва успевая схватить все обмундирование. Спешка, стрельба, крики людей, крики ходячих, трупы. Им приказали отступать. Позиции отходили зелёным, пока военные сдвигались все дальше. Их оставалось не так много, учитывая, что почти все группы военных были оторваны от друг друга. Хантер был в группе из трёх человек. У них была надежда, пока один из них не пропал, а другой... – Х-хант, - это был ещё юный мальчишка, едва достигший 20 лет. Заслужил ли он того, что с ним приключилась? У них не было ресурсов для того, чтобы помочь мальчишке. Брюхо его было как нараспашку, бог знает, как он ещё был жив. Хантер стиснул зубы, смотря на него сверху. Кулаки сжались от бессилия. – я здесь, - выдавил он из себя, когда опустился на корточки. Мгновенно хватая товарища за руку, да крепко сжимая. Жизнь утекала из юнца так стремительно, что военный даже не заметил, как его собственная рука уже была в крови. – всё будет хорошо, Джей, - это единственное, что он хотел сказать. Успокоить, дать ложную надежду. Он нервно сглотнул, наблюдая, как товарищ устало закрывает глаза, тяжело дыша. Он отвернул голову, зажмурив глаза, пытаясь сдержать скупую слезу. – чувак, мне страшно умирать, - хрипит он, сглотнув. Более старший мужчина смолчал. Он сам в какой-то части боялся смерти напарника, не хотел оставаться один в этом аду. – тебе нечего бояться, когда мы рядом с друг другом, – бормочет он, наблюдая за страданиями Джея. Становится тошно, как и страдальцу, так и Гэбриэлю. Каждая мышца в его теле была напряжена до предела, под расплывчатый взгляд своего товарища, Хантер неожиданно упёрся взглядом в топор, что стоял в углу комнаты. В его голове прошла отвратительная мысль, но в то же время, была самой адекватной. Джей умрет, рано или поздно, но он умрет. Сейчас он только мучается, испытывает весь сок медленной смерти. Блондин поднялся с корточек, медленно подходя к пожарному топорику, беря его в руки. Стиснув зубы, он зажмурился, решаясь. – Закрой свои глаза, Джей.***
Пришел горе военный в себя только тогда, когда Слава потряс его за плечо, вытягивая из пучины воспоминаний. Они молча сверлят друг друга, без слов прекрасно понимая, что и как. Лишь блондин обрушил конец молчанию. – но я не жалею, что нашелся ты.***
Их сближение рано или поздно, но случилось бы. Хантер просто предпочел плыть по течению, никак не пытаясь отталкивать от себя Шеди. Он был единственным живым, с кем он иногда, но мог хотя-бы побеседовать. Даже если этот придурошный мог быть импульсивным, нервным. Сам того не ожидая, Гэбриэл убедился, что он уже стал дорог для Славы. Очередная бессонная ночь, которую он проводил за монитором, в надежде поймать сигнал хоть одного выжившего. Все было тихо, даже мухи, которые раньше мучали военных притихли. Хантер не услышал, как в его комнатушку вошёл Шеди, что пристроился рядом с ним, склонив голову в бок. Это мужчина уже заметил, но предпочел молчать. Оба сверлили монитор около 10 минут, прежде чем зацепиться языками. Разговор был не о чем, пустой, дурацкий сонный бред. Такие ночи, как вы поняли, были такими частыми, что Слава и Габриэл не могли сосчитать их. Это не было плохо с точки зрения развития их товарищеских отношений, вовсе нет. Но организм страдал от нехватки сна. В одну из таких ночей, Хантер даже заснул за столом, просто не найдя в себе силы на то, чтобы дойти до кровати. Утро встретило его странно. Тишина и. . . Одеяло на плечах. Было очевидно, кто именно баловался этим, Слава наверняка навестил его снова, надеясь на его компанию, но как оказалось, военный видел десятый сон тогда. Почему-то его действия стыдливо заползали в душу, давая тепло, что разливалось в грудной клетке. Было приятно иметь того, кто позаботится о тебе.***
В их жизни и отрицательные моменты. Поиск друзей Славы затянулся надолго. Брюнет тонул в отчаянии, медленно, но верно его стали грызть навязчивые мысли. А что, если они не найдут их? Что, если он больше никогда не сможет услышать своих друзей? Это сильно било по его моральному настрою. Хотелось разрыдаться от собственной ничтожности в данный момент. Он и сам не понял, как побрел к единственной живой душе, которая оставалась с ним - к Гэбриэлу. Шеди не помнил, как именно завязался разговор, как военный вопросительно смотрел на подавленного товарища, который не спал третий день. И не помнил, как судорожно обхватил свою голову руками, издав тихий всхлип. Глаза сами по себе намокли, выдавливая влагу, которая копилась в нем не один день. – Я не хочу потерять их навсегда, Хантер, – выдавил он из себя, когда до боли кусает собственный язык. Военный хмуро смотрит на приятеля, когда осторожно кладет руки ему на плечи, сжимая, пытаясь поддержать с помощью физического контакта. – не потеряешь, мы найдем их, слышишь, дружище? Найдем вместе, не смей думать об этом, – видя состояние товарища, ему самому становится на душе гадко. Смотря в глаза Шеди, которые не перестают выделять слезы, хочется выть и лезть на стены. Он хочет добавить ещё что-то, но не успевает, как Слава вцепился в него мертвой хваткой. Объятья душили, стискивали его так, как он не ожидал, но терпимо. Хантер замер, не понимая, как ему стоит поступить в этой ситуации. Сглотнув, военный медленно поднял руку, прежде чем похлопать его по спине, приобняв. Он чувствует, как униформа в районе плеча становится мокрой от чужих слез, но ему все равно. Единственное, что сейчас волнует столь сильно, это психическое состояние товарища. – мы справимся, Шеди, не переживай, – произносит он, будто бы даёт ему клятву.***
