Часть первая, но не последняя
11 ноября 2024 г., 20:23
Вернувшись домой после тяжелого рабочего дня, Джонхан рассчитывал, что его встретит топот уже немаленьких ножек или гогот из гостиной, но судьба часто показывала ему всякие штуки, похожие на половые органы. Этот раз не стал исключением. Обычно в это время племянник Юна, Чан, зависает со своими друзьями, Сынкваном и Верноном, за плойкой после школы, однако, сегодня что-то пошло не так. Джонхан уже подумал, что Дино ушел гулять, только несколько лишних пар обуви в прихожей говорили ровно об обратном. В квартире стояла злоебучая тишина.
Джонхан рос в многодетной семье, у него было три сестры и два брата, родители еле-еле справлялись с воспитанием такой оравы. Юн довольно быстро выкупил, что он нахуй никому не сдался кроме себя, поэтому лет с четырнадцати начал мутить всякие темки. Можно даже утверждать, что вполне успешно, ведь к своим двадцати семи Хан ни разу не сидел, никого не убил и имел свой бизнес.
Последние полгода для Джонхана выдались интересными. Например, он стал счастливой матерью семнадцатилетнего ангелочка. После смерти одной из старших сестёр, с которой Хан пересекался только на семейных праздниках пару раз в год, встал вопрос о том, куда пристроить её сына. Сестра в молодости вышла замуж за кого-то долбаящера, который быстренько свалил в закат, оставив ей только ребенка, свою фамилию и ненависть к мужской части населения. И вот ни смотря на большую плодовитость семьи Юн, пацан оказался никому не нужен, и это так возмутило Джонхана, что тот забрал Ли Чана себе на попечение. В конце концов, пора себе карму подчищать?
Единственное, что Юн не может понять, это в какой момент он стал участником акции «3 по цене 1». После усыновления племянника, в жизни Хана также прописались Сынкван и Хансоль. И если Бу был другом детства Ли, Джонхан его даже пару раз видел на семейных застольях, то появление Вернона оставалось загадкой. Его притащили через неделю после переезда Чана к Юну, он был весь в какой-то грязи и порванных джинсах. Рассказ СынЧанов был такой бессвязный, а когда те спросили можно ли им оставить Чхве у себя, Джонхан выдавил только:
— Ну если он по углам гадить не будет…
Пиздюки идеально вписались в жизнь Юна, хоть теперь она была наполнена суетой, но Джонхану начинала нравиться. Возможно, не все такое оценят по достоинству, но, главное, что Хана это полностью устраивало. Отношения с племянником и его друзьями потихоньку налаживались, все больше они походили на семейные. Всё же приятно возвращаться в домой, где тебя ждут. Ужинать в компании, проявлять заботу, вечерами вместе смотреть сериалы и обсуждать с кем-то свои дни сурка. Джонхан даже не представлял, насколько был одинок, до появления всей этой возни. Хан вообще назвал бы свою жизнь идеальной, если не надо было тратиться на сковородки, ведь кто-то являлся достаточно любопытным, чтобы задаваться вопросом «что случится, если пожарить пластилин».
Пройдя в гостиную, Юн натыкается на притихших пиздюков, и это ему совершенно не нравится, ведь обычно эти трое гиенили на всю квартиру и их было крайне сложно заткнуть. На диване между обычным Хансолем и нервным Дино сидит Сынкван с мокрыми глазами. Можно засекать – 10 секунд до потопа. Джонхан встречается взглядом с Чаном, кабанчиком метается на кухню за рулоном салфеток и аккурат успевает перед водопадом соплей. Эмоциональность Сынквана не была сюрпризом для Хана, он пару раз уже наблюдал за Бу, рыдающим над каким-то фильмом, но в этот раз было видно, что случилось что-то особенное.
— Мы проебали машину, — первое, что пробормотал Кван после того, как успокоился.
— А? — задал вполне логичный вопрос Джонхан, приподняв одну бровь.
— Это моя вина… — трагично сообщил Чан.
— Дино проебал машину, — исправил себя Сынкван, возвращаясь в свое привычное состояние.
— Чью? — Юн не догонял мысль.
— Мою, — сказал Хансоль.
