Promise

— Прошу прощения за задержку, некоторые дела не терпели отлагательств…       В голосе не было слышно искреннего извинения. Опоздавшего ни сколько не волновал факт его позднего прибытия. Это было сказано даже не в форме воспитанности и учтивости. Сказано было просто так, на автомате. Но даже без этой наигранной интонации и улыбки на лице каждому из присутствующих было и так прекрасно понятно, что тому было всё равно на всех собравшихся в этом зале. Даже если бы сама Царица желала присоединиться — это бы не поменяло отношение Дотторе. — Ох, с нами сейчас разговаривает сам Доктор или же один из его клонов? — тихо хихикнула Коломбина, игриво и плавно проведя пальцем по губам, с интересом осматривая одного из предвестников. — Уж больно вы сегодня учтивы. Или у вас для нас есть хорошая новость? — Несомненно, — кивнул головой тот, протягивая в самый центр стола руку с растопыренными пальцами, словно держа что-то невидимой, готовое материализоваться из воздуха в любое время. — Моё последнее и ключевое исследование стоило мне очень дорого. Одной из цен стал мой совсем недавно созданный клон. А ведь для него можно было найти другое применение. Более полезное, чем просто так отдавать его на уничтожение… В очередной раз.       Сейчас его голос стал ниже. В нем звучало осуждение. Презрительный взгляд не был виден — он чувствовался сквозь маску. И был направлен на Пьеро, всем своим видом так и заявляя, что работать приходится лишь ему одному, пока остальные заняты не пойми чем. — При всём моём «уважении», — предводитель Предвестников даже не посмотрел на Дотторе, говорил спокойно, никак не реагируя на провокацию. — Любой из наших вкладов важен. Но а цену, которую приходится отдавать за каждый из них, каждый вправе выбирать сам. Всё происходит на добровольной основе. — О, — изобразил удивление Дотторе. — Не знал, что у нас здесь фонд благотворительности. — Причём довольно-таки щедрый, — ехидно ухмыльнулась Коломбина, украдкой поглядывая на Панталоне. Тот ответил лишь мягкой улыбкой, которая, казалось, никогда не сходила с его лица. Даже близко знакомые с ним люди никогда не могли понять, что на самом деле творилось у него в голове. В любом случае, никто даже и не пытался понять. Как минимум для самой девушки он был не больше, чем денежным кошельком, без особых трудностей обеспечивающий их всех финансами для различных проектов. И Панталоне прекрасно об этом знал. Подобное отношение к себе его лишь забавляло. — Хах, оказывается, не я единственный опоздавший на сегодняшнем заседании. И так же не с пустыми руками…       Прежняя беззаботная и учтивая манера речи вернулась к Дотторе, стоило ему заслышать позади себя отчетливый стук каблуков, звучавший в этом зале подобно огромным стрелкам на старинных часах — медленным, размеренным, отсчитывающим время до чего-то определённого. Не предвещающего ничего хорошего… — Должен предположить, всё прошло гладко? — Гнозис уже у Царицы. — кратко оповестила Арлекино всех присутствующих. — Моя работа на этом завершена. Если у вас нет ничего важного, тогда я планирую отлучиться. В Доме Очага куда больше дел, чем здесь. — Отец беспокоится о детишках, как славно. — Мои дети тебя уж точно не касаются. — в тёмных глазах сверкнул алый огонёк. — Конечно, конечно. Беспокоиться совсем не о чем. Пока они под твоим покровительством, они будут в полной безопасности. Я ведь прав? — Что ты хочешь этим сказать? — О, — с интересом протянула Коломбина. — Намечается что-то интересное. — Дом Очага является приютом для бедных сирот. О них и вправду хорошо заботятся. Но вот только какими методами, о которых не знает даже сама Царица, столь радушно принимающая большую часть из них в свои ряды? — Царицу это совершенно не волнует. — Верно. Как подметил господин Пьеро, важен именно результат, цена же не имеет никакого значения. Мы сами выбираем, какими методами добиваться собственных целей. И давайте не будем отрицать, что миссия у нас одна, но каждый из нас преследует конкретно свою. — Он медленно прошёлся взглядом по лицам каждого из предвестников. — Наш Архонт об этом прекрасно осведомлён. И останавливать никого не будет, даже если это будет означать угрозу срыва её планов. Напомните-ка, где сейчас наш величайший номер один?..

