План лечения

      Петя ужасно нервничал. За двадцать два года он ни разу не был у гинеколога, но был уверен, что явно чем-то болеет. Во-первых, его ныне бывший сказал, что не будет ему лизать потому что он неприятный на вкус — и даже шутил что-то про рыбу! — во-вторых, запах! Да, как бы Петя не старался, он не мог полностью избавиться от запаха, разве что только сразу после мытья. Он ведь даже порой использовал специальные средства, лишь бы убрать полностью запах! Но он стал беспокоиться: он ведь ни разу не был на нормальном осмотре и, вполне возможно, чем-то болеет!       И было решено идти к врачу. Частную даже выбрал, чтобы с ним как-то… понежнее, что ли, чтобы лишнего не наговорили!       Вдохнув, он постучался и скользнул в кабинет. И чуть не пискнул.       Альфа!       Он был уверен, что выбирал омегу, а тут!       Тот поднял голову, уточнил:       — Петр Хазин? Проходите, присаживайтесь.       Петя насторожился, замер, будто присматривался и пытался понять: не убежать ли ему?.. Он и без того так боялся к врачу-альфе, и вот, фактически первый раз, а вместо омеги… альфа! И все-таки, поджав губы, он неуверенно прошел вперед, поставил сумку в сторону и присел напротив.       — У нас не были еще, да? Мг, вижу… Так, анкету, вижу, заполнили, хорошо… — он просмотрел ее, кивнул. — Выделения имеются нетипичные? Белые, например, или желтые.       Петя призадумался и покачал головой.       — Нет.       — Только запах тревожит? Ни боли, ни зуда?       — Нет… Запах. И… ну, мне сказали, что… вкус.       Врач — Игорь Константинович Гром — посмотрел на него, приподняв бровь, будто засомневался, но сдержанно кивнул.       — Цикл регулярный?       — Да.       — Ага… Хорошо. Давайте сначала грудь посмотрим, потом остальным займёмся. Идите за ширму, снимайте верх…       Петя уже проклял и то, что выбрал и общий осмотр, что теперь еще и сиськами перед мужиком светить надо, и что не развернулся и не ушел! Омегу же выбирал, блондинку ту… А тут дылда эта! Дылда, впрочем, была крайне симпатичная, и сиськами светить перед таким незападло, к тому же у Пети с ними точно все окей — как будто красиво подкаченная и упругая, у него даже в спортзале как-то спросили, какие у него упражнения на грудь, а у него все свое! Но вот другое… это другое! Если там в самом деле что-то совсем не то! И вот этот врач…       Со вздохом он стянул футболку, кинул на кушетку и разрешил заходить. Кожу обжег холод латексной перчатки, она покрылась мурашками, соски тут же затвердели, и Петя постарался смотреть на потолок и не думать о том, что его лапают сейчас. Красавчик лапает, между прочим, Пете даже было почти приятно. Красивый такой, особенно когда так хмуро и серьезно смотрится.       — Руку поднимете… Ага, хорошо… Не больно? Нет неприятных ощущений? Хорошо. Тогда одевайте верх и снимайте низ. Вот ступенька, по ней удобнее будет. Полотенца и клеенка одноразовые, уже поменяли. Так… Вот накидка, можете прикрыться.       — Спасибо, — пробормотал Петя и, раньше, чем он успел потянуться к футболке, Игорь уже вышел, чтобы не смущать его.       Пете даже стало как-то спокойнее. Он себя безопасно как-то чувствовал, что с ним в самом деле обращаются так, чтобы не смутить, чтобы ему не стало неприятно.       С креслом справился он даже с первого раза! И был от себя в восторге! А вот накидку устраивал минуты две, пока до него не дошло, что ну… Игорь в любом случае будет его видеть между ног. И, вздохнув, он позвал его, а после нервно посмотрел на него. Тот улыбнулся, надел маску, поправил перчатки и настроил свет:       — Нервничаете?       — Я первый раз… вот так.       — Все хорошо, не бойтесь, больно не будет. А если почувствуете, что вам неприятно — скажите мне. Расслабляйтесь, успокаивайтесь, все хорошо, — голос у него был низкий, хриплый, и Пете от него так хорошо было. Игорь Константинович будто мурчал, а не говорил. Он опустил свет, устроился и чуть приподнял накидку, чтобы видно было. Петя ужасно боялся. Может запах сильный? И ему противно станет! Хотя вот, маска же на нем… не почует же?.. — Ведете постоянную сексуальную жизнь? — спросил он, и Петя заметил, что тот взял баночку, быстро смекнув — смазка.       — Я… ну раньше да, последние две недели нет.       — Пользуетесь искусственной смазкой?       — Я… — Петя сбился с толку от таких вопросов, покраснел смущенно. — Мы не пользовались…       — Неприятные ощущения во время секса были?       — Да, — признался он, и даже внутри радовался, что хоть кому-то сказал!       — Хорошо. Я сейчас проведу внешний осмотр, и буду спрашивать, где больно, вы отвечайте. Ладно?       Петя кивнул и ощутил холодное касание пальцев.       — Тут?.. Тут?.. Ага, так… А тут? Хорошо. Сейчас я введу два пальца и продолжу пальпирование. Ага, вот так… Не больно? Хорошо? А тут?       Петя аж зашипел, и Игорь кивнул.       — Тут?       — Тоже… неприятно.       — Хорошо… — он кивнул, положив вторую руку на низ его живота, прощупывая. Пете было так странно, непривычно. Ему бы хотелось ощущать пальцы этого доктора немного в другой обстановке… — Ага, отлично. Сейчас я возьму зеркало… Вот такое. Это самое маленькое. А вы расслабьтесь. Сейчас я его смажу и… Вы вдохните и выдохните. Отлично, умница. Еще раз. Ага… Все, отлично. Слушайте, вы так у меня зеркало выхватили… — Петя аж хихикнул тихо, отвлекаясь от того, что его там щас… смотреть будут! Прям там! Где вообще никто не видел! К счастью, самая неприятная часть осмотра прошла быстро и почти что незаметно, Петя даже смутиться толком не успел. — Сейчас я вас посажу и буду пытать вас ужасными вопросами. Говорю сразу, ничего страшного нет, но подлечить есть что… Такая красота ж. Где же вы были в начале моей карьеры?       Петя посмотрел на него самым серьезным видом, прикинул их возраста и сказал:       — Кажется, у меня тогда впервые начались месячные и я думал, что умираю.       Игорь приподнял брови, а после рассмеялся. Кивнул и встал, оставляя Петю наедине, чтобы привести себя в порядок. Вставать было еще легче, чем забираться, к тому же и ступенька тут как раз! Петя ловко натянул джинсы, поправил волосы и вышел к Игорю. Он и так знал, что чем-то болеет, так что совсем не расстроился.       — Так… первое. Я понятия не имею, какой вы там себе запах выдумали, у вас все отлично.       — Но там есть запах! Я читал, что его быть не должно совсем!       — Ну, может быть только из душа — да, но в целом здоровая вульва пахнет. Не сильно, но пахнет. Выделения, микрофлора, у всего этого есть запах. Хотя с последним… Вы принимали антибиотики в последнее время?       — Нет, — Петя покачал головой.       — Хорошо… У вас был постоянный партнер? Использовали средства контрацепции?       И начался какой-то бесконечный опрос со всеми этими страшными вопросами…       — Так… Придут ваши анализы, будет ясно, могли ли вы чем-то заболеть, но смутно представляю, есть ли у вас что-то из ЗППП… Внешне только выраженный дисбактериоз и трещины, следствия, кажется, пренебрежения использования смазки. Но чем вы микрофлору убили я плохо представляю… Может вы всякие там ванночки делали, спреи?..       Петя дернулся, поморгал, глядя на Игоря с самым невинным выражением лица. Игорь все понял. Он был уверен, что таким могут заниматься только омеги в возрасте, но молодая омега! Когда сейчас столько информации!       — Ну… да. Чтобы от запаха избавиться.       Игорь моргнул.       — Но у вас нет никакого запаха. От чего вы пытались избавиться? От наличия у себя вульвы?       Петя поджал губы, решив смолчать, что со своей… вульвой он и вправду был не в ладах. Ее не принимали его партнеры, и Петя и подавно, считая, что это просто неясный кусок чего-то меж его ног! Ему не нравилось себя трогать и уже самому не нравилась идея кунилингуса. Он будто бы стал полностью понимать нежелание всех его бывших трогать его там.       — Ладно, я понял, — вздохнул Игорь, получив в ответ долгое молчание. — На прием заходите через дня два, ваши анализы придут. А пока… — он взял листик, начав черкать рецепт, — будем вам восстанавливать микрофлору и лечить трещины. Насчет второго у нас два способа лечения. Первый кремы, это у вас будет курсом, второе — укол. Быстро, один раз, могу прямо сейчас.       — Укол… прям туда?.. — побледнел Петя и, кажется, готов был падать в обморок, и Игорь быстро налил в стакан воды и протянул ему.       — Да, но это проводится под обезболивающим и… Все, ладно, я все понял по вашему взгляду. Значит кремы… — он кивнул, царапая ручкой бумагу, — во время лечения и восстановления избегать половых актов. Микрофлору лечить уже будем после того, как анализы придут. И, очень вас прошу, не надо там ничем ничего трогать, кроме воды. Все. Максимум гели для интимной гигиены, я вам выпишу, какие вам стоит купить… — продолжил он, не отрывая взгляда от бумаги, и, закончив, протянул Пете. — Обещайте больше ничего не использовать на себе кроме того, что я вам выписал, ладно? И жду на прием десятого числа.       Петя, сбитый с толку, кивнул. Уходил он в странных чувствах. У него нет никакого запаха и, к тому же, там ничего и делать не надо! Ни ванночек, ни спринцевания, ничего! Даже спреи, выходит, нельзя?.. Вот про спреи он лучше уточнит в следующий раз… Может быть можно?.. Чтобы точно все хорошо было! Он как-то вот не верил Игорю, что у него в самом деле нет проблем с запахом!       На следующем приеме Игорь его поздравил с убитой микрофлорой и принялся назначать ему план лечения. Головой покачал как-то, а потом уставился на него нечитаемым взглядом, когда Петя уточнил про спреи. Видя его очумелый взгляд, Петя принялся тараторить:       — Но там они же специальные! Прям вот так и написано!       Игорь медленно моргнул, положил к нему поближе рецепт и сказал:       — У влагалища своя микрофлора, которую легко нарушить. Не может быть спреев, которые не нарушат эту микрофлору, разве что он будет сделать из эубиотиков!       — А такие есть? — оживился Петя.       — Нет. И быть не должно. Еще раз: у вас нет никакого запаха. Ваша вульва пахнет так, как и должна пахнуть вульва. Более того скажу, запах после лечения может даже поменяться, потому что ваша вульва будет пахнуть как здоровая вульва! Вам не надо ничего брызгать!       — Но мой партнер… Он говорил…       — Так может вам найти партнера, который любит вульвы?       Петя поджал губы и опустил взгляд, пожав плечами. Ну да, этот-то гинеколог, ему легко вот так говорить! Он уже привык, как это у омег выглядит, а другим как?              В любом случае, лечение у Пети длилось почти месяц, о сексе думать было нельзя, так что мысли о спреях ему в голову тоже не приходили — не для кого было. Ну только если…       Он себя уже не единожды ловил на мыслях об Игоре. Он ведь в самом деле к такому органу привык! И считает, что он совсем никак не пахнет. А еще высокий, красивый, умный… Но Петя думал о том, что Игорю, наверное, такому взрослому, мелкий Петя со всеми его ванночками и глупостью в голове нахрен не уперся. Ему чуть больше тридцати, так что если и не супруг дома ждет, то явно какая-то омега сердца уж точно! Но такой красивый, такой… Петя вздохнул, смиряясь с тем, что Игорь уже точно занят. Зато он к нему на осмотры будет ходить и даже представлять разное может, когда он трогает его вот так, пусть только и через латекс.              Лечение уже и закончилось, у Пети последний прием перед ожиданием нового в три месяца — Игорь говорил, что ему придется вот так годик походить, чтобы контролировать ситуацию.       Петя зашел в кабинет и Игорь посмотрел на него немного растерянно, после кивнул и сказал проходить.       — Как самочувствие?       — Отлично. И до этого так-то тоже отлично было…       — Это чудо. Проходите, снимайте низ, присаживайтесь, посмотрим, как там у нас дела…       Петя кивнул, уже привычно легко и просто уселся на кресло, устроив ноги по разные стороны, использовал накидку — не мог без нее, и расслабился. Игорь вошел такой красивый, такой нереальный, в этом белом халате. Уселся, направил свет и тут же похвалил:       — Ну вон какая красота! Как по учебнику! И не надо такую красоту мучать спреями всякими, особенно ради неясных альф.       — Но они говорили…       — Петр, — Игорь выпрямился, приспустил маску. — Я ваш врач и я вам прямо заявляю: у вас все красиво, без лишнего запаха, без болезненных выделений. Любой нормальный альфа будет в восторге.       — А вы?.. — тихо спросил Петя, и Игорь аж замер. Петя дернулся, покраснел, мотнул головой: — Нет, ничего… Простите.       Игорь смотрел на него, и, полностью спустив маску, сказал:       — В восторге. Вы очень красивый. И вверху и… внизу.       Петю жар аж волной накрыл, от головы до груди. Он дернулся, красный и смущенный, внизу прошелся приятный импульс, и он хотел, по-хорошему хотел промолчать, сделать вид, что не услышал, но прошептал:       — Правда?..       — Да.       Петя закусил губу, щеки горели, сердце билось под глоткой. Он даже не был уверен, что именно его возбуждает: сам Игорь или уверенность в том, что Игорю… нравится то, какой он, и его ничего не смущает. Вздохнув, он смял накидку, потянул ее вправо и та соскользнула с бедер, открывая его для Игоря еще больше. Некоторые волнующие сознание детали — например две чувственные родинки на лобке. Игорь сглотнул, стянул перчатки, кинув их на пол, чуть привстал, сжав в своей руке его бедро — Петя охнул, поерзал. Было приятно — у Игоря большие, сильные горячие руки, ощущаются как что-то нереальное. Он склонился над ним, опалив дыханием его губы, и поцеловал. Петя промычал, обхватил его шею своими руками и ответил. Боги, в самом нереальное что-то… Его запах, тепло его тело… Петя выгнулся, подаваясь ближе к нему, чувствуя, как жадно Игорь сжимал его бедра, наминая и лаская. Петя заерзал, откинув голову назад, когда Игорь спустился к его шее, выцеловывая.       Его запах, его тело — это просто сводило с ума, Петя весь изнылся, пока Игорь его целовал и гладил. Его руки на груди, сжимающие и ласкающие, совсем не так, как в тот первый прием, нежнее, приятнее.       Игорь выдохнул и, не выдержав, выпрямился, схватив смазку и нервным движением вылил ее на свои пальцы, а после почти тут же скользнул ими меж губ, смазывая, и Петя сладко вздохнул, закрыв глаза… Ну да, с искусственной смазкой куда приятнее… Очень приятно.       Игорь склонился к нему, выцеловывая его лицо, и продолжая ласкать пальцами. Обвел клитор и приласкал его — Петя застонал, выгнувшись и широко раскрыв глаза. Так хорошо, нереальное просто, у него так ни разу не было… А Игорь еще ничего толком и не сделал!       Петя вжался в него, крепко поцеловал, поддаваясь бедрами на ласки его пальцев. Что-то невозможное, Пете не было так хорошо раньше… Сейчас, с Игорем, он вдруг понял, что ему вообще никогда хорошо не было до него. Он даже не знал, как это бывает.       Оргазм накрыл быстро, и Петя застонал, закрыв глаза. О Боги… Невероятно. Охуенно.       Он раскрыл глаза, встретившись с довольной улыбкой Игоря.       — Ты всегда такой быстрый?       Петя мотнул головой, выдохнув и улыбнувшись.       — Ого. Значит, я профи своего дела. Ну, тогда заканчиваем осмотр?       — О Боги… Дай хоть в себя прийти, — Петя нахмурился и пнул его в плечо. Игорь улыбнулся и склонился, нежно поцеловав его в уголок губ. Петя совсем раскраснелся. Ему было и хорошо, и стыдно, а еще очень радостно, что его чувства к Игорю оказались взаимны! И его не будет смущать этот запах!       Но все-таки может стоило бы его как-то убрать?..       Петя одернул себя. Потом об этом подумает! Тем более Игорь может и не будет ему лизать, тогда и не узнает, что там пахнет… Он ведь и не понял ничего, потому что в маске был!       Ну а сейчас все это неважно, сейчас важно лишь то, что у Пети нереально красивый мужик, о котором он мечтал весь месяц, о котором весь изнылся, хотел до ломоты, и вот он, рядом, и хотел его, ласкал его… Петя влюбленно вздохнул.

