Rock, Drugs, Alcohol

      В ночном клубе было большое количество пьяно пошатывающихся тел, пытающихся танцевать под типичную клубную музыку на танцполе. Прожекторы на потолке переливались различными цветами: красным, синим, зелёным, жёлтым, и периодически мелькал спокойный белый. Под постоянно мелькающим светом перед глазами люди пытались пробраться к бару или в туалет, но на пути, как назло, появлялись мешающие незнакомцы, которых секунду назад в вспышке синего софита ещё не было.       Юджи уловил краем глаза, как кого-то вырвало на пол чем-то зелёным, а человек, весело танцующий рядом, немедленно поскользнулся на склизкой жижице под ногами, приземляясь на спину и наверняка больно ударяясь затылком об пол. Итадори жмурится, будто это он только что упал, и отворачивается. Глупая была затея идти в бар одному. Сидеть и просто пить незамысловатый коктейль, параллельно крутя миниатюрный зонтик в руках от него, быстро наскучило. Не успевает парень встать с барного стула, как его самого грубо спихивают, практически толкая на пол. Юджи удерживает равновесия, недоуменно смотря на тучного мужчину, что преспокойно уселся на его, когда-то его, место за стойкой. Итадори вздыхает, но смиренно присаживается на свободное место через стул от нахального незнакомца. Вдруг это пустое пространство заполнило собой чужое тело, что чему-то звонко смеялось.       Юджи глядит на своего нового соседа, удивленно отмечая розовую копну волос, ведь он и сам покрашен в похожий оттенок. Лицо мужчины было покрыто татуировками: черные, как чернила осьминога, они тонкими линиями обрамляли его челюсть, носовую перегородку и лобную долю. Итадори настолько завис, осматривая статного на вид незнакомца, что случайно стал свидетелем преступления: тучный мужчина протянул бармену флакон с вполне очевидным содержимым для таких мест, и тот послушно вылил всё до последней капли в напиток, который поставил перед соседом Юджи. Он уже было открыл рот, чтобы предупредить, как незнакомец одним залпом осушает содержимое коктейля, довольно облизываясь.       Через пару минут мужчину начинает пошатывать из стороны в сторону, тогда тучный грубиян показушно аккуратно предлагает свою руку помощи и, придерживая явно пьяное тело за талию, отводит в туалет. Итадори от такого действа уже самого начало потряхивать, и он решил, что нельзя медлить и нужно срочно выручать попавшего в беду ни в чем не повинного человека! С такими мыслями парень вскакивает со своего места и под мерцающие огни софитов, ограничивающие его зрение, начал пробираться сквозь толпу людей.       В тускло освещённой уборной горела одна люминесцентная лампа, вторая была разбита, и её, кажется, даже не собирались заменять. Итадори прищурился и навострил слух, пытаясь понять, если не зрительно, то хотя бы по чужому дыханию, куда тот мужчина уволок опьяневшее тело. Аккуратно ступая вглубь зассанного туалета, парень вертел головой туда-сюда, пытаясь в тенях узнать незнакомца, которого он пришёл спасти.       Послышался скрип, и Юджи замер, вслушиваясь в вновь оглушающую тишину, подавляемую только басами от громкой музыки, что вибрацией отдавала в пол. Тихое ворчание послышалось из последней, скрытой в темноте, кабинке. Мужчина что-то бормотал пьяному телу, кажется, пытаясь снять с него одежду. Итадори в два прыжка оказывается у двери и резким движением открывает её, вырывая щеколду, из-за чего она с визгом падает на пол, укатываясь в пыльный угол.       — Какого, — не успевает тучный мужчина договорить, как ему в лицо прилетает кулак, отбрасывая в стену. Он ударяется виском о плитку, вырубаясь на месте, с грохотом заваливаясь на пол.       