Ирония судьбы или...

— Суйка, не беги, а то подсколь… — не успел договорить горе родитель, как  впечатался носом в сугроб. М-да, все братья как братья, а этот… Пакеты весело стукнулись об заснеженный асфальт, как собственно и сам Сенку. Девочка подскочила к вещам, силясь помочь, а пёсик рядом с ней, радостно обнюхивал содержимое пакетов. — Вот блять ты нахуй! — Кто-то, ударился в ногу. Рядом приземлилось ещё одно тело. Видимо споткнулся об него. Ну и гадость. — Не выражайся, тут ребенок, — не терпила, а проработал принятие. А что, в сугробе комфортно, можно сказать уютно. — Двое, — раздалось где-то сбоку. И вправду, подняв голову, Сенку заметил ещё одну девочку, возрастом как Суйка, возможно чуть старше. В своих аналитических навыках учёный не сомневался, но кажется эта черно-белая макушка вряд ли может являться отцом. Преодолев силу притяжения и свою усталость, Сенку в конце концов поднялся и даже проявил любезность, протянув руку, чтоб второй участник аварии смог подняться. Подождите… Этот дурной выперся в такой мороз в пальто?! — Спасибо, и извини. Совсем забегался вот и не заметил, — проговорил парень, постукивая зубами. Да он скоро инеем покроется! — Да я такая же хуйня, — не стесняясь в выражениях ответил тот, убедившись, что девочки ретировались на детскую площадку поиграть, — ты откуда такой?.. — Сенку не смог подобрать среднее арифметическое между «припизженый» и «красивый». — Да я тут недалеко живу, в общаге, — он неопределенно махнул рукой в сторону жилья, — Ген Асагири, — протянул обмороженную руку тот. — Я Сенку, будем знакомы, — рукопожатие вышло крепким, не смотря на внешнюю хрупкость парня напротив. Его лицо показалось знакомым, но Ишигами не смог вырыть нужную информацию в своей личной базе данных. Какое-то время они глупо смотрели друг на друга словно два барана в поле. Не хватает только «беее» и «блять, тоже самое хотел сказать». Вдруг в черно-белую голову ударился снежок, сделав его голову ещё белее, прям в затылок. Аж шапка сползла на лоб. Второму обладателю белокурой шевелюры повезло меньше, ему снаряд попал прямо в лицо. Какое-то  время они тупо пытались смириться с диверсией и заговором против них под веселые возгласы и дразнящие выкрики девочек. Первым все стадии принятия прошел Ген. Ухмыльнулся собрату по несчастью и схватил его за руку, потянув в сторону площадки. Сенку может и хотел бы что-то возразить, но ему не дали. — Давай покажем им! Да где вы учились мы преподавали! Настолько серьезного настроя, чтоб надрать задницу десятилеткам он последний раз видел когда сам был расцветом пубертата и в серьез дрался с младшими сестрами за последнюю конфету. Ну, у кого-то этот период начался сейчас, в двадцать с хвостиком годиков. Пубертат никого не щадит. Да начнется бойня. Но что могут противопоставить два взрослых лба  маленьким девочкам? Да ничего. Эти дети умеют партизанить. То и дело из разных мест в них летели снаряды, как будто их обстреливали с пулемета. Сенку принял ответственное решение отступать. Махнул рукой Гену, пока тот нагнулся за снежком и побежал за сугроб. В импровизированном убежище было относительно безопасно и можно отстреливаться в ответ. Пока учёный продумывал тактику, Ген подстебывал детей. Кто в чём горазд. Атаки временно прекратились, видимо девочки выдохлись. Воспользовавшись передышкой, Сенку начал излагать план действий второму, но вдруг заметил как тот недобро ухмыляется и подмигивает кому-то за баррикадой. Осознание пришло быстро, но уже было поздно. Со всех сторон на него посыпались снежки. Даже от Гена! Ещё одна диверсия! Кто-то пригвоздил Сенку к земле. Он даже не удивился что это был новоиспеченный диверсант. Учёному осталось только поднять руки в знак поражения. Девочки весело захлопали в ладоши, предчувствуя победу. — Капитулирую, — устало проговорил Сенку со все так же поднятыми руками. — Белый флаг из трусов сошьешь, — горделиво задрал носик Ген. — Стыдно, Асагири! Тебе должно быть стыдно, — кое-как, кряхтя учёный принял вертикальное положение. Пока что всё ещё на земле и на заднице, но прогресс на лицо. — Не можешь подавить восстание – возглавь, — хихикнул он в ответ. Сенку огляделся, оценил обстановку и пошел на отчаянный шаг. Провел ладонью по земле, загребая снег и одним мощным движением устроил Гену метель, застилая ему видимость, попутно заставляя его наглотался того самого снега. Пока один был ослеплён, ещё двоих маленьких предателей Сенку схватил, по одной в каждую руку и чуть-чуть покружив, мягко усадил их рядом с Геном. — 1:1, Ген, — оскалился учёный. — Я проиграл битву, но не войну! — воодушевлённо говорит он.   — Посмотрим, — его лыба с каждым словом становилась всё шире и шире, — Суйка, вставай, а то замёрзнешь. — Мирай, ты тоже, будем домой потихоньку собираться, — а в Асагири проснулась ответственность. Девочки одновременно запротестовали, но действительно начали подмерзать, так что противопоставить им было нечего. Подобрав брошенные некогда пакеты с продуктами и выловив щеночка компания быстро попрощалась, пообещав друг другу ещё как-нибудь так погулять. Дальше Сенку и Суйка шли в приподнятом настроение в их частный дом. Между кучей многоэтажек затесался небольшой частный сектор вполне приличного вида. Все соседи друг друга знали и не кошмарили без надобности, что не могло не радовать. Идти до него минут пять от той площадки где они встретились. Вошли за ограду. Участок выглядел прилично, всегда убрано, по большей части благодаря ухажеру его средней сестры и по совместительству его лучшему другу  – Хрому, но и Сенку по дому что-то да делал, чаще когда нужно было что-то починить. А летом Рури и Лилиан копались в грядках и садили цветочки. Сам дом был во истину огромный, у каждого члена их большой семьи была отдельная комната, все были довольны, правда убираться много. Сенку зашёл в прихожую первый, следом заскочила Суйка и в конце заскочил песель. Их уже встречала еще одна сестра – Кохаку, с полотенцем на плече. — Наконец-то, мы вас заждались, почему так дол… ебучий случай! — весьма красноречивая реакция, — вы где были?! На шум из кухни вышла Рури, протирая руки вафельным полотенцем. — Кохаку, не выражайся… ёп твою мать, — и вторая туда же, да что с ними в конце концов? Обернувшись к зеркалу Сенку всё понял. Все они с ног до головы были в снегу и вместе с Суйкой напоминали огромный сугроб. — Ебаный рот, — заключил учёный. — Семья матершинников, честное слово, — обречённо вздохнула самая младшая, она уже разутая несла вещи на сушилку. — А ты чего встал?  — Кохаку ударила брата полотенцем по пуховику, — Иди под струю мойся! Уже через пол часа вся семья сидела за столом, за исключением старших. Стоял весёлый галдеж и хохот. Рури накладывала салат Суйке, Кохаку доедала уже третью куриную ножку, у неё массонабор после зала, Сенку же травил свою прекрасную историю про сегодняшний поход в магазин. — Подумать только! Нашего талантливого химика обдурили дети и какой-то смазливые пацан! — Кохаку уже валялась под столом от смеха. — Это правда было неожиданно! Кто вообще предполагает диверсию в такой ситуации? — учёный оборонялся как мог. — Ну он хоть симпатичный? — в заключение спросила она. Сенку аж поперхнулся. — Это слишком сложный вопрос для того, кто человека видит набором химических элементов, — хихикнула Рури, — а тебе как Ген, а, Суйка? — Он классный! Смешной и планы интересные придумывает, — чавкая ответила та, — и Мирай тоже классная! Разговор перетек в какое-то другое русло, Сенку потерял нить когда ушёл в свои мысли. А правда, считает ли он Асагири красивым? Ну конвенциально красивым его точно можно назвать. Глаза, чуть вздернутый нос, ямочки на щеках, да и харизма так и прёт. Вот же, звучит не очень объективно. Интересно, а его сестры оценили бы Гена? Возможно, Кохаку бы им даже заинтересовалась? Не, мимо, в её вкусе спортивные парни. Про Рури даже думать нечего, ей нравятся парни которые уссыкаются по камушкам. А кто интересует самого Сенку? Как такового типажа во внешности он не имел, главное чтоб человек был умным и начитанным. Но, что странно, за всю учебу в университете, а это уже второй курс магистратуры