*

      Их первое свидание было уже на следующий день, Игорь отвел его в ресторан и Петя был в восторге! А когда Игорь полез счет оплачивать, уставился на это огромными глазами и зачем-то сказал:       — У меня есть деньги…       Игорь глянул на него и рассмеялся.       — Я очень рад. Это важно.       И оплатил. И чаевые еще оставил! Петя сидел, сбитый с толку, и Игорь спросил:       — К чему это уточнение было?       Петя поднял на него взгляд, постучал пальцем по столу и сказал:       — Кажется, мой отец был прав. Мои бывшие использовали меня ради бабок.       — Ого, интересное начало. Я уж понял, по тому, что лечил, что у тебя… были проблемы с альфами. Но это в целом нормально для юности. Там некоторые альфы не знают, где клитор, куда же дивным знаниям, что порой нужна искусственная смазка.       — Да, ты прав, — Петя кивнул. — Я за это и не злился на них никогда. Будто бы я много о сексе знаю? Видел в порно, но там все врали. Разве что с тобой удивился, что так хорошо бывает, но это даже плюс в каком-то смысле. Но… За меня даже никто в кафе счет не оплатил! Но, в общем, может и это нормально… Я-то всегда при деньгах, а у них…       — И они что-то дали тебе взамен? — уточнил Игорь. — В отношениях важна взаимность. Иногда мы даем то, что нет у другого человека, и за это он дает что-то нам, что-то, что нам нужно.       Петя поглядел на него, вздохнул и бодро улыбнулся:       — Это все неважно, ошибки все совершают, главное, что теперь я познакомился с тобой.       — Ага, и цена этих ошибок — месяц лечения у гинеколога.       — А без этой цены я бы тебя не встретил, — задорно подмигнул ему Петя, и Игорю вот так казалось, что все эти неудачные опыты совсем на него никак не повлияли, но все-таки… Игорю думалось, что это ему еще аукнется… Но пока напротив него сидел Петя, красивый, юный и желанный, а Игорь думал, что он самый счастливый мужчина. Хоть и нарушивший врачебную этику…       Их первый раз был после — сначала они целовались на улице, и никто не хотел выпускать друг друга из рук, а после Петя назвал таксисту свой адрес, и все, Игорь пропал. Еще бесконечно-долго они целовались в темной прихожей петиной двушки — подарок отца, кажется — и еще бесконечно-долго в спальне, пока Петя не оставил его одного, чтобы быстро принять душ и переодеться. Он вышел к нему, словно Бог, нереально красивый, в дорогом кружевном белье. Его тело — прекрасное белое тело, все в россыпи веснушек и родинках. Белье просвечивало фактически все — и нежные ореолы сосков, и очертания всего того, что было ниже. Игорь застонал сквозь зубы, не выдержав красоты этого вида, и с божьей помощью ушел мыться, хотя хотелось наброситься прямо так.       Он был уверен, что страсть между ними не способно испортить ничто. Игорь никого и никогда так страстно не желал, как в этот момент, и он был уверен, что Петя разделяет силу этого желания.       Но…       — Это что? — Игорь вскинул голову, находясь уже меж его ног, стащив белье зубами, предвкушая, и тут это.       — Ты о чем?.. — пробормотал Петя, подняв голову и посмотрев на него абсолютно невразумительным взглядом. Вдруг вздрогнул, пробормотал: — пахнет, да?       — Да, пахнет! — рявкнул Игорь. Петя снова дернулся, подобрался, вжался в спинку кровати, прижав колени к груди, уже в ужасе думая пойти и прям так убиться от стыда, как Игорь продолжил: — пахнет сраной лавандой! А должно, я уж извиняюсь, пиздой! Почему хуйню делаешь ты, а микрофлору тебе потом восстанавливать должен я?!       Петя шало заморгал, снова ойкнул, заерзал.       — Ну, Игорь, я подумал…       — Все, стоп. Тебе не надо думать! Думать за нас буду я, а ты должен слушать, что тебе говорит, попрошу заметить, твой гинеколог!       Петя страдальчески заломил брови, и Игорь едва не завыл отчаяния. Вот оно, юное дарование с напрочь задуренными идиотами мозгами!       — Иди в душ и смывай все. Потом поговорим.       — Игорь…       — Быстро, — четко сказал Игорь и, когда Петя встал, еще и по жопе его шлепнул. Петя вздрогнул, недовольно на него посмотрел, пнул ногой в бедро и ушел в душ, не понимая, почему Игорь не оценил! Он старался вообще-то! Хотя у лаванды резкий запах, может, надо было подобрать помягче…       Он вернулся, замотанный в халат, и встретился с абсолютно серьезным лицом Игоря, настолько серьезным, что это скорее пугало, и Петя заныл:       — Умоляю, выключи своего гинеколога!       — Нет. Садись. Щас буду объяснять, — и полез в телефон, чтобы провести долгую, нудную лекцию о микрофлоре влагалища, как легко ее нарушить и почему себя ничем нельзя брызгать. И почему прокладки лучше брать без отдушек!       Петя все выслушал с самым серьезным, хоть и страдающим лицом.       — И главное. Тебе не нужно брызгаться, потому что меня не возбуждает запах лаванды. Меня возбуждает то, как ты пахнешь сам. Понимаешь? После душа вообще запаха нет, и, учитывая, что у тебя сейчас проблемы с естественной смазкой, он даже от возбуждения толком не появится. Надеюсь, хотя бы это тебя утешит. Что сейчас ты просто пахнешь чистой кожей. И это лизать куда приятнее, чем шею женщины из метро в час пик, надушенной лост черри.       — Лизать?.. — Петя уставился на него дикими глазами. — То есть… прям языком?.. Игорь, это как-то… Вдруг тебе вкус не понравится?!       Игорь тупо смотрел на него немигающим взглядом и даже не знал, что ему по этому поводу сказать, как описать все то многообразие чувств, что он ощутил. Просто пиздец. И как такому красивому, сексуальному омеге можно было вбить все это дерьмо в голову?       — Петь, ты хочешь заняться сексом?       С небольшим сомнением, но Петя ответил:       — Да.       — Тогда ложись, расслабляйся.       — Как на приеме у тебя? — хихикнул Петя, но тут же скинул с плеч халат и скользнул на спину, вытянувшись, показывая себя и соблазняя.       Игорь довольно выдохнул и склонился, схватив свои штаны и вынимая оттуда ремень.       — Ого, начнем сразу с ролевых, Игорь? — он в нетерпении поерзал, закусив губу, и Игорь многообещающе ему улыбнулся, и, вытряхнув ремень, потянулся к его запястьям, ловко привязав их к изголовью. Петя томно вздохнул: — Ты такой горячий, Игорь. Так хочу тебя.       — Это очень взаимно, кошка, — прошептал Игорь, склонившись и выцеловывая его шею, после ниже, расцеловав грудь сквозь кружевную ткань и приподняв ее, открывая розовые соски, накрыв ртом, посасывая, и ниже, еще ниже, и…       Петя пискнул:       — Игорь!       Он дернулся, когда Игорь обжег своим дыханием его между ног.       — Тише, — шикнул Игорь, шлепнув его по бедру, и жадно прижался ртом к его киске, надеясь, что слюны хватит для смазки. Игорь знал, что после лечения требуется еще время, чтобы смазка начала вырабатываться, так что у Пети с этим было худо, и сейчас он был почти сухим, зато у Игоря целый рот слюны только от вида его киски, и сейчас он жадно лизал ему, обхватывая складочки, вылизывая их, и поднимаясь выше, к возбужденному клитору, нежно посасывая его.       Петя заскулил, заерзал, тяжело и громко дыша, завыгибался, он даже не знал… не знал, что так хорошо может быть! Игорь делал что-то невозможное с ним, лаская, с такой страстью и жадностью, что Пете казалось, что еще чуть-чуть, и он просто сойдет с ума от кайфа.       Но, к счастью, он просто кончил, и чуть не разревелся от того, как это было нереально хорошо. Еще когда он не пришел в себя, Игорь приподнялся, оторвавшись от его киски, и принялся шептать Пете, какой он нереально вкусный и какой красивый, как классно ему лизать и что он готов всю ночь это делать.       Пете было стыдно, а еще — очень хорошо.       — А будешь себя брызгать — лизать не буду, — пригрозил ему Игорь, и Петя понял, что это в самом деле пугающая угроза… Он посмотрел на него пьяным, но довольным взглядом, осознав, что хочет еще.       Игорь был вовсе не против, дать ему это «еще».       Уже после этой бесконечной ночи, когда оба валились без сил, Петя вышел из душа и, залезая к Игорю в кровать, сказал:       — Завтра к тебе на сеанс запишусь.       — Зачем? — зевнул Игорь. — От одного раза, что ты побрызгал, ничего не будет.       Петя выразительно на него посмотрел, приподняв бровь, и Игорь протянул:       — А-а-а-а! Понял. Жду.       — Так бы сразу, — хищно улыбнулся Петя и подался вперед, чмокнув в уголок губ и потеревшись щекой о его щеку. — Мне так ни с кем хорошо не было, — прошептал он, потираясь о него. — Ты так ласкал меня, так трогал… Я и не думал, что это может быть настолько… — и вздохнул сладко.       В самом деле не думал. Даже представить не мог! То, как с ним был Игорь, он такого даже себе придумать не мог. Даже не фантазировал о таком! Как ласкал и целовал, как трогал, знал, где Пете приятнее всего и, главное, Петя чувствовал — он в восторге от его тела, от каждого сантиметра, его все возбуждает и как сильно он его хочет… Что-то невозможное.       Игорь довольно улыбнулся, поцеловал его в нос и сказал:       — Видишь, какой я врач хороший. Могу пизду и вылечить, и отлизать.       Петя рассмеялся.       — Да, ты прав, такой всегда в хозяйстве пригодится.

