Внекодовые

— Ну не злись, глюкастый, повезёт в следующий раз, — тянет девушка и зло хихикает. — Никакого следующего раза, пока я не буду уверен в своей победе! — голос Эррора стал дрожать и прерываться от накативших эмоций. — Оу, значит я буду удивлять тебя каждый последующий раз. Лоретта подала мужчине плащ и сама подскочила к дивану, когда по ногам прошлись неприятные мурашки от долгого сидения на твёрдом полу пустоты. А Эррор же пытался предугадать, чего могла пожелать душа этой девчонки. Смотря на её романтизацию всего, что двигается и нет: от маленьких зверьков, до посиделок по несколько часов напротив зомбирующего ящика - стало ясно, что ничего паранормального ожидать не стоит. Может это будет как-то связано с её увлечениями, о коих Дестрой знал не много, да и девушка не особо разбрасывалась информацией о себе. На кого она похожа? На того, кто любит шить, вязать, делать браслетики дружбы. Ну прямо среднестатистическая бабушка во дворе любого дома. Рисовать? Нет, нет и ещё раз нет! Или лучше принести ей обычную книжку? — Чисто теоретически, ты сможешь отвести меня в душ? — говорит почти шёпотом, отчего-то покрываясь ненужным румянцем, — Не прямо в душ! Я имею в виду.. То есть! Мне нужно помыться, но тебе не нужно..  Я в ванну хочу! — Да ты точно пропускала уроки по нормальной речи, — а Лора прикусывает нижнюю губу, лишь бы не сказать, что и Эррор был прогульщиком логопеда, — Ладно, я перемещу нас, но у тебя есть пол часа. — Час! — ..час и ни секунды более! Белый партал привёл монстра и человека в тихий и безветрянный мир. Аллея одинаковых домов с балконом и заснеженной крышей встречала не так охотно, как хотелось бы. Тишина била по ушам, а девушка, не выдержав такую пытку, стала сама вести себя громке, как в принципе и Эррор, который по непонятной причине стал трещать сильнее обычного. Лоретта последовала за скелетом, что зашагал в первый попавшийся двухэтажный дом, который, кстати, ничем не отличается от дома художника и хранителя альтернативных вселенных, только, если у последнего все стены были в узорах и разноцветных кляксах. Глюк открыл дверь, жалая войти первым, но блондинка резво юркнула под руку монстра, проскакивая мимо. Лора оглядывла комнаты, хотя в первой пропавшейся нашлась ванная. — Что ты бегаешь туда-сюда? — спрашивает Эррор развалившись на диване и медленно и линиво тянется к пульту от плазмы. — Там нет полотенца. А ещё мне нужна сменная одежда, чтоб не намочить свою, — девушка шагает вниз по лестнице с закинутым белым махровым полотенцем, которое нашла в чужой пустующей спальне. Попутно она ловкими движениями завязывает светлые волосы в замысловатую шишку, а дальше тянется вниз, чтобы развязать и снять сапоги. — Ну вообще-то я не против потанцевать голышом после душа, но ваша компания все портит. — Неужели? — Ага, а ещё ты вредный, — заканчивает свою мысль девушка, вообще не помня, как пришла к этому. В глубине души ей хотелось побесить разрушителя, все же она победительница. — Ещё хоть раз ты меня о чем-то попросишь.. Лоретта улыбнулась и показала язык, закрывая дверь в ванную, где она осталась в полном одиночестве. Начался банный ритуал. Выбирание шампуня, геля для душа, кондиционера. Странно, что в этом пустом мире было столько бытовых вещей, а никого из жителей не наблюдалось. Потом девушка расставила все нужные баночки на полочку возде белой ванны, а после наклонилась к неудобному крану у противоположной стены, чтобы наконец набрать воду. Та заструилась в странном, но отчего-то знакомом оттенке голубого. Не обращая внимание на непонятный феномен, Лора обернулась к гладильной доске, где сложила найденные серую футболку и чёрные шорты до середины бедра, а также полотенце. Настроившись на раздевание, она сначала потянулась к серёжкам в виде маленьких золотых крестиков, растёгивая английский замочек. Кран за спиной подозрительно громко прожжужал, и блондинка, обернувшись, подошла посмотреть и проверить все ли в