***
Том никогда не считал себя эмоциональным человеком и не был склонен к таким абсурдным чувствам, как любовь и привязанность. На войне это очень помогало: его не трогали знакомые, превращённые в месиво, его не пугали угрозы застрелить товарищей — он шёл к своей цели. И вот, спустя годы, он вернулся в Англию как раз вовремя к выборам нового министра. Сбор их школьного "ордена", компания и сами выборы прошли со скоростью Снитча, и он получил то, что ожидал — пост министра. Как министру, ему нужно было обзавестись личной жизнью, идеальной женой, с которой не будет стыдно показаться на обложках газет — кто-то, кто имел бы схожие заслуги и завидное место в обществе. Выбор пал на Гермиону Грейнджер, помощницу министра, добившуюся всего своими силами. Она была на хорошем счету у общества, а значит, его репутация также приобрела налёт близости с народом. Девица оказалась не слишком искушённой в делах любви, и окольцевать её удалось в считанные месяцы. Что в Гермионе было хорошо, так это её ум. Она быстро поняла свою роль и на публике играла, как нужно, даже он, не зная подноготной, верил бы ей. Поэтому найти её труп в луже крови на полу их ванной было неожиданно. Он был уверен, что Гермиона Грейнджер не сломается так быстро. Но всё в порядке. Том не впервые избавлялся от трупа, и исчезновение Гермионы было обставлено в выгодном свете. Вот только время шло, и что-то было совершенно не так. Возвращаясь в пустой дом, он не ощущал того уюта, к которому привык. Словно со смертью Гермионы дом тоже медленно стал умирать. На столе его не ждал пересоленный обед, над которым она точно провозилась не меньше нескольких часов. Её запах духов выветрился, оставляя лишь пустоту взамен. Тогда Том решил найти замену своей бывшей жене. Беллатрикс, которая отказалась от семьи, навязывающей брак с Лестрейнджем, стала подходить под его критерии жены. Брак с ней прошёл ещё быстрее, чем с Гермионой, к которой ему пришлось подбираться шаг за шагом. Белла была учтивой, не спорящей и во всём с ним соглашающейся женой. На обложках она светила белозубой обворожительной улыбкой и прекрасными изгибами... Но что-то в ней отталкивало его. Он искал в ней тот неукротимый запал и огонь, с которыми Гермиона спорила с ним каждый раз, когда не соглашалась с его идеями. Она не боялась говорить, не боялась отстаивать своё мнение — она была особенной... Потерять её стало ошибкой. Было ошибкой полагать, что он не может привязываться, ошибкой было считать любовь никчёмным чувством и ошибкой было довести Гермиону до грани. Том решил исправить свои ошибки и, взяв пергамент и перо, принялся писать письмо себе в прошлое.***
Во время обеда в Большом зале перед двумя учениками появились особенные письма — письма от них самих из будущего. Гермиона, раскрыв письмо, прочла одну короткую фразу:«Остерегайся Тома Реддла — он наша гибель».
На другом краю зала в тот же самый момент Том открывал письмо с затаённым нетерпением, ведь будущий он точно написал для него что-то важное:«Не отпускай Гермиону Грейнджер».
Том нахмурился, не до конца веря в то, что прочёл. Будущий он просил не отпускать Грейнджер? Он нашёл её взглядом, встретившись с таким же нахмуренным, как и у него, взглядом. Тогда он не отпустит её, ведь на это точно есть веская причина. Встретившись с Томом Реддлом взглядом, Гермиона сжала письмо в руках. Она решила больше не любить Тома Реддла и, как она из будущего велела, остерегаться их гибели.