химфака, он побывал не в таком большом количестве отношений с девушками. Они были странные и скоротечные. Из чего парень сделал вывод, что для отношений он не создан, поэтому решил отдать всего себя на растерзание органическим и неорганическим веществам. Кстати об отношениях. А как там старче и Лилиан интересно? — А как там дела у отца? — резко ворвался в разговор Сенку, на что встретил недоумевающий взгляд всех троих собеседников. — Ты опять нас не слушал? — разочарованно вздохнула Кохаку, — ты когда в следующий раз так делать будешь  повесь табличку на шею «ушел в себя, вернусь через 15 минут». — Хорошо-хорошо, ну так что? — повторил брат. — У него всё хорошо, — начала Рури, — на сборах гоняют не балуй, но ему не привыкать, ещё раз десять туда и обратно слетает, — парень уже открыл рот чтоб что-то ответить, но его перебили, — да-да, ему уже на пенсию давно пора, знаем,— он снова открыл рот, но ему даже сказать не дали, — у Лилиан тоже всё прекрасно, новогодний тур в самом разгаре, на всех концертах «солд аут», прилетит точно в срок, не минутой позже. Сенку даже не знает, радоваться ему или плакать от таких сестёр, наверное всё вместе. Тайм менеджмент как никак. «Интересно, как там Ген?»— мелькает в голове у Сенку перед тем, как его затащат в увлекательную беседу про динозавров. *** Асагири вваливается в квартиру с Мирай под руку, оба выглядят так, будто прошли Вьетнам. Что в принципе не далеко ушло от правды. Цукаса встречает их с вздёрнутый бровью. — Цукаса, не хмурься, морщины появятся, — закатывает глаза Ген. — Мирай, закрой уши, — вздохнул Шишио, — сука, нахуя тебе телефон блять?! — заорал он так, что девочка всё точно услышала. — Ну чуть-чуть опоздали, подумаешь, — строит невинную морду тот. — На полтора гребаных часа! Да ладно это, ты почему трубки не берешь? Мирай в это время уже ретировалась на кухню кушать. — То тебя на улицу ссаными тряпками не выгнать, то не загнать вообще, — в очередной раз обречённо вздыхает боксер. — Не вздыхай так, а то умрёшь, — корчит ему рожу Ген. — Дуй есть, вечно голодный студент, — закатывает глаза Шишио. — Сэр, да, сэр! За столом за пол часа успели обсудить и новые соревнования Цукасы, и горящий по всем дедлайнам курсач Гена, и новую подругу Мирай. В общем, краткая сводка новостей. Субботняя ночь выдалась очень светлая и облачная. С неба хлопьями падает снег. Асагири прекрасно знает, что он уже пропустил закрытие общаги, чему несомненно рад, потому что сможет остаться у друга. Из минусов - иногда ему кажется, что за такие приколы его скоро коменда будет пиздить табуретом. Ну, пусть поймает для начала. И вообще, пусть тогда создаёт благоприятную атмосферу для обучения! А то все хотят только пить, курить и матерится. Ещё и других подбивают. Всех кроме Гена! В может он тоже хочет?! Асагири стоит на балконе, наблюдая за снежинками и размышляя о бренности бытия. Подождите, он что, думает? Это определенно не к добру. Делает последнюю затяжку из электронной сигареты и заходит обратно в зал. Как раз в это же время туда заходит Цукаса, который только-только помог младшей сестре с уроками. — Чё не спишь? Время уже не детское, — якобы с наездом спрашивает он, устало потирая переносицу двумя пальцами. — Поэтому и не сплю, — Ген кокетливо стреляет глазками в ответ. Если бы в жизни можно было интонацией показать «)))», то это явно было бы оно. — О нет, время перевалило за полночь, значит включился гомогей, охотник на чужие жопы, — Шишио в отчаянии хватается за голову. Ген заливисто смеётся, за что получает кешбек в виде подушки в лицо. Что ж, и на том спасибо, это ведь мог быть табурет. Цукаса начинает расправлять себе диван, а Ген запрыгивает на подоконник, чуть не снося жопой всю зелёную живность. Дай бог, чтобы оно выросло в коноплю. Хотя в это слабо верится, учитывая какой Шишио ЗОЖник, в его репертуаре скорее «Курите укроп. Не кроет, зато легально, доступно и вычурно. А если хотите чтоб крыло – купите одеяло». — А где я сегодня буду спать? — недвусмысленно сделал волну бровями Ген. — Как обычно, — пожал плечами