Та новогодняя ночь..

      Солнце светит, на удивление, ярко. Джисон проснулся первым.       — «Сколько времени? — если верить настенным часам, то уже час дня, — учитывая то, что мы смотрели фильм до четырёх, а потом вырубились, то могли ещё дольше проспать», — думал он, протирая глаза.       Только сейчас Хан понял, что Минхо предпочёл его вместо подушки.       — «Растрёпа, — парень запустил пальцы в чужие волосы, — всё равно мягкие».       Ли проснулся, десять минут спустя, от приятного массажа головы.       — Квокка, — он сильнее обнял того, и уткнулся носом в живот, — уже вечер?       — Нет, только обед, — чертовски приятно видеть Ли таким. Как маленький котёнок, не огрызается, жмётся ближе, будто ему страшно.       — В моих планах было поспать дольше, — он и не собирался вставать.       — Нас там уже потеряли, наверное, — как бы Джи не хотел остаться тут навечно, всё равно нужно выйти и напомнить о своём существовании другим.       — Не потеряли, — Хо ещё сильнее сжал чужую талию.       — Мин...       — Пять минут, Квокка, я ещё не доспал, — жалостливо пробурчал тот.       — Ладно, — а Хан и не против, сам только что это же хотел предложить.       Минхо поудобнее положил голову на живот Джисона.       — Квокка, — позвал он, — у тебя есть кто-то?       — В смысле?       — Ну там, девушка или парень.       — Сейчас нет, — Джи гладил того по спине.       — А были?       — Конечно, я же сын богатенького отца, и об этом все знают, — цокнул он.       — И как? — Ли внимательно слушал.       — Ужасно. Все ждут от меня дорогих подарков, походов по ресторанам и кино, даже не думая, что любовь нужно проявлять не к деньгам, — он посмотрел в окно, — я думал, это круто. Типо за тобой бегают, хотя эти деньги зарабатываешь даже не ты. Но со временем хочется чувствовать себя нужным, что-ли...       — Любимым, — исправил старший.       — Звучит странно, — Хан смотрел в потолок и продолжал гладить спину Хо.       — Почему?       — Разве люди смогут увидеть тебя, когда ты стоишь за кучей денег?       — Ни все же хотят от тебя денег, — Ли посмотрел на Джисона.       — Если так подумать, то только единицы смотрят на меня не через банковскую карту, — выдохнул младший, — в основном это те люди, которые видели более крупные цифры на своём счету.       — А как же мы? — тот надул губу.       — Ну да, — улыбка появилась на лице синеволосого, — вы, ребята, одни из немногих, кто видит во мне человека, а не мешок денег.       — Я-то точно! — Ли смотрел в глаза своей Квокки.       — Спасибо, — минуты две они просто молчали, оба думали о чём-то совершенно разном, — так, — опомнился, — пять минут прошли. Самое время позавтракать.       — Ага, в обед, — Минхо нехотя встал с кровати, — чур, первым в ванну иду я!       — Мы так не договаривались! — младший тут же вскочил следом и побежал за Хо.       — А всё! — тот закрыл дверь на защёлку, — иди в другую ванную.       — Я выгляжу как последнее чмо, — он посмотрел в напольное зеркало, — если меня таким кто-то увидит, то подумают, что какой-то бомж залез в дом через окно.       — Имеешь в виду, не узнают Джисона без косметики? — послышался звук защёлки, — Ханни, ты и так красивый, — из-за двери показалась голова старшего.       — Ага, верю, — Джи уже смирился с тем, что ему придётся идти вторым, — давай там быстрее.       — А мне что будет, если я ускорюсь? — Ли с ухмылкой смотрел на Хана.       — Что ты хочешь? — Джисону не очень понравилось это выражение лица, оно могло значить только то, что этот кролик придумал что-то максимально глупое.       — Ты мне будешь должен желание, — ухмылка на лице старшего сменилась довольно дружелюбной улыбкой.       — И всё? — внутренний голос кричал, что тут по-любому что-то не так.       — Да, — Хо продолжал улыбаться, — но я применю это желание, когда захочу.       — Ладно, — оставалось только согласиться, потому что в коридоре уже слышались голоса друзей, — иди уже.       Минхо тут же закрыл дверь.       — «Лишь бы никто не зашёл», — помолился Хан и лёг на кровать.       — Джинни, ты не видел мою зарядку? — спросил Феликс, перерывший все вещи.       — Нет, — Хёнджин, наблюдающий за этим всем, уже примерно представлял, сколько они всё это будут прибирать, — возьми мою, а свою потом найдёшь.       — Джинни, открою тебе секрет, мне нужна и твоя и моя зарядка, — повернулся к нему Ликс, — мне надо зарядить телефон и наушники.       — Одной заряди, — взвыл Хван, — мы тут так до вечера просидим.       — Это долго.       — Ну да, не быстрее же, пока ты ищешь свою зарядку, поставить что-нибудь на мою зарядку.       — Точняк! — Ли вскочил.       Хёнджин протянул блондину заветный шнур.       — Мог раньше сказать? — телефон Ликса был полностью разряжен.       — Ты не спрашивал, — спокойной ответил старший, — прибирай давай всё, не пройти, не проехать.       — Почему Минхо и Хан так долго спят? — Феликс повалился на кровать, — я такое должен рассказать Джи.       — Почему сразу "Джи"? Расскажи мне, — он сел рядом.       — Не могу, это чисто наше, — тот привстал, — тебе не интересно будет.       — А ты начни говорить, может, я тоже в этой теме разбираюсь, — даже как-то обидно стало.       — Ну, — младший замялся, — ладно, — вдох, — в общем, ты видел у Ханни синюю толстовку со странными рисунками?       — Ага, она мне сразу в глаза бросилась.       — Вот и мне, — Феликс почему-то обрадовался такой новости, — я у него спросил, где он её брал, ну и Джи мне показал. Оказывается, она брендированная и вообще не дешёвая.       — Ну это понятно, — Хёнджин одним из первых узнал, что почти все вещи у Хан Джисона с полок дорогих магазинов, чисто случайно.       — Джисон, — парень, чьё имя Хан не запомнил, подошёл к нему, — это правда Баленсиага? — он указал на его шею.       — Да, — Джи не видел насмешки в глазах длинноволосого, наоборот, какое-то восхищение что-ли.       — Подарили или сам купил? — тот продолжал рассматривать украшение.       — Сам, — неуверенно ответил младший.       — Вау, он наверное таких денег стоит, — глаза Хвана стали шире, — ты вообще часто носишь дорогие шмотки?       — Довольно, — «странно, почему этот парень удивлён?»       — Первый раз вижу человека, который говорит об этом, стесняясь, — Хёнджин смотрит прямо в душу, — честно сказать, я подумал, ты тот ещё выпендрёжник, но, наверное, из меня плохой человек-сканер.       Джисон, наконец-то, расслабился и улыбнулся.       — Пошли, выпьем, — позвал Хван, — там Чанбин уже не может себя сдерживать, не поторопимся – не успеем.       — Ну и Ханни мне предложил купить её как подарок, а я что?       — Ты не наглый и сказал, что купишь сам, — договорил за него старший.       — Да, — Ликс удивился тому, как ювелирно Хван снял слова с его языка, — и я нашёл эту толстовку! С рук, конечно, но зато дешевле.       — И зачем тебе говорить об этом Джисону?       — Хочу, чтобы он посмотрел, точно ли это оригинал, — Ли потёр шею.       — А он разбирается?       — Ну, она же у него есть, значит, как-нибудь сможет помочь, — Феликс встал и начал разбирать вещи, которые раскидал.       — Если он её купил, то это не значит, что он стал профессиональным экспертом, — Хёнджин решил помочь.       — В любом случае я один не поеду, поэтому надо сказать ему, — что-то похожее на зарядку лежало под кроватью, и младший протянул руку, чтобы достать это, — о, наконец-то.       Наушники тоже полетели заряжаться, а вещи стали размещаться на свои места.