*

      Петя не думал, что когда-нибудь с таким желанием будет идти в кабинет к гинекологу! Принарядился он, конечно, что надо, уже только зайдя заставил взгляд Игоря потемнеть. Тот откинулся на стул, оглядел его всего, а Петя, лукаво улыбнувшись, закрыл дверь на ключ, и мягким движением плеч скинул с себя тренч. Под ним оказался прозрачный топ и в тон ему кружевные шорты.       — А я вас ждал, — протянул Игорь, оглядывая его. — Говорил же вам не пользоваться всяким, а вы запрет нарушили… Ну, будем смотреться. Давайте, за ширмочку.       Петя только от этого ощутил сладкий трепет внизу, он сладко вздохнул и быстро скрылся за ширмой, Игорь тут же за ним, без перчаток и маски, таких мешающих.       — Любите нарушать, да? — прохрипел Игорь, подойдя со спины и скользнув руками к груди, погладив и начиная мягко ощупывать, массировать.       — Да я… забылся просто, — прошептал Петя, уже чувствуя, как хорошо ему стало, как сладко ему было. Горячие руки Игоря ласкали его, сжимали, такие сильные и большие, Петя уже обожал их. У него проскальзывало в голове, что они их отношения с секса начали, но, видел Бог, Петя не мог сейчас отдаться романтике. Она будет потом. А сейчас Пете хотелось секса. Именно такого, о каком он узнал только с Игорем.       — За такое надо наказывать, — уверенно прошептал Игорь ему на ухо. — Ну, тут хорошо… — его руки скользнули ниже, приспустила шорты и мягко опустила их вниз. — А здесь посмотрим… Что вы там нам устроили, — он нежно поцеловал его в шею и, развернув за талию, быстро и легко, будто Петя для него ничего не весил, усадил на кресло. Стянул шорты с бельем и ловко закинул его ноги на держатели.       Петя закусил губу, смазано поцеловал его и подался назад, на кресло, чуть выгнувшись. Его вело жутко, что он был перед ним таким открытым и что Игорь рассматривал его совсем не как пациента. Его взгляд, жадный и темный, скользил по его телу и вниз, меж его ног.       — На первый взгляд ничего, — он плавно опустился в кресло и смазал пальцы смазкой. Петя закусил губу и оперся на локоть, чтобы лучше видеть. Игорь улыбнулся ему. — Но нужно прощупать, — его пальцы скользнули меж губ, погладили, и Петя закусил губу, поерзав. Ему нереально хорошо было, Боги, да он к Игорю сюда будет как на работу ходить…       Игорь нежно оглаживал его, потирал складки, мягко массировал клитор, и Петя зарезал, часто задышав и тихо застонав, сквозь зубы.       — Ага… ну, кажется, тут у нас все хорошо… Сейчас я… Осмотрю вас внутри…       Петя с самым блаженным видом улыбнулся, ощутив, как в него вошло два пальца, а после серьезно сказал:       — Игорь, мы играем в гинеколога, а не проводим реальный осмотр…       Игорь моргнул и ойкнул, заметив, что положил вторую руку на низ его живота, чтобы прощупать, и быстро убрал ее.       — У меня проф деформация, Петь…       — Ага, трахай лучше, — прищурился Петя, и почти тут же запнулся, застонав, когда Игорь начал мягко массировать его двумя пальцами, а большой прижал к клитору.       Петя закусил губу, часто задышал, думая о том, как же ему охуенно, как же хорошо. Игорь все это видел и был крайне доволен, прошептав:       — Думаю, без мазка не обойдется.       И плавно опустился ниже. Петя заломил брови, глядя, как близко было его лицо и, не сдержавшись, застонал, откинув голову назад, когда ощутил его язык меж губ. Господи, как же это… Как он вообще без этого жил?       Игорь начал медленно и плавно, ласкал его, ловя каждый его стон и продолжая массировать пальцами и лизать одновременно. Петя заерзал, закрыл свой рот рукой, чтобы не стонать, и закатил от кайфа глаза. Язык у Игоря был на пять звезд, Петя подавался бедрами к нему, потираясь о его язык, выстанывал его имя сквозь ладонь и думал о том, что хочет вот так вечность и провести, на его языке.       Его руки на бедрах, на животе, скользящие к груди. Игорь нежно погладил ее, приласкал, и Петя заерзал еще сильнее — полотенце под ним совсем съерзалось, и он чувствовал, как был близок. Вцепившись руками в его волосы, он сильнее притянул его к себе и, выстонав его имя, кончил, чувствуя, как по ногам и бедрам прошлась судорога. Шумно выдохнув, он открыл глаза и посмотрел в потолок. О Боги… Нереально. Невозможное…       — Ну что, доктор?.. — тихо спросил Петя, чувствуя, что с кресла не слезет еще минут пять.       Игорь выпрямился, облизал губы и вытер бороду от смазки.       — Поздравляю, вы полностью здоровы. Но будете еще всякое использовать — отшлепаю, — и предпреждающе шлепнул по бедру. Петя хихикнул, глядя на него довольными, сытыми глазами, думая о том, что почаще будет заходить к Игорю. Это кресло делало с ним что-то невероятное

*

      До Игоря Петя и не знал, что может так адски хотеть трахаться. Не то чтобы у него были проблемы с либидо, но он никогда не просыпался с мыслями о члене и не засыпал с ними же! Они встречались каждый день, и каждый Петя целовал его, терся и хотел большего, а Игорь всегда давал. Ласкал его и целовал, доводил до бешеных оргазмов, от которых Петя порой отходил по минут десять, а то и больше.       Так что и начавшиеся месячные не стали преградой для его либидо. Наоборот, Пете еще сильнее хотелось трахаться, настолько, что даже Игорево обещание приехать к шести его изводило. Он смотрел на часы, считал минуты и откровенно страдал. Ему хотелось целоваться, почувствовать внутри его член, ему хотелось Игоря.       И, конечно, Петя не был дураком! Петины бывшие старались вообще как можно меньше знать о его цикле, но Петя понял, что Игорю такие вещи совсем не противны, в конце концов, он гинеколог, но все-таки Петя решил перестраховаться. То, что ты спрашиваешь у пациентов их цикл или лечишь болезненные месячные вовсе не значит, что ты захочешь трахаться в месячные! И Петя прикупил специальные для такого дела тампоны. Ни ниточки, ничего, красиво и удобно!       И он ждал, томно вздыхая и изводясь. Даже подрочил один раз! Но желания это совсем не сбило.       Глянув на время, он кивнул и в нетерпении ушел в душ. Помылся, использовал тампон и, накинув халат на голое тело, пошел перекусить.       Игоря он встретил прям так — не успел Игорь зайти в квартиру, как Петя скинул халат, демонстрируя свое тело. Бледное и тонкое, чуть более мягкое, чем обычно, но Петя знал, что так он тоже вполне себе хорош, только по-другому. Даже мудаки не смогли отбить у Пети любви к своему телу (ну, кроме того, что у него между ног, может быть…), так что он был перед Игорем голый, красивый и уверенный в себе. Игорь довольно вздохнул и полез целоваться, все считав правильно. Быстро принял душ и повалил Петю на кровать, шепча о том, какой он красивый, какой сексуальный и жадный, как ему нравится, какой Петя голодный, как он хочет его… Петя обожал это слышать и сейчас это завело только сильнее, так что, без лишних слов, оседлав Игоря, он плавно направил его член в себя, застонав. О Боги… Охуенно! Он знал, что во время месячных чувствительность повышалась, но чтобы так… Это просто что-то нереальное, Петя заскулил, заломил брови, начиная плавно двигаться на нем, кайфуя, думая, что никогда так хорошо ему не было.       Игорь видел этот кайф, видел, что Пете сейчас по-особенному хорошо, и это завело еще сильнее. Зарычав, он с силой сжал его бедра, шлепнув по ним, и помог настроиться на нужный ритм, с восторгом посмотрев на его лицо, искаженное в удовольствии, видя, как ему нереально хорошо, даже лучше, чем обычно. Он мягко погладил его бедра, живот и вверх, к чувствительной груди, чуть более упругой, чем обычно — и, едва погладив, приласкав, Петя издал такой молящий, скулящий стон. Игорь пораженно вздохнул, быстро смекнув — месячные скоро. Надо будет этой балде сказать, что секс в эти дни не табу, а то ж замуруется и будет плакать, что он грязный…       Но пока Игорю было не до этого. Петя был такой жаркий и тугой, так нереально двигался на нем, а еще — кайфовал. Кайфовал от его члена и тела, от его голоса, взгляда и рук. Видеть, как ему хорошо, как он отдается процессу — что-то невозможное, Игорь будто бы не видел такого в свой постели. Чтобы с таким кайфом и к себе, и к партнеру.       Да, Петя был золотом, Игорь был искренне им восхищен. И после, когда Петя ушел мыться, все, что мог делать Игорь — это лежать и наслаждаться мыслями о нем, думать, как же сильно ему повезло. Такой красивый, яркий и нежный, всегда на веселе, глаза у него как блестят. Возраст, конечно… Игорь его в начале и испугался. Даже не того, что он его пациент, а возраста, но вскоре и это перестало играть какую-то роль. Важным был Петя сам по себе. Такой, какой он есть. Немного наивный, искренний, открытый к нему. А главное — бесконечно влюбленный.       — Игорь?.. Игорь, обещай не ругаться… — Петя вышел из ванны в одном полотенце, прикрываясь неловко, нервно.       Игорь приподнялся на локтях, нахмурился, не понимая, что он мог учудить? Спреями никакими не пахло, и Игорь ничего в процессе особо не заметил.              — Что ты учудил? — Игорь присел, рассматривая его, выглядел Петя неприлично испуганно.       — Я… ну… я не могу достать тампон, Игорь, — заскулил он еще более жалостливо.       — Какой тампон? — не понял Игорь, не припоминая ни ощущений продолговатых предметов, ни, тем более, ниточки.       Петя поджал губы, ушел в ванную и вернулся с розовой упаковкой, где гордо значилось «тампоны нового поколения». Игорь моргнул.       — Петя… ты засунул к себе во влагалище кусок поролона без веревочки? И решил, что как классно будет заняться с ним сексом, чтобы я его членом утрамбовал тебе на другой конец географии?..       — Игорь, лучше скажи, что делать! Вдруг он… вдруг он там гнить начнет… — пробормотал он, белея и вспоминая все те пугающие истории, когда омеги забывали о тампоне, а после умирали от анафилактического шока! Потому что он там гнил! Петя от ужаса чуть не заплакал, и Игорь видел, что ему щас не до шуток.       — Ладно, неси полотенце и иди сюда.       Петя закивал и поспешил послушаться. Вернулся уже через пять секунд, с полотенцем в руках, нервно сжимая его. Игорь с усталым вздохом забрал его, расстелил на кровати и велел Пете укладываться.       — Не кресло, конечно, но что есть…       Петя, впрочем, никакой неловкости не испытал, все, чего он хотел, чтобы из него это вынули, и он был согласен уже на все! Устроился, сам ноги раздвинул, в коленях согнул, Игорь кивнул, устроившись с фонариком на телефоне и, смазав пальцы, принялся за первичный осмотр.       — Петь, расслабься, иначе я сам тут ниче не достану.       — Я не могу, — шмыгнул Петя.       Игорь выпрямился и с сочувствием на него посмотрел. Тут даже не наругаешь башку эту, им же реально эти куски поролона как тампоны суют с гордой надписью про занятие любовью, как это удобно и ничего не мешает. А потом вот такие у него на кресле от стыда сгорают…       — Все хорошо, Петь, я все достану, тебе надо только расслабиться, — он мягко погладил его по бедру, успокаивая.       — Точно достанешь? — недоверчиво спросил он.       — Петь, я маточную спираль устанавливаю и достаю, и нормально.       — Звучит страшно, — пробормотал он.       — Не страшнее тампона застрявшего. Все хорошо, давай, вдох-выдох.       Петя послушался, и за дыханием, за мягкими поглаживаниями и разговорами, Пете удалось расслабиться. Он выдохнул, поерзал, и Игорь кивнул:       — Ну вот, уже лучше… Щас все достанем тебе…       Игорь действовал выученно и аккуратно, уже сталкивался с таким, так что сам процесс занял у него ровно минуту. Петя аж заморгал удивленно, когда Игорь показал ему кусок поролона, сжатый и весь красный.       — Ну во, видишь. Иди в душ, поговорим щас.       — Я уже и так все понял, — мяукнул Петя, забрав полотенце, этот несчастный псевдо-тампон и пошел смывать с себя все эти невероятные впечатления!       Пока мылся он даже немного порадовался. Игорю совсем все это не противно… Ни кровь, ни месячные… Ему совсем нормально! Может тогда и не нужен тампон этот?..       Отмывшись и отстирав полотенце от крови, Петя натянул белье, футболку и вышел к Игорю. Тот сидел на кровати, рылся в телефоне и, увидев его, улыбнулся, похлопав по месту рядом. Не злился и то хорошо, а то Петя себя таким идиотом чувствовал… Вздохнув, он сел рядом с ним, посмотрел в глаза и Игорь, склонившись, нежно чмокнул его в кончик носа. Петя улыбнулся, приободряясь.       — Все ок, Петь, ты не один такой. Я жутко злюсь на эти тампоны вообще, во придумали, блин… Если мужик ссытся крови во время месячных — ну так нечего тогда вообще сексом заниматься в эти дни, не заслужил.       — А что… так прям можно?.. — пробормотал Петя.       — Конечно. В презервативе главное, и все ок будет. Так что никаких больше тампонов. Я уж крови не боюсь.       — Да я это понял уже, — улыбнулся ему Петя. — Вон как бодро полез в меня доставать поролон этот… Блин, а мне ведь так с тобой повезло. Никто бы из моих бывших не стал… вот так лезть в такой ситуации, пришлось бы к врачу ехать.       — Ага, и там был бы я, и все, снова любовь до гроба. От судьбы не убежишь, Петь.       — Точно, — Петя широко улыбнулся и подался к нему, нежно целуя. Игорь приобнял его за талию и ответил, поглаживая.       Плавно он поднялся выше, лаская грудь, и Петя застонал, подавшись ближе, жарче, крепко обнимая его. Игорь был такой ласковый, зная, как легко сейчас причинить боль, и от этого Петя кайфовал еще ярче. И никакие тампоны ему в этот раз не понадобились… А Игорь, определенно, совсем не боялся крови.

