Невозможные пристрастия

Покончив с ужином, Клейн был ужасно уставшим. Готовить еду для Волка переростка точно не самое легкое занятие, но до этого это не истощало его так сильно. Он быстро забрался в свое гнездышко из мягкой шерсти Волка и стоило ему закрыть глаза, как он сразу же вырубился. И все это время он не обращал внимание на пристальный взгляд зеленых глаз. Леонарду понравился ужин. В нем была легкая остринка чего-то знакомого, но он не задумывался что это, уверенный, что это не навредит его телу. С удовольствием уплетая еду, краем глаза наблюдал за своим котенком слугой. Тот ел то же самое тушеное мясо, беря их кусочками маленькими палочками. Странный способ, что он раньше видел у Сестры, только та тыкала острыми палочками. С каждым укусом Клейн ел все медленнее, а когда они закончили почти в одно время, убрал посуду и быстро шмыгнул в его выпавшую шерсть, из которой сделал себе место для сна. Леонарду не нужно было спать, поэтому он просто остался рядом с костром, прислушиваясь к окружению. Вдруг слабый звук раздался из гнезда шерсти. Он подошел поближе и увидел, как Клейн был очень красным, а дыхание было тяжелым. А огонек сна, что должен сиять белым светом сейчас медленно горел алым. Леонард прищурил глаза из его горла вышел рык, когда он глянул наверх, на красную луну. Вздохнув, он улегся рядом, положил свой морду на Клейна и проник в огонек сна. И первое, что он увидел это туман. Туман везде, уменьшая поле его зрения. Но в этом пространстве будто ничего и не было. Он шел дальше, к центру сна, где и находился хозяин. — Ах… В таком же, как и в реальности, гнезде шерсти лежал Клейн. Вот только здесь его глаза были слегка приоткрыты и затуманенные желанием. Его голое тело было свернуто в клубок, будто пыталось уйти от той боли, что уже причиняла похоть. Рука зажата внутри, потирая свой покрасневший член. Его лицо было в слюне и слезах, тяжелое дыхание вперемешку со всхлипами покидали его губы. Хвост Леонарда шевельнулся, будто пытался отогнать что-то, нос дернулся от запаха, что начал исходить от другого, а тот будто и не замечал этого. — Ррр… — он зарычал угрожающе, окинув взглядом все окружение. Послышался со всех сторон гадкий хохот, который раздражал его уши. Вдруг он услышал слабый вдох и посмотрел вниз. Клейн держался за сердце, открывал и закрывал рот и не мог сделать вдох. Леонард рычал, из-под его тени началась расползаться тьма, скрывая их от невесомого присутствия какого-то ублюдка. Когда теперь пространство изменилось на тьму со слабым туманом, но уже без чужого влияния, Клейн смог вдохнуть воздуха. Он закашлялся и хотел встать, но тело все еще было под контролем желания, руки дрожали, голова слабо работала. Внезапно он почувствовал холодное и слегка мокрое касание в спине. От неожиданности он не сдержал громкого стона. Ощущение не пропадало, оно шло по позвоночнику все выше, остановившись у его шеи. Теплое дыхание обдало его чувствительную кожу. Ему хватило сил, чтобы обернуться, и встретился с внимательными темно-зелеными глазами. — Л-лео…нард?.. — его кисть потянулась к нему, чтобы схватиться за темную прохладную шёрстку и успокоить жар, исходящий из него. В груди Леонарда сердце сбилось с ритма. Слабое желание съесть этого аппетитного человека перед ним подталкивало его к краю. Он стал облизывать его шею, пытаясь так понять его вкус. Лапой он осторожно перевернул Клейна на спину и удержал под ней одну руку, его язык прошелся по плечу, спустился к груди, где торчало два бугорка. — Ах! — Клейн пытался укусить свою свободную руку, чтобы заглушить смущающие звуки. Он не понимал, что происходило, но то, как он получал удовольствие от вылизывания зверя, взрывало его мозг и стыд зашкаливал. Однако и его вторую руку прижали лапой, не давая скрыться. — Это там, откуда у людей идет молоко? — Леонард тщательно вылизывал их, иногда задевая слегка кожу груди клыками. — Значит, ты можешь родить двух щенков, если наполнить тебя семенем? — Ч-что?.. — Клейн опустил взгляд вниз, где на его плоской груди сильно выделялись два соска. Член предательски дернулся, когда он представил еще более вульгарные сцены. — Нет! Я не могу… — Почему, — Леонард не сдавался, продолжая лизать грудь. Он свободной лапой провел слегка по животу, его шерсть задевала член. — А ты пробовал? «П-пробовал?!» — Клейн запомнил последнее, не соображая о чем-то конкретно. Приятное давление на живот и легкие касания к члену сводили с ума. Он хотел чего-то большего, чтобы унять внутри себя этот огонь. Когда снова взглянул вниз на морду Леонарда, что спустился к животу, Клейн пропустил собственные красные вытянувшиеся соски, глаза округлились, а дыхание сбилось, увидев чужой член. — Огр-ромный… — он выдохнул с дрожью в голосе. Его раскрытые ноги сжались, скрестив лодыжки. Сердце громко билось, а в голове клавишного эксперта пробегали сцены. Его глаза расширились, когда его ноги обратно раздвинули, а бедра окружила шерсть. Низ его приподняли, чтобы приблизить к огромному органу. Он чувствовал, как вокруг его мокрой задней дырки крутилась головка. Она еле протискивалась, выходила и затем снова пыталась войти. От растягиваний обода ануса шло жение, а затем одним резким толчком в него проник чудовищный член. Клейн с хриплым стоном кончил. Леонард, почувствовав как окружение хотело изменить его, остановился. Сон не продолжился по предложенному сценарию, только застрял в мыслях хозяина пространства и нарушителя. Тело под ним дрожало, на животе были полосы спермы, замарав и его шерсть. — Котенок… — он прорычал в ухо. — Кончил от мыслей, что я войду в тебя? — Н-не… — Клейн хотел мотнуть головой, но чуть не ударился, когда поднял ее вверх. — Ах!. Его член без передышки стали ласкать и обернули в тепло. Слабые ноги расставлены, давая языку вылизывать всю промежность. Его анус сжался, когда почувствовал прикосновение рядом. Ягодицы становились мокрыми от слюны. Стоило Клейну на секунду отвлечься, Леонард кончиком раскрыл его и вошел внутрь. Толстый язык Демона Волка поступательными движениями входил все дальше, вылизывая все стенки. Вдруг тело снова дернулось, когда он погладил маленький выступ. — Нгх… Леонард стал идти дальше, стенки сжимали его, пока он не уперся во что-то еще. В этот раз обод мышц слабее сопротивлялся и его язык прошел дальше, где было еще уже и он еле продвигался, пока полностью не вошел. Клейн с осевшим голосом стонал и не думал ни о чем, кроме органа внутри него. Он ощущал себя слишком полным от его длины и толщины. Язык шевелился и терся об чувствительные стенки на глубине. Движение становились грубее, он выходил из внутреннего кишечника и снова проникал обратно. Прямая кишка была полностью занята основанием, что постоянно вертелось и стимулировало простату в самом начале. Стенки сильно сжались, глаза закатились. Его заброшенный член слабо дернулся, выплевывая жидкие нити спермы, а тело тряслось от оргазма. Темнота вокруг дрогнула, Леонард выскользнул из заднего отверстия. Из него потекли выделения смешанные со слюной. Опухший красный обод судорожно сжимался, но дырка все еще была открыта. — Хм… — Леонард облизнулся, его нос уткнулся в шею, чувствуя еще слабый аромат. — Такой вкусный… — Он посмотрел вниз, где его собственный член терся о ягодицы. — Но твоя дырочка все еще слишком узкая для меня… — Мхх… — Клейн еле был в сознании, поддерживаемый кем-то, остатки жара внутри него уже не так сильно раздражали. Он перевернулся на бок и сложил вместе ватные ноги, сокращая так стимуляцию его чувствительных мест даже от простого ветерка. Леонард вздохнул, когда головка члена выскользнула из сжимающих ягодиц. На пробу он потерся об щель бедер и толкнулся внутрь них. Заменяя так дырку, он стал тереться о ноги, пытаясь самому достигнуть пика. Он почти лег, закрывая в своей теплой шерсти своего слугу. Тело Клейна погрузилось в мягкую пушистость, но он хрипел, когда между его бедер терся огромный член. Он соприкасался с его и тыкал в живот. Вскоре он еще раз пришел, но пенис слабо дергался, ничего не выплевывая. Спустя еще, казалось, вечность после десяток трений, член Леонарда дернулся и он с рыком обильно кончил. Его сперма попала на живот, грудь и даже лицо. Когда он поднялся и раскрыл слугу под собой, тот почти не шевелился, находясь где-то на грани. Его потное тело было полностью покрыто его семенем и запахом, отчего Волк радостно урчал. Туман все больше окружал их, а темнота покрывалась трещинами и Леонард перестал поддерживать сон и вышел из него.

