Мы прятались слишком долго

      Это было раннее летнее утро, слегка туманно, тепло и уже довольно солнечно. Несмотря на такое замечательное начало, жизнь Альбуса давно не соответствовала таким дням, он проснулся в поту, с ужасом на лице, прямо вскочил с кровати и понял, что ему просто приснилось, как он тонул в бездонной тьме. И все равно было неуютно и казалось как-то душно в комнате, что даже захотелось подышать воздухом на улице. Юноша заглянул в окно и ему захотелось приблизиться к такому тихому состоянию природы в надежде почувствовать это спокойствие в себе. Набросив халат и выйдя из дома, он подумал заглянуть в магловский почтовый ящик, который уже, наверно, покрылся толстым слоем пыли внутри. Тишина, греющая уши, и свежий воздух заставляли не спешить, и он медленно прошел до ящика и без особого энтузиазма начал его открывать.       Послышался шум из соседнего дома будто хлопнула дверь, Альбус тут же посмотрел в ту сторону и заметил чемодан возле калитки своей соседки Батильды Бегшот. Это было странно, почему же гость не зашел с чемоданом сразу, оставил его так на улице? Стоило об этом подумать как дверь снова открылась и из нее вышел молодой юноша, с золотистыми локонами до плеч, глазами он смотрел себе под ноги, быстренько дошел до чемодана, взял за ручку и вместе с ним поднял свой взгляд, метнув в глаза любопытного соседа так, будто почувствовал, что они на него смотрят. Мгновение их взгляды пересеклись и Альбус тут же виновато отвел лицо в сторону писем, это было так быстро, будто его застали подглядывающим за чем-то неприличным. Прежняя усталость прошла и кровь как будто вскипела по всему телу, хлыновшись к настолько бледному лицу, что оно просто стало нормально цвета. В этот момент о письмах он уже не думал, хотя и смотрел на конверты в упор, на самом деле в этот момент он напрягал глазами боковое зрение, чтобы дождаться, когда незнакомец отвернется и пойдет обратно в дом. Долго ждать не пришлось и Альбус внимательным взглядом проводил парня, пока дверь за ним не захлопнулась.       Словно очнувшись уже от хорошего сна, он снова посмотрел на конверты, с удивлением, что в ящике вообще что-то оказалось и только Альбус начал идти домой, по дороге взглянул на свой халат и ужаснулся, какой на самом деле непристойный вид у него был. Под давлением стыда, он быстро поднялся к себе, кинул конверты на стол и начал переодеваться, ищя самые приличные вещи в шкафу. К тому времени, как он оделся, дома все проснулись, и уже шумели внизу. На кухне Аберфорд ничего не заметил, Ариана глянула с легким удивлением. – у тебя сегодня планы? – добрым голосом спросила она. – нет, не то что бы… к Батильде приехал какой-то человек, я еще не видел его раньше, обычно к ней приезжают интересные люди, я подумал, надо будет заглянуть.       На этом моменте Аберфорд выразительно и громко фыркнул, ничего более не сказав. На кухне стало тихо и Альбус решил помочь Ариане с готовкой лишь бы не сидеть за пустым столом с братом. За завтраком сестра поддержала его идею, может, из вежливости, потому что затем она уже болтала с Аберфордом. Альбус не обижался, понимал, что гости Батильды скорее всего как-то связаны с магией, и развивать эту тему в доме особенно рядом с Арианой не нужно.       К ланчу после ряда небольших домашних дел, старший Дамблдор решился пойти в гости, манеры ему не позволяли прийти с пустыми руками и в последний момент он вспомнил о коробке волшебных конфет с интересными жидкими начинками, он хранил ее на особой момент.       В лучшем наряде, разве что не парадном, с коробкой конфет за спиной, он выглядел так будто пришел на свидание, позвонил в звонок и дверь ему открыла милая женщина. – Добрый день! – Тут же выскользнуло из Альбус автоматически. – Здравствуй. – Ласково ответила мадам – Чудесно, что ты заглянул. А ко мне сегодня приехал племянник, проходи, дорогой, познакомитесь. Они прошли в дом и Альбус не решался идти куда-то дальше прихожей пока Батильда не продолжила. – Проходи, в гостинную, а я пока чай нам всем приготовлю.       