don't go sharing your devotion

      Иван потягивает свой латте со льдом, а Хёна медленно садится рядом с ним с хитрой улыбкой на лице. Что-то задумала. Парень откладывает сценарий, чтобы уделить ей всё своё внимание: — Чем могу помочь? — Я поспорила, — начинает Хёна, и Иван вообще не удивлён. Девушка любит спорить — чаще всего себя во время каких-нибудь карточных игр или пьянок. — И я уверена, что тебя это заинтересует.       Иван приподнимает чётко очерченную бровь: — Да? — Вы же близки с Тилл-нимом, да? — спрашивает шатенка, ещё больше расплываясь в улыбке. — Очень близки. — Не понимаю, о чём ты. — Да, точно. Ставлю всю свою зарплату на то, что у тебя в голове распускаются цветы и звенят колокольчики всякий раз, когда Тилл-ним появляется на горизонте, — говорит Хёна, и это, несмотря на то, что чистая правда, заявление довольно смелое. — У тебя всё на лице написано. — Это не так. — Нет, это так.       Честно говоря, Иван не считает, что кто-то имеет право смеяться над ним за то, что он влюблён в Тилла. Тилл старше его всего на пару лет, но уже провёл бо́льшую часть своей жизни в индустрии и легко прославился благодаря своим талантам. Когда Иван пару лет назад смотрел по телевизору, как Тилл выступает с гитарой, он был полностью очарован.       Парень произвёл на Ивана такое неизгладимое впечатление, что их первая встреча на съёмочной площадке фильма «ALIEN STAGE» до сих пор остаётся лучшим, что происходило в жизни Ивана. На втором месте был день, когда брюнет сказал какую-то глупость и рассмешил Тилла. Или день, когда Тилл улыбнулся ему и похвалил за актёрскую игру.       Хотя, если так посмотреть, все его дни, проведённые с ним, были замечательными. — Можешь стереть это мечтательное выражение со своего лица, — голос Хёны прерывает его грёзы наяву и воспоминания о милой, лёгкой улыбке Тилла рассеиваются, возвращая к реальности. — Я знаю, что он тебе очень нравится, но не отвлекайся посреди разговора на фантазии о нём. Я всё ещё здесь. — Ты требуешь от меня слишком многого, — замечает Иван. Мечтать о Тилле — это его любимое времяпрепровождение.       Хёна украдкой отпивает из его стакана. — Вы же с Тилл-нимом встречаетесь? — спрашивает она с горящими глазами, а значит, именно эта деталь должна стать шагом к победе в её споре. — У меня острое обоняние. От вас часто пахнет друг другом, когда вы приходите на съёмочную площадку. А на прошлой неделе у него на шее были засосы.       Иван качает головой и улыбается: — Нет, мы не встречаемся.       Они с Тиллом целовались, интимно исследовали каждый сантиметр друг друга, даже помогали друг другу с течкой и гоном, но они не встречаются.       Хёна замирает: — Серьёзно?       Иван кивает в знак подтверждения, барабаня пальцами по столу. — Тилл пока не заинтересован в романтических отношениях.       Тилл безразличен ко многим вещам, но ясно, что в данный момент он не стремится ни к чему серьёзному. А Иван больше всего на свете хочет уважать его желания и довольствуется даже такой дистанцией, чтобы не нарушать границ парня.       Хотя Хёна не ошиблась, когда намекнула, что он нравится Ивану. Брюнету действительно нравится Тилл. Он хочет его. Хочет больше всего на свете. — Вот блин, — отвечает Хёна, — если бы все в индустрии узнали, что Тилл-ним всё ещё одинок, то набросились бы на него.       Улыбка Ивана становится натянутой после этих слов: — Что? — Ты не в курсе? Всегда есть куча альф-знаменитостей, которые соперничают за его внимание при каждом удобном случае, но Тилл-ним даже не даёт свой номер телефона ни на одном мероприятии, — объясняет Хёна. — Альфы в этой индустрии иногда такие раздражающе настойчивые.       Она сочувственно похлопывает его по плечу: — Если хочешь схватить Тилл-нима, пока не стало слишком поздно, то лучше поторопись, — шепчет она ему на ухо, посмеиваясь про себя. — Пока волки не добрались до него первыми.       Режиссёр зовёт Хёну, и она с энтузиазмом прощается и уходит, оставив Ивана наедине со своими мыслями.       Он прекрасно знает о популярности Тилла — в конце концов, он сам был очарован его обаянием. Более того, как омега, Тилл является объектом воздыхания многих альф.       Он был звездой непристойных снов Ивана кучу раз, и брюнет уверен, что он такой не единственный, потому что Тилл чертовски сексуальный.       В последний раз, когда Иван помогал Тиллу пережить течку, тот застенчиво признался, что Иван был у него первым и что альфа — единственный, которому выпала честь наблюдать его в таком интимном и уязвимом состоянии, в самом разгаре течки, обнажённым и покрытым отметинами на прекрасной фарфоровой коже.       Но эти отметины бессмысленны, если они не вместе и не помечены. Всё это время Иван был слишком ослеплён тем, что был с Тиллом, и не замечал, что все взгляды устремлены на парня, что все голодные волки в индустрии с нетерпением ждут возможности заявить о своих правах на Тилла.       Тилл такой милый. Конечно, другие альфы хотят его так же, как Иван.       Если он не будет бдительным, Тилла утащит какой-нибудь жалкий и недостойный альфа-вредитель. Иван откинулся на спинку кресла, размышляя, что сделать, чтобы ни у кого больше никогда не возникало никаких подозрительных мыслей о Тилле.       Он должен действовать осторожно. Если спалится, Тилл может прийти в ярость.       Допивая свой напиток, Иван начинает разрабатывать план.

