be patient, Vlad

Извиваясь с туго связанными за спиной руками, полностью голый Влад кусал красный шар, прикрепленный на ремешок ко рту. Резиновый вкус ощущался во всей полости, из-за чего член дрожал еще больше. Детородный орган уже вовсю источал предэякулят, что капал на простынь, сам же парень сидел на коленях и дрожал. Никогда ему еще настолько сильно не хотелось, как сейчас, чтобы его поласкали, помяли, вытрахали, избили, причинили боль. Но приходилось только тереться яйцами о простынь, раздвинув ноги, пока твой партнер смотрит на тебя с самодовольным взглядом, а в зрачках отчетливо виден огонек возбуждения и желания. Рыжик тихо постанывал, провоцируя своего парня на хотя бы какие-то действия, но чего-то столь желанного в ответ не последовало. Не будь связаны руки, Влад бы уже давным давно схватил Роберта и заставил себя отъебать по полной программе, хотя, последний бы и не отказался.    Ноги больше не держали даже в сидячей позе, потому пришлось упасть на спину. Согнув после падения нижние конечности в коленях, рыжий опять раздвинул их и жалобно смотрел на любимого. Стоны уже напоминали жалобный скулеж, от чего Владик потом получит прозвище «щеночек». Очкастый подошел к своей пассии и провел по дрожащему колену левой рукой, надавливая на кожу и порезы подушечками пальцев. В ответ мужчина получил громкий удовлетворенный стон, выгиб в спине и запрокидывание головы. Слюна стекала с кляпа, поэтому шатену пришлось её слизать. Заодно, когда он наклонялся к пассиву, также провел рукой от колена до талии парня. Голос младшего дрожал и продолжал испускать пошлые звуки. Симфония стонов ласкала барабанные перепонки и мозг ученого, от чего его потрескавшиеся губы расплылись в улыбке еще больше. Парниша с веснушками воспользовался моментом и схватил мужчину за пояс своими ногами, позже притянув к себе его таз. Стояк сквозь джинсы касался колечка мышц между ягодицами разноглазого, потому изо рта старшего вырвался хриплый стон, больше похожий на рык. Поддавшись искушению, он слегка потерся выпирающим половым органом об анус. У самого уже не было сил терпеть — полчаса мучает не только рыжика, но и себя. За счет расстегнутой у Роберта рубашки, их тела соприкоснулись, когда мужчина наклонился еще ниже. Оба вздрогнули, так как один, несмотря на возбуждение, был как труп холоден, а другой — наоборот горячий, словно солнце. Переглянувшись, они вновь прижались друг ко дружке, но в этот раз более плавно и медленно. Теперь это не казалось так неприятно: наоборот, сильнее заводило. Руки очкастого скользнули вниз, их также сопровождал взгляд рыжего. Послышался лязг мокрого от пота ремня, а затем и звук расстегивающейся ширинки. Дождались.