С того момента как они нашли всех друзей Шеди и покинули базу прошло... Немало времени. Они стали своего рода скитаться по городам, может, странам. Это не имело большого значения, если честно. Главное, что все они были живы, не так ли? Ночь длилась поразительно долго, пока Хантер лежал на одной из крыш какого-то здания. Неподалеку были и другие ребята, которые сопели и видели десятый сон. Везёт им. Военного грызут разные мысли, большинство из них определенно сомнения. А что, если их путь попросту приведет их в никуда? Что тогда им делать? Куда идти, к кому, как жить дальше? А не умрут ли они на пол пути к мечте о спокойной жизни, вдали от этих мерзких зелёных тварей, что разорались внизу? Но он не успел продолжить ход этих мыслей, как Слава оказался рядом, просто расположился неподалеку от него, так же уставившись в звёздное небо. Хантер хмурится, но не нарушает тишину первым, это делает брюнет. – красивое небо, да? Луна, звёзды... Ради такого можно и не спать, - глупо посмеивается Слава, когда повернул голову в сторону военного. Говорил он тихо, чтобы не потревожить остальных. Хантер сглотнул тяжёлый ком в горле, повернув голову в сторону Шеди. – ... Ты прав. Небо чертовски красиво, одна прелесть сегодняшней ночи, - вздыхает он, прежде чем повернуть голову обратно. Диалог, казалось, был закончен, никто не хотел его развивать. Так думал он, так считал Гэбриел, пока вопрос брюнета не поразил его в самое слабое место. Этот чертов вопрос. Такой странный, до жути непонятный. – как думаешь, что будет дальше с нами? – Шеди сверлит его глазами, Хантер чувствует это. Блондин закрыл свои глаза, на мгновение предаваясь своим мыслям, чаще плохим, нежели хорошим. – не знаю, - бормочет он. Прохладный воздух начинает слегка кусать щеки, но Гэб не обращает на это внимания, – знаю только то, что мы пройдем этот путь вместе. Мы ведь команда. Друзья, Шеди. Это слетело с его губ горькой фразой. Друзья. А был ли он уверен, что они друзья? Был ли Шеди другом для Хантера, так же наоборот? Военный никогда не любил копаться в своих чувствах, никогда не желал уделять этому огромное время. Зачем, когда есть разум? Сердце слышать опасно. Но сейчас этот клубок смешанных чувств был таким огромным, что он не знал, задавит ли его это, или пронесёт.***
Всегда что-то идёт не так. Хантер привык, но в этот раз, все было не так, как он предполагал. Все пошло... слишком не так. Ковчег был одновременно так близко, но так далеко! Все они были в разбросе, кто где, а он - один. Это больше всего пугало его. Теперь, когда у него появилась команда, он ненавидел оставаться один. Ненавидел знать, что они где-то там, а он тут... А Шеди? Как же он? Он прочищает себе путь, разбивая черепа зомби дробовиком. Морщится от крови, которая летит в его лицо, но это лишь маленькая неприязнь, малая цена для цели, которую они поставили перед собой. Путь уже был расчищен, когда он устало протер свой лоб. Пот. Он немного отдышиться, да пойдет дальше. Нельзя терять времени. Именно так он думал до одного момента. А потом жгучая боль в боку, которая заставила его судорожно опустить взгляд вниз. Кровь. Не успевает он что-то предпринять, как нож проворачивают в ране раз, два. Боль жжется, кусается, заставляя его хрипло вскрикнуть. Ноги подкосились, как и зрение. Блондин ощущает удар в спину, когда валится на землю, грохнувшись вперёд. Зрение было мыльное, он не совсем понимал, что происходит. Он видит размытое лицо мужчины, бандана грязно коричневого цвета, карие глаза. Шатен опустился перед ним на корточки, покрутив нож в своей руке. Лезвие было в крови, как и его ручища в перчатке. Казалось, мужчина улыбается ему, уголки глаз хитро щурятся. – Счастливый конец нужно заслужить, – говорит он хриплым голосом, прежде чем голубоглазый потерялся в небытие. Он слышит голос Славы, как тот вопит громче всех, чувствует его руки, которые хватают его и волочат куда-то. Очевидно, что на ковчег, но глаза открыть сил нет... Ни капельки. Хантер не ощущает страха, только некоторой печали, что у него даже нет сил открыть глаза и взглянуть на него. На брюнета, который всеми силами своей души пытается помочь ему. – Люблю, - думает вояка, когда кривится от ноющей боли. Его кладут на каталку и... Всё. Это всё.***
Ковчег. Тут уютно и безопасно настолько, насколько вообще возможно в нынешней ситуации. Хантер вздыхает полной грудью, стоя перед стеклом, который открывает ему вид на подводный мир. На боку остался мерзкий шов, но это ничего. Он ведь мог и коньки откинуть, не прибудь остальные ребята к нему на помощь. Он слышит шорох, понимая, что это Слава пришел к нему, а он и не против. Он стоит с закрытыми глазами, когда ощущает, как ладонь Шеди обхватила его собственную, слегка сжимая. – скажи, если бы твои ребята были живы, ты... Не пошел бы с нами? – спрашивает его Слава, поглядывая на мирное выражение лица Хантера. Военный молчит добрые пару минут, перед глазами проносятся лица его сослуживцев... Все они твердят ему одно: "иди дальше, ты - выиграл." Даже малой Джей улыбается ему, когда опускает очередные тупые шутки. . . Военный вздыхает, когда наклонился к Славе, припав к его губам на несколько секунд, прежде чем отстраниться и сказать то, что хотел ещё давно: – с тобой хоть на край света.
