Лере

Звонок вызывает у всех студентов в аудитории единовременный выдох. Все ребята с легкой дрожью сдают вырванные листы в клетку на стол преподавателю и, выходя из кабинета, тут же принимаются обсуждать внезапную проверочную работу. Одна Лера, поддев сумочку на запястье, в гордом одиночестве щелкает каблуками по ламинату и минует толпы возле кабинетов. Шубка ложится на девичьи худые плечи, упакованные воздушными сетчатыми рукавами белой блузы, но та ее даже не застегивает. Девушка, смахнув волосы за спину, покидает здание и, спускаясь в толпе по ступенькам, почти сразу же замечает эту ядреную вишневую девятку, которая будто специально встала именно перед самым входом, чтоб каждому прохожему глаза мозолить. — Дурак, – вполголоса бросает Михайлова, раздражительно щелкает языком и тут же сталкивается с водителем. Вадим.  Ну всё, заметил. И внимания не миновать. И как он ее так мастерски в целой толпе выцелил? Девушка приближается к машине, чтобы вывести того самого назойливого водителя на разговор, но Вадим выходит из машины и предстает прямо перед ней. — Че приехал? Соскучился? Вадик пораженно улыбается и хмыкает. — Соскучился. Ты в таком виде на маршрутке ехать собралась? Мужчина приближается и поддевает пальцем низ обтягивающий юбки, что та поднимается почти до непозволительного; возмутившаяся девчонка вспыхивает, фыркает, оглядывается по сторонам и резко одергивает мужскую руку. Буравит ему глаза, мол, совсем охренел? Понятно все. Бесполезно с этой бестией разбираться. Если честно, Вадим с нее иногда искренний шок ловит: в -30 каждая порядочная и немножко умная женщина все самые теплые вещи надевает, упаковывается с головы до ног, а еще лучше - сидит дома, а этой «Вадь, а поехали в театр?» или «Ммм, я так давно не была на катке…». Так еще и надевает какие-то юбки, короче Вадимовских носков, шапки мы не носим - они «укладку портят», а шуба расстегнута, пожалуй, чтоб было видно, как эта сбежавшая с дома модников себе тщательно образ продумывала.  Вот артистка… Дама гордо молчит, поджимает уголки губ и отводит глаза наверх; мужчина, пихнув руки в карманы, делает глубокий вдох, секундно оглядывается, склоняет голову и снова пробегается по девичьей фигуре сверху вниз и обратно. Хорош образ, ничего не сказать. Как с модной обложки глянцевого журнала сошла. Гордая Михайлова сама понимает, что если она поедет на маршрутке, то вернется домой не одна, а с циститом, и вообще, честно говоря, она рассчитывала на то, что мудрый Вадим ее заберет, несмотря на их ссору. Она его до мозга костей знает, как и он ее.  Лера недоверчиво смотрит на него. Вадим начинает приближаться, а девушка пятится назад, что упирается в холодный инеевый капот машины и резво одергивает голую икру, одетую лишь в один жалкий капрон.  Желтый не издевается, а лишь убеждает ее в том, что ей надо сбавить пыл. Она смотрит на него снизу вверх, отчего-то робеет и смущается, чувствуя мужской одеколон, и понимает, как неприлично стоять так под окнами университета и сдается. Вадим ликует. Он ни на секунду не сомневался в своей победе. Передняя дверь открывается мужской рукой, а дама садится в машину, из которой тут же выливаются звуки радио. Сидит как партизан в плену: сумочка кожаная на подрагивающих ляжках, красные обнаженные ладони держат ее за ручки. Сама в сторону глядит.  Лера строга. Вадим милосерден. Ко всем ее капризам, редким истерикам и девичьим заморочкам. На этот раз ссора случилась потому, что Вадим влюбился в другую. Ее звали Девятка, а фамилия - Вишневая.  Купил на прошлой неделе и всё отлипнуть не может: то магнитолу новую поставит, то колодки у него стучат, то еще чего… А позавчера он весь день пропадал в гараже, возился с аккумулятором, и даже не удосужился ей позвонить хотя бы раз! Еще и вернулся под ночь, разбудил ее, хоть старался быть тихим.. и вообще что это за любовь, когда ему гараж важнее?  Когда по радио играет ее любимая песня, молчаливый Вадим добавляет звука; Лере нравится и она всей душой хочет как обычно начать подпевать, но она отводит вздернутый носик в окно.  Водитель бросает на нее быстрый взгляд, меняет скорость и осторожно кладет теплую, даже горячую ладонь на девичье бедро.  Лера вздрагивает, хочет по привычке убрать его руку, но так и вправду лучше. Ее бросает в жар. Вот козёл! — Глупенькая, зачем ты меня изводишь себе в убыток? – начинает причитать Вадим, разогревая женскую ножку ладонью, когда проводит вдоль, — манипулятор маленький.. Лера, может быть, поступает и вправду глупо, когда обижается на подобные пустяки, но такова ее женская натура. А Вадим ее за эту непосредственность и любит всей душой, что никакие девятки ему не нужны. Слеза портит безупречный макияж, когда стекает по щеке и разбивается о мужскую ладонь. Вадим вытягивает брови и поворачивает на нее голову, заглядывает вопросительно, а она.. А что она? Просто устала все переживать и переживать, когда все может быть так просто и легко.  С Вадимом вообще ей хочется стать простой и отказаться от всех своих заморочек; он любит ее безусловно, а она его - безумно. А может потому так и дурачится.  Желтый щелкает девчонку по носу и та не сдерживает смешка, поворачивается и чмокает его в холодную гладковыбритую щеку. Вадим не теряется и будто машинально сжимает ножку, улыбается и заезжает в гараж. — Тачку чинить собрался? – недоуменно переспрашивает пассажирка. Желтый паркует машина внутри и ставит ручник в начало. — Иди сюда, тачка, – тянет бархатистый голос и смешивается с добрым взглядом, когда Вадик берет ее руку в свою и переманивает на свое сиденье.  На свои коленки.