*

      Петя не понимал, что с ним происходит, но был четко уверен — он чем-то заболел. Еще и Игорю в кровать это принес! О Боги…       Но с ним точно что-то было не так. Никогда раньше такого не было! Ему уже приходилось использовать ежедневники почти каждый день просто потому, что иначе трусы могли насквозь промокнуть! Он вроде почитал в интернете и, если выделения никак особо не пахнут, значит все хорошо, но не в такой же степени! Пете было даже как-то стыдно перед Игорем, так что перед сексом он тщательно вытирался бумагой, чтобы там ничего… не текло! Но белье промокало просто ужасно… В общем это не то чтобы происходило весь день не прекращаясь, в основном, когда Петя очень удачно думал об Игоре, но почему-то сложить два и два его мозг отчаянно отказывался, и Петя просто вцепился в идею, что чем-то заболел. И Игорю признаться стыдно! И идти к нему за лечением тоже стыдно… У них-то отношений толком не было, едва начаться успели, а тут Петя с таким подарком?! К тому же… вдруг Игорь подумает, что он нагулял где-то?.. А Петя не то что с другими ни-ни, он о них и не думает! Ну уж нет, Петя не готов был так рисковать, так что записался в другую клинику — точно к омеге! Нечего ему перед альфами светить всяким…       К счастью, в этот раз в самом деле была омега, правда у Пети только от вида кресла внизу потянуло. Они за это время с Игорем как только на этом кресле не развлекались… И теперь от его вида у него были только об этом мысли и он очень надеялся, что все быстро закончится! А то так и кончить можно!       Он устроился и разрешил войти, чувствуя, как внизу все начинало сладко ныть, и Петя зажмурился, думая о всех самых мерзких фильмах, которые только видел, что оказалось весьма сложно, потому что на этом кресле и в этой позе он мог думать только об Игоре.       — Так, сейчас посмотрим… — она направила свет, поправила маску, и Петя уставился в потолок, отвечая на привычное «не больно?», которое он привык слышать низким, хриплым голосом.       Осмотр она провела вполне себе бережно, и Петя подумал, что Игорь в самом деле хороший врач, и он относился к нему в тот первый осмотр так же нежно, как и она. Ему просто казалось, что от альфы это редкость.       — Я взяла мазок, но, кажется, у вас все замечательно. Одевайтесь и давайте еще раз проговорим жалобы, хорошо?       — Ладно, — кивнул он, не понимая, как же там все может быть замечательно, если все совсем не замечательно?!       Он аккуратно слез с кресла, привел себя в порядок и вернулся к столу, присев и посмотрев на девушку.       — Так, значит, зуда, жжения нет, так? А какой запах у выделений?       — О, ну… Я не знаю. Не нюхал… Но кажется, скорее нейтральный, может… немного кислый, — смущенно признался он. Словно скисшая пачка молока!       — Мг… а цвет?       — Прозрачные.              Девушка ласково на него посмотрела и покачала головой.       — Полагаю, вы абсолютно здоровы, а то, на что вы жалуетесь — это просто смазка.       — Но у меня… иногда даже белье мокнет!.. — вскрикнул он, хоть и тут же перешел на шепотом, будто делился каким-то страшным секретом.       — Полагаю, вы просто возбуждены в те моменты. Не обязательно заниматься сексом или мастурбировать для этого, вы можете, например, просто обниматься со своим альфой, целоваться или даже просто думать о нем. Все в полном порядке. В некоторые дни цикла она может быть обильнее, в другие менее, вот и все. Не беспокойтесь.       Петя смотрел на нее, не моргая, пытаясь переварить это. Какой кошмар. Он пришел с жалобой на естественную смазку. В ход пошло единственное оружие, как надежда на свою адекватность.       — Но раньше такого не было! Наоборот, скорее сухо…       — Это тоже нормально. Ваше тело меняется, к тому же… может быть, вы лечились от чего-то ранее?       Петя смущенно буркнул:       — Лечился.       — Ну вот, тогда ваше тело тем более будет меняться.       Петя посмотрел на нее и вздохнул, кивнув и сдавшись. Надо было принять этот факт: он пришел к врачу с жалобами на то, что течет от своего мужика, спутав это с болезнью! Петя вообще-то зарекся это рассказывать Игорю, тот же от смеха сдохнет!       Но в итоге не сдержался.       И был прав. Игорь правда чуть не сдох, засмеявшись и подавившись ужином. Петя недовольно на него уставился и, встав, смачно шлепнул его по спине:       — Не смешно! Я с тобой таким делюсь, а ты!       — Прости, — пытаясь отсмеяться, сказал Игорь. Скулы заболели от улыбки и смеха. — Просто даже ко мне никто ни разу не приходил с такими жалобами!       Петя надул губы и сел напротив Игоря, сложив руки на груди.       — У меня такого никогда не было! Реально же… белье мокнет.       — Петь, мы восстановили тебе микрофлору, вероятно, так ведет себя твой здоровый организм, лишенный всяких болячек. Мне больше интересно, почему я ни разу не замечал тебя таким мокрым? Или может ты возбуждался отдельно от меня? — Игорь отпил вина и приподнял бровь, внимательно глядя на Петю, который от этого вопроса так трогательно раскраснелся.       — И отдельно тоже, — буркнул он. — Я просто… вытирался.       — Грех, — с самым серьезным лицом сказал Игорь. — Чтобы сегодня без таких выкрутасов, ладно? Хочу тебя мокрого от смазки, узнать, какой ты на вкус…       Петя посмотрел на него, чувствуя, как горели щеки и как ему становилось еще более жарко. Внизу живота снова приятно заныло даже от такой мелочи.       — Кстати, меня теперь возбуждают гинекологические кресла, — сказал Петя, и Игорь рассмеялся.       — Пригодится на родах.       — Фи, — Петя сморщил нос. Пока что мысли о подобном не вызывали в нем ничего, кроме желания поморщиться и сказать, что он таким заниматься не будет. Игорь понимающе улыбнулся и кивнул. Мог понять, в двадцать-то два года… Рановато о таком думать. Просто Игорю-то уже тридцатка, так или иначе задумываешься о таком, но вслух он не особо хотел это озвучивать, чтобы на Петю не давить.       В этот раз Петя ничего не вытирал и не смывал, был прям так, и Игорь был в восторге. Петя тек! Это было его личной победой, потому что из-за всех травм, даже сразу после лечения, в этом не было никаких подвижек, и чувствовать, какой он мокрый и влажный, как хлюпала смазка, как пахло его возбуждение… Это был полный пиздец. Это была его личная победа!       Тек Петя нереально сильно, смазка стекала по пальцам, подбородку, затекала меж ягодиц — Игорь лизал ему особенно жадно в этот раз, Петя весь извелся, понимая, что это удовольствие просто разрывало его на части, так хорошо, так невозможно хорошо. Игорь будто бы хотел вылизать его до суха, но Петя тек только сильнее, а Игорь еще сильнее возбуждался, дурея от его запаха и вкуса.       Кажется, это был первый раз, когда Петя умолял дать ему кончить, потому что Игорь все оттягивал его оргазм, желая насладиться тем, что у него так нагло отбирали!       Оргазм был долгий, тянущийся, такой сладкий — Петя думал, что лучше уже не будет. Он лежал без сил и смотрел в потолок, пока Игорь целовал его живот, грудь, шею, шептал о том, какой он вкусный, как нереально пахнет.       К несчастью для Игоря, первым вопросом, который задал Петя после, было:       — Тебе точно не смущает… вкус и запах?..       Он просто вдруг понял страшное: до этого, без смазки, он может вообще не пах, но теперь! Теперь!       Игорь уставился на него. Моргнул.       И сказал:       — Твоя киска на вкус как, представь себе, пизда. На счастье, я люблю вкус пизды.       Петя моргнул и тихо рассмеялся. Ладно, может быть он как-нибудь начнет смиряться с тем, что Игорю нравится все это безобразие! Главным же было то, что Игорь Пете еще никогда так жадно не лизал, так что он стал догадываться — так Игорю нравится даже больше, его просто с ума сводит, тащится, как кот по валерьянке. Петя потянулся к нему за поцелуем, и Игорь накрыл его губы своими, целуя и лаская.