Незнакомец сонно оборачивается на своего несостоявшегося насильника, пуская слюну. Юджи подходит к нему, беря чужую голову в руки, поворачивая из стороны в сторону, выискивая следы насилия. Пьяный человек стеклянными глазами смотрит куда-то сквозь Итадори, и последний немного пугается и решается на радикальные меры. Он подхватывает незнакомца подмышками и, разворачивая лицом к унитазу, приподнимает крышку, двумя пальцами залезая в чужой рот, нажимая на корень языка. Мужчина вырывается из некрепкой хватки и низвергает содержимое желудка в бездонное дно белого коня. Он дёргается над унитазом ещё какое-то время, после медленно опускаясь на задницу, прижимаясь к холодному кафелю. На Юджи смотрят усталые, но уже осознанные глаза. В них ещё виднелась туманность, но не такая сильная, как минутами до.       — Йоу, чувак, — мужчина хрипит и закашливается, вновь становясь на колени перед унитазом. Утерев губы изрядно потасканной джинсовкой, он пытается приподняться, но колени как назло подкашиваются, благо Итадори вовремя подхватывает поддатое тело. Незнакомец благодарно кивает и тычет пальцем в сторону раковин. Парень ведёт его туда, чтобы тот смог умыться и ополоснуть рот от оставшейся рвоты. — Спасибо тебе.       Юджи неловко улыбается и похлопывает мужчину по спине, так как тот всё ещё выглядел не очень.       — Часто у тебя так? — невзначай интересуется Итадори, в душе боясь услышать ответ.       — Не, такое в первый раз. Сегодня перебрал, вот и попался. Так глупо, — фыркает мужчина, залезая рукой под джинсовку, выуживая из внутреннего кармана телефон. — Бля, всё плывёт. Можешь такси вызвать? Я оплачу.       Юджи соглашается и заказывает машину к клубу. Адрес узнает у самого незнакомца, немного удивляясь такому доверию к своей персоне, но находит оправдание в том, что его сегодня чуть не изнасиловали, накачав каким-то наркотиком. Он просто в состоянии аффекта и, по сути, не имеет выбора.       Итадори повёл мужчину к выходу через уже полупустой танцпол, чему парень был рад, потому что полуживое тело тащить за собой было тяжеловато. На улице Юджи вдыхает полную грудь свежего воздуха, чувствуя себя таким свободным, каким не чувствовал никогда. Рядом с ним раздаётся икание, и он опускает взгляд. Наружу парни вышли уже прижавшись друг к другу, точнее: мужчина закинул руку через плечи Итадори, таким образом удерживая равновесие, поэтому последний не сопротивлялся.       — Машина скоро подъедет, потерпи, — почти ласково просит Юджи, поглаживая чужую спину. Мужчина пожаловался на кручение в желудке и предупредил, что может сблевать в неудобный момент, поэтому Итадори сейчас был на грани желания отскочить от незнакомца, дабы его не забрызгали, и при этом остаться рядом и поддержать.       Такси останавливается напротив выхода, и Юджи подталкивает мужчину вперёд, а тот и не сопротивляется. Усаживаясь с ним на задних сиденьях, парень здоровается с косо посмотревшим на него таксистом и укладывает голову незнакомца себе на плечо. Машина трогается с места, когда мужчина заговаривает:       — Меня Сукуна зовут, кстати. Тебя? — парень глядит на чужую макушку, размышляя, ответить ли ему честно.       — Итадори. Итадори Юджи. Приятно познакомиться, Сукуна.       Они погружаются в непонятную уютную тишину, подавляемую только гулом машины. Мужчина что-то бормочет себе под нос, видимо пытаясь подобрать нужные слова. Итадори терпеливо ждёт.       — Спасибо тебе ещё раз, что вытащил из той ситуации. Даже не знаю, где бы я проснулся, если бы тот мужик всё-таки меня завалил, — таксист удивлённо оборачивается в сторону говорящего, но также быстро возвращает взгляд обратно на дорогу, решая, что это не его дело.       — Пожалуйста, — хмыкает Юджи, похлопывая мужчину по плечу, — я просто отказался в том месте и в то время.       Сукуна хрипло посмеялся над переделанной поговоркой и покачал головой. Он молчит какое-то время, неожиданно садясь прямо и смотря прямо в глаза парня напротив.       — Итадори, а ты случайно на барабанах не играешь?       Юджи вздрагивает, непонятно чего пугаясь, но заставляя себя расслабиться. Сукуна просто до сих пор пьян, поэтому спрашивает всё, что взбредёт ему в голову. Лучше всего в этой ситуации будет ему подыграть:       — Да, играю. Даже своя установка в квартире есть.       — А ты не хочешь к моей группе присоединиться? У нас недавно барабанщик ушёл, замену ищем, — икая, спрашивает мужчина, заискивающе улыбаясь.       Не успевает Юджи и рта раскрыть, как ему в лицо тычут прямоугольной маленькой бумажкой. Парень берёт её в руки и понимает, что ему всучили визитку с номером и адресом студии, где рок-группа «Rock, Drugs, Alcohol» записывает свои треки и где, собственно, проходит прослушивание. Глаза у Итадори загораются, он мигом отрывает взгляд от бумажки и смотрит прямо на самодовольного Сукуну. Тот сразу понял, что парень знает эту группу и, видимо, даже фанатеет по ней.       — Ты серьёзно предлагаешь мне стать барабанщиком в такой популярной группе? Я не думаю, что мои навыки дотягивают до уровня профессионалов, — глаза всё также горят надеждой, но голос полон тоски и разочарования в себе. Итадори хочет, чтобы его поумоляли, понимает Сукуна, поэтому, закатив глаза, кладет руку на плечо напротив и начинает свою убедительную тираду:       — Я серьёзно, и, боже, чувак, ты вообще не знаешь, как это работает? Сразу ты, конечно, участником не станешь: сначала ты пройдёшь прослушивание у нашего менеджера, одного из участников группы, если всё пройдёт хорошо и ты ему понравишься, заключишь контракт с нами на год и тогда уже будешь гастролировать с «Rock, Drugs, Alcohol» по разным странам мира, хоть достопримечательности посмотришь, — Сукуна хихикает, — если менеджера всё устроит после, контракт продлят на два года, а потом уже и полноценным участником станешь. Живём один раз, Итадори, рискуй, пробуй, разочаровывайся и радуйся, для этого ты родился в этом мире! Я предупрежу менеджера о твоём звонке, так что не смей выставить меня в плохом свете. О, а вот и мой дом, кстати.       Юджи молча оборачивается, наблюдая высокую серую многоэтажку, в окнах которой уже практически не горел свет из-за достаточно позднего времени. Зданию явно было уже пару лет, но его архитектура была выполнена в стиле модерна, поэтому даже сейчас выглядело статно и красиво. Сукуна оплачивает проезд наличкой и вылезает из такси. Парень уже было хотел выскочить и помочь ему дойти до входа в многоэтажку, но его останавливает твердая интонация нового знакомого:       — Тут я уже сам. Езжай домой, Итадори. И не забудь про визитку!       Мужчина хлопает боковой дверью и, обходя машину, пошатываясь, идёт в сторону своего жилого комплекса. Парень заторможенно хлопает ресницами, пока его не окликает водитель, спрашивая, едет он или остается здесь. Юджи быстро диктует собственный адрес и наконец спокойно выдыхает, больше не чувствуя груз ответственности на плечах. Только вот визитка в руке теперь покоя не давала. Парень не хотел звонить кому бы то ни было, но слова Сукуны так его замотивировали, что не позвонить завтра с утра было бы преступлением с его стороны. Поудобнее устроившись виском на стекле, Юджи задумался о том, что будет говорить завтра менеджеру его любимой рок-группы «Rock, Drugs, Alcohol».

