Доставщик радости

Мартин чуть не запустил телефоном в стену: уведомление об отмене заказа пришло за три минуты до того, как он должен был быть исполнен. Следовательно, маячивший в воздухе план праздничного примирения растворился в снежном небе, как воздушный замок. Ещё недавно Мартин гордился своей идеей — в праздник, чтобы Элли не напрягался с готовкой, закажет ужин в хорошем ресторане с доставкой и тем самым искупит свой промах. Поссорились они, как это обычно бывает, из-за сущего пустяка: Элли возмутился, что Мартин его никогда не слушает, а Мартин сказал, что Элли волнуют только его омежьи дела, которые альфам вообще знать не стоит. Ну и… погорячился, наговорив лишнего. Очень много лишнего. Элли тоже не промолчал, перечислив все грехи Мартина, совершённые за год и десять месяцев совместной жизни, присовокупив и то, что Мартин грехами, собственно, не считал. В итоге празднование Нового года подвисло в воздухе что тот замок. Последние дни они не разговаривали и жили, разбредясь по разным углам таунхауса, как соседи: здоровались и желали друг другу спокойной ночи. К друзьям решили не идти с целью не демонстрировать разлад в отношениях — Мартину было важно, чтобы не пошли слухи, а Элли не возражал. Вспыльчивый по натуре Мартин уже успел остыть, мысленно сто раз признал вину, коря себя за несдержанность, но первым подойти и попросить прощения не хватало духа. Да и какой он тогда альфа, если поддастся на манипуляции с омежьими обидками? Пусть дальше сидит в своей комнате на втором этаже и дуется. Хотя… Подарок на Новый год для Элли был куплен в ноябре, но Мартин теперь не считал его полноценным, в такой плачевной ситуации извинения должны быть весомее нового телефона. Требовалось участие не финансами, а делом: омеги обожают, когда альфы помогают по дому. Трёхэтажно выругавшись, Мартин открыл приложение доставки продуктов и начал искать то, что сгодится для праздничного стола. Готовых блюд нашлось маловато, но Мартин был упорен и за пять минут собрал корзину. Оставалось уповать на то, что за обещанные сорок минут продукты действительно привезут. Заложив руки в карманы брюк, Мартин мерил шагами большую гостиную с камином: куцая искусственная ёлка, подарок бывшего, наряженная найденными в чулане игрушками, новогоднего настроения не создавала. То ли дело прошлый год — Элли вложил всю душу, и в доме чувствовался уют. Омежья рука многое значит: и Мартин вдруг понял, что точно не хочет потерять Элли. В новом году он обязательно будет заботливым партнёром, а может быть, даже и мужем… Вот только курьер доставит этот чёртов заказ, и всё исправится! Уже прошла четверть часа от назначенного времени: неужели и тут Мартина ждёт неудача? Не в силах терпеть, он накинул парку с отороченным мехом капюшоном — Элли выбирал — и вышел на крыльцо: улицу засыпало крупным, словно кусочки сахарной ваты, снегом. Наверняка и доставка сегодня опоздает, везде аврал. Спустившись по обледенелым ступенькам, Мартин поглядел вдаль — видимость оставляла желать лучшего. Снегопад и иллюминация домов, фары проезжающих машин в праздничной суете сливались в кашу, не умалявшую беспокойства Мартина: он достал телефон проверить статус заказа, но ничего нового в приложении не было, а когда поднял глаза, то увидел на тротуаре силуэт курьера на велосипеде с широкими покрышками; даже замер, угадывая, куда тот поедет. — Добрый вечер! — блондинистый бета в фиолетовой униформе спрыгнул с велосипеда, когда убедился, что прибыл к нужному дому. — Добрый! — не выдержал Мартин и поворчал: — Я уже думал, что вы не приедете. — Завал сегодня, — улыбнулся доставщик и ловко выгрузил