***

Клейн резко проснулся и встал, оглядевшись. Он все также лежал в своей кровати из шерсти, а солнце только поднималось. Его сердце громко билось, как сумасшедшее. Он чувствовал себя ужасно мокрым внизу, а воспоминания о сне заполняли его голову. «Что за извращение! — он пытался привести мысли в порядок и не думать об этом, но его лицо пылало и даже прохладный утренний ветерок его не остудит. — Это невозможно… Я не стал бы мечтать о сексе со зверем!» — Что случилось. Клейн вздрогнул от знакомого голоса и повернулся к нему. Рядом, между его кроватью и костром лежал Леонард и внимательно за ним наблюдал. Он облизнулся и протяжно зевнул, широко раскрыв пасть. Его язык вытянулся, затем снова сложился и пасть закрылась. — Я… я… — Клейн следил за этим, его щеки пылали, и он чувствовал, как он становился твердым. От фантомных ощущений вылизывания его внутренностей он не сдержал вздоха, но прикрыл это рукой. — Н-ничего! Он попытался аккуратно слезть с импровизированной кровати, оттягивая тунику. Леонард краем глаза следил за этим представлением, уже давно учуяв запахи на своем слуге. Его хвост вертелся, но этого Клейн уже не заметил, скрывшись за кустами и побежав к ближайшему озеру. И если Леонард стал чаще шептать что-то на ухо своему котенку, радуясь появлению румянца и заикания, то Клейн ничего не мог поделать, коря себя за извращенные фантазии.