порядке. Капли брызгали во все стороны, часто разбиваясь о белую висящую шторку, но стоило девушке потянуть руку, как с окатившей её водой, пришло осознание. Лоретта даже дернулось от такого холода, но на кране было чётко написано обозначение горячей воды! Может это все причуды мира? И вот голубоглазая снова, перекидывая волосы назад, тянется к переключателю, но что-то пошло не так. Босоногая девушка подсказывается на мокром полу и кубарем, головой вниз, летит в ванную. Она задевает ногой низко натянутую бельевую верёвку, запутываясь ещё больше, сшибает другой шторку, опрокидывая рядом стоящие шампуни, и вскрикивает от ледяной воды, что медленно превращала обычное ажурное платье в прозрачное, хорошо, что только у спины. От резкой головной боли Лоретта сначала даже не поняла, что перед ней маячит Эррор, который рассматривал представление. Когда картинка перед глазами перестала быть размытой, человеку совсем не понравилось поведение скелета. Он, словно главный критик, оценивал позу и талант девушки в неукюжести. — Чего уставился? — попыталась встать голубоглазая, но белое полотно перетянуло грудную клетку не давая сделать хоть какое-то движение вверх, а ноги так вообще запутались в верёвке с прищепками одна вокруг другой, — Ты не хочешь помочь? — Что-что говоришь? — изображает дурака и саркастично улыбается, когда надевает красные очки. — Перестань, Эррор, ты же не хочешь, чтоб я окаченела тут заживо! Выключи воду хотя-бы! — Ой, конечно, моя дорогая, я тебе помогу, но я же такой вредный.. — Дестрой включил актёра на максимальные значения, будто всю жизнь играет в лучшем театре. Он подходит ближе, наклоняется над девушкой и тянет ручку с синей пометкой, — Великие создатели, я такой невнимательный! Вода рынулась быстрее, и что удивительно, Эррор включил именно тёплую, нормализуя температуру в ванной. Теперь было не так холодно, но усевшаяся на стиральную машину задница Эррора не давала и шанса на то, что он хоть как-то поможет. Однако, и Лоретта имела наглость не просить прощения за оскорбление, коим она слово "вредный" не считала. Образовалась тонкая нить между их взглядами, между его разноразмерными точками чистого безумия и её ангельских напоминающих прозрачный лёд. Бесконечно можно смотреть на три вещи: горящий огонь, бегущую воду и на то, как Лора пытается не обращать внимание на проблему. А когда вода дошла до уровня шеи, так Дестрой уже развалился на кресле, которое сам же сюда телепортировал. — Может нужно быстренько эволюционировать в рыбок? — сдаваясь, шепчет девушка. — В твоём случае это будет деградацией. — Я щас захлебнусь, Эррор, это не смешно! — смотрит на скелета и даже не обращает внимание на то, что все действия мужчины видит перевернутыми от своего положения, — Прости, ладно, я была не права, ты не вредный. — Ну, полежишь еще немного, зато чистая будешь.. — Мокрая! — Ну, Ло, подумаешь! Не натерлась мылом - великая проблема. Лоретта умоляюще хныкает, дует персиковые губы, и Эррор понимает, что безумно хочет не только смотреть. Скелет поднимается, сделавшись необыкновенно тихим, щёлкает костяшками пальцев. Девушка чувствует лёгкий ветерок и долгожданную свободу. Оба с треском появляются в привычной пустоте, белой и живой только у Дестроя дома. — Переодевайся. Я не смотрю, — хотя хотелось. Глюк кидает за спину свой темно-синий плащ с жёлтыми и красными вставками и попадает рядом с девушкой. Лора садиться удобнее на собственных коленях и отмечает пропажу любимых сапог. Потеря потерь, но сзади раздаётся шипение: Эррор ушёл в портал. Пользуясь моментом, голубоглазая мнётся и все также сидя снимает мокрое платье и, к сожалению, оставшиеся розовые трусы с бантиком. Но одного плаща мужчины было категорически мало и, почти не думая, девушка обернула вокруг бёдер бордовый плед. Дестрой возвращается неожиданно быстро. От него за километр веяло загадочностью: что он собирается делать, зачем ему это? Будто проверяет границы дозволенного, когда