***

      У Тилла отросли волосы.       По просьбе режиссёра он подстриг их, чтобы придать себе более мальчишеский вид для съёмок второго раунда. Но к шестому они снова отросли, и ему приходится периодически откидывать чёлку с глаз, читая сценарий. Это немного раздражает.       С другой стороны, волосы, падающие на глаза, сейчас волновали его в последнюю очередь, потому что есть Иван, с которым он страстно целовался на съёмочной площадке перед режиссёром и десятками сотрудников. Во время одного из дублей у Тилла на губе даже остался след от клыка Ивана. В тот день парень долго рассматривал его в зеркале.       Для него это далеко не первая сцена поцелуя, так что Иван, похоже, исключение. В конце концов, брюнет высокий, красивый и, несомненно, самый привлекательный альфа, которого Тилл когда-либо встречал. Помимо отличных генов, он был наделён потрясающим голосом. Любимчик Бога, так сказать.       А ещё ему почему-то нравится липнуть к Тиллу. Тилл не сделал ничего примечательного, чтобы привлечь внимание Ивана, и часто вообще появляется на съёмочной площадке с мешками под глазами темнее чёрной дыры, которые напугали бы любого нормального человека. Но брюнета всё равно необъяснимо тянет к нему.       Ну, по правде говоря, всё не так уж и плохо. С помощью Ивана течка проходит гораздо легче, даже приятно. Их секс просто потрясающий. Ему нравится чувствовать прикосновения Ивана к себе, нравится ощущать укусы, которые тот оставляет на его шее. Он даже считает неровную улыбку брюнета с маленьким торчащим клыком невероятно милой.       Тилл бы соврал, если бы сказал, что не привязался к Ивану. Совсем немного. — Тебя что-то беспокоит? — спрашивает Суа, лениво развалившись в кресле рядом с ним; на её худые плечи накинут розовый плед, который ей сто процентов кое-кто отдал.       Тилл качает головой. Он смотрит туда, где Иван развлекает компашку детей-актёров. Брюнет игриво раскачивает мини-Мизи, пока мини-Тилл сидит у него на плечах, а другие бегают вокруг и кричат, ожидая своей очереди. — А он популярен, да? — комментирует Суа. — И не только среди детей. Буквально вчера я видела, как один сотрудник-омега спрашивал у него номер телефона.       Тилл застывает на долю секунды. — Это вполне естественно, — бормочет он. — Не зря же он один из самых востребованных холостяков среди альф.       Иван, может, и новичок в актёрской сфере, но до этого у него была успешная карьера айдола, которая обеспечила ему немаленький, преданный фандом, состоящий в основном из омег. Его имя всегда всплывает, когда обсуждают идеального альфу. Его буквально прозвали Главным Сердцеедом Страны.       В последний раз, когда Иван позировал топлесс для обложки Vogue, интернет взбесился, все понятия нравственности покинули планету, люди обезумели. Фотографии этой фотосессии были повсюду. И даже если Тилл создал закрытый аккаунт, чтобы лайкать с него все посты… Ну, это конфиденциальная информация.       Были и случаи, когда одержимые фанаты присылали альфе подарки и письма, надушенные сильными омежьими феромонами, в попытке соблазнить его. Тилл удивлён, что Иван оказался к ним абсолютно невосприимчив.       Суа фыркает: — Ревнуешь? — Нет, — настаивает Тилл, хотя его щёки покрываются румянцем, когда Суа бросает на него равнодушный взгляд, — Разве я имею право? Мы даже не вместе. — То, что вы не вместе, не значит, что ты его не хочешь, — невозмутимо говорит Суа. — Ты играл в куче банальных любовных клише, так что должен знать, как это происходит.       Тилл морщит нос: — Что происходит?       