Во власти мира грез

Россия, Москва Еще одна бессонная ночь. Снова приперлись друзья родителей. Когда они приходят нормальные и даже заботливые родители Николая превращаются в пьяных чудовищ, с бездушными стеклянными глазами. В один из таких вечеров, когда гости уже ушли, он попытался поговорить с родителями на эту тему, но что с пьяными разговаривать. Они сочли его попытку за агрессию и отец чуть не рассёк его левый глаз кухонным ножом. После там остался шрам, который он сначала тщательно скрывал, но поняв, что это совсем неудобно, снял с глаза повязку и каждому, кто спрашивал об этом, рассказывал байку о том, что подрался во дворе из-за фигни какой-то. Ну и все верили, мальчик же, че с него взять, они в этом возрасте все такие. А Коле это и на руку, никто не расспрашивает ничего. Да, на самом деле к нему вообще лишний раз не обращаются. Одни считают его странным и даже немного жутким, другие считают его просто дураком каким-то, шутом или что-то типа того. Несмотря на то, что парнем он был смышленным и веселым, в окружении одноклассников он не пытался этого показать. Точнее, больше не пытался. Николай полгода пытался, да так и не получилось с ними общий язык найти, очень уж они странные. Или он и вправду какой-то не такой? А что с ним тогда не так? Гоголь возвращается домой, там еще никого нет. Родители на работе, младший брат еще в школе. Сейчас, наверное, по дому могла бегать его маленькая сестренка, но она умерла чуть меньше года назад, ей было полтора года. Николай сначала был не сильно рад пополнению в семье и только после смерти сестры понял, что любил ее не меньше родителей или брата. Именно после этого родители начали часто выпивать с друзьями, с каждым новым их приходом ситуация кажется ухудшалась, родители становились все более агрессивными, все меньше отдавали отчета своим действиям. А на следующий день просыпались как ни в чем не бывало и топали на работу говоря, что Коля и Ваня все это напридумывали. Ага, конечно. Иногда Николай надеется на то, что все это просто дурной сон и сейчас он ляжет в кровать, откроет глаза и все встанет на свои места, родители не будут пить, сестра будет жива, у него наконец появятся друзья. Каждое утро он с надеждой открывает глаза и через пару минут снова и снова разочаровывается, потому что чудес не бывает. А так хочется, чтобы все это было просто кошмарным сном, который просто немного затянулся. Слезы и легкая тошнота снова подкатили к горлу. Сердце стало биться быстрее и стало каким-то каменным и тяжелым настолько, что даже дышать стало трудновато. Рука онемела после долгого сна и теперь казалось, что ее и вовсе нет. Даже во снах ничего интересного больше не происходит. Будто ничего не сниться. Сон это ведь.. подсознание, не так ли? Почему тогда там ничего нет? Николай уже какой месяц просто закрывает глаза и сразу же открывает, будто проходит всего мнгновение, а не 8 часов. Он даже не чувствует себя отдохнувшим, он вообще забыл, что такое нормальный отдых. Каждый день он переживает по поводу родителей, брата, одноклассников, учителей и их отношения к нему, никак не выйти из этого круга. Хочется просто больше не думать ни о чем важном, просто посидеть где-нибудь высоко-высоко и наблюдать за проплывающими по небу облаками. Хочется почувствовать себя легко и непринуждённо, будто в раю, где нет страха, ни осуждения, никакой тревоги и раздумий о том, как будет хорошо тогда, когда все наладится. А вдруг не наладится? Никогда? Вдруг это все, чего он достоин? Все, чего он заслуживает. Но почему? Где он мог так нагрешить? Николай докуривает сигарету, достанную у отца из пиджака и бросает ее прямо с балкона. Надеялся, что это его успокоит, а в итоге навеяло еще большую тревогу. Не успокаивают эти ваши сигареты. А может это.. с балкона сигануть? Пока никто не видит. Ночь, темно, все уже спят, может и не заметит никто. Парень активно замотал головой, прогоняя наваждение, и отправляется в свою комнату, закрывая за собой дверь.