Поехали отмечать скорей!

— Ты уверен, что нам сюда? — Уверен, — рыжая шапках-ушанка гордо спустилась в полуподвальное помещение в конце одного из множества питерских переулков. — Ах да, я забыл. Ты же вино учуешь за километр, — Дазай закатил глаза и последовал за партнером. Ждать заветное вино пришлось долго: помимо него была куча безделушек по типу редких украшений, антиквариата времен империи и проч. — Уважаемые коллекционеры! А теперь то, чего вы все так ждали, — объявил ведущий и торжественно снял ткань с внесенной бутылки. — Главный лот сегодняшнего аукциона! «Розовый мускат»! Начальная цена: пятьдесят тысяч долларов! Со всех сторон сразу послышались новые ставки: — Шестьдесят тысяч! — Семьдесят тысяч! — Восемьдесят тысяч! — Сто тысяч! — Почему ты молчишь? — поинтересовался Дазай. — Его же сейчас купят! — Подожди, — Накахара ухмыльнулся и продолжил смотреть на жадные взгляды. Постепенно конкуренция уменьшалась. — Сто пятьдесят тысяч! — Сто пятьдесят пять тысяч! — Пятьсот тысяч! — выкрикнула молодая девушка лет двадцати пяти откуда-то из угла зала, и все замолкли. — Так, так, так! — весело провозгласил ведущий. — Пятьсот тысяч раз... Пятьсот тысяч два... — Миллион! — крикнул наконец Чуя, подняв табличку с номером «22». «Счастливое число», — пронеслось в его голове, когда ему ее выдавали. — О, да у участника под номером семнадцать появился конкурент! — Полтора миллиона! — Два миллиона! — Пять миллионов! — блондинка метнула гневный взгляд на голубоглазого. Но тот не был готов уступать ей. — Десять миллионов! — Пятнадцать миллионов! — Чуя, а не дороговато ли нам твое вино обойдётся? — шепнул шатен. — Заткнись. А ведущий был только и рад такому повышению ставок. — Кажется, обстановка накаляется! Пятнадцать миллионов раз... Пятнадцать миллионов дв... — Семьдесят миллионов! — решился мафиози. Зал охнул. Каждому было любопытно увидеть конец этих торгов. Судя по глазам конкурентки, она явно замешкалась. Но через пару мгновений ее лицо вновь приобрело прежний вид. — Сто миллионов! — Вот же... — пробормотал Чуя и снова поднял табличку. — Сто пятьдесят миллионов! — С... Сто семьдесят миллионов! — Чуя, остановись, мы же разоримся! — детектив дернул партнера за рукав. Однако Накахара был непреклонен. В его голове возник резкий, смелый и сильный ход, который точно подарит ему победу. — Пятьсот миллионов! Тишина. — Пятьсот миллионов раз... П-пятьсот миллионов д-два... — голос ведущего задрожал. — Пятьсот миллионов три... И... Продано! Учасник под номером двадцать два становится обладателем этого прекрасного вина! «Победитель» чуть не подпрыгнул от счастья, подошел к ведущему и осторожно взял бутылку. *** — Сумасшедший! Отдать полмиллиарда за какое-то там вино! — причитал Дазай, пока они направлялись в квартиру Федора. — Это тебе не какое-то там вино. Это 1836 год, дурак ты бинтованный! — А на что мы теперь жить будем, ты подумал?! Но голубые глаза горели, не замечая ничего вокруг, кроме заветной покупки: немного грязная от времени, потертая, потемневшая, она была навесом золота для коллекционера; надпись было почти не видно, за исключением двух или трех букв, которые можно было разглядеть с большим трудом; бумага пожелтела, даже слегка оборвалась и обгорела по краям, словно бутылку спасали от пожара или какого другого бедствия. — Моя прелесть... Моя прелесть... — только и бормотал рыжик, счастливый, точно ребёнок.