Цукаса, — выбирай: либо коврик возле туалета, либо  коврик в прихожей. Ах да, убери руку с моей задницы. — Да блин, ну-у-у, блин, — последний раз он такую грустную мину кривил, когда ему сказали, что не поставят автомат по философии за красивые глазки. — Так, кошмар псих диспансера, стели себе на пол, не маленький, всё знаешь где находиться, — боксер уже улёгся под одеяло и готовился гасить свет. И ебало Гену, если понадобиться. — Понял, не дурак. — Ну да, дурак бы не понял. Спустя пять минут Шишио уже давал лютого храпока. Вот так на самом деле появляются бати. И у Асагири сон не то что шёл, скорее ворвался на ринг с двух ног и заломило ему руки. А ему ещё курсач писать! И к зимней сессии готовиться! Так что он решил воспользоваться простым и действенным способом. Бахнуть кофе. А потом покурить. Не спать, так срать. Как только первый пункт был выполнен, он уже решил сделать одну маленькую тяжку, как тут ему прицельно в голову кинули тапочек. А это всё ещё мог быть табурет. — Брось бяку. — Да блять, я не могу! — Мой дом, мои правила. Спи. Ага, щас, бежит и падает. Ещё раз хлебнул кофе, достал ноутбук, , открыл его и грустно вздохнул. А что писать то? Ну для начала титульный лист… Хорошо, начало положено. Дальше пишем как чувствуем. То есть никак. Я такой тупой блин класс. Потянулся сделать ещё одну тяжку. — Съебался, — жутко открыл глаза Цукаса, — твоё тело – храм твоего духа, — со смыслом, а на деле хуйня какая-то. — Моё тело не храм, а палатка с к-поп мерчем из 2017! — словно боевой клич, загорланил Ген, — и вообще, спи, монашка. Ко второму пришествию разбужу. — Прости Господи, — закатил глаза Шишио. — Вот-вот. Дальше писать даже настроения не было. Это всё эта перекачанная версия Иисуса. И сна не в одном глазу. Да что ж такое! Встал, походил по комнате туда-сюда, врезался в табурет мизинчиком. Табурет добился своего. Разозлился, ударил по нему рукой. Посадил занозу. Что ж, табурет – 2, Сасагири – 0. Асагири сегодня сосёт по всем фронтам. Вывод? А какой тут может быть вывод? Максимум «жизнь говно, люди пидорасы, хочу сдохнуть».  Лёг на своё место, начал прокручивать сегодняшний день в голове. Если не считать его массового опиздюления, то в целом весьма продуктивно. Вспомнил про новое знакомство.  Сенку. Начал прогонять в голове всё, что про него знает. Лучший ученик химфака, его лицо весит на доске почёта, в принципе, можно найти его страничку в группе университета. И на этом всё. Не густо. Плохой бы из Гена сталкер вышел. Да Господи, они же в одном ВУЗе учатся! Посмотреть расписание и выловить этого лукообразного возле кабинета. Ладно, возможно, сталкерская жилка у него всё таки присутствует. А зачем ему собственно всё это? Ну, Сенку умный, шарит в физике и химии, это полезно, особенно когда учишся на филфаке. А ещё у Гена-расхитителя-чужих-задниц-Асагири сработал гей-радар. На этом пожалуй всё. Для профилактики открыл вопросы для сессии. Ужаснулся. Закрыл обратно. Теперь можно на боковую. А Сенку не может понять почему всю ночь икает.   ***   Суббота. 06.12.2024. Ген откисает в личных сообщениях у Сенку. Асагири Ген: привееет   02:34 Асагири автоматически становиться стыдно. Ещё ублюдских скобочек не хватает для полного счастья. Ишигами Сенку: чееел, пол третьего…   02:40 Ишигами Сенку: курсач?   02:40 Асагири Ген: курсач.    02:41 Асагири Ген: у тебя?  02:41 Ишигами Сенку: тоже… брооо    02:42 Асагири Ген: брооо     02:42 Так, ладно, контакт налажен. Главное не вытворить ничего. В первые пятнадцать минут общения. Задание со звёздочкой. Ишигами Сенку: щас я быстро в душ и вернусь    02:43 Асагири Ген: в душ и без меня?))))    02:43 Парень схватился за голову. Это не планировалось. Ишигами Сенку: а у тебя в общаге горячую воду отключили или чё?   02:44 Асагири Ген: да😭😭😭     02:44 А как он узнал, что он в общаге живёт? Сталкерит в ответ? Таро разложил? Почему не его на столе? Асагири Ген: а как ты узнал?   02:45 Ишигами Сенку: связи    02:45 Асагири Ген: половые?)))    