Новогодние записки

      Всю свою жизнь Сынмин и Чонин были друзьями. У них хорошо общались мамы, поэтому они и дружат. Сынмин считал Чонина своим лучшим другом, а Чонин считал Сынмина своим лучшим другом. Взаимная привязанность тоже присутствовала. Чонин не мог прожить без Сынмина и дня, а Сынмин без Чонина. Самые лучшие друзья, короче говоря.       Но, в последнее время Сынмин начал что-то чувствовать к Чонину. И это не просто какая-то дружба как раньше, а что-то совсем незнакомое. Каждое прикосновение заставляло краснеть, перед выходом из дома приходилось вечно проверять свой вид по сто раз, а на совместных фото залипать на младшего. Это нормально?...       Конечно, догадки были, да и вообще диагноз уже поставлен — «влюблённость». Ещё и не просто обычная влюблённость, а влюблённость в лучшего друга.       В доме запах мандаринов поселился недели две назад, а вот запах ёлки пару дней назад. Она стояла в горшочке, который стоял под какой-то газетой, это для того чтобы на пол иголки не сыпались. На праздничном дереве висела гирлянда, шары, мишура, а на макушке красовалась звёздочка.       Сынмин наблюдал, как лампочки на гирлянде медленно тухли, а потом зажигались другие. Это завораживает. На праздничном столе стояли тарелки с разными салатами и закусками. Горячее ещё не принесли. По телевизору шла программа с участием разных певцов, они пели все свои хиты за этот год. Правда, никто не слышал их, но ладно.       Ким поправил бабочку, которую его заставили надеть, так как пришли друзья родителей и надо выглядить соответствующе. За столом сидела одна только тётя Сана и вечно расспрашивала всякую всячину, на которую Мину приходилось как-то отвечать. Остальные же разошлись по своим делам.       — В каком ты классе?       — Как учёба?       — Девочки бегают за тобой?       — А вот вообще есть какая-нибудь хорошая девочка, которая тебе больше всего симпатична?       От этих вопросов становится всё неуютнее и неуютнее. А самое обидное, что никто спасти от этих вопросов не может. Мама на кухне с другими подружками, а отец с мужьям этих подружек обсуждают какие-то философские темы.       — Ну, и правильно! Ты лучше думай пока об учёбе. Девочки сегодня есть, а завтра нет.       После очередного комментария Саны, хотелось уйти куда-то.       — Извините, я сейчас приду, — сказал Сынмин, выходя из-за стола.       Сана ничего не ответила просто улыбнулась и продолжила дальше придумывать вопросы и советы подростающему поколению.       Ким зашёл в туалет, уселся на крышку унитаза и тяжело вздохнул. Скорее бы уже половину двенадцатого. Ведь, сегодня в это время он будет встречать Новый год не с неизвестными ему личностями, а с одним из самых близких ему людей — Чонином. От этого сразу появляются силы дожить одиннадцати тридцати.       Сынмин открыл телефон, чтобы посмотреть время. 22:45. Ещё сорок пять минут, какой кошмар. Тут появилось сообщение от контакта «Чонинка-апельсинка». Ким нажал на него и сразу открылось само сообщение с содержанием: «Всё в силе?». В ответ отправилось сообщение: «Да, конечно». Через пару секунд он получил ещё одно сообщение: «Тогда в 23:30 у ёлки на площади буду ждать тебя:)». Сынмин улыбнулся как чеширский кот и в ответ отправил скобочку.       Пока это всё происходило кто-то уже начал дёргать ручку туалета. Ким недовольно вздохнул и нажал на кнопку слива, чтобы никто не подумал, что он сидел тут просто так. Ручку дёргал, как оказалось, муж Саны.       — Ой, Сынмин! — удивился мужчина, — Я думал, что ты с Саной.       Не зная как на это реагировать, Ким просто улыбнулся и ушёл в зал. Там уже все сидели, ну, кроме мужа Саны, и наслаждались едой.       Сынмин вздохнул с облегчением, потому что вопросы закончатся или сбавится их объём. В любом случае это лучше.