*

      Петя понимал, что за пару месяцев с Игорем принял себя намного лучше и быстрее, чем с бесконечными отношениями со всеми, кого он знал до. Он перестал думать, что от него как-то пахнет — Игорь яро убедил его в том, что он нереальный, от него ведет просто дико, как еще ни разу, а главное, он будто в самом деле превращался в животное, стоило им оказаться в одной постели, а Пете — снять с себя трусы. Он мог лизать ему часами, и хвалить, какой он нереальный, как сильно его хочет. А уж это кресло… Петя обожал его. Оосбенно ему нравилось, когда Игорь в начале отыгрывал врача со всей серьезностью, а после превышал свои полномочия. Однажды он даже зафиксировал его лодыжки, и Петя, кажется, кончил раза три… А потом даже уйти далеко не смог, сидел в коридоре и пытался прийти в себя, а Игорь выходил к нему, когда было время между пациентами, и говорил, что Пете сердце надо укреплять. Петя в ответ цапнул его за руку.       Но, к несчастью, вместе с принятием себя и приходом альфы-гинеколога в его жизнь, разумности у Пети, в его юной голове, не прибавилось, так что…       Белье было новое, кружевное и нереально красивое.       — Ты меня балуешь, душа моя, — Игорь смотрел как завороженный за тем, как Петя, такой нереально красивый, шел к нему, плавно покачивая бедрами, с лукавой улыбкой.       — Просто хочу быть красивым перед тобой, — прошептал Петя, нежно погладив его по лицу и заглянув в его глаза.       Игорь поцеловал его в место, где бился пульс, и плавно утянул в постель, чтобы ласками довести до беспамятства. Целовал и вылизывал, гладил, ласкал, шептал, какой он красивый, как его любит, и…       — Это что?       Игорь тупо уставился на свои пальцы, которые секунду назад были в Пете.       Тот моргнул. Он-то думал Игорю понравится! Но по тому, как он смотрел, Петя понял, что сделал какую-то херню.       — Ну… глиттер.       — Клитор?       — Глиттер, Игорь! Блестяшки такие. В капсуле. Внутрь ее, она рассасывается и потом все в блестках…       — Ага. Блестяшки из пластика с острыми краями для пизды. Правильно понял? — а сам чуть не скукожился от представления, как эта хрень царапает там все самое чувствительное! И дай Бог, что куда поглубже не пройдут… От этого представления он даже побледнел, но решил Пете не говорить, иначе тот запищит и упадет в обморок.       — Я… ну, я подумал это будет мило?..       У Игоря дернулся глаз. Отлично, он только недавно радовался тому, что Петя избавился от всяких спреев и вонючего мыла, а в последнее время вообще перешел только на воду, что Игорь крайне одобрял, хоть и понимал, что многим омегам необходимо для собственного спокойствия, но Пете, кажется, и этого не надо было. Игорь стал понимать, что Петя вполне уверенный и в себе, и в своей сексуальности омега, просто некоторые альфы запудрили этот юный, невинный мозг. К счастью, от грязи он очищался так же быстро.       Но это…       — Я готов убивать каждого, кто выпускает ненужную и вредящую хрень для таких нежных мест, — захрипел Игорь, искренне злясь скорее на этих сраных производителей, чем на Петю. Это он гинеколог и у него есть абсолютное понимание, что такое вульва и что с ней надо делать, но у обычного омеги… могут быть размыты понятия. Впрочем, может это был косяк Игоря — что он не смог доходчиво объяснить, что можно пихать только член и секс-игрушки.              Петя поджал губы и сжал ноги, поняв, что никакого секса у них не будет.       — Ложись, щас попробую достать.       Петя мяукнул виновато, но послушался. Впрочем, после небольшого осмотра Игорю стало ясно, что сам он ничего там не достанет, а спринцевание… Хотелось бы обойтись без этого. Он все погуглил про этот сранный шиммер, написал производителю с обещанием засудить за вред здоровью, а после помолился, что Пете это не нанесет вреда и все выйдет само.       — И никакого секса, — пробасил Игорь. — Вообще в себя ничего не суй, пока все не выйдет. И еще — даже если маленький дискомфорт будет, сразу же говори мне, будем чистить.       — Это… это опасно может быть?..       — Пиздец как. Петя, во-первых, там слизистая, которую царапают эти сраные блесткие, второе… У тебя там не вакуум. Шейка матки, яичники… Хорошо, если блестки не пойдут дальше влагалища, но…       — Достань их! — крякнул Петя, бледнея. — Я не хочу умирать!       — Кис, ты не умрешь…       — Достань!       — Я не смогу, Петь, даже спринцевание не поможет полностью, да и опасно будет, просто пусть оно само выйдет, скорее всего это самый безопасный способ. А ты больше в себя всякое не суй, ладно? — он с нежностью поцеловал его в бледную щеку, и Петя кивнул. И решил тоже помолиться, чтобы оно само вышло и… никуда там не ушло! Куда не надо…       Впрочем, еще день Петя ужасно-нервничал, и все время ему чудились странные ощущения внутри, но Игорь вскоре его успокоил и убедил, что скорее всего ничего подобного не случится и его не коснутся никакие последствия.       А еще через день Петя позвонил ему на работу и сказал:       — Может я и дурак, зато почти принцесса.       — Ты о чем?       — У меня месячные с блестками.       Игорь даже поржал, а потом сказал, что и слава Богу, зато выйдет все быстрее. Так и вышло, и уже через два дня Петя выдохнул с облегчением. И задался вопросом, почему вообще продается так много херни, которая может навредить?! Сначала эти сраные тампоны, потом блестки… И выпускают в продажу, и пишут же, что это все специальное, этим можно и нужно пользоваться! Петя был в искреннем шоке и даже злился, впрочем, не меньше Игоря.       Уже после ему пришлось сходить на полноценный осмотр и сдать мазок, чтобы быть уверенным, что он точно ничего не подхватил. К счастью, анализы были в норме, и Петя, глядя на них, сказал:       — Зато как красиво было…       — Очень. Особенно, что вместо секса я тебя осматривал.       Петя фыркнул, но согласно кивнул. Он в общем понял, что очень вряд ли создадут такой же продукт, но безопасный. Просто все это выглядело, по мнению Пети, крайне очаровательно! Все мокрое и блестящее! Но оставшиеся блестки пришлось выкинуть.       — Горь, может в ванну их хотя бы? С бомбочками?       Игорь посмотрел на него странным взглядом.       — Вообще-то, ванну с блестками и, тем более, вашими бомбочками этими, нежелательно принимать…       Петя аж крякнул возмущенно:       — Я ж их не в пизду сую!       Игорь рассмеялся, кивнув.       — И то слава Богу. Просто они почти все химозные, а вода из ванны, так или иначе, попадает во влагалище, и может вызвать раздражение. Но если ты их используешь и все хорошо, ну… можешь дальше.       — Нет уж, спасибо, теперь как-то не хочется, — фыркнул он, а про себя подумал, что вульва — это что-то весьма крайне неудобное. Никуда с ней нельзя, а то вдруг попадет что-то! То ли дело суровый член — все ему ни по чем, хоть в улей суй! Что, в общем, некоторые весьма удачно и делали.       В общем, Петя понял, что в себя вообще ничего нельзя совать, кроме члена и секс-игрушек…       Но в итоге и они его подвели…       Игорю пришло сообщение:       «Горь, ты на работе еще???? можешь ко мне пожалуйста подъехать…»       Игорь смотрел на сообщение, мирно сербая чаем в свой законный перерыв.       — Ну что вам, ваш омега сердце пишет? Опять блестки? — хихикнула рядом сидящая женщина, поправив очки. У нее-то стаж больше, чем Игорь живет, но даже ее поразили эти блестки. У Игоря вообще была привычка делиться тем, что Петя учудил в этой части — не чтобы над ним посмеяться, а поругать этих сраных производителей, которые додумались вообще такое делать!       — Нет, но, кажется, че-то новое, — вздохнул он.       — Небось маски, — кивнула она.       — Какие еще маски? Ей-Богу, если вы скажите, что это маски для вульвы, я прям тут и лягу.       — Ну тогда подушку себе заранее подложите, — хохотнула она. — Сегодня омега приходил. Маски ныне есть для таких мест, якобы они омоложают — не пойму, а что они там омоложать собрались? Там разве что в лет семьдесят что-то постареет…       — Ну так что? Это… прям в вагину, что ли?..       — Нет, снаружи.       — Слава те Господи, — вздохнул он, написав Пете, что сейчас приедет и встал, чтобы собраться.       — Ну так а толку? Ткань вымочена в чем-то, затекла внутрь, вот тебе и раздражение…       — С каждым днем мы все дальше от Бога.       Она весело расхохоталась, кивнув.       — Ваша правда. А вы своему проведите лекцию, что и как можно.       — Да я вроде уже… Ладно, поеду, надеюсь, там без масок обошлось…       На самом деле, он даже вдруг заволновался, мало ли, что там Петя додумался утворить? К тому же встретил он его бледным и напуганным, будто бы страдающим.       — Петь? Что случилось? — обеспокоенно спросил с порога Игорь.       — Я… Игорь, я купил игрушку себе… Заказал. А она… без стопера.       Игорь моргнул. Пиздец. Как же он забыл про эти чудо-изобретения — секс-игрушки без стопера! У них проктолог целую коллекцию ведет из того, что из жоп достал, и, к несчастью, игрушками это все не ограничивалось.       — Бля, Петь, как ты…       — Достань ее! Она вибрирует и мне больно! — захныкал он, и Игорю тут же стало не до смеха. Если больно, значит работать надо прям щас.       Но, к несчастью, вытянуть вот так ее не удалось — маленькая и скользкая, Игорь просто не мог за нее уцепиться, так что, ругаясь, схватив Петю за руку, потащил в клинику. Тот все ерзал, пытаясь сдвинуть ее, мученечески заламывал брови, он уже не выдерживал этой пытки — все стало ужасно-чувствительным и только сильнее раздражалось от стимуляции. Игорю было искренне его жаль, и он утешал его, говоря, что скоро будут, надо только немного потерпеть.       В клинику влетел он ракетой, тяня Петю за собой, и почти тут же столкнувшись со своей коллегой.       — Ой, а вы Петя? Игорь так много про вас рассказывал…       — Да, а завтра, кажется, еще расскажу! — рявкнул Игорь и затянул Петю в кабинет. Женщина усмехнулась, покачав головой. Ну да, молодая кровь, новые опыты…       Игорь сам стянул с Пети джинсы с бельем и усадил на кресло, настроив свет и склонившись. Игорь справился за несколько секунд и Петя облегченно выдохнул, когда, наконец, зудящее чувство изнутри пропало, и он уставился мокрыми от слез глазами на вибрирующую игрушку в руке Игоря.       У которой в ту же секунд кончился заряд и она затихла.       И Петя заржал — и от ситуации, и от облегчения, и от глупости всего произошедшего.       У Игоря дернулся глаз.       — Так, Петя, а щас слушай меня…       — Обязательно лекцию вот так проводить? Мне из окна дует.       — Обязательно, — гаркнул Игорь, с злобой кинув игрушку на пол. Петя ойкнул. — Щас ты слушаешь и запоминаешь, что в себя можно пихать.              И на полном серьезе, со всеми исключениями и пометками, пока Петя сидел на кресле в раскоряку, светя мокрым, покрасневшим от долгого возбуждения и раздражения самым ценным, что у него было, принялся все рассказывать, уделяя внимание каждому пункту.       В конце он перевел дух.       — Понял? Член только мой и мытый. Пальцы без твоих коготков и только мытые. Игрушки выбранные только мной и только мытые специальным средством. Тампоны и чаши выбранные только мной. Понял?       — Да, — мяукнул Петя. — Реально дует, Игорь…       Игорь опомнился, дернулся и, захлопнув окно, помог Пете присесть — тот зашипел от смеси ощущений, а Игорь аккуратно надел на него белье, а следом джинсы, застегнув. Петя вздохнул, поерзал и мяукнул.       — Прости.       Игорь покачал головой и погладил его по колену.       — Все в порядке, Петь, просто… будь осторожнее. Нам это хи-хи, а теми же блестками ты мог восполнение себе подцепить какое, или грибок.       — Ладно, я понял. Игрушки, пальцы, тампоны… Все. Люблю тебя, — он потянулся к нему, обхватил рукой его шею и поцеловал. Игорь довольно промычал в поцелуй, сжав его талию и мягко поглаживая. Петя вдруг тихо хихикнул в поцелуй. — С ума сойти, у меня ж альфа видел мою матку буквально…       — Шейку матки, — поправил его Игорь. — И очень даже симпатичную! Как с картинки! Ты ж у меня так и подписан.       — Как?.. — пробормотал шало Петя.       — Самая красивая маточка, — довольно сказал он. Петя медленно моргнул, а после расхохотался.       — Боги, какой кошмар.       — И ничего не кошмар, — заверил его Игорь. — Я всякого уже понасмотрелся, так что вид красивой и здоро…       — Замолчи, — прошептал Петя и снова поцеловал его, затыкая этот болтливый рот куда более полезными вещами.       Внутри Петя был искренне рад, что именно в этот всплеск познаний причуд для того, что у него между ног, рядом оказался Игорь, который не просто понимал, что к чему, а без всякого недовольства помогал ему. У Пети внутри даже будто бы отмирали последние частички смущения перед ним. Просто потому что он осознавал, что Игорь принимал его всего и полностью, что в нем ничего неприятного, некрасивого или мерзкого. Он просто кайфовал с него, и Петя начинал так же кайфовать с себя.

*

      В это было весьма сложно поверить, но Петя в самом деле весьма четко следовал инструкциям Игоря. Они вместе заказывали секс-игрушки — что Петя находил крайне возбуждающим — и вместе же их тестировали. Это было нереальное что-то — Игорь проявлял такой живой интерес к этой области. Один бывший Пети вообще ревновал к таким штучкам, а другому было просто не интересно, но Игорь… нет, он был в полном восторге. Ему нравилось добавлять игрушки в их секс, видя, что Петю от этого уносило, что его оргазмы были еще ярче и его удовольствие тоже. Он сам помогал Пете к ним приноровиться в той или иной позе, чтобы удобнее было, и сам придерживал стимулятор, пока плавно трахал Петю — и как же он кайфовал со всех его стонов, криков, с его искаженного в удовольствии лица… Да, это было что-то за гранью. Игорь такого и в порно не видел.       И Петя был намного расслабленнее, чем раньше. Больше он не стеснялся самых откровенных ракурсов, наоборот, возбуждался в них только сильнее, а фотки, которые он присылал, становились все более откровенными, показывая самые интимные места. Как же Игорь на них дрочил дико… И не забывал писать, какая у Пети нереально-красивая киска, как он хочет скорее всего вылизать и трахнуть. В ответ Петя присылал мурчащие голосовые, как тоже хочет этого и что он не прочь, чтобы Игорь сейчас приехал. Игорю думалось, что он в свои двадцать столько и так не трахался, как сейчас с Петей.       Но… Но.       — Значит, тебе нравятся вульвы?       Игорь уставился на Петю, который вышел из ванной в одном полотенце — и то на голове, и упер кулаки в бока.       — А по мне не видно? Я могу тебя меж ног сфоткать и в рамочку поставить, любоваться, — он лукаво улыбнулся и, подавшись вперед, ущипнул его за бедро. Петя тихо пискнул и отпрянул.              — Нет, я не об этом… Просто… Раз тебе так нравится моя…       — Очень нравится, — прохрипел Игорь. — Можешь не сомневаться.       — Не сомневаюсь, — он кивнул. — Просто может тебе и на работе кто-то… нравится?       Игорь аж рот раскрыл.       — Не понял. Ты спрашиваешь, нравится ли мне на работе рандомная вульва? Конечно же нет!       — Ну… я просто иногда замечаю, какие омеги к тебе ходят. И часто… очень красивые. И ты же их рассматриваешь там!       — Да, это моя работа. Иногда не самая приятная, но что сделать.       — Игорь, не уходи от темы.       — Я не ухожу. Отвечаю прямо: нет, мне не нравится ничья киска, кроме твоей. У меня не может встать просто от вида вульвы, блин. Мне важно, чтобы это был именно ты, с твоим телом, голосом и запахом. Просто на картинку чей-то вульвы, даже весьма симпатичной, у меня не встанет.       Петя прищурился с явным недоверием, и мысленно Игорь устало застонал. За долгое врем их отношений он уже выучил, что Петя был весьма… ну, ярким в некоторых моментах, и если он там что-то себе выдумал — спасайся, кто может, Петя был беспощаден до самого конца. Но Игорь не особо переживал, главное, что это больше никак не вредило его здоровью, а остальное Игорь переживет.       Петя кивнул, смиловавшись над ним в этот раз, но…       Он, кутаясь в шубку, которую надел, едва выпал первый снег, бодро цокал по кафелю клиники — заехал за Игорем, у него сегодня как раз до четырех. Петя же, на своей работе, имел… свободный график. Не то чтобы его начальник не понимал, что «я к свидетелю», в три дня, означает, что он честно зайдет к нему по работе, и на этом больше не придет, но как удержаться от темных глазок, которые стреляли на поражение, и громкой фамилии отца в Москве? К тому же Петя был славным работником, смекалистым и умным, не перерабатывал, разве что… Ну и ладно, пусть себе, главное, что уже в неприятности не попадает.       И сейчас, так же честно заехав по работе, он решил, что свободен. В общем он понимал, что отец его здорово разбаловал, но он никому не мешал, хуже не делал и вообще, на фоне всех генеральских сынков, был божьим одуванчиком. Спокойный и милый, очаровательный и яркий, мужчина у него вон, хороший врач с уже отличной практикой, так что пусть себе живет свою жизнь.       Он выглянул в окно, на первый снег, и довольно сморщил нос. Вздохнул — надо Игорька плавно к себе перетягивать со всеми его шмотками. В ванной уже и без того была его зубная паста, крем для бритья и бритва, шампунь… Пусть уже и трусы все, наконец, перевезет, и дело с концом.       