— У тебя есть машина? — спросил Хан, потому что вот это уже неожиданно.
— Батя подарил, — ответил Чхве.
— У тебя есть батя? — Вернон кивнул. Второй сюрприз для Юна.
— Хён, что нам делать? — плаксиво проскулил Дино.
— Теперь сначала и в подробностях — устало сказал, Джонхан, опускаясь в кресло и понимая, что порвёт очко тому, кто расстроил его крошек. Долбанный материнский инстинкт.
Сынханчаны вывалили на него подробнейшую историю со всеми деталями: и то что батя Вернона бывший гонщик, и то как они учились гонять, прогуливая школу, чтобы зависнуть в гараже, и даже то как связались не с той компанией. В итоге, троицу подбили на пари где ставкой была машина, и, конечно, в первом же заезде Дино подрезали у финиша, отобрав победу. Занавес.
— Ты прогуливал школу? — первое, что сказал Джонхан, отвесив Чану смачный подзатыльник.
— Нет, — очень плохо попытался соврать Дино.
Джонхан сел обратно в кресло, опустив голову на сцепленные в замок руки и поставив локти на колени. Никто из троицы не смел произнести звука, пока Юн думал.
— Вы до этого участвовали в заездах? — спросил Хан через пару минут.
— Ни разу.—синхронно ответили пиздюки.
— Организаторов гонок знаете? — с надеждой спросил Джонхан.
— Хоши, — ответил Бу, — он курирует всех участников, хотя до новичков ему нет особо никакого дела.
— Значит так, школота, слушайте внимательно. Завтра находите этого Хоши и всё ему объясняете – мол вас, дурачков, объебали на четыре кулачка и вы требуете реванша. Когда вам скажут, что это ваши проблемы, отвечаете: «Согласно кодексу стритрейсеров, самому справедливому своду законов, мы имеем полное право на буфер. У нас есть крыша, тот кто согласен вписаться за нас для повторного заезда». По идее, этого аргумента должно зауши хватить.
— А дальше что? — спросил Хансоль
— А дальше Хоши связывается с вашими обидчиками и назначает повторный заезд. На этом ваши действия заканчиваются и в игру вступаю я. Андерстенд?— троица синхронно кивнула.
— Ты знаешь крутецких гонщиков? — спросил Сынкван.
— Типа того. А теперь врубайте зомбиящик. Там новая серия с Су Хеком уже идёт.
грудь душу.
Скупс докуривал вторую сигарету, когда перед ним возник Джонхан. Сынчолю потребовалось порядка тридцати секунд, чтобы пережить кризис. Юн в оверсайзе и с этими ебучими кудряшками смотрелся милейшим созданием, чем-то похожим на кроликов из видео, которые Джихун показывал ему утром. Сердечко Чхве сейчас разорвется от умиления.
— Хотел узнать, вернули тачку школоте или нет? — сказал наконец Сынчоль, выкинув сигарету.
Всё внутри Джонхана рухнуло, он совсем забыл, что это жизнь, а не гребанный фанфик. Он уже напридумывал, как они вдвоем выгуливают собаку и пьют лавандовый раф, а всё оказалось намного проще.
— Вернули, всё пучком, — ответил Джонхан, спрятав своё разочарование поглубже.
— Чхве Сынчоль, — ещё через полминуты Скупс вспомнил об этикете и протянул руку. Юн сделал вид, как будто не выпытывал у Чана пару дней назад, кто разговаривал с его соперником.
— Юн Джонхан, — пожал её Хан. Остановить мысль, что его небольшая холодная ладонь идеально сочетается с широкой и теплой ладонью Сынчоля, Юн не успел.
— Ни разу не видел тебя на заездах, — озвучил Чхве, что его волновало и мысленно добавил: «Я бы точно тебя запомнил».
— Не то, чтобы я в них много участвовал, — лениво отозвался Хан.
— Что? Ты был как Будда за рулем, — Джонхан загадка для Скупса.
— Спасибки, мне просто нравятся машины, — кивнул Юн на стоящую рядом БМВ и также мысленно добавил: «Особенно машины в спортивках и накаченными руками».
— Хочешь покатаю? Я её только недавно взял, — Джонхану показалось, что в словах Чхве слышалась стеснительность.