Девушка смотрит на него как на идиота. — У него целая толпа поклонников, которые ждут, когда он хотя бы взглянет в их сторону. Ты сам потом пожалеешь, если не сделаешь свой ход.       Тилл едва успевает осмыслить её слова, как замечает, что в сторону Суа летит что-то розовое. — Онни!       Суа смягчается и усаживает мини-Мизи к себе на колени. — Привет, дорогая. Повеселилась?       Мини-Мизи сияет: — Да! Иван-оппа играл с нами.       Помяни чёрта. Вскоре к ним подходит Иван с несколькими детьми, которые висят на его конечностях, как на каком-то турнике из игровой зоны.       Мини-Иван отпускает штанину своего старшего коллеги, чтобы подбежать к Тиллу и потянуть его за рукав, глядя на него широко раскрытыми глазами. — Тилл-хён.       Тилл нежно улыбается, ероша волосы мини-Ивана. Он должен отдать должное команде по кастингу за то, что они были такими придирчивыми — сходство поразительное. Сколько бы раз он ни смотрел на ребёнка, тот действительно вылитый Иван в детстве.       Мини-Иван выжидательно разводит руками: — На ручки. — А ты не слишком взрослый для этого? — Тилл дразнит его, но всё равно наклоняется, чтобы поднять мальчика.       Он щипает мини-Ивана за щёку, не обращая внимания на то, что взрослый Иван внимательно наблюдает за всем происходящим. — Милашка. — Кажется, Тилл-сонбэ хорошо ладит с детьми, — говорит Иван. — Кто бы говорил, — фыркает Тилл, поглаживая спину мини-Ивана. — Ты для них теперь личный турник.       Иван смеется: — Ну, я никак не мог им отказать. Они слишком очаровательные. — Говоришь так, будто хочешь детей, — небрежно комментирует Суа, доставая свой телефон и делая селфи с мини-Мизи, наверняка, чтобы отправить снимок самой Мизи.       Иван улыбается и отвечает: — Может быть, когда-нибудь в будущем.       Другие дети начинают хныкать, дёргая парня и уговаривая его снова поиграть с ними. Мини-Иван спрыгивает с колен Тилла и подбегает к своим друзьям. Тилл смотрит им вслед с задумчивой улыбкой на лице.       Он вспоминает, что сказал Иван, и невольно представляет в голове эту картину. Маленькая копия Ивана. Которую родил бы ему Тилл.       Затем на ум приходят слова Суа. У него целая толпа поклонников, которые ждут, когда он хотя бы взглянет в их сторону.       Картина в голове искажается, и парень уже представляет, как неизвестный омега виснет на Иване, вынашивает его детей и гордо носит на загривке метку альфы.       Вопреки тому, что он сказал девушке, в животе начинает скручиваться холодное и грызущее чувство. Он понимает, что это закипающая ревность.       Иван станет чьим-то альфой. От одной мысли об этом Тиллу хочется рвать и метать.       Тем не менее, такой вариант развития событий всё ещё возможен. Иван же никак не связан с Тиллом. Они даже не встречаются, так что брюнет не обязан вечно оставаться только с ним.       Может, сейчас Иван и смотрит на него с обожанием, но никто не знает, когда появится какой-нибудь другой омега и заинтересует его, как это сделал Тилл. Может быть, Иван вообще захочет провести с ним всю свою жизнь.       Тилл скрипит зубами. Он думает о том, что вчера сотрудник-омега просил у Ивана номер телефона. О том, что брюнет получил гору подарков от отчаявшихся и влюблённых фанатов-омег.       В глазах общественности Иван известен как любитель пофлиртовать. Возможно, поэтому у этих омег и появились ложные надежды на какой-то шанс.       Тилл оглядывается на Ивана, окруженного стайкой детей, и в голове начинает формироваться идея. При одной мысли о том, что ему придётся пройти через это, внутри разливается жар.       Если это то, что он должен сделать, чтобы другие омеги перестали тянуть свои грязные руки к его хубэ, то так тому и быть.