***

      Проснувшись с утра с дичайшим похмельем, Рёмен хрипло стонет, пытаясь нащупать на прикроватной тумбе спасательную минералку. Наконец найдя что-то по форме похожее на бутылку, мужчина тянется второй рукой открутить крышку и с блаженством наклоняет горлышко ко рту. Прохладная жидкость спускается по горлу прямо в желудок, убирая сухость в ротовой полости, но вызывая сокращение в животе и желание пойти проблеваться. И Сукуна потакает этому чувству, подскакивая с кровати и несясь прямо к ванной комнате, где быстрым движением открывает крышку унитаза и тут же выплевывает из себя остатки вчерашнего алкоголя. Мужчина сдавлено стонет после прошедшего приступа и нажимает на смыв.       Уже встав на ноги, Рёмен подходит к раковине и смотрит на себя в зеркало: синяки под глазами, впалые щёки и бледное лицо, покрытое какими-то непонятными пятнами. Сукуна трёт веки и хмуро осматривает свое тело на посторонние повреждения. Он вообще не помнит, что вчера было, только то, что он зачем-то пошёл в первый попавшийся бар и набухался там. Решив не напрягать пропитые мозги и не найдя никаких синяков или, не дай бог, укусов и царапин, мужчина пожимает плечами и, взяв из стаканчика зубную щетку и выдавив на неё мятную пасту, принимается чистить зубы.       Уже сидя за столом на кухне и поедая незамысловатый завтрак в виде одного банана, Сукуна листает ленту в любимом мессенджере, когда его отвлекает рингтон и выскочившее уведомление о звонящем. Рёмен удивлённо поднимает брови, но на звонок отвечает, откладывая телефон в сторону и включая громкую связь:       — Что-то хотел, Сугуру?       — Не совсем я, но да, хотел. Тут к нам на студию пришёл парень, представился Итадори Юджи и сказал, что это ты ему визитку дал. Наёбывает?       Вопрос Сугуру поставил Сукуну в ступор. Вспомнить детали вчерашней ночи было и так сложно, после десяти шотов залпом он в принципе не был уверен, что не отключился прямо на месте, но всё-таки упоминание чужого имени заставило что-то внутри ёкнуть.       — Напомни-ка, как его там зовут?       — Итадори Юджи. Пришёл к нам барабанщиком. Помнишь такого?       Рёмен облокотился о кухонный гарнитур и сложил руки на груди, хмуро глядя на телефон. Мужчина пытался заставить свой пропитый мозг показать ему хоть крупицу нужной информации, о которой его просит Гето, и у него получается. В благодарность Сукуна даже подумает, закидываться ли ему сегодня транквилизаторами или нет.       — А-а, да, парень, что вызвал мне такси. Точно. Я забыл тебе позвонить и предупредить, хотя стой... Восемь утра? Рановато он.       — Ага, стоял тут под дверью, его охранник заметил. Пришлось впустить, так как визитка наша. Так что, правда хочешь, чтобы я послушал его? — даже через телефон Сукуна чувствовал неуверенность в чужом голосе, но только хмыкнул, подходя к телефону и переводя его в нормальный режим.       — Да, хочу. Если облажается, с меня выпивка, — говорит Рёмен и вешает трубку, услышав оборванную фразу Сугуру: «Я же редко...», — но ему уже, если честно, всё равно.