Послушно он прошел в гостинную и ненадолго замер в дверях, красивое лицо утром ему не привиделось. – Здравствуй. – Продолжая рассеянно себя вести, проговорил Альбус. Геллерт бегло оглядел своего будущего соседа по улице и слегка поднял уголки губ в еле уловимую улыбку. – Привет. – Затем провел взгляд на кресло, как бы приглашая сесть.       Прежде чем садиться гость достал из-за спины коробку конфет и молча положил на журнальный столик. Погрузилась неловкая тишина, Альбус разглядывал гостиную, хотя видел ее много раз и ничего в ней не изменилось, иногда его взгляд проскальзывал по Гриндевальду, тот не подавал особо виду, что замечал, он скорее был глубоко в своих мыслях.       Тишину прервала Батильда и Альбус быстро подлетел к ней помочь донести поднос, поставил туда же где стояла коробка конфет. Женщина заметила ее, конечно, воскликнула “не стоило!” и они обменялись любезностями, Геллерт вынырнул из своих мыслей обратно в реальный мир, сразу же улыбнулся бабушке, затем посмотрел на Альбуса уже с куда более заинтересованным лицом и взял в руку чашку чая. – Очень вкусно. – произнес племянник, сделав один глоток, и продолжил смотреть на Альбуса, разглядывая малознакомое лицо.       Батильда, заметив, что внук проявил к гостю интерес наконец официально представила их друг другу. – Да, я заметил тебя утром, когда ты забирал почту словно магл. Альбус нехотя улыбнулся, пытаясь игнорировать с какой колкостью бросились последние слова. – Ну… – неуверенно, начал он, растягивая время подумать. – Мне больше хотелось проветриться на свежем воздухе, а не почту проверять. – Занятно. – коротко ответит Гриндевальд и его лицо стало равнодушным.       Между ними пробежал холод, и для такого человека как Альбус это было довольно чувствительно и неприятно, обычно он легко очаровывал людей, но сегодня он и, правда, вел себя довольно глупо и прежде чем он сам успел что-то, сказать Батильда прямо так врезала свою речь. – Геллерт, что за бесстыдство! Это было некрасиво. Альбус, дорогуша, прости, мой племянник устал и у него был долгий переезд, да, Геллерт? Скажи, ты вроде никогда не бывал еще в Годриковой Впадине? – Вы правы, Тетушка, не бывал. – Геллерт шаловливо улыбнулся, давая понять, что по его мнению Батильда права только в последнем вопросе. – И что же тебя привело сюда? – Решил смело поинтересоваться Альбус с немного язвительным тоном в ответ. Геллерт положил чай на стол и потянулся к коробке конфет. – Можно? – Спросил он, не обращаясь ни к кому-то конкретному, а в воздух. – Конечно. – Мгновенно ответил Альбус, будто вопрос прилетел ему лично.       Геллерт как будто и не удивился этому, уверенно посмотрел на юношу, и, не отводя глаз, открыл коробку, благо запечатана она была легко, затем опустил свой взгляд к столу, чтобы выбрать себе самые симпатичные конфеты, взял парочку и обратно откинулся в кресло. Шоколад начал быстро таять в руках, Геллерт съел одну конфету и по лицу было понятно насколько она оказалась предательски кислой. Альбус не удержался чтобы пустить короткий смешок и Геллерт тоже улыбнулся. Атмосфера в гостиной стала легче, но не долго, юноша ангельской внешности снова вернулся к очевидной лести. – Знаете, хоть обстоятельства меня вынудили, я приехал сюда за историей. – Ах! Это правда, тут такое интересное место, история за каждым углом – Проворковала радостная Батильда.       Но Альбуса почувствовал нотки фальшивости и такие высокие слова как-то не впечатлили его, он отвел взгляд в сторону, уже особо их и не слушая, но внезапно слух прорезала фамилия Перевеллов и тут их взгляды опять пересеклись. Да, Альбусу не показалось, Геллерт специально вставил эту фамилию и как-то хитренько смотрел на него, чтобы увидеть реакцию и, кажется, он был ею доволен судя по еле уловимой улыбке на лице, которое тут же начало отворачиваться. – Знаешь, тетушка, думаю, я отдохнул, не против, что я пойду прогуляюсь? – Конечно, нет, Альбус, а ты? Хочешь, то оставайся, тебя что-то было совсем не слышно сегодня. – Нет, спасибо, было очень мило посидеть у вас в гостях, но я тоже пойду, дома, наверно, заждались.       