Он развернулся на цокот каблуков, и у него глаза на лоб полезли. Высокая и тонкая, с пышной грудью и такой укладкой, на которую Петя не готов был убивать часы своей жизни. Он проводил ее взглядом и завернул в кабинет к Игорю.       — О, кошка, привет, — он улыбнулся, оторвавшись от компьютера. — Хочешь немного поиграть, м?       Настроение у Игоря была весьма игривое, Петя все это считал за пять секунд, и, хлопнув дверью, вскипел:       — А что это ты такой возбужденный?       — Потому что тебя увидел, — удивленно сказал Игорь. — Ты в этой шубке нереальный.       — Ага. А может из-за блондиночки? Ну что, хорошо ее за сиськи потрогал? Настоящие или импланты?       — Петя, ты что…       — Вот про это я и говорил! — взвизгнул он. — К тебе ходят такие красотки! А ты их рассматриваешь!       — Петя, она пережила второй выкидыш после второго ЭКО, единственное, о чем я думаю, когда вижу ее: бедная женщина.       Петя ойкнул и смолк. Игорь выдохнул и потер переносицу.       — Я не знал…       — Я не понимаю, откуда в твоей голове эта ревность? Полгода все было хорошо, а тут началось! Я разве дал тебе повод?       Петя поджал губы, сложив руки на груди, глядя на Игоря из-под челки.       — Ну… Эти мысли рано или поздно бы пришли. Ты трогаешь омег за грудь, и между ног, и…       — И я делал эту всю жизнь. Во время работы я воспринимаю вульву, как орган, иначе у меня бы вообще член никогда не встал бы! Только тебя я воспринимаю, как омегу и все то, что у тебя между ног — как что-то сексуальное, а не орган, который мне нужно осмотреть, понимаешь? Я люблю только тебя и хочу только тебя.       Петя посмотрел на него, вздохнув.       — Ладно… поехали ко мне?..       — Петь, ну ты чего? — Игорь заметил, что Петю эта ревность будто бы в самом деле тревожила, чего-то он будто бы боялся. Встав, он подошел ближе, заглянул ему в глаза. — Я не могу уйти с этой работы, я всю жизнь тут работаю и она мне важна. И я тут не только на вульвы смотрю. И цикл лечу, и беременности веду, и вот… с такими случаями дело имею. Я не смотрю тут на вульвы, как на что-то сексуальное. И на твою я так не смотрел. На тебя — да. Но сейчас у меня есть ты, и я ни на кого больше не смотрю.       Петя с недоверием на него посмотрел, но кивнул.       — Да, понимаю, что ты прав… Просто такие мысли.       — Глупые мысли, — с нежностью сказал Игорь, поцеловав его в лоб. — Я люблю тебя и ты это знаешь. И никто мне не нужен. Ничья другая вульва.       Петя смущенно фыркнул и, когда Игорь поцеловал его в щеку, чуть смягчился.       Но все эти мысли просто не отпускали его! Он уже сам не понимал, откуда и почему, и сам уже устал спрашивать у Игоря, не понравился ему там кто-то на работе? Может у кого-то была крайне симпатичная вульва? Игорь как-то психанул и сказал, что да, была одна, как с картинки. Петя так обиделся и распсиховался, что они еще весь день не разговаривали. Оттаял Петя только когда Игорь напомнил, что он имел ввиду тот нюдс, что Петя прислал ему в этот день. И добавил, что эта ревность на голом месте ему уже невыносима. Петя понимал, но… Но все эти домыслы.       Он прямо сказал:       — Игорь, ты красивый и молодой, мне просто стремно, что тебя кто-то уведет!       У Игоря глаза едва на лоб не полезли.       — Петь, так этого я должен бояться, ты меня моложе.       — Но мне-то члены на работе не показывают!       — Ага. А теперь представь, что ты уролог и смотришь на члены. Ну? Возбудился?       Петя резко поморщился от этого представления. Чужие члены! Не Игоря!       — Фу! — он аж сморщился, махнув головой.       — То-то же. У меня на работе то же самое, Петь. Не «фу», конечно, потому что для меня это что сердце или печень, но никаких эмоций у меня это не вызывает.       И Петя затих. Он все переваривал эту мысль работы урологом и, чем больше думал, тем больше понимал глупость всех этих предъяв к Игорю. Ну да, члены эти весь день перед лицом… Приятного мало. И на фоне всех этих членов член Игоря был самым красивым! Петя так решил. И, наконец, понял, о чем же Игорь говорил ему все то время…       В итоге он понял, что все обиды его полностью отпустили. Заехав за ним, Петя вошел в его кабинет, улыбаясь.       — О, привет, кис, я щас с документами закончу и поеду.       Петя только щелкнул замком и, глядя на Игоря, стащил с себя шубу. Под ним было только нижнее кружевное белье, и Игорь аж рот раскрыл.       — Петь… это…       — Пришел извиниться.       — Да? — сипло, будто во рту пересохло, прохрипел Игорь.       — Да. Понял, насколько глупой была та ревность. Вот… Извини.       Игорь смотрел на него потемневшими глазами и, позабыв обо всех документах, встал и ловко подхватил Петю под бедра — такого легкого, почти невесомого, и, завесев ширму, усадил его на кресло. Петя поерзал и, закусив губу, смотрел за тем, как Игорь спустился поцелуями ниже и, зацепив зубами резинку белья, опустил его ниже, а после быстрым, ловким движением, подхватил его за щиколотки и развел ноги, закинув на подставки и ловко закрепив их.       — Ого, даже так? — Петя в предвкушении заерзал. Да, Игорь знал, как Петю с этого вело. В такой беззащитной, открытой позе, привязанный…       — У нас будет долгий осмотр, — пообещал ему Игорь, опустившись ниже, опаляя дыхание его меж ног. Петя откинул голову назад, шумно выдохнув, и отдался этой ласке.       Игорь довел его до оргазма трижды: языком, пальцами и членом по очереди. И когда он начал снова ласкать его пальцами, Петя захныкал:       — Игорь, я больше не могу…       — Да? А сколько раз ты начинал эту тему про то, что я тут на вульвы дрочу? — спросил Игорь, приподняв бровь, гладя его меж мокрых губ. Петя едва не побледнел, поняв, к чему он клонил. — Раз двадцать? А мы только на третьем… Ну вот.       — Игорь, я так не смогу, — захныкал он, дергая ногами.       — Я тоже так думал, — кивнул он и вошел пальцами, прижавшись большим к клитору, и Петя заскулил.       Это был полный пиздец. Он никогда такого не испытывал и не думал, что вообще испытает. Было слишком много, слишком интенсивно, его бедра дрожали, а ноги тряслись, Петя стонал, хныкал и плакал от кайфа, просил остановиться и следом же просил еще. Он выгибался и царапал его руки и бедра, когда Игорь входил в него, извивался и думал, что вот-вот с праотцами поздоровается. Сердце билось под горлом, меж ног все было таким чувствительным и ныло, а потом…       — Петя! Петенька, ну, давай же.       В нос что-то ударило, щеки обожгло жаром, Петя зажмурился, завырывался и резко поднялся, оглядевшись. Он был на кушетке, укрытый чем-то, рядом был мертвенно-бледный Игорь. Ужасно воняло нашатырем.       — Что случилось?.. — заморгал Петя.       Игорь облегченно выдохнул и встал. Выкинул небольшую салфетку, пропитанную нашатырем, и налил воды. Выпил сам, наполнил второй стакан и протянул его Пете. Тот принял, выпил — стало еще лучше. Он прикрыл глаза и огляделся.       — Я… прости меня, Петь. Это была плохая игра. Ты сознание потерял. Перестарался я что-то…       — Охуеть, — пробормотал Петя в глубоком шоке. — У меня раньше такого не было.       — Ну конечно, — фыркнул Игорь и, присев рядом, нежно поцеловал его в щеку. — Прости.       Петя посмотрел на него, переваривая ощущения, снова осмотрелся и тихо хмыкнул.       — Как-нибудь повторим такое. Только без падения в обморок!       — Петь, да ты че… — шало пробормотал Игорь.       — Мне понравилось. Кайфанул прям жестко. В какой-то момент вообще ниче не понимаешь, кроме кайфа, думал, у меня там загорится что-то… Просто чуть осторожнее в следующий раз, — лукаво улыбнулся Петя и ловко вскочил с кушетки. Игорь испуганно за ним, чтобы Петя снова где-то не навернулся.       Но тот натянул белье, схватил шубку и спросил:       — Ну, домой? Кстати, может ты наконец переедешь ко мне, не думал?       — Я… ладно, — ответил Игорь, сбито с толку, но полностью осознав: Петя нереально горячая штучка, как бы не обжечься… И стоил он вообще всех тех приколов, что у них случались.       — Вот и славно, — он подмигнул ему и чмокнул в кончик носа. — Заканчивай и поехали.       — Только я за руль сяду.       — Конечно, — изумился Петя. — Я-то сейчас и стою с трудом, ноги ватные, — и с этими словами присел на небольшой диванчик, блаженно улыбаясь, довольный всем и вся.       Игорь сконфуженно посмотрел на него и сказал:       — Люблю тебя, кошка.       Петя довольно хихикнул:       — И я тебя.       Игорь склонился, целуя его волосы и даже немного благодаря его бывших, из-за которых Петя и оказался в его кабинете, готовый упасть в его объятья и отдать всего себя, всю свою любовь.       Как и Игорь ему. Чтобы их пламя никогда не угасало.