***

      Кавех медленно отпил кофе из кружки, ощущая, как горячий пар от напитка обдает все лицо. Смотрел прямо на слегка колыхающуюся пенку, словно в ней можно было найти ответы на все вопросы, которые накопились в немалом количестве за такой короткий промежуток времени.       Он слышал, что многие люди как раз и гадают на кофейной гуще. Сам он, конечно, ни во что подобное никогда не верил, во все эти предсказания, россказни в предопределенность судьбы, что её можно узнать по таким мелким вещам. Но сейчас он готов был довериться любому источнику информации, даже самому недостоверному, лишь бы узнать хотя бы крупицу. Ведь больше ему отталкиваться было не от чего.       Сам Хайтам почти зеркалил его действия, продолжая, не сводя глаз, смотреть на Кавеха, не зная, как продолжить их утренний разговор. Он и сам не мог предположить, что им делать дальше.       И эта тишина продолжалась. Вокруг них в атмосфере повисло ощущение безысходности, давящая со всех сторон сильнее с каждой минутой. Сильнее всего это ощущал сам Кавех. — Как ты думаешь… — наконец произнёс тот, не скрывая своего подавленного состояния. — У нас вообще есть хоть какие-то шансы? У нас ведь нет вообще ничего, кроме его вещи. Мы не знаем с чего начинать, к кому обращаться за помощью. Если только… Если только досконально не обыскать всю пустыню. Да и что мы там, кроме песков и заброшенных гробниц, обнаружим?       Он наигранно усмехнулся. Ему самому стало смешно от своего же предложения. Что же, отец, если и вправду оказался жив, просто сидел где-то среди песчаных барханов, дожидаясь, пока его собственный сын повзрослеет и отправится на его поиски? Бредовее он предположения ещё не делал. Даже оказавшись совсем один, он бы любыми способами добрался до цивилизации, а там и домой вернуться он бы точно смог. Отец Кавеха всегда был сильным, он бы справился с любыми невзгодами, свалившимися на его плечи. В отличие от своего ребёнка…       Но сейчас в голову приходили даже самые глупые идеи, любые объяснения. И все они казались абсолютно неправильными, неправдоподобными.       Хайтам не отвечал. Что он мог сказать, когда и сам не располагал никакой информацией? Да, в прошлый раз, когда он оказался в подобной ситуации, не имея никаких зацепок, совсем ничего, когда помощи ждать было не откуда — ему просто повезло. Всё происходящее, все события были лишь счастливым стечением обстоятельств, так хорошо сыгравшим ему на руку. Судьба и вправду улыбнулась ему, позволила выбраться из беды победителем, пусть и со своими потерями. — А если… — Кавех поднял взгляд, внимательно рассматривая Хайтама. — Как ты думаешь. Могут ли нам в поисках помочь другие методы. Более… Нестандартные, что ли? — О чём ты? — слегка наклонил голову тот. — Ну я слышал, что многие прибегают за помощью к гаданиям по звёздам…       Он поёжился, словно стыдясь, сам не веря в то, что говорит. — Что-то типа астрономических предсказаний? Но это звучит… — Как бред, я понимаю. Но я готов опробовать любые, даже самые странные и бессмысленные способы. А что мне ещё остаётся? Ты и сам понимаешь это, иначе бы давно предложил более рациональное решение. — Ты совершенно прав, — слегка опустил голову Хайтам, закрыв глаза. — До недавнего времени я и сам слепо следовал за чем-то неизвестным, опираясь лишь на обстоятельства, по сути полностью доверившись судьбе. И сколько было моментов, когда я готов был сдаться, ведь ничего другого мне не оставалось делать. Всё казалось таким бессмысленным, не подвластным мне. И ведь действительно от меня мало что зависело. И сейчас… Меня правда пугает мысль — что бы было, продолжи я сидеть сложа руки. Вначале я так и планировал, не делать абсолютно ничего. Думал, что никакой опасности для меня это не представляет. По крайней мере, о себе я так не беспокоился… Как о тебе.       