проводит лезвием взгляда по плащу, что скрывал женское тело. Но, всевышний создатель, это же Эррор - гроза всего мультиверса! О каком "дозволении" идёт речь? Разрушитель мог взять все в свои руки, получить желаемое, сделать очередную марионетку, но на сей раз живую. Будет лелеять в холодных объятьях, сжимать до хруста девечьих костей, потому что её тело пленило его своей податливой мягкостью несколько ночей назад? Нет. Только прикоснувшись к жёлтой душе и не ощутив тот поток боли, как сотни иголок в кости цвета чёрного янтаря. Эррор наложил бы на антипустоту сотни и тысячи слоев защиты, лишь бы его маленькую радость не украли. Но это была Лоретта. Сидит на полу и шмыгает носом от озноба. Дестрой хоть и был разрушителем вселенных, но уничтожить ангельское создание.. да, ангельское с задатком самого сатаны.. ну, он просто не мог. Эррор подошёл ближе и в наглую набросил на мокрую голову пушистое полотенце, начав трепать во все стороны. Лора даже не пыталась его остановить из-за проснувшийся совести. Скелет опустился на колени, изменив угол вытерания блондинистых волос. — Ай-яй, Глюк, тише! Так и вырвать мож- — Ты останешься здесь? — Что? — Тут. В пустоте. Со мной. Девушка пальчиками поддевает полотенце, засмотревшись в глаза монстра, которые, не моргая, следили за эмоциями собеседницы. — А ты- — Тут, да, скучно. Только телек. Ты.. Мы можем выбираться куда-нибудь, но только не больше раза в неделю! Нет, лучше в две..  — Эй, ты отчего такой мягкий? — недоуменно спрашивает Лора, наклонив голову и наблюдая, как Эррор копирует её позу и садиться ровно так же. — Я разрушаю миры, обрываю сотни жизней, но мягким меня назвали впервые, — монстр отмечает, что, когда тянет руку к девушке, чувствует мурашки не от боли, а от приятного ожидания. Дестрой сидит буквально в нескольких жалких сантиметрах, в одном мгновении от самой ужасной ошибки в своей жизни. Это его проклятье и вечная мука. Иногда задумывался, что, если он сможет обойти гаптофобию, то в жизни ничего особо-то и не изменится. Мол, будет легче драться за миры с хранителем, который дальнему предпочитал ближний бой, а в повседневной рутине изменений ждать не нужно. Но, найдя существо, чья душа жалась ближе к костлявой руке и теплу, исходящей от неё, что происходило ровным счётом примерно никогда, Эррору самому захотелось прижаться намного ближе возможного. Слиться с этим теплом в одно целое. И Лоретта добродушно подарила ему это самое чувство. Когда позволила касаться души и в наглую водить костями по голой спине. Да даже не в касаниях было дело! Может поначалу. Но Эррор начал замечать, что приятное ощущение комфорта и счастья покрывало лагающую душу в разных моментах их совместной жизни. В основном ему нравилось, что блондинка не боялась и чувствовала себя свободно рядом со скелетом, всячески поддевая и играя на шатких нервах. Когда она единожды сказала "и что" на его угрозы. Боже, милостивый создатель, Эррору захотелось не вышвырнуть в гребаный АУшный калейдоскоп, а наброситься, заставив визжать и смеяться, от щекотки под рёбрами. Хочется, чтобы Лоретта была в курсе о его возможностях не только в узких рамках разрушителя. Он смог бы показать свою опасность, не заставляя теряться в слезах от ужаса и страха. А сейчас..  Сейчас Эррор хотел продолжать думать и мечтать. Ходить в строгом расписании в любимую альтернативу, но уже не в одиночестве. С Лореттой. С мокрой и неведающей страх девчушкой.  — Мне просто.. захотелось, Ло. — Звучит так, будто мой ответ уже не так важен. — Мм, да, я спросил чисто из вежливости. Разговор становиться более раслабленным, когда оба понимают на что согласились. Они облокачиваются на зелёный диван, соприкасаясь плечами. — Ты и вежливость?! Эррор, не пугай так, — Лоретта тихо смеётся и оглядывает дом. Свой новый дом. — Вот же зараза. — Как и ты, Эррор, как и ты. Стоят друг друга также, как и сходят друг по другу с ума. День и ночь, инь и ян, но общее, что-то да есть..