Self Preservation

      Прошло совсем немного времени, и ты снова прибегла к старым трюкам. Тебе нужно было его внимание, а он не давал его так просто. Ты начала спорить по поводу дел. Особенно по тем, в которых ты знала, что он прав, а так получалось, что он был прав во всех случаях. Это было твоим новым любимым развлечением. Видеть, как он вынужден терпеть твои необычные теории, потому что есть шанс, что тебе есть что добавить, а он не может рисковать пропустить это. Наблюдать за его довольным взглядом, когда он подтверждает, что с самого начала был прав.       Ведь вы даже не работали в одном дивизионе, и у тебя не было причин находиться рядом с ним. Но это не помешало тебе как можно чаще втискиваться в его рабочее пространство. Папки, которые он передал тебе неделю назад, стали отличным поводом.       Сегодня утром тебе удалось раскрыть дело в одиночку. На этот раз ты была права. Его вмешательство ни в малейшей степени не помогло тебе и лишь отвлекло от твоих инстинктов. Полицейские уже были на пути к аресту преступника, но тем временем ты собиралась заставить его заплатить за то, что он заставил тебя усомниться в себе. И будь ты проклята, если не собираешься устроить из этого спектакль.       Коннор и Хэнк привыкли к тому, что ты вторгаешься в их общее рабочее пространство и мешаешь им работать. Это было почти ежедневным явлением. Коннор был рад видеть тебя и тому, что ты так много общаешься с Найнсом. Это развивало социальные навыки и подарило его брату друга. Хэнк знал тебя слишком хорошо, видел насквозь и быстро уставал от твоих выходок. К этому моменту они уже знали, как от тебя отвязаться. С другой стороны, Найнс ещё не научился игнорировать тебя. Он поддавался на каждую брошенную тобой реплику. В этот момент всё было слишком просто. Он не отрывает взгляда от экрана, — Я разочарован вашим полным отсутствием интереса к работе с уликами, Детектив. Прислонившись к столу и скрестив руки на груди, он говорит, — Я действительно не понимаю, как дом, пропахший хлоркой, может помочь расследованию. — Преступник использовал это, чтобы отравить жертву, а затем по глупости попытался замести следы на месте преступления. Это убийство имеет много общего с другими убийствами, которые мне поручили расследовать в этом районе. — Уборщица, нанятая совершенно другой компанией, не связанной с твоими делами, если можно так выразиться, уже начала убирать дом, прежде чем обнаружила его в спальне. Вот почему здесь так воняло. — Она была последней, кто видел его живым, и первой прибыла на место преступления. — Тебе не кажется, что это несколько импульсивное обвинение? Он прекращает печатать, его диод мигает жёлтым. Он медленно поворачивается к тебе лицом. Раньше ты только раз видела его серьёзное лицо. На ум приходит фраза "если бы взгляды могли убивать". Ты признаёшь, что он, вероятно, был милосерден, потому что он, вероятно, мог.       — Детектив (Т/И/Ф), я запрограммирован на анализ всего места преступления в течение нескольких минут. Я могу реконструировать целые серии событий, основываясь только на том, что стул стоит не на своём месте. Я могу определить причину и время смерти ещё до того, как коронеру сообщат о найденном теле. Я могу с лёгкостью определить орудие убийства, список подозреваемых и возможные мотивы каждого из них. Мои услуги были крайне важны во многих делах, и все они были раскрыты с точностью до мелочей. Вы неоднократно были свидетелем этого. У меня есть способности, о которых вы могли только мечтать. Пожалуйста, расскажите мне, какие важные улики вам удалось обнаружить, которые, по вашему мнению, я как-то обошёл стороной. Твоё лицо расплывается в самой дерьмовой ухмылке. Именно на такое развитие событий ты и рассчитывала. Прекрасный шанс