объёмные пакеты из своего короба. — Спасибо! — Мартин подхватил заказ, в мыслях он накрывал на стол и звал Элли ужинать. А там, поди, и воссоединение не за горами. — Подождите, — курьер, похлопав себя по форменной куртке, достал из кармана четыре бумажные змейки. — Выбирайте. — Зачем? — вопросительно поднял брови Мартин. — Сегодня праздник, — пожал плечами парень. — Какая нравится? — Вот эта, — Мартин взял розовую, Элли любит розовый. — Отлично! Это пожелание. С наступающим! — курьер наградил его улыбкой и оседлал велосипед. Мартин не смотрел, куда тот поехал, бежал, поскальзываясь, домой и ругал себя за нерасторопность. Бросив куртку на пол, Мартин поспешил в кухню, где и обнаружил Элли — омега строгал салат и, похоже, не ожидал его скорого возвращения. — Милый, я тут купил кое-что, — сказал Мартин как ни в чём не бывало. — А, хорошо, — в больших голубых глазах не было ни упрёка, ни обиды. Но и прежнего тепла — тоже. — Слушай… — положив змейку на стол, Мартин начал выкладывать продукты из пакетов, — всё, что я наговорил тогда, это неправда… — И я наговорил, прости, — перебил его Элли. — И ты меня прости, — Мартин и не представлял, что будет так просто, и от радости крепко обнял Элли, зацеловав в шею, оторвал от пола, покружил и усадил на стол: с ужином можно подождать. — Я тебя люблю и не хочу, чтоб мы ссорились, — произнёс Мартин, взяв лицо Элли в свои ладони. По щекам омеги бежали слёзы. — Ой, а это что? — Элли нащупал змейку, на которой сидел. — Это курьер дал. Там какое-то пожелание, — честно говоря, Мартин вовсе забыл об этом. — Сейчас, — длинные пальцы Элли легко развернули нехитрую конструкцию из розовой бумаги, внутри обнаружилась маленькая карточка. — Тут написано: «Слушайте друг друга». — Кажется, это точно нам, — рассмеялся Мартин и поцеловал Элли в губы. *** Каждые две минуты Гэри поглядывал то в смартфон — приложение доставки глючило и не показывало местоположение курьера, — то в расписанное искусственным снегом окно, но заветной фигуры в фиолетовой униформе с огромным коробом видно не было. К праздничному столу было готово почти всё: декор в виде еловых лап и свечей красовался на новой скатерти глубокого красного цвета. Парадный сервиз отливал позолоченными каёмочками, а дети, проходя мимо стола, благоговейно облизывались на частично выставленные закуски. Снимать конфеты с роскошной настоящей ели тоже категорически запрещалось. Как назло, планы Гэри насчёт горячего пошли прахом — купленная загодя рыба оказалась протухшей, и он, дабы не портить сделанную в салоне причёску переодеваниями, заказал доставку. В приложении всё выглядело гладко: курьер успевал даже с запасом, но снегопад и предновогодняя суета внесли свои коррективы, поэтому сейчас Гэри не мог найти себе места и тихо шипел на детей. Хорошо ещё, что Фил задерживается на работе и не наблюдает фиаско супруга — Гэри так хотел, чтобы праздник был идеальным. Настроение казалось безвозвратно испорченным, но не только из-за испорченной рыбы: червячки подозрений неизменно вгрызались в плоть, когда Фил никак не реагировал на старания Гэри и чаще и чаще проводил время вне дома. Гэри догадывался, что это может означать, а потому старался больше, виня себя за каждую допущенную оплошность. Наконец Гэри услышал долгожданную трель домофона: Сэмми, старший сын, побежал открывать и опередил папу. Чтобы не потерять ни секунды, Гэри отворил входную дверь и, уперев руки в бока, принялся ждать курьера — бета, парень лет двадцати пяти с довольно качественным блондом холодного оттенка, поднимался по лестнице со своим коробом наперевес. — Добрый вечер! — сказал он, снял