Сейчас Хайтам смотрел прямо в глаза Кавеха. Глазами, полными сожаления. И страха, что было бы, если бы всё пошло совсем по другому сценарию. Скорее всего, сейчас они бы не сидели здесь в спокойной обстановке вдвоём. — Особенно после той ночи. Когда опасность угрожала уже тебе. Я должен был избавиться от этого «проклятия» ради тебя.       «В том числе рискнуть в самый последний раз, навсегда поставив во всём этом деле точку», — хотел было добавить он, но промолчал. Кавеху знать об этом точно не стоило. Не стоило его лишний раз заставлять нервничать, хоть всё уже и осталось позади. Пусть это останется между ним и Сайно. — Кстати, — решил он перевести тему. — Сайно не откажется помочь нам. У него есть доступ ко всем документам. Ко всему, что связано с пустыней. Включая списки всех пропавших и найденных людей. К тому же, меня до сих пор не покидает ощущение, что Сачин как-то ко всему этому причастен. И последний турнир Даршанов это подтверждает. Не может быть такого, чтобы никто тогда не смог помочь твоему отцу. Как будто тут есть что-то ещё. — Да, у меня тоже есть подобное чувство. Отец мог узнать что-то, что не следовало знать никому. И если среди тех людей были люди Сачина, то вполне вероятно… — Кавех сильнее сжал кулаки, продолжая размышлять. — Если его смерть была не простой случайностью, то я просто обязан… Обязан найти и наказать всех виновных. — Если, конечно, его смерть подтвердится. — напомнил Хайтам о том, что стоит сохранять их самую слабую надежду. — Да… Как думаешь, звёзды и вправду могут рассказать нам об этом? — Честно, лично я так не думаю. Но раз находятся люди, рассказывающие о положительном опыте в этой сфере, подтверждающие, что это не такая уж и бесполезная вещь, то почему бы не попробовать и нам? — Никогда бы не подумал, что когда-то придёт время обращаться за помощью к исследователям с Ртавахист. — Лайла? — догадался Хайтам. — Лайла. — кивнул Кавех. — Но разве она занимается чем-то подобным? — недоверчиво потёр подбородок Хайтам. — Мне казалось, что они проводят лишь обычные исследования. О гаданиях никогда речи и не было. — Если только официально. По крайней мере, я ещё не встречал ни одного ученика, который хотя бы раз, особенно в юном возрасте, не пытался узнать свою судьбу, сидя часами под ночным небом. Да и не только с этого даршана… — Не только?       Хайтам больше удивился не сказанному, а реакции Кавеха. Тот, словно немного засмущавшись, отвернулся, слегка массируя пальцами собственное лицо. — Ну знаешь… Когда всё в твоей жизни идёт ужаснейшим образом, а все события и даже мелочи как будто пытаются тебя окончательно добить, тебе остаётся два варианта — либо продолжать замечать только плохое и думать, насколько ты несчастный, практически проклятый самими небесам, обязанный нести груз неудач до самой смерти. Либо же стараться находить хоть что-нибудь положительное и стараться верить, что и тебя когда-нибудь посетит удача, и в твою сторону начнёт светить солнце. Ты же знаешь, какой я неудачник… — Вовсе нет! — Но я не хотел в это верить. — продолжал делиться своими мыслями Кавех, совершенно не слушая Хайтама. — Не хотел думать, что так и будет продолжаться. Что я так и продолжу страдать. Останусь, несмотря на все свои старания, никчёмным и бесполезным. И я поверил в это, когда ради чистого интереса в один из вечеров решил приобрести билет с предсказанием. В нём было сказано, что все пережитые невзгоды обязательно окупятся, и я получу в разы больше, чем потерял. Обрету такое счастье, которое сможет залечить все мои душевные раны. Возможно, благодаря этим словам, такой простой мелочи, у меня были силы идти дальше. Были силы продолжать верить, что вот ещё немного, совсем чуть-чуть, и вся эта тёмная полоса в моей жизни наконец-то закончится. И сколько бы ни прошло с того дня времени, я продолжал держать в голове эти слова, даже не думая сдаваться. Как забавно бывает порой, не находишь?       «И по итогу ты сам стал этим солнцем во тьме этого мира, самостоятельно освещающий себе путь», — улыбнувшись, про себя подумал Хайтам. — Верно. Часто не замечаешь, как совсем неприметная мелочь может кардинально поменять твою жизнь. — И я так рад, что такая мелочь попалась мне в самый нужный момент.       И почему-то Кавех после сказанного пристально посмотрел на него. Достаточно мягким взглядом, в котором читалось спокойствие и благодарность. И тут же в глазах промелькнула искра сожаления.       Хайтаму не нужны были слова, чтобы понять, что сейчас чувствовал, о чём думал Кавех. Возможно, тот вспомнил их первую встречу, их первое знакомство. Не то, чтобы настолько неожиданное или спонтанное, но такое случайное. И эта случайность кардинально поменяла их жизнь. Как и та последняя ссора перед столь долгой разлукой. Скорее всего, сам Кавех жалел о ней больше Хайтама. Интересно, думал ли он, что было бы, если бы тогда они просто поговорили и спокойно всё обсудили, а не вдвоём поддались эмоциям? Быть может, им бы обоим стало легче намного раньше. Кавех было бы легче… — Ладно! — хлопнул ладошами по столу тот. — Уже почти обед. Не думаю, что мы сильно потревожим Лайлу. Скорее всего, она сейчас у себя дома. Если нет, то поищем её в Академии.

***

      Маленькая комната в маленьком доме, все окна которого завешаны плотным шторами. Всё для того, чтобы по максимуму оградить свои чувствительные глаза от слишком яркого света, который, казалось, светил куда ярче для неё, чем для обычных людей.       Очередная ночь без сна. И всё для того, чтобы побыстрее закончить свою работу. — Ещё… Немного… Просто постараться… Не заснуть… — устало и тихо бормотала она себе под нос, периодически закрывая глаза, максимально склоняясь над столом, но тут же резко вздрагивая, ненадолго приходя в бодрствующее состояние. И так продолжалось по кругу. — А? — почти вздрогнула она, стоило ей услышать стук.       Гостей она принимала редко, но ещё больше удивилась, когда, открыв дверь, увидела тех, с кем хоть и училась в одной Академии, но практически не общалась. — Привет. Мы не сильно тебя побеспокоили? — А, нет. Вовсе нет… — Лайла старалась сфокусировать своё внимание на Кавехе, но тут же начала медленно поворачивать голову из стороны в сторону, осматривая неприбранную комнату. — В общем, у нас к тебе есть один вопрос… Даже просьба. — Ааа, я сейчас немного занята… Скорее всего, я не смогу помочь вам сейчас… — Нам важно узнать: умеешь ли ты гадать… По звёздам? — Что? — в непонимание наклонила слегка она голову набок. — Ну… — Кавех помялся на месте, нервно теребя собственный рукав. — Или что-то в этом роде. Хотя бы приблизительно…       «Даже как-то стыдно обращаться с подобной глупостью двум взрослым мужчинам, да ещё и вот так с порога». — А, п-простите… — слегка почесала затылок Лайла, лениво осматриваясь по сторонам. — Ничем не могу вам помочь. Ведь я не занимаюсь подобным.       «Ну вот, я же говорил», — с досадой подумал про себя Хайтам. — Но… Я часто интересуюсь людьми с разных регионов… Которые имеют отношение к астрономии. И, возможно, вам стоит обратиться с таким вопросом к человеку из… Мондштадта. Гадания, вроде как, её конёк. Ну… Я так слышала. — Надеюсь, то, что говорят, окажется правдой, — выдохнул Кавех.       