бросить, казалось бы, ничего не значащий предмет, который послужил толчком к соединению множества точек и раскрытию дела, прямо в его тупое, умное лицо. — Печенье. На мгновение он замолчал. Жёлтый цвет светодиода выдавал его замешательство. Вероятно, он восстанавливал в памяти события и анализировал их заново. — Повторите, пожалуйста? — Банка бискотти на обеденном столе, — отвечаешь ты. В этот момент сидя на его столе, ты чувствуешь себя вполне комфортно и наслаждаешься своим превосходством. — Я помню, где они были, — огрызается он, — Какое они имеют отношение к делу? — Когда уборщица, которая не имела к этому абсолютно никакого отношения, пришла в дом жертвы, первое, что она сделала - убрала с обеденного стола кофейную чашку. Она уже была вымыта, высушена и возвращена на своё место в шкафчике, прежде чем она обнаружила тело. Вот почему твои навороченные сканеры не выявили ничего подозрительного. Ты понимаешь, что тебе удалось привлечь внимание Хэнка и Коннора. Они окончательно отвлеклись от своих терминалов. Хэнк откинулся в кресле, на его лице появилась мягкая улыбка. Коннор явно был заинтригован. Он придвинулся к вам и внимательно слушал, индикатор мигал синим. Ты продолжила своё объяснение.       — Бискотти - это печенье, созданное практически только для того, чтобы макать его в кофе. Оно почти чёрствое и почти не съедобное. Дочь моей жертвы сообщила мне, что кофе и печенье были завтраком её отца на протяжении многих лет. Недавно врач посоветовал ему сократить количество сахара в рационе. Не зная, как именно сохранить свою утреннюю привычку, он попросил своего соседа, недавнего выпускника кулинарной школы, помочь ему приготовить вариацию без сахара. Я не сомневаюсь, что ты в курсе, Найнс, но есть очень ядовитое вещество, которое прекрасно подходит для таких условий.       Он ёрзает на стуле, скрестив руки на груди, — Цианид.       — Цианид пахнет горьким миндалем. Миндаль в бискотти. Бискотти попадает в горький кофе. Запах и вкус теперь замаскированы. Во сколько, ты сказал, он умер? Ты давила на него. Вы оба знаете, что знали, но он всё равно отвечает, — 8:03 утра. — Вик выпил свой утренний кофе, пошёл в свою комнату, чтобы переодеться для работы и умер через несколько минут. Коннор перебивает, — При чём тут элемент с низким содержанием сахара?       Ты поворачиваешь голову в его сторону, — Сахар убивает цианид. Сосед обладал более чем достаточным опытом в кулинарии, чтобы сопоставить все эти факты. Как только ты закончила своё образное выступление, то услышала крики, доносящиеся из другой части здания. Они становились всё громче, и вы увидели, что соседа затаскивают внутрь. Он выкрикивает признание, угрожает и проклинает вас на глазах у всего офиса. Без особого труда все вы наблюдали за тем, как он сопротивляется и как его помещают в одну из прозрачных камер. Почти как настоящий трофей. Визуальный осмотр не входил в планы, но ты не собиралась жаловаться. Выпрямившись, ты добавляешь, — Спасибо, что уделили мне время Коннор, лейтенант. RK900, спасибо за потраченное время. Но не стоит беспокоиться. Это было не твоё расследование, так что оно не испортит твой безупречный послужной список. Я знаю, как важно для тебя быть правым. Хэнк усмехается, — Когда-нибудь он убьёт тебя нахуй. Удовлетворённая, ты разворачиваешься на каблуках и возвращаешься к своему столу. Садясь в кресло, ты немного покрутилась в нём. Сегодня ты хорошо поработала. До конца дня ты даже не взглянула на него. Тебе не хотелось этого признавать, но заявление Хэнка имело вес. Ты никогда раньше не видела, чтобы Найнс ошибался. Возможно, он не знал, как с этим справиться. Испуганная и сбитая с толку машина для убийства - это, пожалуй, то, от чего стоит держаться подальше на некоторое время.