blue tights

Тамила уныло вздохнула, почувствовав как повязка в очередной раз съезжает на лоб. Девушке постоянно приходилось поправлять её, но отказываться от повязки она не собиралась. Всё таки волосы, лезущие в глаза, бесили её больше. Резко затормозив напротив витрины пекарни, и зажав между ног портфель, она принялась с усердием натягивать повязку назад. Отчаянно хотелось верить, что с этой повязкой она роковая красотка из маминых видеокассет, а не Чингисхан в лучшие годы его жизни. Вечерняя улица наполнилась криками и шумом, которые девушка обыденно проигнорировала. Для Казани это не было чем-то удивительным, поэтому особого внимания девушка никогда не обращала. А зря. Когда Мила наконец-то уловила идеальное положение повязки, на неё налетела огромная туша, сбив с ног. На секунду она пересеклась взглядом с голубыми глазами, а в следующий момент обладатель этих глаз всучил ей палку колбасы и дал дёру. Скорее… Дал бы деру, если бы не перецепился через её упавший портфель. — Ты чё, совсем уже? Девушка со сбитым дыханием уставилась на тело, которое что-то крякнуло в ответ, и отчаянно завозилось в попытке встать. Где-то сзади послышался свисток милиции, и её руки завели за спину, предварительно отобрав палку колбасы. Бедолагу, ставшего жертвой её портфеля, эта участь тоже не обошла. Тамила удивлено заозиралась. — Гражданочка, спокойнее, — Милиционер, держащий её руки, пытался удержать её на месте, пока она крутилась в разные стороны. — Девушка! — Что вы делаете? — Она уставилась на милицейского, который заламывал руки кудрявому придурку, сбившему её с ног буквально минуту назад. В противовес она отметила, что карма в его сторону сработала моментально. И отменно. — То-то вы не знаете… Соучастница наверняка. — Да я первый раз его вижу, — она снова неистово затрепыхалась в руках другого милицейского, — Я тут жертва вообще! — В участке и разберемся. Мужчина накрутил свой ус на палец, и подтолкнул их в сторону милицейской машины. Тамила напоследок уныло обернулась на улицу, подсчитывая сколько проблем ей вся эта ситуация сулит. На глаза попался тот самый парень, которого сейчас усадили слева от неё. Урод сидел молча, и нагло пытался избегать её взгляда. Невольно появилось дичайшее желание отхреначить его колбасой, которую он даже не смог нормально украсть. Всё это было настолько спонтанно и глупо, что хотелось просто зарыдать. Каким образом её вообще к этому приписали? Почувствовав угрожающий взгляд, парень стушевался, но всё таки перевел на неё глаза. — Если бы ты быстрее соображала, мы бы тут не сидели, — Тамила поджала губы и раздражено вдохнула носом воздух. — Если бы не ты, я бы тут вообще не сидела. Паренек пожал плечами, и откинул голову назад, явно не сильно переживая насчёт всей ситуации. К Тамиле это не относилось: нога нервно задергалась, а ногти впились в голубые колготки, оставляя на них стрелку. Она только перешла в 11 класс, и карьеры преступницы в её планах не было. Да она вообще невиновна! Только как это теперь доказать, если товарищи милиционеры приняли её за подружку этого колбасного вора? — Извини, — пробурчало недоразумение сбоку от неё, вырвав Милу из кокона размышлений. Она скептически посмотрела на него, но промолчала. Всё таки задатки совести у него имелись, хоть и на минимальном уровне. По приезду их запихали в какой-то обезьянник, но желание отлупить этого героя лироэпической поэмы как-то не к месту поутихло. Даже с учётом развязанных рук. Сердце тревожно сжалось, а попытки думать о чем-то другом каждый раз проваливались. Тамила всегда пыталась избегать любых конфликтов, неприятностей и проблемных людей в целом. Не хотелось заставлять волноваться маму. И дедушку. И самое обидное, что избегала их она вполне успешно, а разные придурки всё равно продолжали её в это втягивать. Глаза непроизвольно скосились в сторону инфузории-туфельки бандитского характера, которая почувствовав её взгляд сразу оживилась. — Чё-то ты вдумчивая какая-то, — Колбасный вор в очередной раз разрушил её идиллию. Или скорее мозговые баталии, — Как звать тя? — Тебе заняться нечем? Тамила поджала губы и чуть склонила голову, одаривая парня самым тяжелым взглядом в её арсенале. Желание вести любезные диалоги отсутствовало, а разбавлять его скуку уж тем более. — А чем? Мы за решеткой, — парень хмыкнул, облокачиваясь на колени и подпирая подбородок. — Ты по-моему нарываешься. Тамила дернулась на него, вспоминая из-за кого она тут сидит, и он засмеялся, выставляя ладошки перед ней в оборонительном жесте. Особо напуганным он не выглядел, что действовало на Милу как спусковой крючок. Сильно довольный для уголовника. — Шутка. Девушка вздохнула и облокотилась спиной на стену, ёжась от соприкосновения с холодным цементом. Диалог с ним клеился на допотопном уровне. Тамила просто банально не понимала, о чем можно вообще разговаривать с этим представителем одноклеточных. Под взглядом парня было неуютно, смотрел он очень внимательно. — Тамила. — Мила значит? Я Турбо. Или Валера, — он покивал и снова улыбнулся своей самой наглой улыбкой, — Приятно познакомиться. Тамила уже собиралась ответить, когда участковый постучал по решётке, обращая внимание на себя. — Общаетесь? Это хорошо, — Мужчина улыбнулся и перевёл взгляд на Милу, становясь в миг серьёзным, — Ты же несовершеннолетняя, как я понимаю. Нужен номер родителей. Девушка заметно сжалась и напряглась. Валера немного отвлек её, а участковый снова спустил на землю. Очень не хотелось впутывать в это маму, которая безвылазно проводила время на работе. Она была медсестрой, поэтому ночные смены не были редкостью. Оставался альтернативный вариант — дедушка, но это конечно тотальный экстрим. Выбирать, к сожалению, не приходилось. — Дома только дедушка. Думаю, на домашний дозвонитесь до него, — миллионер кивнул и записал номер, который она продиктовала. Ободряюще улыбнулся, и пошел исполнять личный приговор Тамилы. Дедушка Тамилы, Касим Джамалетдинович, был человеком воевавшим. Внучку любил, семью ценил, но иногда выдавал такие перлы, что на уши невозможно было натянуть. Он был воистину строгим, но чувства юмора в нем всё-таки было больше. Многим девушка пошла в него, но морально подготовиться к последующим подшучиваниям деда было физически невозможно. Мила страдальчески вздохнула, отсчитывая секунды, до того как сюда примчится ураган, и невольно перевела взгляд на Валеру. Турбо, мать его. Прямо как жвачка. — Часто колбасу воруешь? — Тамила, мастер остроумных вопросов снова в деле, собственной персоной — Эм, да так. Случается, — Он хохотнул и почесал затылок, — Я вообще Универсамовский. Группировка такая. — Не разбираюсь, — Тамила пожала плечами. Было не тяжело догадаться, что он принадлежит к банде каких-то местных пацанов, да только ей это ничего не дало. Отношение к чему-то подобному она никогда не имела. Пока одноклассницы после уроков укатывали на машинках с местными авторитетами, она хреначила домой на полуразваленном трамвае. Такая себе скучная жизнь саркастичной зубрилы отличницы с пассивной агрессией. И в любом случае, эта обыденность казалась ей намного радужнее. Где группировки и отношения с её участниками, там и постоянная опасность. А соответсвенно и куча проблем, которые Тамила глубочайше ненавидила. И которые каждый раз догоняли её с фантастическим усердием. Валера понимающе хмыкнул, и снова уставился на неё. Возникало ощущение, что своим взглядом он пытался понять её, пробраться в недры души. Сканер из него был хреновый, поэтому получалось только бесцеремонно пялиться. Разговор по душам у них не сложился, односложные ответы Милы всегда убивали в окружающих её людях интерес. А девушку в целом всё устраивало. Близко она ни с кем не общалась, люди вокруг воспринимали её как острую заучку с унылым лицом. Общалась на нейтральные темы, да и всё. Убеждать себя, что она не нуждается в близких друзьях и ей хватает книг, было проще всего. Так и жила. Валера наконец-то отлип от неё со своим взглядом, когда решетка открылась, чтобы выпустить Тамилу. За милиционером замаячил закаленный усатый дедок, который довольно щурился. — Вас, гражданочка, отпускаем. Приносим глубочайшие извинения за поспешно сделанные выводы, — Участковый покивал Тамиле и перевел взгляд на приосанившегося Валеру, — Не радуйся, ты остаешься здесь. Парень заметно приуныл, но душевные терзания прервал хохот усатого деда, который явно перебывал на своей волне. — Совсем цветочек тепличный. Даже колбасу украсть нормально не смогла. — Да не крала я её, — девушка вздохнула и скрестила руки. — Молодость всё простит, можешь красть. Я разрешаю, — дедушка Касим похлопал Милу по спине, подталкивая её вперед и нагло игнорируя прищуренный взгляд Тамилы, — Михалыч, бывай. Участковый буркнул в ответ что-то нечленораздельное, а Тамила напоследок обернулась. Валера смотрел со своей неизменной улыбкой, подмигивая ей в след. Подмигивая так, будто сидел тут за серьезные мошеннические махинации, а не за кражу колбасы. Вот же ж придурок.