02:45 Ладно, гори сарай, гори и хата. Ишигами Сенку: не, это по твоей части, пубертатная язва    02:46 Асагири Ген: вот блин, меня рассекретили    02:46 Ишигами Сенку: да ты как будто дохуя скрывался    02:46 Ген издал звук ликования и разочарования одновременно от осознания, что его образ приличного мальчика разрушился буквально с самого начала общения. Тяжело жить когда делаешь умный вид, но изо рта опять вылетают только сиськи, письки и на ржач пробивает с шуток про говно. Так бы они и просидели хоть до посинения, но Цукаса проснулся от крика чайки и отобрал у Асагири телефон. И кинул в него второй тапочек. Честно, лучше бы табурет, чем такое унижение. Со стороны Сенку пришла Кохаку, вот она церемониться не стала и просто вырвала вай-фай роутер вместе с розеткой. Вот и развлечение на завтра. Где-то с другого конца дома разнеслось громкое «бляяя» писклявым голосом школьника. Это у Рури не захотел отправляться квартальный отчёт. В этом доме хоть кто-то спит? Спит. Сенку силком уложили под одеяло и примотали скотчем к кровати. В общем, опиздюлились все и довольные легли спать. *** Утро начинается не с кофе, а с ахуя. Причем у всей семьи Ишигами. Конечно, с разной степенью адекватности, но всё же. У Сенку подгорел химикат, а за одно и его жопа. Это если опустить часть где он пол часа не мог выбраться из кровати из-за ночной выходки Кохаку. Рури молчаливо негодовала из-за розетки, которую учёный обещал починить в ближайшем будущем. Кохаку просто кашеварила на кухне, что автоматически подсаживает весь дом на очко. Ибо один раз она сделала протеиновый смузи из всего что было в холодильнике на всю семью. У одной Суйки всё хорошо, она стабильно в шоке от своего семейства. В общем, Ишигами - это отдельный вид ПТСР. Спустя час тихих матов из комнаты химика, он всё таки вышел. Правда вонял он спиртом, и не понятно, толи он им оттерал поверхность стола, толи заливал его в себя. — Как дела с курсовой? — выскочила из кухни сестра с фартуком на перевес. — Не правильно поставлен вопрос, — устало промямлил Сенку, усаживаясь на стул. — А, точно. На сколько сильно тебя ебали в жопу по десятибалльной системе? — Можно вводить стобалльную систему. — Хорошо, на сколько сильно тебя ебали в жопу по стобалльной системе? — Сто сорок, — уткнувшись лбом в стол, прокряхтел он. Не ждано, не гадано в дверь постучали. Суйка, некогда игравшая с щенком, подскочила чтоб открыть. В кухню ввалились три покемона, один другого краше. Вот они, слева на право. Бульбанами, Хромандер и Сквиртайджу. Как на подбор, все красные и в снегу. Как они попали за ворота, одному богу известно. И камерам видео наблюдения. — Фух, понастроили тут хуйни всякой, а нам перелезать теперь, — выдохнул, запыхавшийся Тайджу. А, теперь понятно. — А мы к тебе с подарочками, — похвастался пакетами Хром. — Просто скажите, что вы ограбили алко-маркет и по пути убили Хьюстона и я подумаю, чтоб простить вам это вторжение, — всё так же не поднимаясь со стола, мямлил Сенку. — Хаха, нет, мой друг. Твоего научрука мы убить не смогли. Мы пытались нанять киллера, но как только он понял с кем ему придется бороться - запил и сдался в полицию, — похлопал по спине химика Рюсуй, — но у нас есть кое-что получше! — он звонко щёлкнул пальцами. — Если это не рпг, из которого я сам лично смогу взорвать дом Ксено, то не интересут, — Ишигами наконец-то смог отскрести себя от стола, и то за счёт запаха ароматного кофе, которое перед ним поставила Кохаку. — Неа, это новогоднее настроение! — Тайджу со скоростью света нацепил на шею Сенку и его сестры разноцветную мишуру. Оба были так себе впечатлены перформансом. Старший вообще попытался задушиться, но пластик весьма хрупкий. А вот Суйка из гостиной радостно запищала. Вот у кого действительно много радостей жизни. — Новогоднее настроение! — с нажимом повторил Хром, — не вижу радости на ваших лицах. — Хром, если я не скину профессору Уингфилду черновой вариант работы, он меня эти мандарины по самые гланды засунет и люто... — договаривать он не стал. И славно. Оставим это вашей больной фантазии. — Стягиваем лицо и идём украшать дом, — Тайджу и Рюсуй схватили