Тень сомнения продолжала окутывать его. Есть ли действительно смысл в том, что они делают? В любом случае, как он сам сказал, он готов опробовать любые методы, даже самые безумные и не внушающие особого доверия, лишь бы получить хоть какой-то ответ на свой вопрос. Иначе он просто не сможет спокойно продолжать жить. — Хорошо, тогда прости за беспокойство. И спасибо за совет. — Кавех натянул улыбку через силу, разворачиваясь к выходу. — Он больше не управляет тобой?       Хайтам уже готов был последовать за Кавехом, но не успел шагнуть за порог, как до него донесся голос Лайлы. Нет, словно не её. Поменялись тембр и интонация, стали спокойными, размеренными… И в то же время властными, с долей насмешки. — Он? — с непониманием взглянул он на неё, но всё же немного догадываясь, о ком именно шла речь.       Неужели всё же кое-какая информация, которую скрывали участвующие в операции по его спасению матры, утекла в народ и дошла до неё?        — А? — с интересом протянула она, приложив палец к губам, неторопливо глазами осматривая его с головы до ног.       Улыбка стала шире. Раздался смешок. — Вот значит как… Наверное, было бы славно занять его место. Избавиться от такой помехи и наконец действовать самостоятельно… — О чём ты вообще говоришь? — сейчас Хайтам был окончательно сбит с толку, не улавливая сути разговора. — Голос… Ты его не слышишь? — Голос? — Мешает… — сама Лайла снова становилась заторможенной, сонливой, возвращая себе прежнюю манеру речи. — Работать нужно… Не успею… — Ты идёшь? — Кавех заглянул в комнату. — Или решил на пару подремать?       Отвлекшись на него, Хайтам вновь повернулся к девушке, застав её уже спящей. На ногах. — Навевает воспоминания о моих временах в академии. — улыбнулся Кавех. — Когда-то я так же мог из-за огромной нагрузки отключиться на пару минут. Бессонные ночи — лучшие друзья студента, Хах. Давай не будем ей мешать, мы и так нагло прервали её работу. — Да. — согласился Хайтам, сам же про себя думая: «Какой странный был разговор… Что она имела в виду?»       Уже на улице он резко схватился за голову, словно в затылок его что-то ужалило. Но боль прошла так же неожиданно, как и появилась.       «Как странно. Что это было? Показалось? Как будто это было похоже на… Нет-нет-нет. Точно показалось. — пытался успокоить он себя и подавить нарастающую панику. — Всё ведь уже позади. Возможно, я сейчас так реагирую, потому что это оставило на мне такой след. И сейчас любая похожая мелочь будет напоминать мне об этом. Скорее всего, я просто накручиваю себя. Ещё и эта беседа… Точно из-за неё…» — Нет, правда, что с тобой? — обеспокоенно махнул рукой Кавех перед его лицом. — Такое состояние по воздуху, что ли, передаётся? — Нет, всё в порядке. — совершенно спокойно ответил тот, стараясь скрыть своё волнение. — Идём домой.       «Всё хорошо, всё хорошо. Всё хорошо»…

***

— Ещё один ингредиент, второй…       Сахароза, полностью погруженная в процесс, не обращающая больше ни на что внимание, бормоча что-то себе под нос, осторожно поднесла пробирку к колбе. Маленькая капля одного цвета упала в жидкость другого, медленно перемешиваясь с ней, растворяясь. Особо бурной реакции она не заметила, поэтому уже смелее стала переливать оставшуюся часть. — Ничего? — раздосадованно выдохнула она, понимая, что всех её усилий и стараний и в этот раз оказалось недостаточно.       Но разочарование тут же сменилось на испуг, стоило запоздалой реакции проявить себя, выражаясь в активном бурлении в сосуде и тонкой струйке дыма, вздымающего из горлышка. И едкого, противного запаха. — Ааа, что же… Что же делать?       