Батильда сделала вид, что расстроилась, но Альбус знал, как старушка любит уединение и на самом деле только рада, что все уходят. Гриндевальд уже тем временем собрался на улицу в коридоре и как-то долго поправлял пуговицы, смотря в зеркало, а завидев в нем приближающегося гостя, резко одернул манжеты и направился к двери. Они одновременно вышли из дома Батильды, за ними закрылась дверь и двое юношей задумчиво стояли на крыльце.       Альбус решил прервать молчание, он хотел вежливо попрощаться, но его самого прервал Геллерт, опять своим многозначительным хитрым тоном. – Я заметил. – Что?       Прежде чем ответить Геллерт зашагал дальше от двери, и Альбус последовал за ним. – Ты же что-то знаешь о Перевеллах? – Не больше других. А тебе они зачем? – Может это будет звучать глупо, но мне кажется ты меня поймешь, так вот... я хочу собрать все дары смерти. – С искрой в глазах объявил молодой человек и неожиданного для него встретился с молчаливыми лишь удивленно порхающими глазами. В легком смятении, ожидая, что его новый знакомый сейчас быстро подхватит эту идею, он, продолжая идти в тишине и пытаясь выкрутиться, продолжил. – Ладно, не надо так смотреть. – Он разочарованно выдохнул, закрыл свои глаза рукой. – Думаешь это глупо, да? Поэтому я и не стал при Батильде говорить о них, она бы тоже не поняла. – Нет, погоди! Я же просто удивился, мне казалось это детские сказки, я знаю, что их пытались найти, но за всю историю это никому не удавалось, но ты правда веришь, что они существуют?       Геллерт опустил руки в карман и задумчиво умолк, они рядом в тишине шли по дороге на кладбище, словно заранее договорились, но Альбус заметил это только сейчас и прервал молчание сам. – А ты сейчас собираешься пойти на кладбище, где похоронен Игнотус? – Да, признаюсь, пойман. – Геллерт саркастично закатил глазами вверх, но Альбус был в недоумении. – После всего, что я творил в Дурмстранге, не удивлюсь, что меня ищут. – Тебя ищут? А так и не скажешь. Геллерт пожал плечами – Внешность обманчива, но это уже всё не важно, мне было невыносимо скучно в этой школе сидеть, я давно знал всё и даже больше, чему преподавали в Дурмстранге, мне захотелось... ммм... большего, настоящего вызова, понимаешь? Вот я и здесь. – Геллерт ускорил шаг и вырвался вперед. – Так все таки ты со мной? Пойдем, давай. – Канюча подбивал он. – Все же на кладбище? – Альбус задумался, посмотрел еще раз на стоящего перед ним принца словно из магловских сказок. – Ладно, идем.

***

      Они стояли над могильной плитой Игнотуса и на ней, действительно, был знак даров смерти. – И вот он третий брат, и смерть встретила его как равного себе. Это все, конечно, очень мудро, но если бы старший брат не был тщеславным идиотом, он тоже встретился бы со смертью как равный, что думаешь, Альбус? – Думаю, старший брат, действительно, был тщеславным идиотом, в этом и мораль сказки, иначе бы он выбрал себе другой дар.       Геллерт громко по меркам кладбища рассмеялся, даже не замечая, что его спутник в смущении рукой прикрывает лицо, и наконец, заметив это начал сбавлять реакцию. – Ой, прости, да, не место, и ты прав, это определенно то, что и задумывал Бидль. Геллерт оглядел соседние могилы, в надежде увидеть еще где-нибудь знак даров, но ничего не оказалось.       Альбус же продолжал чувствовать себя очень неуютно. – Ладно, по крайней мере мы выяснили, что Перевеллы тут жили, может, и живут до сих пор, но уже без своей фамилии. Может, пойдем отсюда? Тут больше нет ничего интересного.       На этом они замолкли каждый в своих мыслях, Дамблдору не терпелось уже скорее уйти, он помнил, где находится могила матери и он будто чувствовал ее взгляд на себе оттуда, понимая, что должен быть сейчас, да и не только, а всегда с семьей, что так правильно. Альбус даже не заметил как новый приятель пропал из видимости, Геллерт зашагал к выходу, оглянулся и наконец позвал. – Ты идешь? – А, да... – Ответил ему потерянный в своих мыслях юноша и побежал к выходу.       Они не спеша шли, возвращаясь той же дорогой и обсуждая откуда начинать поиски даров, пока не добрались до своих домов. Остановившись между ними Альбус все таки решил поинтересоваться, за что же отчислили его нового друга. – Думаю, – Геллерт задумчиво отвел взгляд в небо. – Меня посчитали слишком опасным даже для Дурмстранга. – И он фыркнул, показывая всем видом, что это было их упущение.       