***

      Иван — человек находчивый. Чтобы отогнать от Тилла назойливых мух, он планирует заделать омеге ребёнка к следующей весне.       К тому времени съёмки «ALIEN STAGE» как раз будут подходить к концу, и у Тилла появится гораздо больше свободного времени для отдыха. Иван и не подозревал, как сильно может этого хотеть, пока на днях не увидел, как Тилл общается с актёром его мини-версии, и не стал свидетелем того, с какой любовью он относится к детям. А представьте, насколько бы заботливее стал Тилл, если бы они были его собственными.       Он хочет завести ребёнка. Хочет видеть, как его любимый хён станет кругленьким и с малышом в животе. Неважно, будет Тилл устраивать истерики каждый день, ныть по пустякам или дойдёт до того, что он будет злиться на Ивана и начнёт швырять в него вещи. Иван всё это хочет.       Кроме того, завести ребёнка — верный способ привязать Тилла к Ивану, не говоря уже о том, чтобы раз и навсегда разрушить надежды всех альф, которые до сих пор думают, что у них есть шанс. Убьёт двух зайцев одним выстрелом. Беспроигрышный вариант.       Иван не может дождаться. Он намерен привести свой план в действие как можно скорее. У него есть целый список дел, которые он собирается сделать втихаря от Тилла, чтобы обеспечить успех плана. Но то, о чём Тилл не знает, не причинит ему вреда.       Нужно ускорить события, — вот что, однако, проносится в голове Ивана наряду с мыслями о безумном убийстве, когда другой альфа, один из актёров второго плана, присутствующий на церемонии награждения, подходит к Тиллу слишком близко.       Тилл очень щепетилен в отношении личного пространства. Альфу не волновало, что парень всем видом показывал, как ему некомфортно, он всё равно продолжал приставать и игнорировать личные границы омеги.       Иван отгоняет вредителя по проверенному плану. Он подходит к альфе, прерывая их с Тиллом одностороннюю беседу, прочищает горло, представляется с вежливой улыбкой, а затем чуть не ломает ему пальцы, когда тот предлагает пожать руку. — Ау! — взвизгивает альфа, вырывая свою пульсирующую ладонь из хватки брюнета. — Да что за?..       Он вздрагивает, когда Иван с неизменной застывшей улыбкой выпускает феромоны, полные недовольства.       Этого достаточно, чтобы передать его намерение убить и чёткий сигнал: «Убирайся к чёрту, пока я не сломал тебе вторую руку».       После того, как альфа убегает, поджав хвост и рассыпаясь в извинениях, Тилл поворачивается к брюнету: — Я бы сам справился — не в первый раз сталкиваюсь с такими настойчивыми альфами. — Тебе было не по себе, даже просто стоя рядом с ним, — возражает Иван. — Я увидел, что мой сонбэ в беде и, естественно, захотел вмешаться и помочь.       Омега беззаботно закатывает глаза: — Тогда спасибо, мой рыцарь в сияющих доспехах.       Иван улыбается. У них впервые за весь вечер появилась возможность поговорить друг с другом, и он, наконец, начинает ощущать, как проходит эффект от Тилл-дефицита. — Выглядишь восхитительно.       Волосы Тилла зачёсаны назад, а в одном ухе висит серьга. Стилисты действительно знают своё дело — парень одет во всё тёмно-синее, не говоря уже о ремне, подчёркивающем талию. Иван старается громко не сглатывать. — Восхитительно, — передразнивает Тилл, прежде чем приблизиться и прошептать, понизив голос: — Просто скажи, что, по-твоему, я выгляжу чертовски сексуально.       На этот раз Иван сглатывает. — Ты выглядишь сексуально. Ты всегда сексуальный.       Внезапно в микрофоне раздается голос ведущего, и по толпе прокатываются аплодисменты, прерывая их беседу. Тилл выпрямляется, вежливо хлопая, но брюнет краем глаза замечает его ухмылку.       Ивану нужно, чтобы он забеременел. Сейчас же.       Альфе требуется вся его сила воли и даже больше, чтобы у него не встал в общественном месте, где повсюду камеры. Он напоминает себе, что нужно набраться терпения. Когда он пожнёт плоды своего труда, то убедится, что ожидание того стоило.       И если Тилл ничего об этом не знает, то так тому и быть.

***

      Эта идея не выходит у Тилла из головы на протяжении следующих нескольких недель, занимая его мысли днём и ночью. Визажист всё больше беспокоится о его бледности.       И вот одной бессонной ночью, не в силах избавиться от навязчивой идеи, он, наконец, открывает свой ноутбук и гуглит «манипуляция беременностью».       Он просматривает всё, что может найти в интернете. Это аморально — в тайне от человека привязывать его к себе ребёнком, но Тилл не может придумать ничего лучше. Он уверен, что, когда Иван узнает, что он ждёт ребёнка, то останется с ним, несмотря ни на что. Тилл позволит своей совести пострадать, если это потребуется.       Кроме того, не то чтобы Тилл был сильно против беременности. Наоборот, он любит детей. Он питал слабость ко всем маленьким детям, с которыми работал на съёмочной площадке, его сердце почти разрывалось от того, какие они все милые и хорошенькие.       Готов ли он завести своего ребёнка? Скорее всего, нет, но все сомнения рассеиваются, когда он задумывается о том, что получит взамен за свои усилия. Его решимость только крепнет, когда он вспоминает, как легко Иван берёт на себя роль родителя, оказываясь рядом с малышами. У него природный талант к воспитанию детей.       Более того, он видит, как хищный взгляд брюнета скользит по его телу во время секса, а рука поднимается, чтобы погладить плоский живот омеги. Какая-то часть Ивана очень хочет от него ребёнка, Тилл в этом уверен. Одной этой мысли достаточно, чтобы Тилл позорно возбудился и намочил простыни, взволнованный количеством смазки, которая выделяется от одних только фантазий.       Иван упомянул, что в любом случае подумает о том, чтобы завести собственных детей в будущем, так что он просто ускорит этот процесс. Получается, у него не было бы причин расстраиваться, если бы он узнал. Но Тилл в любом случае никогда не позволит ему узнать.       Кроме того, после недавнего случая, у омеги появилось ещё больше причин осуществить свой план.       Буквально на днях Иван был приглашён на реалити-шоу. Ведущая подошла к нему намного ближе необходимого, часто прикасалась к нему и намеренно поправляла рубашку, чтобы подчеркнуть декольте. Тилл бы не удивился, если бы она попросила у Ивана номер телефона или попыталась пригласить его на свидание после съёмок — она явно была заинтересована в нём.       Иван правда даёт свой номер всем, кто просит? Тилл не знает наверняка, и это расстраивает в иррациональной степени. Раздражает так же, как трудности при написании песен или всякие противные режиссёры.       Кажется, он скоро сойдёт с ума. Возможно, именно это поклонники альфы и называют «Эффектом Ивана».       Закончив свои исследования, Тилл приступает к реализации своей стратегии. Он полон энтузиазма, но знает, что чрезмерное нетерпение приведёт к ошибкам. Ему придётся подойти к этому с особой тщательностью, чтобы точно добиться успеха.       Иван молод, здоров и полон сил. Конечно, это не должно стать проблемой.       Он ещё будет благодарен Тиллу за его усилия, когда всё будет сделано.

