Разрушение лишь поверхность

Мир — сплошной обман. Такой же холодный, как этот бетонный балкон, такой же жестокий, как привычка, затягивающая на дно. Все эти «всё будет хорошо» и «после дождя бывает солнце» — чушь. Может, кому-то они и помогают, но не ему. Радость для него — это короткий миг, вспышка, после которой становится только темнее. А грусть... она всегда рядом. Как тень, прячется в каждом сером рассвете, заполняет медленные, затянутые дни, словно корни, уходящие глубоко в землю. Сидя на холодных бетонных плитах балкона, Антон, семнадцатилетний паренёк с угрюмо опущенными плечами, вдыхает дым от сигареты, и он, будто растворяясь, вплетается в прохладный ночной воздух. Курит он уже не в первый раз. Может себе позволить. Сигарета даёт ему иллюзию спокойствия, хотя бы на пару минут. Но и это — обман: едва исчезает дым, как пустота возвращается, даже сильнее прежнего. Он смотрит на тлеющий уголёк, словно на свою собственную жизнь, которая, так же как и он, дымится, искрится, а потом исчезает, оставляя после себя лишь пепел. Возвращаться в квартиру не хочется. За стеклянной дверью — тишина, белые стены, холод, словно вытягивающий из него всё тепло. Квартира, эта съёмная клетка, казалась чужой, даже враждебной. Всё вокруг будто создано специально, чтобы поддерживать дистанцию, вычёркивать любые намёки на уют. Антон думал, что взрослая жизнь будет другой, что впереди его ждёт свобода. Но оказался в другом виде клетки. Его мир — старый диван, пара стульев и пустой стол. На этом столе раскиданы тетради и учебники, которые теряют смысл с каждым днём. Учёба — словно белый шум, заглушённый потоком мыслей, что проникают в его сознание. Он заходит в ванную, включает свет и смотрит на своё отражение. Тёмные круги под глазами, бледная кожа, взгляд, в котором уже почти нет живости. Это что, лицо семнадцатилетнего? Антон видит в зеркале пустоту — тёмную, глубокую, бездонную, засевшую внутри него. Он выключает свет, возвращается в комнату, падает на диван, смотрит в потолок. Тени фонарей танцуют на стенах, будто пытаются оживить замёрзшую атмосферу. Вглядываясь в них, он пытается найти хоть какой-то смысл, объяснение, хоть одну ниточку, за которую можно зацепиться. Но ничего. *** — На, покушай, котик, — Антон с привычной небрежностью приоткрывает пакет с кормом, роняя несколько гранул на асфальт. Уличный рыжий кот, всегда бродивший возле магазина, мягко топчется на месте, будто ждёт разрешения. Этот кот давно стал для Антона единственным, кто ждал его появления у дверей. Он поднимает на него глаза, широко раскрытые, блестящие, полные доверия и какой-то наивной радости. — Ты хоть доволен, а, кот? — Антон усмехается, отстраняя лицо от запаха корма. Поднявшись из положения сидя на корточках, он достаёт новую пачку сигарет, вытаскивает одну и принимается шарить по карманам, в поисках зажигалки. — Хренов зажигалка, где ты, — бормочет он, тыкая пальцами по всем карманам. Бесполезно. Спустя несколько секунд он понимает, что оставил её дома. Разочарование пронзает его, и он злобно ударяет кулаком по колену. — Как можно было забыть эту хуёвую зажигалку? — бормочет Антон, раздражённо поднимаясь. В этот момент прямо перед ним появляется какой-то мужчина. Это был не просто прохожий: строгий костюм, очки, гладко зачесанные волосы. Выглядел он так, будто всем своим видом демонстрирует превосходство над окружающими. Антон замирает, в одной руке — сигарета, в другой — пачка. Он даже не успевает моргнуть, как сигарета исчезает из его пальцев. — Эй, что за херня? Верни мою сигарету! — Антон сбит с толку, его голос дрожит от удивления. Мужчина смотрит на него, пряча сигарету в карман с едва заметной насмешкой. — Маленький ещё, а куришь. Я твоим родителям расскажу, — говорит он, добавляя в голос чуть-чуть яда. Улыбка на его лице кажется натянутой, почти раздражающей. — Кто ты вообще такой, мужик? — Антон, словно выплёвывает эти слова, отводит взгляд и говорит с равнодушием, которым он закрывается. Эта апатия, кажется, только ещё сильнее злит мужчину. — Слушай, малой, — незнакомец снимает очки, и в этот момент Антону бросаются в глаза его ярко-голубые, почти холодные глаза. Мужчина оценивает его с головы до ног, прежде чем продолжить. — Я владелец этого магазина, — он указывает пальцем на табличку «Курить - запрещено» — Кури где-нибудь в другом месте, — говорит он спокойно, но с резкостью. Мужчина, оттолкнув плечом Антона, проходит мимо и направляется в сторону магазина, не удостоив его даже взгляда. Что это щас нахрен было? Антон долго стоит, глядя на пустую дорогу перед собой. Голова слегка кружится от недосыпа и мыслей, которые не дают ему покоя. Кот давно уже покончил с кормом и исчез где-то в темноте. Воздух вокруг кажется густым и тяжёлым. Вдалеке слышны звуки города — мерный гул машин, смех откуда-то со двора, но ему всё это не важно. Антон медленно выдыхает, но спокойнее не становится. В голове крутится сцена с этим странным мужчиной. Может, он просто старший сын какого-то богатого папы, который решил поиграть в хозяина жизни? И чего он вообще добился, отобрав у него сигарету? Как будто это что-то изменит. Может, этот человек так же устал от своей жизни, но нашёл другой способ справляться — правила, строгий вид, высокомерие? В конце концов, не ему решать. Антон тряхнул головой, отгоняя мысли, и направился к своему дому, чувствуя холодное дыхание ночи на щеках. Он шёл через пустынные улицы с каждым шагом чувствуя, как внутри всё тяжелее. Что-то в нём сдавило грудь, как будто за весь день он забыл вдохнуть. Внезапно он останавливается у витрины круглосуточного магазина. За стеклом скучающий продавец листает газету, ничего не замечая. Антон смотрит на своё отражение в стекле. Усталое лицо, пустой взгляд — он сам себя не узнаёт. Он словно смотрит на другого человека, которого не знает, не понимает. Чего он ждал, переезжая сюда? Свободы? Жизни полной событий? Всё оказалось лишь иллюзией, такой же пустой, как и этот ночной город. — Ну и дурак, — тихо бормочет он себе, отворачиваясь. Путь до квартиры кажется долгим. С каждой секундой внутри него разрастается глухая пустота. Когда он, наконец, поднимается на свой этаж, он ненадолго останавливается у дверей, колеблясь. За дверью его ждёт привычная тишина, холод и безразличие. Но Антон вдруг поворачивается и, вместо того чтобы войти, спускается обратно на улицу. Он решает идти пешком, туда, где раскинулась старая часть города, с разбитыми улицами и редко горящими фонарями. Он шагает, не разбирая дороги, только чтобы не останавливаться. Хочет потеряться в этом ночном городе, пока не исчезнет та пустота, что разъедает его изнутри. А если не исчезнет? ***