ученого под руки и поволокли его проч с кухни. Не то чтобы он оказывал ярое сопротивление, но "дебилы" и "придурки" вылетало у него изо рта ещё долго. Подключили всю семью. Украшать два этажа дома оказалось проблемно. Зато какой комплекс на все группы грыж! Всё было хорошо, пока у Тайджу, который стоял на стремянке, не запуталась гирлянда. Пока тот пытался её распутать, сам замотался в ней. Хрому, держащему лестницу, показалось это до ужаса забавным, да так, что он начал смеяться и трясти лестницу. В результате горе каменьщик, оказался погребеным под тушей Оки, а в следствии, и под всеми украшениями со стены. Хотелось бы сказать, что это конец, но это только начало. Рюсуй старательно наматывал мишуру на перила лестницы на второй этаж. Да так старательно, что намотался на него сам и куборем покатился с лестницы. У Кохаку и Рури всё было относительно спокойно. Они клеили новогодние украшения на стену напевая "Last Christmas" и даже не парились о том, что происходит у парней. Пока происходит это анальное рандеву, Сенку вооружился шуроповертом и решил прикрепить крестовину от искусственной ёлки к полу. От греха подальше. Тут без происшествий, ладно. Химик отправил Суйку украшать только что установленную ёлку. А Рури отправила химика в конце концов отремонтировать розетку, раз он достал ящик с инструментами. Ну, он и пошёл. Только побубнил чуть-чуть, что он химик, а не электрик, но кто его слушал. Лишь проводили его взглядом а-ля " Ебанет? Не должно". Когда большинство рук освободилось, отправились помогать самой младшей. Произошёл конфликт между Тайджу и Кохаку на фоне того, какой шарик сюда лучше повесить, красный или синий. В итоге победила дружба ибо они оба полетели в эту самую ёлку, снеся её и сломав прям по середине. Со второго этажа послышался нечленораздельный мат. Дело дрянь. За пять секунд сообразили перемотать её изолентой. Вот вам и доброе утро. В заключении, для того чтобы новогоднее настроение точно появилось, решили посмотреть "Один дома". — Кстати! — заорал Тайджу, перекричав телевизор. — Ну что ещё? — устало заныла Кохаку. В ответ на её вопрос он открыл на телефоне афишу какого-то детского интерактивного шоу на подобии "Шоу деда мороза". Вся семья не понимающе уставилась на Оки. — Брат, я, конечно, всё понимаю, но мы явно переросли период, когда от такого можно было фанатеть, — медленно, словно разговаривая с умстыенно отсталым, проговорил Хром. — Да не нам это! Это Суйке! — и он выудил из второго кармана два билета, один взрослый, и один детский. — Суйка, ты какого мнения? Хочешь сходить? — спросила Рури. — Очень хочу! — весело захлопала в ладоши она. Семья скинулась на суефа кто будет сопровождать девочку в этом увлекательном путешествии. Проиграл, ой, тоесть выйграл Сенку. У кого-то будет очень занимательная неделя. Хотелось верить, что у Гена утро проходит лучше. Но того под сраку выпнули из квартиры Цукасы с криками "Хватит жрать мою еду". Так, что он грустный поплелся по холодному утру к себе в общагу. Там его гопстопнула вахтерша с предъявой "Пропуск есть? А если найду?". Гену хватило опиздюлений за вчерашний день, второго такого он не переживет. Он быстро ткнул ей в лицо этой несчастной бумажкой и пошел в комнату. Там его встретил сосед - Укио. Пожалуй лучший из всех кто мог ему попасться. Но и тут не обошлось. — Ген, ты мне друг? — с порога спрашивает он. — После таких вопросов уже начинаю рассматривать возможность смены этой должности, — на что получает максимально осуждающий взгляд, который могут выдать эти добрые зелёные глаза, — да друг, друг. А что? — Сможешь со мной в спектакле выступить? — Могу, конечно, какая роль? — Снегурочки. — Блять, ты ахуел? — Ген аж встал в позу "Я пидорас" от негодования. — Да ну пожалуйста! Девочка которая должна была её играть заболела. А ты же умеешь голоса пародировать. Сделаем тебе макияж, от женщины не отличить! — У детей будет бурятская снегурочка, вот они ахуеют. — Я плачу. — Не плачь. На следующий день Ген стоял при полном параде, перечитывая сценарий и размышляя где он свернул не туда.