***

      Они всегда предохранялись. Даже в тех случаях, когда презервативы бесполезны в пик их циклов, Тилл даёт понять, что принимает противозачаточные, поэтому вероятность беременности крайне мала.       Иван собирается это исправить.       Он использует самый коварный трюк — прокалывает дырки в презервативах.       Он прекращает принимать блокаторы запаха рядом с Тиллом при любой возможности, стремясь постепенно приучить омегу к запаху его будущего альфы. Если понадобится, он воспользуется усилителями, но окружающие уже жаловались на его слишком сильный запах, поэтому он оставляет это для плана «Б».       Тем не менее, самый эффективный способ как можно скорее заделать ребёнка — это синхронизировать периоды течки и гона.       Раньше они принимали меры предосторожности, чтобы такого не случилось, и чтобы по крайней мере один из них оставался в здравом уме на протяжении пятидневного марафона интенсивного секса.       Если это произойдёт, они оба будут настолько опьянены запахом, что на первый план у них встанет только одно — сцепка. Презерватив рвётся всякий раз, когда у Ивана набухает узел во время своего цикла или цикла Тилла. Одно оправдание у него уже есть.       Проблема в том, что Тилл всё ещё принимает противозачаточные. Ивану нужно будет придумать, как незаметно подменить таблетки. Он делает мысленную пометку поискать их в комнате Тилла, пока тот будет крепко спать. Он заменит их на витамины — те, которые популярны среди омег, для повышения фертильности. Тилл ни за что не заметит разницы.       Тилл забеременеет и придёт к Ивану за помощью. Неважно, обрадуется он, расстроится или разозлится, его примут с распростёртыми объятиями.       Даже если Тилл будет гневно кричать на него, колотить кулаками в грудь со слезами на глазах, угрожать придушить альфу за это, Иван обязательно воспримет всё спокойно.       А потом попросит у Тилла разрешения стать его парой.       Иван напевает себе под нос какую-то мелодию. Он уже представляет себе это: Тилл, круглый, обиженный и измученный, со следами зубов на бледной шее.       Он смотрит на обведённые даты в своём календаре, и на губах появляется улыбка.       Скоро всё закончится. Всё уже складывается.

***

      Если уж на то пошло, когда Тилл хочет чего-то добиться, он до жути дотошен и готов идти на жертвы, даже если для этого придётся подёргать за ниточки.       Чтобы обеспечить беременность, он прекращает принимать противозачаточные и выбрасывает оставшиеся таблетки, решив вместо этого заказать витамины для беременных. Он собирает все статьи о повышении фертильности, которые только может найти, и старательно следует инструкциям, даже если для этого ему приходится менять свой образ жизни.       Он решил ограничить употребление кофеина и алкоголя после того, как начитался на разных сайтах рекомендаций о том, что это поможет повысить фертильность. Его менеджер посмотрел на омегу так, словно у него выросла вторая голова, когда тот впервые отказался от своего обычного чёрного кофе. Вероятно, это многое говорит о его отношении к собственному здоровью.       Затем парень подсчитал и отметил в своём календаре дни, оставшиеся до следующей течки. Обычно один из них отвечает за то, чтобы сохранять рассудок, когда у другого начинается цикл, но если он правильно рассчитает время, то, возможно, сможет синхронизировать свою течку с гоном Ивана с первой попытки.       Это, конечно, трудно, но выполнимо, если Тилл будет тщательно отслеживать свой период зачатия и строго придерживаться графика Ивана.       Это лицемерно, но Тилл берёт пример с поклонников Ивана и тщательно оставляет свой запах на всём, что в конечном итоге передаст брюнету. Он делает это постепенно, даже намеренно оставляя свой запах на теле Ивана, чтобы привлечь альфу и подтолкнуть его к гону.       Тилл делает всё осторожно. Ему не нужны лишние подозрения со стороны альфы. В конце концов, он хочет, чтобы Иван сделал первый шаг. Тилл не из тех, кто любит интеллектуальные игры, но намеренно использовать коварные методы, чтобы заставить железную выдержку Ивана рушиться по частям, оказывается веселее, чем он думал.       Если это сработает, — мечтательно думает Тилл, — то надеюсь, что презерватив снова порвётся. Может быть, омега даже настолько опьянит Ивана своим запахом, что тот полностью откажется от презервативов.       Иван может быть настоящей занозой в заднице, но он человек принципа. Если Тилл попросит его взять на себя ответственность, он уверен, что брюнет сразу же согласится.       В день, отмеченный красным маркером в календаре, Тилл просыпается от знакомого ощущения жара, разливающегося в низу живота. По его подсчётам, пройдёт пятнадцать минут, прежде чем головокружительное возбуждение начнёт мешать мыслительному процессу и потечёт смазка.       Трясущимися пальцами он набирает номер Ивана. Тот берёт трубку ещё до второго гудка. — Сонбэ. — Эй, — выдыхает Тилл вместо приветствия. — У меня течка началась.       Голос Ивана на другом конце звучит спокойно: — Ещё рано. — Тащи сюда свою задницу, — говорит омега, прежде чем повесить трубку. Он отбрасывает телефон в сторону и снова плюхается на подушки.       Тилл отчаянно пытается подавить своё возбуждение, чтобы Иван не учуял его, когда придёт, но смазка уже вытекает из него тонкими струйками. Он ничего не может с собой поделать.       Тилл улыбается, чувствуя, как у него уже почти кружится голова.