короб и поставил его на недешёвые тимбалэнды, а не на пыльный пол, чтобы извлечь заказ. — Вы опоздали, — сухо произнёс Гэри. — Много заказов, снег, все дела, — обезоруживающе улыбнулся доставщик ровными белыми зубами и протянул упаковку охлаждённой рыбы, пальцы были с ухоженными ногтями. — Спасибо, — поджав губы и подумав, что бета не вписывается в образ типичного курьера, Гэри забрал рыбу и собирался было уже захлопнуть дверь, как тот его остановил. — Подождите, вот, выбирайте, — курьер разложил на ладони топорно сделанные змейки из цветной бумаги. — Зачем это? — настороженно нахмурился Гэри. — Праздник же, — тряхнул платиновой чёлкой бета. — Не бойтесь, это пожелание. — Хорошо, спасибо, — Гэри взял зелёную змейку как самую аккуратную. — С наступающим! — ещё раз улыбнувшись, воскликнул курьер, взгромоздил на плечи короб и был таков. Гэри хотел посмотреть пожелание сразу, как уберёт рыбу в холодильник, но отвлёкся на сообщение Фила: «Буду после 11, срочный отчёт». Стиснув зубы, лишь бы не заплакать, Гэри опустился на софу в холле — худшее начинало сбываться. Слёзы было не удержать, Гэри переживал за макияж, но ничего с собой поделать не мог. Пальцы плохо слушались, осторожно развернуть змейку не получилось — из разорванной зелёной бумаги выпал бежевый прямоугольник. Гэри поднял его с идеально чистого пола. На карточке каллиграфическим, но немного нервным почерком было написано: «Любите себя». Улыбнувшись через слёзы, Гэри встал с софы и направился в гостиную, где был накрыт стол. Дотянулся до стоящей в центре бутылки и, вспомнив весёлую молодость, лихо открыл её. — Дети, налетайте, — позвал он сыновей, наливая в хрустальный фужер игристое вино. Те с энтузиазмом выполнили распоряжение родителя и расселись за столом, накладывая себе любимые блюда, Гэри знал предпочтения всех членов семьи. И Фила в первую очередь. Сам Гэри не был поклонником запечённой рыбы, так что можно не торопиться её готовить. Зато овощные салаты, раз хочется, можно поесть. А потом с удовольствием угоститься дорогими конфетами — Гэри давно о них мечтал, но берёг фигуру. В полночь, когда Фил всё ещё не пришёл домой и отправил новое сообщение, Гэри, с удобством расположившись в кресле в гостиной, спокойно пил вино, закусывая конфетами, и думал, что пожелание курьера пришлось очень кстати. Чтобы хоть как-то отметить это, Гэри поставил пять звёзд приложению доставки. *** «Чем занимаешься?» «Любуюсь твоим подарком», — к ответу Чарли прикрепил фото шикарного букета, который полчаса назад привёз курьер. Очень вовремя, поскольку Чарли собирался на вечеринку с друзьями, пока Оливер написывал весь день. Эмоции своего парня Чарли понимал: застрял в командировке в какой-то дыре — хотели встретить первый Новый год вместе, но не срослось. Не срослось и ладно — чтобы не скучать, Чарли быстро нашёл другие занятия. Это у Оливера там глухомань и из знакомых только шестидесятилетний коллега, а у Чарли — полгорода друзей, и все жаждут увидеть его на своём празднике. Ради экономии на такси Чарли выбрал ту компанию, которая отмечала через один квартал от их с Оливером квартиры. Наведя полный праздничный марафет, Чарли выбежал из дома, не глянув на цветы и конфеты от Оливера. Даже находясь в нескольких тысячах километров, он умел порадовать. Да и вообще всегда заботился. Но… раз его рядом нет, то что ещё Чарли делать? На улице шёл пушистый снег, который грозил попортить укладку Чарли, он накинул капюшон и, уставившись под ноги, поспешил к дому друзей: во дворе было хорошо слышно музыку. Пока поднимался по лестнице, Чарли успел отряхнуть пальто от снега и взъерошить