***

      Утро Юджи началось с приподнятого настроения. Он не чувствовал похмелья, только сухость во рту, и это его безмерно радовало. Сладко потянувшись на кровати, Итадори улыбнулся и медленно принял положение сидя. Визитка на столе и стакан с водой с таблеткой вызывали в нем двоякие ощущения. С одной стороны, он рад, что был не настолько пьян вчера, раз оставил на прикроватной тумбе лекарство от похмелья, но эта чёртова визитка... Он так и не придумал, что скажет, когда позвонит менеджеру, но разочаровывать Сукуну ему не хотелось.       Встав с кровати, парень решает обдумать всё во время приготовления завтрака. На кухне он достает хлеб из хлебницы, ставит сковородку на газ, быстренько нарезает сливочное масло и роняет его на дно посуды, наблюдая за медленным таянием. Юджи подходит к холодильнику и вытаскивает оттуда яйца, помидоры, болгарский перец, репчатый лук и пару листьев шпината. Он тщательно промывает все ингредиенты под проточной водой и откладывает их в сторону, принимаясь за нарезку: помидоры, перец и лук теперь лежали кубиками, а шпинат парень нашинковал, любуясь своими трудами. Взяв в одну руку разделочную доску, а в другую нож, Юджи аккуратным движением сдвигает получившуюся нарезку в сковороду. Чуть-чуть помешав овощи, парень добавляет туда четыре яйца и наливает молока, которое до этого только-только достал из холодильника. Итадори ждёт, когда омлет схватится, пока доставая свой любимый сыр и принявшись его нарезать, уже через пару минут скидывая его в сковородку. Получившееся творение парень складывает пополам и обжаривает так ещё по три минуты с каждой стороны, наконец выключая плиту и перекладывая всё на заранее поставленную рядом тарелку.       Пока омлет остывал на столе, Итадори закинул хлеб в тостер и достал из холодильника авокадо. Промыв его под водой, парень кладёт его на разделочную доску и легким движением ножа разрезает фрукт пополам. Тыкнув лезвием в косточку, он прокручивает её и вытаскивает. Достав из тумбочки в столешнице ложку, Юджи снимает с авокадо кожуру и вновь берётся за нож, нарезая фрукт на дольки. Тосты уже выскочили из тостера и медленно остывали, поэтому парень аккуратно достаёт их, дабы не обжечься, и перекладывает их на блюдце, накладывая сверху порезанное авокадо. Теперь завтрак точно был готов, и можно было приступать к его поглощению.       К сожалению, Юджи настолько был занят приготовлением себе еды, что совсем забыл позвонить менеджеру. Точнее, его пугала сама мысль говорить с кем-то настолько важным по телефону, поэтому он решил просто поехать сразу на студию, где, парень был уверен, и находился сейчас мужчина.       Когда с завтраком было покончено, зубы почищены и была надета самая выглаженная одежда в виде флисовой рубашки в красно-черную клеточку и черные обтягивающие джинсы, парень постоял какое-то время на пороге квартиры и, сделав пару вдохов-выдохов, взял себя в руки и шагнул навстречу такой нервозной, но желаемой встрече.

***

      Юджи ещё раз глянул на адрес на визитке и поднял голову на внушительное здание впереди себя. Оно представляло из себя многоэтажку чуть поодаль от центра города и выглядело как вся архитектура в этом районе — серая, блестящая на солнце, прямая и длинная, без балконов и с аккуратными окнами. На первом этаже они были панорамными, с двумя автоматическими дверьми, работающими от пропуска, из-за чего Юджи замялся. А как ему пройти? Он даже не знал, открыта ли студия для посещения в такое раннее время.       Итадори постучал по стеклянным дверям и стал ждать, но к нему так никто и не вышел. Тогда парень просто стал ходить туда-сюда, потому что у него, вроде как, не было выбора, только если не позвонить менеджеру и не уведомить, что он, как бы, уже здесь. Даже несмотря на то, что Юджи его даже не уведомил, что придёт. Боже, и создал же он себе проблему на ровном месте...       — Вы кто? Чего ломитесь с утра пораньше, студия открыта только для людей с пропусками, — Итадори вздрагивает, когда слышит чужой голос за спиной.       Парень оборачивается и видит перед собой мужчину, похожего на охранника: он стоял между дверьми и не давал им закрыться, дожидаясь ответа от незваного гостя.       — А я, — Юджи замялся, не зная, что ему ответить, поэтому просто выставляет перед собой визитку, что всучил ему Сукуна.       Мужчина наклоняется и прищуривается, вчитываясь в текст. После он поднимает хмурый взгляд на парня перед собой, но тот только неловко улыбается в ответ. Охранник вздыхает и, поманив Итадори за собой, заходит вовнутрь здания:       — Проходи уж, ранняя пташка. Сугуру уже на месте, сейчас я тебя к нему проведу.       Юджи активно кивает и, забежав через почти закрывшиеся двери, следует за мужчиной в форме, параллельно оглядывая здание внутри: тут и там были развешаны застекленные рамки, в которых висели виниловые пластинки с самыми популярными песнями разных групп, что записывали свои песни в этой студии; стены здания были выкрашены в чистый белый цвет, из-за чего всё казалось более широким, чем оно есть на самом деле; в потолке висела необычная хрустальная люстра, с которой свисали разной длины петельки с украшениями в виде капелек дождя на ней, сейчас она не горела, но Юджи готов поспорить, что свет у неё холодный; в углах комнаты и коридора, по которому они сейчас шли, стояли цветочные горшки с пальмами, что немного удивило Итадори, хоть он и сам не понимал, что тут такого странного. Возможно, он ожидал более серьёзной атмосферы вокруг, более «рокерской», а получил богатый антураж, свойственный только для ВИП-номеров в отелях.       Охранник, тем временем, уже довёл Юджи до нужного места и, просунув голову в щель между дверью и косяком, с кем-то сейчас разговаривал. Скорее всего, с Сугуру, подумал парень и не прогадал, когда мужчина похлопал его по плечу и удалился на свой пост, а из комнаты вышел тот самый незнакомец.       Этот Сугуру выглядел потрёпано, будто спал он прямо здесь, на каком-нибудь неудобном диване, и единственное, что он успел сделать, — так это собрать волосы в мало-мальский пучок, да и тот выглядел растрёпанным, весь в петухах. Синяки, залёгшие у того под глазами, говорили об одном — этот мужчина много работает и почти не спит, что вполне могло сойти за аргумент в пользу первой теории парня. Сугуру вышел к нему в обычной чёрной водолазке со складками и в таких же чёрных джинсах, что слегка обтягивали его стройные ноги.       — Иджичи сказал, что у тебя наша визитка. Дай-ка мне, — Итадори решил не спорить и просто протянул то, что его просят. Мужчина повертел её в руках, будто выискивая наличие брака, но, видимо, потерпев поражение против несчастной бумажки, отдаёт её обратно и уточняет. — Кто тебе её дал? Я тебя точно в первый раз вижу.       — С-сукуна, — парень проклинает свой дрогнувший голос, но Сугуру выглядел таким угрожающим, что он ничего не мог с собой поделать.       — Сукуна? Хм. Зовут тебя как и с какой целью к нам пришёл? — продолжил расспрос мужчина, параллельно доставая телефон из заднего кармана.       — Эм, меня зовут Итадори Юджи, я пришёл на прослушивание как барабанщик, — протараторил парень, нервно оттягивая края рубашки.       Сугуру покивал, представился в ответ и принялся что-то нажимать на телефоне. Сначала он схватил девайс двумя руками, что-то яростно печатая, но, видимо, не дождавшись ответа, только вздыхает и уже одной рукой быстренько на что-то переключается и в следующий момент уже прикладывает телефон к уху. Через время человек, которому позвонил Сугуру, поднял трубку.       — Не совсем я, но да, хотел. Тут к нам на студию пришёл парень, представился Итадори Юджи и сказал, что это ты ему визитку дал. Наёбывает?       