***

      Иван заранее распланировал свой график на неделю вперёд. Тиллу, возможно, не хватило предусмотрительности сделать то же самое, учитывая, что его течка началась раньше обычного, но он полагает, что менеджер парня простит ему такую неожиданность.       Он знает пароль от дома Тилла, который ему доверили после того, как альфа напросился на частые визиты. Он сам открывает дверь, не желая, чтобы соседи учуяли запах Тилла.       Спальня пропитана ароматом, от которого можно было бы задохнуться, если бы он не был таким восхитительно сладким. Иван заходит, со щелчком закрывая за собой дверь.       Посреди кровати, среди смятых одеял и подушек, лежит Тилл. Его шорты уже валяются где-то на полу.       Должно быть, ему надоело, как они липли к коже от пота, но Иван подозревает, что есть и другая причина. Тилл уже засунул три пальца в свою дырочку, не обращая внимания на скользкую жидкость, стекающую между костяшками пальцев, и пытаясь доставить себе удовольствием.       Вероятно, у него уже болит рука, учитывая положение, в котором он находится. Кровать прогибается под весом Ивана. Он наклоняется ближе, пока не оказывается в миллиметре от лица Тилла. Горячее дыхание омеги обдаёт его губы.       Иван ухмыляется: — Вот ты не мог подождать ещё немного, а? — Заткнись, — ворчит Тилл. Он свободной рукой хватает Ивана за рубашку и царапает ему грудь. Он хочет, чтобы Иван разделся сию же секунду.       Брюнет позволил бы себе ещё немного подразнить старшего, но сегодня особенный день.       Альфа не может позволить себе терять ни секунды — он в шаге от осуществления своего плана.       Подчиняясь, Иван садится и начинает расстёгивать рубашку. К тому времени, как он принимается за ремень и брюки, Тилл уже нетерпеливо поскуливает и поворачивает ногу, слегка пиная Ивана в голень и намекая на то, что нужно поторопиться.       Он с писком падает на подушки, когда Иван резко хватает его за лодыжки и тянет, заставляя приземлиться на спину. От резкой смены положения пальцы Тилла выскальзывают, и он прикусывает губу, чтобы не застонать от неожиданной пустоты.       Взгляд Ивана тяжелеет при виде этой картины. Тилл может сделать практически что угодно, и это всё равно заставит кровь альфы быстрее биться в жилах.       Он уже ощущает как у него начинается гон — напряжение охватывает каждую клеточку тела, и через него проходит тёплая волна энергии. Ещё мгновение, и у него на уме не будет ничего, кроме Тилла, Тилла и только Тилла. — Иван? — Тилл растерянно моргает, уже теряя самообладание.       Альфа позволяет себе на краткий миг ощутить триумф. Его план удался, так что всё остальное теперь лишь вопрос времени и того, что Иван собирается сделать с Тиллом.       Он знает, что у омеги не хватит выносливости, чтобы продержаться весь его гон, но возбуждение от течки, скорее всего, поможет ему справиться. Когда Тилл поймёт, что у Ивана гон, брюнет позаботится о том, чтобы наполнить его спермой как минимум три раза подряд. Чтобы было слишком поздно исправлять ситуацию.       Улыбка Ивана становится шире. Возбуждение захлестывает его с головой, как цунами.       Прежде чем Тилл успевает рявкнуть на него, чтобы тот, наконец, что-то сделал, он ныряет, не раздумывая. Ни он, ни Тилл не выйдут из этой комнаты, пока Иван не убедится, что у омеги хотя бы двойня.       Тилл, кажется, поначалу не осознаёт этого — он изо всех сил держится за Ивана, в то время как он вдалбливается в него. Только к пятому заходу, когда узел Ивана вздувается в чёрт знает какой раз, до затуманенного разума Тилла, кажется, наконец доходит, что происходит, и омега замечает, что запах Ивана стал гуще и тяжелее, чем обычно.       Гон, — Тилл молча открывает рот — голос слишком охрип. Осознав это, он хватается за соседние подушки, сжимаясь вокруг члена Ивана. Альфа стонет. Он задается вопросом, за какие великие свершения заслужил привилегию трахать Тилла в его постели.       Испытывая гибкость Тилла до предела, Иван сгибает его пополам так, что колени омеги почти касаются ушей. Брюнет довольно мычит, когда чужие ногти царапают красные полосы на его спине, и притворяется, что не слышит рыдания Тилла. Это музыка для его ушей.       В следующем заходе он ставит Тилла в коленно-локтевую для более глубокого проникновения. Тилл уже в бреду, у него такой сильный жар, что он едва может отличить лево от права, не говоря уже о том, чтобы спросить, предохранялся Иван или нет.       Иван наклоняется, задевая клыками голую шею Тилла. Очень заманчиво, но сейчас не время. Он довольствуется тем, что проводит влажным языком по коже, наслаждаясь приятными звуками, которые Тилл издаёт в ответ.       Он постепенно погружается в туман своего гона, полностью подчиняясь его велению, так что в итоге все следы здравого смысла исчезнут, и Тилл останется с болью во всём теле, наполненным семенем Ивана.

