Три теста

      Уже какой день Санни молчит.       Чтобы кто-то понимал, для неё разговоры и любое дело, это что-то вроде как еда. Рассказать про свой сон, где она была со стаканом смузи, улетающим в небо? Ну да. Или про то, как далеко она ушла, на этот раз и нашла свой Скайрос. Хотя прекрасно зная что никто никогда в подобное не поверит.       И это молчание пугает только Хитча. Причём даже больше. Ведь что может быть страшнее молчаливой Санни? Она просто приходит к нему утром, сидит весь день то у него дома, то участке, молчит, не двигается, прикидываясь мебелью. Это длилось до тех пор пока Хитч не попросит её о помощи. А вечером уходит обратно на маяк.       И если разговоры для неё как еда, без которой ещё можно жить, недолго и очень грустно, но можно.       Жеребцу кажется, что дело не столь поверхностно, а намного глубже. Из-за отсутствия чего либо важного, к примеру борьба с Опалин, многие заскучали и расслабились. И его подруга детства казалось долго не могла перестроиться на новый общественный уклад, подразумевающий спокойствие и безбоязненность каких-то угроз.       И чтобы как-то скомпенсировать её о-о-о-очень долгое отсутствие, а вместе с этим найти новый стимул двигаться и что-то делать, Санни принялась ходить на большие расстояния от Маритайм-Бэя. Просто с подругами собирали небольшие рюкзаки и сваливали на пару-тройку дней.       И в этот раз она тоже была в путешествии. Собралась в этот раз одна и почти никого не предупредила. Только написала Хитчу смс, что прогуляется. И вот… вернулась. Санни как будто переменилась. И если бы некоторые сохранившиеся особенности поведении подруги, парень бы подумал что её действительно подменили.       Но нет, это точно была Санни Старскаут.       Просто… словно, какая-то пришибленная.       Может что-то с ней случилось в походе? Но что могло бы случиться со всеми признанным и любимой героини Эквестрии, чтобы произошло подобное изменение в поведении. Хитч, даже в ужасе видел у неё на хвосте несколько седых волос.       Что ещё интересно, её запах несколько изменился. Санни не пахнет так, как раньше. Словно чем то свежим, словно дующий в лицо ветер с остринкой от пиццы, немного потом и лесной хлоей. Это было тогда. Но сейчас её запах приобрёл нотки какой-то сладости, словно чего-то молочного.       Хитч бы сказал что та пахнет шоколадным коктейлем. Но Санни никогда не пробовала данный напиток. С чего бы ей вдруг, менять парфюм? Или пить столько коктейлей, чтобы буквально пахнуть ими? Однако это были лишь цветочки. Помимо странного сладковатого запаха, шериф чувствовал в ней ещё другой запах.       Он кажется Хитчу знакомым и он точно где-то когда-то у кого-то его учуял. Но сложно вспомнить, даже умному парню как он. А в купе с появившейся на шее некое подобие голубой косынки и странным положением гривы Хитч, более чем осведомлённый о некоторых вещах, начинает подозревать, что у неё кто-то появился.       Если это так, то почему рыжая молчит? И всем своим видом словно пытается позвать на помощь, но при этом сама отказывается. А разговоры не помогли разъяснить ситуацию. Санни то и дело просто улыбалась и смотрела пустыми бирюзовыми глазами, уверяя, что всё хорошо. Это как если бы пони с оторванной конечностью клялся, что ему не больно вообще, ничего же страшного не произошло.       Понятно, что подобное убедит даже слепого, и тогда жеребец решился взять ситуацию в свои копыта. Перед очередным приходом рыжей земнопони к нему, тот тщательно подготовился. Купил пару пиццы среднего размера и с сырной начинкой, коей Санни очень уж любит себя «травить». А уж поесть такое она любит.       Может, хотя бы это сможет как-то прояснить происходящее. Хитч сел ждать подругу. Та пришла по своему, какому-то ей ведомому расписанию в десять утра и только хотела молча сесть в угол зала, как услышала оклик своего друга с кухни.       — Хей Санни! Я тут купил для нас немного пиццы! — весело спросил Трейлблейзер, выходя из кухни. — Как насчёт в обед ими перекусить?       И реакция была… неожиданной. Морда Санни сию секунду меняется на непереносимо отвращенное выражение, после чего пулей срывается в сторону… туалета. Оттуда Хитч услышал мерзотные звуки рвоты, вызывающие ещё большее удивление. Когда девушка вернулась, парень встречает её со стаканом воды и мягкой салфеткой.       Шериф успел скрыть пиццу, и даже подухарил на кухне чтобы сбить запах. После чего он обратил свой серьёзный взор на рыжую, готовый выпытать у неё всё. Буквально всё!       — Ну теперь рассказывай. Что это всё значит? — серьёзно поинтересовался он, встав возле Санни вплотную.       — Ты о чём…? — как-то с неуверенностью произнесла Санни.       Зеленогривый прищурился. Та явно решила пойти в отказную и перевести стрелки, но нет! Он не позволит ей этого сделать! Не уж, теперь он дожмёт её.       — Не притворяйся дурочкой, Санни! Если раньше я ещё со скрипом мог поверить, что всё хорошо, то теперь нет! С каких это пор ты ни с того ни всего пошла блевать от одного слова пиц… — парень резко проглатывает едва не сорвавшееся с его губ слово «пицца», когда замечает как девушка вскидывает копыта к рту. Пару мгновений они смотрят друг на друга, пока Хитч не продолжает. — Или ты говоришь мне о проблеме сама, или я ставлю на уши всех наших друзей, и мы коллективным разумом находим решение.       Санни хлопает глазками, затем постепенно краснеет. Но всё ещё старается держать невинное личико. Она улыбается, а парень почувствовал в этом фальшь, от которой он передёргивается.       — Но… у меня нет проблемы.       — Нет, нифига Санни! У тебя ЕСТЬ проблема. И не заставляй меня идти на крайние меры.       Похоже, перспектива переполненного шумными понями разного цвета и громкости помещения Санни не обрадовала, и она тихо вздохнула. Опустила взгляд на копыта, тяжело сглатывая накопившийся во рту ком. По ней заметно, как она переживает и волнуется, но из-за чего? Что с ней случилось, что она так себя странно ведёт? Видя, что Хитч находится близко к цели, в конце добавляет:       — Не заставляй меня звать Иззи… — почти полушепотом изрёк зеленогривый.       Бирюзовые глаза на мгновение в ужасе распахиваются, но тут же уходят в сторону. Уши расползаются в стороны, придавая рыжей земнопони смирившийся вид.       — Не надо… — тихо прошептала Старскаут. — Хитч… Это… б-будет звучать странно, но… — она поправила косынку на шее и делает глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Кажется, я… б-беременна…       Хитч молча округлил глаза, резко теряя равновесие и падая на пол. Санни в ужасе подскакивает к нему, помогая подняться. В этой странной суматохе создаются те самые минуты форы, необходимые для мозга, чтобы всё осмыслить, переварить и даже прийти к определённому выводу.       И когда ребята возвращаются на свои места, первое, что делает Хитч, так это пытается выведать больше информации.       — Б-беременна…? К-как…? Откуда…? — он посмотрел на фиолетовогривую и заметил то, что её живот стал чуть крупнее.       Санни поднимает взгляд по стенке за спиной друга, чувствуя смущение от обсуждения подобных вещей. Это очень смущающе. Как порвать штаны, выпяливая всем на обозрение трусики. Или как забыть текст на сцене перед огромным количеством поней.       — Я… сама, если честно, тормоз. Никогда так медленно не существовала. И мир вокруг такой быстрый… — Санни начала потихоньку рассказывать. — Меня воротит от… привычной еды. Кхм…! Я пахну как-то не так, как-то… чуждо. Словно моё тело принадлежит не только мне. А ещё… ну… самое такое подтверждающее теорию. У меня был секс. Незащищённый.       — Ну ты даёшь Санни! — Хитч ухватил себя за голову. — С кем это ты залетела то?       — Я… Я не могу сказать! — чуть ли не крича отказалась Санни отвечать.       — Ладно-ладно! Успокойся и не нервничай. Кто отец, я всё равно узнаю. Когда жеребенок родится…       С тяжелым и долгим вздохом Трейлблейзер медленно моргает. Да уж, этот день для него действительно удивительный. Его подруга детства беременна. Остается лишь открытый вопрос: кто отец? Что ж, зато парень счастлив, ведь Санни не стала больше ходить вокруг да около и рассказала всё достаточно честно и открыто.       — Ладно, — Хитч делает ещё один глубокий вдох. Похоже, он единственный здесь взрослый, способный на мыслительный процесс. — Тест. Ты делала тест?       — Какой тест? — не поняла его Санни, нахмурив одну бровь.       — Тест на беременность. Надо, на всякий проверить.       — Нет, конечно! — мгновенно она округлила страшные глаза, стоило только услышать подобный вопрос. — Да и… как ты себе это представляешь?       Бедный шериф вновь медленно моргает, и, видимо, в его взгляде что-то есть, потому что Санни отводит свои бирюзовые карамельки в сторону. Не говоря ни слова, парень попросил её остаться тут, а сам отлучился из дома. Спустя, примерно сорок минут, он вернулся с тремя коробками.       — Вот тесты, иди в туалет и делай.       — Эм… а стоит ли? Очевидно, боюсь, что они покажут две полоски. И одновременно боюсь, что не покажут ничего. Я сделаю тест, если только ты.. поддержишь меня. При любом результате.       — Хорошо, — Хитч слабо кивнул на её просьбу. — Похоже наша маленькая дружеская семья может стать чуть больше, разве это плохо?

***

      — Ну, что там? Санни? Санни!       Ну и что за дела, то? Опять она молчит! Только ведь обговорили всё, только пришли к какому-никакому решению и вот опять.       — Санни! Если ты не выйдешь, я сам зайду!       — З-заходи…       Несколько удивлённый подавленной интонацией, прозвучавшей в сдавленном голосе девушке, Хитч открывает дверь в ванную и делает шаг внутрь. Санни сидит на возле раковины, в копыте у неё белая маленькая полоска. На тумбочке рядом лежит ещё два таких же. Три теста.       Что ж, это хорошее число, поможет исключить брак или испорченный тест. Все четыре же не могут оказаться ошибочными и показывать по две полоски, верно?       — Ох, Санни… — парень выдыхает. Опускается перед ней на корточки, чтобы заглянуть в его глаза с улыбкой. — Они все показывают одно и то же!       Бирюзовые глаза, полные влаги, поднимаются на жеребца, пока дрожащие губы не выдают:       — Что я енот?       Хитч прыскает и обнимает Санни, смеясь.       — Да, ты енот! Енот Санни!       Друзья обнимаются, сжимая друг друга в объятиях. Слышатся всхлипы, смешки, но общее настроение явно позитивное. Кобыла носит новую жизнь! Разве это не прекрасно? Прекрасно, конечно! Их станет больше на одного, целый новый эквестриец! Необычный, как и его мама!       Хитч купит для него множество игрушек, будет с ним играть, развивать, будет рассказывать о всех приключениях его родителя и его друзей! И это будет просто чудесным временем! Только… почему Санни ревёт? И на рёв счастья то совсем не похоже.       — Хей, ну ты чего? — Шериф отстраняется, чтобы вновь взглянуть в глаза девушки. Они уже покраснели, а рыжая шерсть на щеках намокла. Сердце парня вздрагивает. — Ты… ты не рада?       — Что? Нет! Я очень рада! — фиолетогривая долго выдыхает, растягивая дрожащие губы в улыбке. — Очень рада! Но… Хитч… как… как я выращу сразу троих жеребят?       На лбу жеребца едва не видимо проступил значок загрузки.       — Почему… троих? — осторожно спрашивает, не совсем понимая, откуда его подруга знает точное количество приплода.       Это какая-то особенная беременная магия? Старскаут шмыгает носом, проводит по нему копытом. Кивая в сторону тестов.       — Ну так… тестов же три. И все показали две полоски.       Трелблейзер на автомате облизывает нос и поджимает губы, едва сдерживая смех. Впереди у них весёлые девять месяцев.