причёску, придавая ей объём, главное, что макияж не потёк. — Приве-е-ет! — благоухающий алкогольными парами Энди встретил Чарли объятиями. — Ну наконец-то! — Привет! — Чарли повесил пальто в прихожей поверх десятка курток и огляделся в небольшой квартире. Пахло пивом и готовой едой, Чарли взял себе треугольник пиццы и присоединился к обсуждению последних новостей, а затем — и к возлияниям и танцам. Очнулся, когда у него зазвонил телефон — обычно Чарли не отвечал на звонки с незнакомых номеров, но тут, несмотря на шум, отошёл к входной двери, где было тише, и взял трубку. — Здравствуйте! — заговорил приятный молодой голос, отчего Чарли чуть не сбросил. — Это курьер, на ваш адрес доставка, но вы не открываете дверь… — А… Сейчас приду, — выдохнул Чарли, открыл мессенджер и увидел непрочитанное сообщение от Оливера: «Будет ещё один сюрприз». Чертыхнувшись, Чарли бросился одеваться, лишь потом догадался перезвонить курьеру: — Не могли бы вы подойти в другое место? Это близко… — Конечно, называйте адрес. Был риск разминуться с доставщиком, но Чарли всё равно побежал домой и, заметив велосипедиста с противоположной стороны улицы, перешёл дорогу. — Вы не в семнадцатую квартиру? — крикнул он, чтобы упростить задачу. — Туда, — бета остановился и принялся доставать заказ. К моменту, как Чарли к нему приблизился, бета успел снова взвалить на плечи короб и держал в одной руке пакет, а в другой — две змейки из бумаги, фиолетовую и красную. — Выбирайте одну, — сказал курьер, его светлые волосы были мокрыми от снега. — Ой, спасибо, — Чарли взял пакет, в котором дзинькнула бутылка, и помедлил с выбором, но в итоге остановился на фиолетовой, как форма доставщика. — Это пожелание, — кивнул курьер и, глянув на смарт-часы, заторопился, взбираясь на велосипед. — Много заказов? — вдруг Чарли стало стыдно: человек работает в праздник, а он мало того что веселится, так ещё и задерживает его. — Всего один, — подмигнул доставщик и поехал, напоследок бросив: — С наступающим! — Вас тоже! — ответил Чарли и, повесив пакет на локоть, сразу порвал немного намокшую от снега бумагу. «Дорожите чувствами», — было написано от руки на маленькой карточке. Чарли благодарно улыбнулся уже невидимому курьеру и заглянул в пакет: бутылка его любимого вина и коробочка с его не менее любимыми пирожными. «Спасибо, дорогой», — написал Чарли Оливеру и тоже посмотрел на цифры в уголке экрана: до полуночи оставалось не так много времени. «А давай встретим Новый год вместе?» — предложил Чарли, не дожидаясь ответа. Он побрёл в сторону их уютной квартирки, ловя снежинки ртом и предвкушая небольшую трапезу. «Как?» — сообщение от Оливера пришло, когда Чарли поднялся на второй этаж. «По видеозвонку», — ответил Чарли. «Я в деле», — всего три слова, а Чарли почувствовал, что Оливер оживился. После двенадцати Чарли вернётся к друзьям, но первый Новый год нужно встречать с тем, кого любишь. *** В новогодний вечер Фред сидел в кресле рядом с наряженной ёлкой, пил горячий шоколад и с улыбкой листал ленту соцсетей: дети и внуки делились фотографиями праздничных столов, семья Кэла и вовсе отправилась на острова в другое полушарие, где сейчас царило лето. Увы, жизнь закинула родных слишком далеко, и после смерти Джона Фред проводил праздники один. Ему всегда звонили, присылали подарки, но прилетали в гости преимущественно летом, в школьные каникулы. Фреду было не на что жаловаться, но в такие моменты, как сегодня, ему всё равно было одиноко. Чтобы убить время, он готовил праздничный ужин с расчётом на большую семью — первого января угощал соседей, вручая им контейнеры с салатами и кусочками