Часть 1
10 ноября 2024 г., 00:50
— Сударь! Вы пьяны!
— О нет, позвольте! – Репетилов, покачиваясь, отшатывается от опорной колонны в неуклюжей попытке задеть губами Чацкого. Но тот отшвыривает его назад.
— Изволю предположить, на завтра вы будете горячо жалеть об этом.
— Mon cher! Mon amour!
— Вы мне противны и скучны, позвольте удалиться.
— Александр Андреич, вы так любезны! Позвольте-с вашей любезности удалиться со мной до покоев! Боюсь, один совершенно не дойду!
***
— Mon cher, мне уже доводилось рассказывать вам про наш скромный водевиль? – Репетилов запинаясь поднимается по лестнице.
— Три раза. – Чацкий всей силой держит его, чтобы тот не покатился кубарем вниз.
— Мне уже доводилось целовать вам руку?
— Единожды, если память не изменяет.
— О-о-о, mon cher! Память — удивительная вещь!
— Она стирает столь ужасные события.
— Настолько было ужасно?
Я бы предпочёл назавтра не помнить ничего из сегодняшнего вечера, но, к неудаче, я пью не столько много, сколько обо мне рассказывают.
— Осмелюсь предположить, что вы так раздосадован, потому что вам хотелось бы больше, нежели единожды? – Репетилов вваливается в комнату.
— Вовсе нет. Я ухожу. – Чацкий делает несколько шагов в сторону свободы, но голос Репетилова останавливает его.
— Mon cher! Не уходите! Лягте-с со мной рядом!
— Друг Репетилов, вам надобно знать, что ваши европейские ценности вас совершенно не красят. – Он замолчал и удалился.
Примечания:
Вообще, гомофобия в Российской империи – это тоже нечто привезенное из-за границы, поэтому можно предположить, что Чацкий с Репетидовым относятся к ней так же, как Чацкий относится к заимствовованию всего французского. Однако, Чацкий, по моему мнению, хоть может и не быть гомофобом, но он точно не гомосексуалист (в отличии от Репетилова, почему бы нет) Фраза про европейские ценности в конце, была написана в исключительно юмористических целях.