***

Для Турбо всё обошлось очередной административкой и сутками в обезьяннике, что учитывая его предыдущие грешки вышло неожиданно щедро. Пацаны ещё долго будут угарать над ним, в этом он точно уверен. Жалко только, что Тамилу впутал во всё это. Тамила. Та — ми — ла. Валере было крайне неловко за это. Парень не думал, что милицейские придурки решат, что они каким-то образом связаны. Он думал, что сбежит, она отдаст эту несчастную колбасу милиции и все счастливы. А тут такая херня получилась. Не по-пацански. — Ало, ты куда улетел? — Зима пощелкал перед ним пальцами. — Отвали. Задумался просто. — А ты умеешь? — ехидно ляпнул лысый парень в ту же секунду получая по шапке, — Про свою колбасную соучастницу? Валера откровенно заржал с прозвища для Тамилы, которое Вахит придумал на ходу. У него была воистину невероятная фантазия. — Ну я ебу, ты ж имени не говоришь, — Вахит задумчиво почесал затылок, — Заебал своим постным еблищем, найди и нормально пообщайся. — Бля, как же я без тебя не догадался, — Турбо огрызнулся на друга, влупив ему очередной подзатыльник, — Да вот знаю я только её имя, её деда и то, что она носит голубые колготы. — Ну ебать, чё сказать. Поздравляю.