Парень опустил взгляд в пол, но он всеми фибрами своей души почувствовал ярый взгляд менеджера на себе, что аж поджилки затряслись от нарастающего волнения. Юджи помнил, какой Сукуна был пьяный вчера, поэтому очень переживал, что тот либо пошутил, либо вообще его забыл. Ни один из вариантов ему не прельщал.       — Итадори Юджи. Пришёл к нам барабанщиком. Помнишь такого? — парень зажмуривается в ожидании худшего, но мужчина его удивляет следующим:       — Ага, стоял тут под дверью, его охранник заметил. Пришлось впустить, так как визитка наша. Так что, правда хочешь, чтобы я послушал его? — Юджи сглотнул, услышав недовольные нотки в чужом тоне, явно нежелающие принимать незнакомца на свой порог. Но, видимо, Сукуна не оставляет ему выбора.       — Я же редко пью, — Сугуру отводит телефон от уха, удивлённо глядя на него. Он снисходительно покачивает головой и поднимает взгляд на парня перед собой. — Ладно, повезло тебе. Пойдём, сыграешь мне что-нибудь, пока я не передумал.       Итадори сразу же весь загорелся энтузиазмом, проскальзывая в комнату вслед за мужчиной.       Само помещение выглядело как место для репетиций перед живым концертом, потому что прямо в центре располагалась настоящая акустическая барабанная установка, а не электронная, какая была дома лично у Юджи, и он был восхищен; на стене висели различные электрогитары, на каждой был индивидуальный принт, но даже невооружённым глазом было понятно, что они принадлежат одному человеку; с другой стороны стояли бас-гитары, их было вдвое меньше, чем других, но они также выглядели просто замечательно, хоть и были выполнены в более минималистичной манере.       — Ну что ж, приступай, — Сугуру присел, поставил стул напротив установки и сел на него, дожидаясь Юджи.       Парень тут же подорвался с места и сел за барабаны, беря в руки сложенные там палочки. Он поразмышлял какое-то время, думая, какую композицию ему исполнить: Итадори не хотел играть что-то классическое, что знает каждый барабанщик, он должен показать себя настоящего, не заурядным профессионалом, а просто любителем своего дела, поэтому выбор остановился над одной из песен группы «Linkin Park», которая не выходила у парня из головы уже несколько недель.       Руки поднялись над барабанами, и Юджи заиграл. Он играл так, как помнил саму мелодию, поэтому ему оставалось надеяться, что он не спутает какие-то части песни между собой. Вот удар по тарелке, снова заливистая волна ударов по барабанам, нога отбивает бит по одному большому, и вновь звон металла. Итадори играет от души, как чувствует, и он искренне верит, что Сугуру оценит его игру по достоинству. Рассмотрит в нём потенциал и заключит с ним контракт...       Юджи заканчивает играть, ударяя по тарелке, и тяжело вздыхает. Такая быстрая игра всегда заставляла его вспотеть и вызывала сухость в горле, поэтому он отложил палочки и встал из-за стойки, подходя к ошарашенному Сугуру.       — Эй, я, эм, пить хочу. У вас тут случайно нет никакого автомата с водой?       Мужчина молча моргает, но вдруг его как будто что-то ударяет, и он, уже с осознанным взглядом, подскакивает со своего места и хватает стоящего напротив парня за плечи.       — Боже, чувак, я видел много профессионалов в своей жизни, но твоя игра, она... Такая живая. Энергичная и красивая, завораживающая, одним словом. Сукуна был прав на твой счёт, мужик, мы прямо сейчас заключаем с тобой испытательный договор на год, я дам тебе прочитать условия, и ты уже сам решишь, надо оно тебе или нет. Всё-таки мир шоу-бизнеса не так лёгок на подъём, как тебе, возможно, кажется.       