фирменного пирога с мандаринами. Но перед самым Новым годом все, соседи в том числе, были заняты своими делами, и Фред скучал, мысленно подгоняя часы к полуночи. Лучше — к следующему утру, когда суета закончится и наступит пора отдыха. Фред сделал последний глоток остывшего напитка и отложил телефон, задумав посмотреть, что показывают по телевизору, но ничего, за что взгляд зацепится, в пёстром мельтешении не нашёл. Ещё почти час, а Фреда уже клонит в сон — в принципе, можно прикорнуть, потом его разбудят звонки детей, которые наперебой будут поздравлять с наступлением нового года. С улыбкой на губах Фред задремал, но проснулся не от сигнала телефона: трещал дверной звонок. — Сейчас, сейчас, — спать в кресле было неудобно, и Фред, прихрамывая и держась за поясницу, поспешил к двери. Должно быть, это Райан, сосед с пятого этажа, решил зайти за солью или ещё чем-то, что забыл купить. Даже не глянув в видеоглазок, Фред открыл дверь и с удивлением обнаружил на пороге молодого человека в фиолетовой куртке. — Добрый вечер! Вам заказ, — сказал бета, протягивая увесистый пакет, из которого торчали листья огромного ананаса. — Спасибо, — Фред взялся за пакет и чуть не выронил его. — Тяжело? — участливо спросил курьер, вновь перехватив ношу. — Давайте помогу. — Буду премного благодарен, — согласился Фред и отступил от входа в квартиру. — Куда нести? — бета быстро снял ботинки и замер в нерешительности. — На кухню, — рукой показал направление Фред и пошёл за курьером, который поставил пакет на кухонную тумбу и вытащил из внутреннего кармана куртки красную бумажную змейку. — Вот, возьмите, — протянул он подарок Фреду. — Какая прелесть, — улыбнулся Фред. — Сами делали? — Сам, — курьер вдруг засмущался. — Она корявая и помялась, но внутри пожелание. — Правда? — Фред с интересом развернул скомканную бумагу и прочитал надпись на карточке: — «Вас любят». На глаза Фреда навернулись слёзы, отчего видно стало как из-под воды: гадал, кто же отправил ему столько фруктов, в основном экзотических. Наверное, Кэл, как намёк на путешествие? Или Соммер, он уже присылал Фреду подарки через доставку. Хотя это может быть и Джек… — С наступающим! — Фред не заметил, как курьер пошагал к выходу. — Закройтесь, пожалуйста. — Стойте! — спохватился Фред. — Позвольте мне вас угостить. Послушавшись, юноша застыл на пороге. Фред поспешил к нему с пригоршней конфет, которые лежали в вазочке на столе. — Спасибо, не стоило, — парень застенчиво принял подношение. — Может, чаю со мной попьете? — с надеждой спросил Фред. — Я был бы рад, но… — курьер посмотрел на часы, — меня ждут. — Понимаю, — кивнул Фред, — дело молодое. — Ему не хотелось отпускать последнего гостя этого года, и мозг подкинул новую идею: — Давайте я вам дам моего фирменного мандаринового пирога. — Давайте, — согласился доставщик. — Сколько кусочков, два? — спросил Фред, семенил на кухню, забыв о том, что у него ломило суставы. — Два. Отрезав четыре — ровно половину пирога, — Фред уместил их в заготовленный для этой цели одноразовый контейнер и решил, что больше не будет задерживать курьера: до Нового года осталось совсем немного, вдруг он успеет встретить праздник с тем, с кем хочет. — Спасибо большое, — курьер взял у Фреда контейнер, устало улыбнулся и, махнув рукой, стал спускаться по лестнице. — Счастливого Нового года! — провожая парня взглядом, сказал Фред, не заботясь, услышат ли его. *** К концу дня Майк держался на остатках силы воли, но душу уже грело осознание — всё удалось! И пусть средства за последние дни работы поступят на счёт позже, Майк знал, что их хватит закрыть весь долг по кредитной