***

      «До чего же ужасно ждать» — об этом Ким подумал не раз за вечер. Пока все разговаривали о том о сём, Сынмин вечно поглядывал то на настенные часы, то смотрел на часы в телефоне. Наконец-то время стало близится к двенадцати.       Как только на часах стало показывать 23.15, Ким поднялся с дивана и направился в прихожую. В след ему крикнула мама: «Съешь бутербродик хоть!», но Сынмину было некогда есть всякие бутербродики. Он повторял про себя фразу «Не забыть подарок Нину». Прямо сейчас подарок играл важную роль, не потому что там сам подарок, который выбрал Ким, а потому что там лежала бумажка с поздравлениями и признанием. Признанием от чистого сердца...       Когда Ким вышел из дома то увидел как весь двор был белым. Крыши домов усыпаны снегом, сугробы лежали по всему двору, лавочки были покрыты толстым слоем снега, да и вообще всё было в нём. На небе красовались звёзды и месяц, сегодня они сияют ярче, чем вчера.       Неожиданно на волосы Сынмина свалилось немного снега. Он посмотрел вверх на небольшое дерево, на одну из его веток сел снегирь. Ким скинул снег с головы, укутал шею шарфом и уже пошёл на площадь. Проходя дворы, он заметил, что абсолютно каждое окошко дома светились. Все сидели дома и готовились праздновать этот волшебный праздник. На улице же не было никого. От этого шаги Сынмина казались такими громкими.       Пару кварталов и будет видно ту самую ёлку, где Сынмин договорился встретиться с Чонином. Сердце начинает бешено биться, а коленки немного дрожать. Он прижал двумя руками бумажный пакет с подарком к груди, а потом его будто перевернулось. Ким достал из пакета листик на котором написаны все его чувства.       «А, может...ну его!» — даже такие мысли стали посещать его, но тут зазвонил телефон.       — Слушаю.       — Ким Сынмин, где вас носит? Я уже минут пять стою возле этой ёлки. Иди быстрее, если хочешь общаться не со снеговиком! — это оказался Чонин.       — Ой... Иду уже!       После разговора Ким побежал быстрей к ёлке. Из-за этого он не успел подумать, поэтому положил бумагу обратно в пакет.       Чонин ходил возле ёлки туда сюда, чтобы не замёрзнуть. Он ждал Сынмина уже всю вечность, как ему казалось. Но, вот наконец-то он услышал шаги. Ян обернулся и увидел Кима, который чуть не упал на снег.       — Ты упади ещё сейчас! — крикнул Чонин подбегающему Сынмину, а после этого натянул шапку на уши, чтоб не заболеть.       — Нет, спасибо. Откажусь, — засмеялся Ким и наконец подошёл к Яну.       — Куда пойдём? А, ты же ещё речку не видел! Она замёрзла пипец, пойдём!       Пока Сынмин был ещё решителен он решил подарить подарок.       — На, это тебе! — Ким всучил подарок Чонину.       — Ой, спасибо!       Ян начал доставать из пакета ещё пакетик, в котором лежал мягкий белый шарф.       — Ты вечно без шарфа ходишь, заболеешь ещё, — сказал Сынмин и поправил свой чёрный шарф.       Чонин улыбнулся и сразу завязал его себе на шею.       — Спасибо!       «Давай, дурак, скажи ему!» — начал нервничать Ким.       — Там ещё записка, прочитай её сейчас, пожалуйста...       Пока Сынмин покрывал себя матами в мыслях, Чонин с любопытством доставал записку. Ян начал бегать глазами по тексту, а серце Кима ушло в пятки. Он стоял в ступоре и ждал реакции Чонина.       Глаза остановились, а это значит, что текст закончился. Взгляд медленно перешёл с бумаги на Сынмина.       — Это правда...?       В воздухе повисла тишина. Раньше её нарушал смех или разговор парней, но сейчас совсем иначе. Они сами создавали её.       «Уж если начал — закончи до конца» — подумал Ким.       — Да. Да, это правда! — самое трудное «Да», которое ему приходилось когда-либо говорить. Он начал испытывать стыд и увёл взгляд под ноги, а потом продолжил, — Я понимаю если это невзаимно. Я просто...я...       Тут Сынмин почувствовал, как рука Чонина взяла его за подбородок и повернула его лицо. Через мгновенье их губы слились в поцелуе. Ян положил свои горячие руки на леденные щёки Кима, тем самым согревая их. На улице опять повисла громовая тишина.       Парни сидели на лавочке и говорили о всякой ерунде, но тут Чонина осенило.       — Ой, у меня же тоже подарой есть для тебя!       Он поднялся с лавки и подошёл к большой ёлке, которая уже светилась разными огнями. Там внизу у каркаса Ян взял пакетик. Он его немного отряхнул от снега и отдал в руки Сынмину.       Ким достал из пакета шапку с помпоном, почти как у Чонина.       — Это потому что ты без шапки ходишь. Уши у тебя замёрзнут!       — Ты как мама! — Сынмин закатил глаза, но всё же надел шапку.       — Кстати, у меня тоже есть записочка!       Ким удивился такому совпадению, поэтому полез в пакет за бумажкой. Там было написано:

Сынмин, ты мне нравишься. Это взаимно?

      — Так ты тоже хотел! — удивлённо произнёс Сынмин.       — Да, но ты меня опередил! — ухмыльнулся Чонин.       Неожиданно раздался взрыв, а потом небо засветилось разными красками. Ещё взрыв и посыпались звезды.       — А, что уже Новый год что-ли? — сейчас уже удивлялся Ян. Он достал телефон из кармана куртки и взглянул на время, — О, уже три минуты как идёт новый год!       — С Новым годом тебя, Чонин! — сказал Ким смотря на разнообразие красок на небе.       Чонин убрал телефон обратно в карман и приобнял рукой Кима.       — С Новым годом, Сынмин!