***

— Тилл-ним заболел? — спрашивает Хёна, обнимая Мизи за плечи. — Его менеджер так сказал, — безмятежно улыбается Иван. По правде говоря, Тилл чувствовал себя не очень хорошо после окончания течки. Пару дней он с трудом мог ходить, и это в основном благодаря Ивану, но никому из присутствующих не нужно об этом знать. Особенно Хёне, которая, сто процентов дразнила бы его до гроба.       Но, судя по недовольному взгляду, которым одарила его Суа, когда они вернулись на съёмочную площадку после недельного перерыва, у брюнета есть подозрение, что правда уже отчасти раскрыта.       Мизи выглядит обеспокоенной: — Я надеюсь, это несерьёзно.       Иван уже навестил Тилла. Омега страдает бессонницей, поэтому немного необычно видеть, что он часто спит. Парень жаловался на то, что чувствует себя более усталым, чем обычно. Он даже несколько раз убегал в ванную из-за приступов тошноты, а Иван стоял рядом на коленях и держал ему волосы. — У тебя проблемы с желудком? — спросил брюнет, успокаивающе поглаживая Тилла по спине.       Подняв голову от унитаза, Тилл устало вытирает рот: — Должно быть, съел что-то не то.       Иван беззаботно напевает себе под нос одну из песен Тилла, когда снова направляется к его дому. На руке болтается пакет с лекарствами от болей в животе.       Час назад Тилл прислал ему короткое сообщение. Нам нужно поговорить.       Иван не торопится — медленно, с нарочитой лёгкостью вводит пароль и, захлопнув за собой дверь, заходит внутрь. Положив пакет с лекарствами на столешницу, он находит Тилла на диване в гостиной.       Альфа поднимает брови, когда видит на столе пять положительных тестов на беременность, и понимает, что Тилл внимательно наблюдает за его реакцией.       Иван засовывает руки в карманы, сохраняя невозмутимое выражение лица в попытке скрыть своё ликование. — Это результат того, что произошло пару недель назад?       Тилл кивает, покусывая нижнюю губу. — Я не ожидал, что наши циклы начнутся раньше. О том, что они выпадут на один день, даже говорить не буду, — бормочет он. — У нас не было возможности предохраниться. — Я думал, ты принимаешь противозачаточные? — Они могли быть бракованными. На этот раз не сработали, — объясняет Тилл, сжимая кулаки. — Я втянул тебя в это. Это… моя вина.       Он понятия не имеет, насколько Иван на самом деле доволен, несмотря на непроницаемое выражение лица. — Я поддержу любой твой выбор.       Тилл моргает, на его лбу проступает морщинка напряжения. — Ты не понимаешь, — начинает он. — Подумай, какой скандал поднимется, если это всплывёт, Иван.       Брюнет медленно садится к нему на диван, наклоняясь ближе. — Хм? — Ты только начал строить свою актёрскую карьеру, — говорит омега с лёгким огорчением в голосе. — Если об этом узнают СМИ, это плохо скажется на твоём имидже. — А что насчёт тебя? — Иван парирует. — Такая знаменитость, как ты, носит ребёнка вне брака? Это будет скандал века, сонбэ. Последнее, чего я хочу, — это чтобы твоё имя запятнали.       Тилл закрывает лицо руками. — Это всё потому, что я ни с кем не связан, — бормочет он, прежде чем на мгновение замереть. — Если только…       Он поднимает взгляд на Ивана, их глаза встречаются. Альфа уверен, что они думают об одном и том же. Наконец-то. Если бы Иван был менее сдержанным, он бы сразу снова повалил Тилла на диван. — Если тебе это поможет, — предлагает он, подавляя эти мысли, — нам стоит пометить друг друга.       Глаза Тилла слегка расширяются. — Нам с тобой? — в его голосе звучит недоумение. — У тебя ещё вся жизнь впереди. Я не могу привязать тебя к себе.       Иван придвигается ещё ближе. — Но это наш лучший вариант.       Набравшись смелости, он поднимает руку и гладит Тилла по затылку. Тот вздрагивает от прикосновения. — У тебя рука холодная, — бормочет он себе под нос. — Подумай о нашем будущем, сонбэ, — шепчет Иван. — Подумай о нас, — его рука опускается, незаметно обхватывая тонкую талию Тилла и лаская его живот через рубашку. В свое время он станет мягким и податливым. У Ивана кружится голова, когда он представляет себе это.       Он задаётся вопросом, не привиделось ли ему сквозь туманную дымку сладкой победы ошеломлённое выражение лица Тилла и мимолётное выражение удовлетворения, промелькнувшее на его лице. — Если ты уверен, — наконец отвечает Тилл, повернувшись и обнимая Ивана за шею. Тепло.       Иван прячет свою широкую улыбку на плече омеги, надеясь, что он не почувствует его волнения.       С бешено бьющимся сердцем он любуется аквамариновыми глазами и непослушными серебристыми волосами. Неважно, кто у них будет, — мальчик или девочка, — он надеется, что ребёнок будет похож на Тилла.       Иван считает, что его план увенчался полным успехом.

