Ступени засыпаны снегом

Начало зимы! Советуют почитать предков и ложиться спать раньше, но двух учеников из Гуйюэ это абсолютно не касается — ах, первая любовь! Поздним вечером, когда давно уж потемнело, а вокруг снег мерцает при лунном свете, старшая ученица Ван стоит у буддийского храма. Теплый плащ согревал, но на зимнем ветру это почти не ощущалось. Уже скоро за полночь? Ван Чуцин не уходит в орден, хотя знает что давно пора. Но она ждет. Молодой господин Цзян должен скоро вернуться из дворца Тасюэ после месячного отсутствия. Ван Чуцин не думала, что увидит его сразу после возвращения, но днем ей неожиданно пришло письмо от младшего соученика о встрече у храма вечером. Не спрашивая ни о чем, она пришла и ждала. Им не так уж и часто удается видеться наедине, и Цзян Си так редко сам зовет ее куда-то... Просто нельзя упускать возможность! Храм находился поодаль от города, на небольшом холме. Отсюда открывался прекрасный вид. Снег только выпал и, словно фианиты, красиво поблескивал на лунном свете в безоблачную ночь. Огни города почти все погасли. В Лидун советуют рано ложиться спать, но ради милого человека своего сердца Чуцин и пренебрежет обычаями. Тихий ветер слегка беспокоил длинные волосы, часть которых собрана под шпильку из темного дерева, украшенную жемчугом. Теплый плащ из белого шелка по краям отделанный кроличьим мехом придает девушке нежность и невинность, она будто светиться как звезда на темном небе. Ожидание несколько затянулось и девушка начинала немного нервничать. Но вот, издалека слышится приглушенный свист, как будто что-то стремительно разрезает ветер. Ван Чуцин оборачивается и не может сдержать мягкой теплой улыбки. На ночном небе виднеется юношеский силуэт на мече. Цзян Си летит как можно быстрее, спрыгивает с меча, слегка поднимая вокруг снег, и берет старшую соученицу за руки. – Ах! – Чуцин улыбается ярче, смотря влюблено в влюбленные глаза. Недолго, Цзян Ечэнь отворачивается, но на лице его слабая улыбка. – Замерзла. – Нет. – Я не спрашивал. – он показательно сжимает ее хладные ладони. – Могла не ждать если замерзла. Ван Чуцин тихо посмеивается от счастья. Ладони Цзян Си казались ей холоднее в сто раз, чем ее собственные, и все равно она не могла отпустить их. Можно ли так грубо поступить с тем, кто так мил и заботлив с тобой. Ее щеки, до этого порозовевшие от холода, потеплели от любви. – Когда разлучались, зеленели весенние травы. А встретились нынче — ступени засыпаны снегом... – она тихим голосом читает строки какого-то стихотворения – Тебя не было так долго... Между ними теплая тишина, ветер и холод вокруг будто перестали существовать. Чуцин крепко обнимает младшего соученика, что оба чуть не валятся в снег. Ечэнь улыбается, ощущая к лицу мягкий мех плаща возлюбленной, и обнимает также любовно. – Я тоже скучал. Такие слова Чуцин ценила в сто раз дороже чем все богатства мира. Ечэнь сам по себе холоден и отстранен ото всех и Чуцин знала, что выражать любовь или привязанность ему было непривычно. Человек, считающий любовь болезнью, еще не может до конца принять своего диагноза, но Чуцин не в обиде на его скупость слов, ибо существуют действия и взгляды. Только взглянет или возьмет за руку, и в груди Ван Чуцин тут же разливается тепло. Поцелует!... Ледяные губы прикасаются легко, словно снежинки падают на лицо. В ночи девушка не может разглядеть как стремительно краснеют щеки Ечэня, но видит как он смущенно отводит взгляд. Он шепчет: – ...Кто мог бы подумать, что так мы с тобой постареем, что в локонах черных седые появятся пряди? – Ты прочел? – спросила девушка, подразумевая сборник стихотворений и песен, который ей некогда очень понравился. – Тебе понравилось? – Мм... сносно. – вновь надев на себя маску отстраненности, прикрывая смущение, он более не смотрел старшей соученице в глаза. Они стояли одни недалеко от храма, объятиями желая согреть друг друга. – А что в дворце Тасюэ? Как барышня Минъюэ? Она будет следующим главой? – Вполне возможно. Она единственная ученица нынешнего главы. – разговаривая с Чуцин, Цзян Си имел привычку перебирать пряди ее волос. – Она кажется добродетельной. Явно у дворца Тасюэ судьба сложиться удачнее, чем у Жуфэна. Неизвестно сколько прошло время пока они болтали о том, что случилось за прошедший месяц. Возможно, не очень много. Чуцин казалось, что времени прошло слишком мало и возвращаться в орден ей не хотелось совсем. Но она ничего не могла с этим поделать. У младшего соученика такое количество фанаток, которые узнай об их отношениях вырвали из Чуцин позвоночник живьем. Они и так уже готовы это сделать... Возвращаясь в общежитие одна, Ван Чуцин не могла думать о замерзших пальцах или усталости от прошедшего дня. Мыслями она возвращалась на небольшой холм у города, где рядом с храмом стоят два человека и первый раз в жизни юные души любят друг друга.