***

      — Ликси, может сходим в бассейн? — позвал Хёнджин, собирая последние флакончики с пола.       — Неплохая идея, — Ли сам не понял, в какой момент тот взял на себя всю уборку, но он и не против, — давай.       — Отлично, тогда собери... — он прервался, — я собиру вещи и пойдём.       — Ладно, пойду пока посмотрю, что делают те двое, — Ликс направился в самую дальнюю комнату.       — Зачем тебе те двое, если нам и так нормально? — шёпотом у пустоты спрашивал Хван, уже готовый бежать за блондином, лишь бы он никого не позвал с собой.       — Ванна свободна, — оповестил Минхо, выходя с мокрыми волосами, — ну что, я уложится во времени?       — Очень даже, — Джисон внимательно посмотрел на старшего, ища в его взгляде хотя бы намёк на недовольство, — ты всё успел сделать?       — Да, сам в шоке.       — Ладно, тогда я пошёл, — Хан встал и быстро направился в сторону двери, но путь ему перегородил Хо.       — Ты мне должен желание, не забывай, — сейчас его слова преобрели совершенно другой смысл. Теперь Джи понял, что этот кролик может придумать ну очень много заданий, которые выполнять противно, стрёмно или просто невозможно.       — Да, знаю, — он попытался обойти скалу, восшедшую перед ним, — только давай без фанатизма.       — Ничего не могу обещать, — легко ответил Ли и отошёл, давая пройти младшему, — я ни на что не намекаю, но тут рядом есть парк, можно будет сходить, прогуляться.       — Конечно, — тут же согласился Джисон, — тогда надо быстрее собираться, а то темнеет быстро.       — Вот именно, — Минхо уже показывает на дверь, типо "шуруй давай".       — Я мигом, ты пока одевайся, — дверь закрылась.       — «Квокка-Квокка, надо придумать тебе задание», — думал Ли, пока не услышал шаги.       — Минхо, Ханни, вы спите? — постучавшись, заглянул Феликс.       — Нет, — еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза, ответил Хо, — что-то нужно?       — Просто спросил, — почуяв в голосе старшего раздражение, Ликс захотел побыстрее выйти, — а Джисон сильно занят? Кстати, где он?       — В ванной, не думаю, что он скоро освободится, — соврал Ли старший, — ты за ним пришёл?       — Ну, есть такое, — «как же я не вовремя вспомнил о вас».       — Говори, я ему передам, — тут же по-доброму улыбнулся Минхо.       — Это лично нужно обсудить, так что пусть зайдёт, как сможет, — блондин развернулся на носках и захлопнул дверь.       — «Да что все прилипли к моей Квокке? — раздражение нарастало, — Я понимаю, что он не откажет и поможет, чем сможет, но силы тоже заканчиваются, — по себе знает, — что такого личного можно обсуждать только с Джисоном? Много чего, — мысленно ответил сам себе».       Как бы то ни было, с Ханом можно обсудить весь мир и быть уверенным, что это останется только между вами. Разговоры с этим человеком – самое комфортное, что случалось с Хо за всю жизнь.       Белкообразный сразу завоёвывает твоё внимание, находит общий язык и темы. Он может сначала рассуждать на тему жизни с Чаном, а потом смешной ролик с Чонином.       Джисоновы мысли иногда уходят так далеко, что кажется, будто он говорит сам с собой, но из-за этого слушать его не становится скучным занятием, наоборот, хочется узнать, что творится в его голове.       Он может поддержать любой разговор, незаметно сменить тему, если заметит, что кому-то не интересно или не комфортно её обсуждать, рассказать совсем не смешную шутку, но развернуть её в своём стиле так, что все будут смеяться.       Хан Джисон – человек, который выглядит подростком, бросившим школу в классе седьмом, но, если с ним заговорить, вы поймёте, что он знает больше, чем многие взрослые.       Пусть сам он этого не замечает – он хороший друг, которому не страшно открыть душу и показать все шрамики, что нанесли другие люди. Он заклеит их пластырями и нарисует на них смешные рожицы, сердечки, солнышки, котиков.       Но добрых людей ломают.       Заставляют засунуть всю доброту в чёрный мешок и спрятать. Делать так, чтобы все думали, что ты точно такой же, как остальные.       Джисона сломали ещё в детстве.       — Мама, ты куда? — шестилетний мальчик стоял у стены и следил за девушкой, быстро надевающей кроссовки.       — Какое тебе дело? — раздражённо спросила она, — папе скажи, что на работу вызвали.       — А я? — маленький Хан посмотрел с надеждой в глазах, что его не оставят одного дома, тем более на ночь, — папа же тоже до утра будет на работе.       — Ты уже не маленький, — наконец-то Джинсук подняла взгляд на сына, — что ты сопли распускаешь? Не ной при мне! Бесишь. По кой чёрт рожала? — она быстро накинула куртку, — никчёмное существо, — прошептала она достаточно громко, чтобы Джисон услышал, и вышла.       Дверь закрылась на ключ, а слёзы хлынули ещё сильнее.       — За что, мама? Я же тебя люблю, — плача, закричал мальчик и подбежал к входной двери, пытаясь открыть её, но роста не хватало, чтобы достать до замка.       Это были последние слёзы и последнее "я люблю тебя". Больше своих чувств он показывать не будет, просто не будет получаться.       Уснуть он не смог, потому что боялся выключать свет и ждал, пока мама придёт обратно домой.       Она не пришла. Не приходила неделю, две. Хан уже привык к её отсутствию, ему даже было лучше без неё. Он спал один в квартире с включенным ночником, грел себе еду в микроволновке, включал мультики. У папы про маму не спрашивал, папе тоже тяжело.       Но она вернулась. Сразу полезла к папе с просьбой дать немного денег.       — А то, что у сына температура была, тебе не интересно?       — Ну она же прошла, вылечились, молодцы, — девушка сложила руки к груди, — так что там с зарплатой?       — Почти всё потратил на лекарства Джисону, — мужчина потёр переносицу, — надо ещё за квартиру заплатить.       — Да чтоб его, — выругалась Джинсук, — мне срочно надо.       — Мы и так еле сводим концы с концами, а ты по клубам шляешься, хотя могла найти работу и помочь, — нервы отца были на пределе.       — Вот так ты заговорил, да? — она посмотрела на мужа, — я тебе этого уродца шесть часов рожала, а ты даже не приехал забрать меня с больницы, работа видите ли.       — Во-первых, не называй так моего сына, во-вторых, я зарабатывал на обогреватель, потому что в квартире холодно, — он крепко сжал кулаки и выдохнул.       — Только вот не надо всё плохое на меня скидывать. Это ты хотел ребёнка, а не я. Значит, тебе его и обеспечивать, — она посмотрела пустым взглядом в дверной проём, — хватит уши греть, вали отсюда.       Два маленьких глаза смотрели на неё. Надежда, на то, что мама изменилась, испарилась в этот же момент. Мальчик ушёл в комнату и включил телевизор погромче, чтобы не слышать разговор взрослых.       Мама для него окончательно стала чужим человеком.       — Ханни, — через полчаса отец осторожно зашёл в комнату, — не обращай внимания на неё, скоро она уйдёт навсегда и мы станем жить лучше, — он сел рядом с ребёнком и удивился отсутствию слёз или заплаканных глаз.       — Папа, ты её выгонишь? — Джисон смотрел в душу и сам не понимал, хочет ли, чтобы мамы не было.       — Она уйдёт сама, — протянул мужчина, — а мы переедем отсюда, я найду работу, где можно заработать больше, заведём собаку или кота и будем жить, как в сказке.       — Мама не любит меня? — он перебирал свои пальцы.       — Она и меня не любит, — правду скрывать смысла нет, — ты её любишь?       Мальчик не ответил, ведь сам ещё не понял.       — Ложись спать, уже поздно, — отец встал, — подумай, что хочешь на день рождения, — напоследок сказал он и вышел.       — «Вот папу точно люблю, он хороший, а маму?» — Хан расправлял кровать.       Он не долго думал о подарке, ведь уже давно знал, что попросит. Всё остальное время, пока не уснул, он думал о маме. Когда мальчик проснулся утром, сомнений, что мама ему не нужна, уже не было.       — Чанбин, — Ким влетел в комнату, — я тебе такое расскажу!       — Удиви, — безэмоционально сказал он.       — Минсоны собрались гулять в парк, — он поиграл бровями, — вдвоём.       — Реально? — глаза округлились от такой новости, — откуда знаешь?       — Только что мимо их комнаты проходил, Минхо предложил, Джисон согласился, — он чуть ли не пищал.       — Зачем мы их сводим, если они сами сводятся? — Бин был очень рад услышанному, — в какой они парк идут?       — Не знаю, рядом какой-то, — Мин почесал затылок.       — Рядом? — задумался Со, — есть тут один на реке Хан.       — Пойдём?       — Пойдём.