***

      Многолетний опыт работы в актерской индустрии оказался бесценным. Тилл приятно удивлён тем, как гладко прошёл разговор и как легко ему удалось оставить Ивана, используя свои актёрские способности.       Альфа попался на крючок, леску и грузило. Тилл как никогда доволен результатом, поглаживая свой живот и наслаждаясь своей победой.       Его менеджер чуть в обморок не упал, когда омега сообщил эту новость. Компания встала на уши, но Тиллу было всё равно. За эти годы он заработал более чем достаточно, чтобы дать понять, что они не имеют право решать, что ему делать со своей личной жизнью.       Учитывая, что они с Иваном в настоящее время играют в фильме возлюблённых, в их фанбазах многие их поддерживают. Тем не менее, обнародование их отношений вызвало бурю негодования в социальных сетях. Когда Тилл только объявил о своей беременности и предстоящем перерыве в работе после завершения текущего проекта, в интернете поднялся настоящий переполох.       В результате поклонники в сети оплакивали потерю самого элитного холостяка, а-ля Ивана. Другие знаменитости-омеги, услышав эту новость, отступили. Именно этого Тилл и добивался.       Единственная проблема заключается в том, что его живот стал заметен уже к концу съёмок «ALIEN STAGE». Команда стилистов изо всех сил старалась найти способ скрыть его.       Назрел вопрос: значит ли это, что у него под сердцем не один ребёнок? Получается, Иван настолько постарался, что заделал минимум двоих с первой попытки. Мысль об этом настолько сводит его с ума, что он уже хочет снова повторить все те безумные вещи, которое вытворял. — Клянусь, Иван всего пару месяцев назад сказал, что вы даже не встречались, — говорит Хёна, прищурившись. — И ты хочешь сказать, что Тилл уже беременный? — Они явно пропустили несколько шагов, — бормочет Суа.       Иван от души смеётся, запрокидывая голову, и его рубашка с глубоким вырезом обнажает шею, на которой видны следы зубов Тилла и едва заметные шрамы, отпечатавшиеся на коже и говорящие сами за себя.       То же самое касается и затылка омеги. Иван укусил его так, словно хотел пустить кровь, вонзив клыки без малейшего колебания, как только получил разрешение. Тиллу немного стыдно признаться, насколько он возбудился в тот момент.       Он бросает косой взгляд на альфу. Густые тёмные волосы и милая, немного лукавая улыбка. Его не волнует пол ребёнка. Он надеется, что ребёнок будет похож на Ивана.       Вместе со своими коллегами по съёмочной площадке они в тот же вечер посещают вечеринку в честь окончания съёмок «ALIEN STAGE». Все напиваются. Тилл не пьёт по понятным причинам, а Иван — потому что позже ему придётся сесть за руль, и он проводит всю ночь, приклеившись к омеге и положив руку ему на плечо.       Они рано уезжают. На обратном пути к дому Тилла Иван неожиданно предлагает: — Переезжай ко мне, сонбэ.       Это вполне естественный ход действий для семейной пары, которая ждёт ребёнка. Тилл легко соглашается: — Давай на днях поищем дом.       Иван сияет.       Когда они возвращаются домой, он поднимает Тилла, несмотря на все его протесты, и осторожно кладёт на кровать. — Ты ещё не тяжёлый, — возражает альфа. — Но даже через несколько месяцев я всё равно буду носить тебя на руках.       Брюнет охотно предлагает помассировать Тиллу ноги, одновременно без умолку болтая о том, как они могли бы украсить детскую и какие имена понравились бы Тиллу. — Ещё немного рано выбирать имя для малыша, — говорит омега. Он позволяет Ивану немного поныть и водить руками по всему телу, собственнически поглаживая округлый живот.       Тилл наклоняется и обхватывает ладонями лицо брюнета. Прежде чем приблизиться, чтобы поцеловать его, он понимает, что улыбается, и улыбка Ивана идеально подходит к его собственной — немного слишком дерзкая и немного слишком самодовольная, чтобы быть невинной.       Ты никогда меня не оставишь.