Дамблдора такой ответ насторожил, он отвернулся и взглянул в сторону дома. – Только не надо меня бояться.       И тут его будто по голове ударили, что Альбус немедленно ответил. – А может это тебе надо бояться? – Он вопросительно поднял брови и с насмешкой грозно посмотрел в глаза Геллерту. – Не думай, что Дамблдоров так легко напугать. – Это хорошо! – Геллерт с вызовом прямо в глаза ухмыльнулся и уже воодушевленно продолжил. – На самом деле, меня уже не волнует то ребячество, за которое эти идиоты меня отчислили, я говорил, в школе было довольно скучно, да, я увлекся темной магией на последних курсах, и что? Зато я теперь здесь и это всё уже не важно, правда. – Скажи, для чего ты хочешь собрать дары смерти? – Очень серьезно спросил Альбус. – Хочешь услышать честный ответ? Он будет длинным. – Да. – Не сбавляя серьезности ответил, Альбус и уставился ждать.       Геллерт устало выдохнул, затем набрал полной груди воздух и уверенным, твердым голосом начал свою речь – Я устал от наших законов, в них есть серьезные дыры, целые разделы, где нет никакой справедливости? Например, маглы могут убивать нас, насиловать, задирать и отвечают ли они за свои преступления? Нет. Скажи мне, это справедливо? Они, даже по своим законам за это не отвечают, а попробуй что-нибудь сделать маглу сам и тут же сядешь в тюрьму. И все из-з секретности! Они, министры, бояться новой охоты на ведьм, но я считаю, что это маглы должны нас бояться (Геллерт подчеркнул эти слова смешком), а так они, конечно, даже не знаю чего им трястись, они думают мы такие же слабые. Хах, большая ошибка с их стороны, все, что способны сделать маглы даже не стоит рядом, с тем, что способны сделать волшебники, ты меня понимаешь?       На Альбуса подействовали его слова, в голове пролетели все те болезненные воспоминания, что он так усердно пытался затолкать подальше внутрь себя, но от этого они стали только острее и больно кололи внутри. В сознании виднелись образы его крохотной сестры, тех людей и что они с ней сделали, его отец, суды в министерстве, приговор, день казни. В этот момент его чувство несправедливости взорвалось и вырвалось из него, Альбус согласился со всем, что выслушивал, даже рассказал историю своей семьи, коротко, он не смог вытащить из себя подробности и все равно попросил о молчании, дав понять, что он открыл ему нечто очень личное.       Геллерт подошел ближе, страх уязвимости стал нарастать внутри Дамблдора, но он не хотел этого как и отходить, он приблизился к нему еще ближе, опустил глаза и с словно на ухо с сочувствием тихо проговорил. – Если ты просишь, я никому не скажу, но, мне жаль, что твоя сестра так страдает. – Смотря вниз, его глаза своим вниманием вцепились в кулак, который сжимал Альбус, но не чтобы ударить, а от напряжения. Геллерт замолчал и потянулся своими руками к нему и нежно обхватил этот полный боли комок пальцев, отдалившись при этом на шаг. – Знаешь, когда я построю свой мир, ей не придется себя скрывать и в страхе отказываться от магии, хочешь, построим его вместе?.       Дамблдор всегда этого хотел для сестры, он как никто знал насколько свободным себя чувствуешь, выпуская из палочки магию, и с болью смотрел как сестра мучается, как она сама себя запирает в клетке своего сознания. В его глазах блеснули искры, что-то загорелось в нем, это было желание сделать мир лучше, он понял, что все время маялся какой-то дурью, понял, что никогда не мечтал так масштабно. Альбус смотрел в глаза своему уже не другу, а соратнику и отчетливо чувствовал в себе, что способен изменить мир и в глазах Гриндевальда он это тоже ощутил, они сильны, найдут дары смерти и объявят свои правила миру. – Да! – ответил он незамедлительно. Из дома вышел Аберфорт и в шоке на них посмотрел. – Чем вы тут занимаетесь? Хотя знаешь, мне не интересно, вернись домой, Ариане плохо и мне нужна… ну, ты понял. – Аберфорт отвернулся и ушел – Хорошо, уже иду. – Ответил юноша своему брату, еле успев перед тем, как захлопнулась дверь. Старший Дамблдор повернулся обратно, лицом изобразив сожаление, дополнив коротким – Прости, зовут. – Уже уходя, перед дверью он повернулся и окликнул стоящего на месте друга. – Увидимся завтра?