Взгляд её метался из стороны в сторону, бегло осматривая каждый уголок комнаты. И остановился на окне. — Не стоит этого делать. Ты же не хочешь, чтобы какой-нибудь бедняга, как минимум, лишился волос из-за твоих зелий? Если не хуже… — Господин Альбедо?! — слегка сжалась Сахароза, не зная, что же её пугало в данный момент больше всего: неудачный эксперимент, из-за которого была высокая вероятность разрушения собственного дома, или внезапное появление своего наставника и сотоварища в сфере алхимии. — Мне нужно было забрать кое-какие документы, которые я оставлял у тебя. Но ты была слишком занята, чтобы обратить на меня в внимание. — Альбедо говорил спокойно, словно ничего в данный момент не происходило. Только когда его взор упал на уже густо объятую чёрным дымом колбу, он всё так же неторопливой походкой приблизился к девушке, доставая что-то из кармана. — Это универсальный нейтрализатор, который я разрабатывал несколько лет. — объяснил он, вливая прозрачного цвета жидкость.       Реакция прекратилась. Но неприятный запах всё же остался. — Нужно проветрить тут всё… — слегка кашляя, прикрываясь рукой, она почти подбежала к окну, одним быстрым движением распахивая ставни. — Ну вот… Что опять-то пошло не так? — изобразила она уныние, опуская плечи и поднимая голову наверх. — Неужели нужно использовать прям всё, без каких-либо замен? — А что и чем ты пыталась заменить? — Вот этим.       Она протянула Альбедо пучок с виду обычной травы. — Не знаю, в чём именно причина. Но она как будто выглядит более… Пожухлой, что ли? Раньше она была и зеленее, и приятнее на ощупь. А в этот раз… Я прошла всё подножие Хребта. Она во всех местах такая.       Альбедо неожиданно замер. Даже сейчас было заметно, как его привычная невозмутимая маска на лице поменялась. Сейчас он стал как будто настороженнее. — У подножия Хребта, говоришь? — Да. — А зачем… Ты их искала. Это ведь почти замена… — Дендро элементу. — кивнула она, договаривая за него. — Да. Она обладает практически такими же свойствами, хоть и более слабыми. Но просто…       Она слегка пару раз соприкоснулась кончиками указательных пальцев обеих рук. — У нас живут люди с разными глазами бога, с разными стихиями. Они мне немного помогли. Но вот с дендро никого знакомых у меня нет. Точнее, уже есть, но она прибудет только на праздник. А мне захотелось поэкспериментировать как можно раньше. Мне было интересно, поэтому ждать не хотелось. Да и заготовки для зелий делаются очень долго… — Что ты собиралась сделать?             Сахароза впервые услышала серьёзный тон своего наставника, что напугало её ещё больше. — Я и сама не знаю. — она съёжилась, виновато опустив голову. — И поэтому мне стало дико любопытно, что из этого выйдет. — Ты действовала по чьей-то указке? Запросу? — Что? Нет! Я просто вычитала это из книги.       И после этих слов она, приблизившись к своему столу, схватила и протянула небольшой томик Альбедо. — Откуда она у тебя? — Купила у одного торговца. Он продавал её за низкую цену, потому что она была на непонятном языке, который никто не мог расшифровать… — А ты смогла? — Это прозвучит глупо, — стыдливо почесала затылок она. — Но нет. Ни один словарь не подходил к этому шрифту. Я просто… Посмотрела на картинки. И поняла, что нужно использовать все элементы. И ещё что-то… Вот этого я уже не разобрала. Хотела методом подбора. — А ты вообще представляешь, что ты собиралась создать? А степень опасности, которой подвергала не только себя, но и целый Мондштадт?       