Итадори кивал практически на каждое слово Сугуру, впитывая в себя информацию, что лилась с его губ. Ему, честно, было всё равно на проблемы в новой сфере жизни, на вспышку скорой волны внимания по отношению к его персоне, он просто хотел наконец связать себя с музыкой. Играть на барабанах совершенно иной уровень, не к которому он привык, и дарить всем радость просто своим существованием. Это действительно было единственным, что его мотивировало двигаться дальше.       — Окей, тогда проходи сюда, — Сугуру поманил за собой Юджи в комнату отдыха, где он покопался в ящике стоящего поодаль стола и вытащил оттуда пару листов бумаги и чёрную ручку, кладя всё перед парнем на журнальный столик. — Прочитай тут всё обязательно, а я сейчас тебе за водой схожу, ты же просил вроде?       — Да-да, спасибо большое, — улыбнулся Итадори мужчине, и тот приподнял уголки губ в ответ, выходя из комнаты.              Юджи действительно принялся внимательно читать текст договора, что выдал ему Сугуру. На самом деле, там не было таких уж прям жёстких ограничений, разве что строгая униформа на каждом концерте и использование псевдонимов там же. Не то чтобы участники группы скрывали свои имена, их уже давно все знают, просто за ними закрепился такой образ, и его было принято оставить.       На второй бумажке была расписана вся составляющая жизни музыкантов: репетиции, гастроли, посещение мероприятий, сочинение музыки и так далее по списку. Также тут было сказано по поводу деления гонорара, и Юджи не удивили такие проценты — Сугуру и, собственно, Сукуна получали больше всех, ведь первый был менеджером и выполнял кучу бумажной и юридической работы, а последний сочинял всю музыку и чаще всего сам начинал писать ноты для гитаристов и барабанщика.       Когда уже третий листок подряд был подписан, парень замялся на последнем. Он был пуст на семьдесят пять процентов, но почему-то казался самым важным среди всех. Юджи пробежался взглядом по тексту и впал в ступор. Текст гласил: «Вы обещаете не рассказывать конфиденциальную информацию членов группы и не можете никак препятствовать личным действиям участников, иначе будет подан иск в суд», — и Итадори оказался прав, этот лист правда оказался очень важным, но его смущал последний пункт. Препятствовать личным действиям участников? Парень правда немного не понимал смысл, но решил позже уточнить у Сугуру, а пока быстренько расписался и, сложив листы в нужной последовательности, принялся ждать.       Менеджер не заставил себя долго ждать, заходя в комнату с бутылкой воды и кидая её в сторону Юджи. Парень ловко ловит её и благодарно кивает, тут же откручивая крышку и прижимая горлышко к губам, выпивая спасательную жидкость. Мужчина тем временем берёт со стола договор, пробегает взглядом по подписям, сам расписывается чуть ниже и убирает листы обратно в тумбочку, откуда изначально их и достал.       — Что ж, надеюсь, мы сработаемся, Итадори Юджи, — Сугуру обнадёживающе улыбается, из-за чего у парня слегка скручивает живот.       — Взаимно, — Юджи приподнимает уголки губ в ответ. Из-за странного ощущения в желудке он не может выдавить из себя нормальную улыбку. — Кстати, я хотел спросить насчёт последнего пункта...       Сугуру тут же меняется в лице, становясь таким, каким его увидел Итадори в первый раз: хмурым, усталым и как будто чем-то опечаленным. Мужчина трёт переносицу пальцами и присаживается на диван к парню, из-за чего тот испуганно вздрагивает, но заставляет себя успокоиться. Возможно, это просто больная тема для кого-то из участников?       — Ты сам всё поймёшь, когда узнаешь нас всех получше. На фоне остальных ты выглядишь как солнце, такое лучезарное и убивающее всю темноту на своём пути. Как бы мы тебя не уничтожили, — тихо вздыхает Сугуру, качая головой. Итадори, честно, ни слова не понял из того, что до него пытались донести, но решил, что, значит, так оно и надо. У него есть целый год, чтобы пообщаться с каждым участником группы и найти с ними общий язык, и он собирался это сделать несмотря ни на что.