карте. В общем, единственное, из-за чего Майк переживал, это то, что не успеет вернуться домой, как обещал Конни. Но и тут ему сопутствовала удача — доставил последний заказ за сорок минут до полуночи. Запрыгнув на велосипед, ставший почти продолжением конечностей, Майк поехал сдавать его, сумку и униформу в курьерский центр — сам весь взмок и мечтал о душе. Но, видимо, помыться удастся лишь в следующем году… Колёса прокручивались по снежной каше, Майк с двойным усердием крутил педали и думал о своих пожеланиях — идея пришла внезапно, когда он понял, что для достижения цели придётся работать доставщиком и тридцать первого декабря. Кто-то не обращал на змеек никакого внимания, кто-то удивлялся, а кто-то — понимал что-то своё, как дедушка, которому Майк только что доставил фрукты. Подарок от детей или коллег — Майк не знал и не вникал в жизни людей, он их видел в первый и последний раз. Просто хотел принести чуть больше радости, чем пакет с продуктами, и робко полагал, что всё-таки принёс. Сейчас Майк спешил к станции метро, чтобы доставить домашний мандариновый пирог и самый важный подарок, сделать который он задумал ещё летом. Недешёвый — не позволить с зарплаты рядового менеджера, но Майк нашёл способ, пусть и был не совсем честен с Конни. И всё же надеялся, что тот его простит. — Привет! Я дома! — крикнул Майк, стаскивая влажную одежду на ходу. — Привет! — Конни выплыл из кухни в светлом домашнем костюме, потянулся обнять и принюхался: — Фу! Срочно в душ! У тебя семь минут, чтобы задушиться! — Есть! — без объяснений всунув ему пирог, Майк быстро завернул в санузел и беспрекословно выполнил приказ, уложившись в три минуты. Вышел из душа в одном полотенце и юркнул в спальню одеться. И не только: из тайника достал заветную коробочку и конверт, рассовал их по карманам брюк и, проверив время, пошёл на кухню. Конни в этом году расстарался — приготовил вкусностей на целый взвод, но желудок Майка от усталости на запахи не реагировал. — Будем здесь встречать, — Конни посмотрел на часы. — Осталось две минуты. — Давай, — Майк сделал глубокий вздох, вынул коробочку из кармана и опустился на одно колено: в мыслях всё было легко и романтично, а в реальности он чувствовал себя донельзя глупо. — Коннор Макферсон, я хочу спросить, станешь ли ты моим мужем? — Майк, ты что… — от удивления Конни округлил глаза и закрыл рот ладонями. — Майк, зачем… Взяв коробочку, омега открыл её и увидел кольцо с бриллиантом, издав лишь странный звук, больше походящий на испуганный писк. — Майк, это же так дорого… Ну не надо… — Конни продолжал причитать. — Ты не ответил, — сердце Майка сорвалось в галоп. — Конечно, я стану твоим мужем! — наконец произнёс самые важные слова Конни. — Но как мы будем вылезать из долгов? — Их нет. Долгов, — придерживаясь за стол, Майк поднялся и извлёк из штанины конверт. — И ещё вот… Я планировал это там… Но… решил… сейчас… Он почти полгода представлял, как сделает Конни предложение в окружении заснеженных гор, но именно сегодня самому захотелось больше радости. — Майк, ты с ума сошёл! — воскликнул Конни, увидев туристический ваучер. — Это было недорого, — заверил его Майк: не кривил душой, бронировал домик на горнолыжном курорте в августе. — И я уже рассчитался. — Но КАК? — Майк знал, что Конни просто так не отстанет. — Я работал в доставке, — теперь он мог раскрыть секрет своих внеурочных на «складе». — Люблю тебя, Майк! — Конни кинулся ему на шею и повис, Майк сжал омегу в объятиях. Потом они целовались и, естественно, пропустили наступление полуночи. Но имеет ли это значение, если этот Новый год и так стал незабываемым?