Сахароза замерла, в ужасе слушая подобные слова. — Я… Я правда не знала… — Вот поэтому, когда сталкиваешься с чем-то неизвестным, нужно обращаться к более опытным и знающим людям. А лучше вообще это не трогать. Некоторые вещи должны оставаться без внимания. Забыться навсегда. Поняла? — захлопнул книгу он, убирая её в свою проходную сумку. — Да… — понуро ответила она, понимая беспокойство наставника, который всегда желал для неё лучшего. Раз он так говорит, значит, это и вправду ради её безопасности и безопасности остальных. — Хорошо. — Альбедо вернулся в привычное спокойное состояние, одобрительно кивнув головой. — Мы ещё вернёмся к этому разговору. А пока мне нужно кое-куда сходить. Кое-что проверить…       Температура постепенно падала по мере приближения к почти замерзшей реке, разделяющей территорию свободного Мондштадта и вечно зимнего Драконьего Хребта.       Под ногами начал понемногу хрустеть снег. Лицо обдувало холодным потоком ветра, местами таким резким и сильным, что казалось, всё лицо и все конечности готовы были обледенеть полностью.       Спасало лишь специальное зелье с согревающим эффектом, помогающее продержаться здесь подольше даже не с самой тёплой одеждой.       Альбедо внимательно осмотрел указанное Сахарозой место. Присел. Прикоснулся к немного желтоватым листьям вечнозеленого растения, живущего больше нескольких сотен лет.       «Как странно…» — неподдельно удивился он про себя.       Растущее только здесь по известной ему причине, неприхотливое, оно бы точно так сильно не пострадало. Подобно артериям земли, такой негативный эффект могло вызвать только одно. И то, о чём он сейчас переживал больше всего.       Продолжая двигаться по протоптанной им тропинке, поднимаясь всё выше в гору, через время он пришёл к пещере.       Раздался звук, похожий на биение сердца. И ещё один. И ещё.       Но звучал он не внутри самого Альбедо. Звучал впереди. В самой глубине, в полутьме, освещенной местами красноватым цветом. — Как я и предполагал. Но думал, что произойдёт это намного позже…       Сзади него послышался хруст обломанной ветки. Что-то крупное приближалось к нему, подкрадывалось.       Неспешно повернув голову, он напрягся. И в то же время испытал огромное удивление. — Откуда они здесь?..

***

— И всё-таки некоторые книги пора бы уже давно сдать. Мешаются… — проворчал Кавех, перебирая пальцем по корешкам некоторых из них на полке огромного шкафа.       Старался говорить не сильно громко, чтобы его не услышали. Но не получилось. — Уже решил навести порядок среди моих книг? — Да. Навести порядок в твоём доме. — шутливо ответил он, делая акцент на предпоследнем слове.       Хайтам не ответил, лишь только улыбнулся. Ими двоими уже был давно принят, без обсуждений и подтверждений каждой из сторон, факт того, что дом стал их общим. Столько ведь уже прошло времени и пережито событий вместе. — Что ты ищешь? — Путеводитель. Только Архонты знают, сколько я уже никуда не выбирался из Сумеру, а в Мондштадте не был ни разу. Была бы моя воля, отправился бы туда прямо сейчас, а не ждал до утра. — Если бы ты отправился сейчас, прибыл бы туда ближе к ночи. Вряд ли в такой поздний час нам станет помогать совсем незнакомый человек. — И то верно. — согласился Кавех.       Да и Сайно, согласившийся просмотреть все документы, попросил взять с собой и Коллеи, чтобы та побывала на празднике ветряных цветов, подготовкой к которому сейчас активно занимались жители Мондштадта. Конечно, она уже была вполне самостоятельной, чтобы отправиться в путешествие и одна. Но всё же даже совсем невозмутимый и непоколебимый, не ведающий страха, генерал Махаматра тоже имеел свойство волноваться за близких ему людей всем сердцем. Поэтому возложить ответственность за девочку надёжным людям, в конце концов, близким друзьям было верхом его спокойствия. — Нервничаешь? — Хайтам заметил, как Кавех, стоя на месте, погруженный в размышления, тревожно постукивает пальцем по корке одной из книг. — Нет. Я вовсе не… Да кого я обманываю? — всплеснул руками он. — У меня сейчас такое состояние, словно я заведомо знаю, какой меня ждёт ответ. И как бы я ни хотел слышать другой, я ведь точно знаю, что услышу. Если услышу вообще. Если такая предсказательница и вправду есть, а не очередная шарлатанка. А если и правда окажется всё это надувательством?..       Он начал расхаживать по комнате, быстрым шагом перемещаясь из угла в угол, подбородком уперевшись в кулак одной руки, второй придерживающую локоть. — Если она просто за деньги скажет мне то, что я желаю услышать, а это окажется не правдой? Я ведь себе места не смогу найти. Не смогу спокойно жить в этой лжи. Или что хуже, если всё же окажется, что я уже опоздал на каких-то жалких пару дней и теперь… — Кавех…       Хайтам осторожно ухватил его за запястье, развернув к себе. — Волноваться не о чем. Точно не сейчас, пока ничего не известно. — Нет, ты не понимаешь… — Как раз-таки понимаю. — А что бы ты делал, скажи тебе, если бы твои родители наверняка оказались живы спустя столько лет? Ты бы поверил?       Хайтам промолчал, продолжая смотреть прямо ему в глаза. Вот только Кавех осознал, как больно ударили эти слова, стоило разглядеть во взгляде тоску. — Прости, я сказал не подумав… — Нет. Ты прав. Я точно бы не поверил. И, может, ощущал бы себя не лучше тебя сейчас.       Одним движением он притянул Кавеха к себе, уткнувшись лицом в его плечо, рукой медленно проходясь по золотистым волосам.       «У меня только ты и остался… Больше у меня никого нет. И я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ты был по-настоящему счастлив. Обещаю».       От объятий Кавех успокоился, закрыл глаза.       Так сразу стало легче и спокойнее, словно одним этим движением он резко избавился от всех тревог. И прогнал в очередной раз накрывающее его терзающее изнутри чувство.       «Я больше не одинок»… — А ты не собираешься ложиться спать? — морально вымотанный Кавех остановился в проходе, слегка наклонив голову, осмотрел Хайтама. — Немного позже. — ответил тот, не отрывая взгляда от книги.       Сам Кавех лишь пожал плечами. К этой его привычке он давно уже относился как к обыденность. Поэтому просто решил оставить того в покое, хоть и хотелось отправиться спать вместе. Так было, хоть и до сих пор непривычно, но точно спокойнее.       Хайтам, оставшись в комнате один, ещё раз проверив, что Кавех больше за ним не наблюдает, дотронулся до виска. Он заметил, как весь вечер тот странно побаливал, словно в него с силой тыкали чем-то острым. Не похоже было, что он заболел. А симптомы, которые он так прекрасно помнил, и которых так опасался, вновь начали его одолевать. И тем самым сильно пугать.       Свалив всё на недомогание от недосыпа, он лишь мотнул головой, надеясь, что на утро это всё пройдёт, и он забудет обо всём прошедшем как о страшном сне. Это было лишь последствие воздействия проклятия, точно. Болеть ведь перестают тоже не резко. Просто остаточный эффект, не более.       Так он себя успокаивал, направляясь на кухню. В горле неожиданно пересохло, словно он не пил уже несколько дней.       Наполнив стакан водой из графина, он поднёс его к губам. — А та девушка верно подметила — было бы славно избавиться от такой помехи и начать действовать самому…       Собственный голос, так отчётливо прозвучавший в голове, словно он сказал это самому себе, находясь прямо за спиной, заставил его в ужасе замереть, выпуская стакан из ослабевших пальцев. — Скучал по мне?