— Я в ахуе. Давай.
Сынчоль как истинный джентльмен придержал дверь для Юна и сам забрался в машину. В салоне пахло кожей, сигаретами и хорошим мужчиной. В общем и целом - тяжелый люкс. Джонхану это нравится. Чхве, заняв водительское место, пристегнулся и завел БМВ. Если у Хана спросят, что можно слушать вечно, он не задумываясь, ответит: журчание ручья, гимн Российской Федерации и звук двигателя новой БМВ.
Сынчоль плавно ехал по ночному городу, улицы были пусты, только изредка попадались машины. Джонхан наслаждался дорогой и тишиной, он давно не сидел на пассажирском месте. Если бы мистер-секси не выглядел бы так горячо за рулем, то Юн впал бы в медитативное состояние.
— Так значит ты курируешь уличные гонки? — начал диалог Юн.
— Угу.
— И как давно?
— Ну в самих гонках уже лет 10. Или около того. А организаторством занимаюсь лет 5. Сначала просто гонял, потом познакомился с Хоши и Вузи, ты их видел, они тогда рядом стояли. Соревноваться нам наскучило, да и возраст уже был не тот, чтобы писями меряться, ну и как-то оно само получилось, что вокруг нас всё завертелось. Мы только использовали эту возможность, чтобы создать благоприятную среду обитания. А ты откуда столько знаешь о гонках?
— А я лет с 16 затесался к одним ребятам, которые увлекались автомобилями. Они меня всякому разному научили: и тачки собирать, и вскрывать их, и правильно водить. Эта компания меня и посвятила во все тонкости искусства.
— Ты с ними ещё общаешься?
— Боже упаси. Я слинял от них, как только выдалась возможность. Слышал, что они все перессорились, а часть из них уже успела кони двинуть – кто от передоза, кого размазало под грузовиком.
— И куда ты сбежал?
— Моя очередь задавать вопрос! — возмущенно сказал Юн, играючи стукнув Скупса по плечу, чем вызвал улыбку Сынчоля.
Седрце Джонхана сделало второй раз за вечер сальто Мортале, потому что у Чхве были ебучие ямочки. Хан так долго не протянет.
Время в дороге за приятным разговором пролетело незаметно. Юн растерялся, когда Сынчоль сбросил скорость до минимальной.
— Макдональдс?
— Я бы с радостью привез тебя в более приличное место, но уже час ночи, — виновато произнес Сынчоль.
—Шутки шутишь? Да я готов обменять Дино на Макчикен!
— Мне кажется, что ты его на что угодно обменяешь, — заметил Сынчоль.
— И то верно.
Подъехав к стойке заказа, Чхве опустил стекло и после ответа оператора сказал:
— Доброй ночи, Макчикен, Бигмак, две большие картошки, сырный и кисло-сладкий соус. Ты колу будешь? — последний вопрос был обращен к Юну, тот кивнул, — две больших колы и хэппи-мил с наггетсами. Тебе ещё что-то надо? — снова спросил Сынчоль у Джонхана, на что тот помотал головой.
Разложив полученный заказ на капоте авто, Джонхан не удержался и спросил:
— Зачем тебе хэппи-мил?
— Там серия машинок hot wheels... — признался Чхве.
Смех Юна разнесся по пустой парковке и Сынчоль отдаст свои виниры, если это не самый лучший звук.
— Можешь открыть и посмотреть.
Джонхан отложил свой откусанный Макчиен на салфетку, чтобы открыть бокс с игрушкой.
— Ого, вот это совпадение, а ты везунчик, — сказал Скупс.
В руках Юна находилась миниатюрная копия Ferrari SF90 Stradale.
— Какая прелесть, — отметил Юн, смотря на машинку в ладошке, а потом протянул её Сынчолю.
— Оставь себе, она тебе больше подходит, — ответил тот.
— Спасибо
После ночного дожора, усевшись в машину, Юн почувствовал усталость. Они снова начали какой-то диалог, который свернул в неожиданную сторону:
— Знаешь, что общего между рулём и членом? — спросил Сынчоль.
— Их надо держать двумя руками? — сонно проборматал Джонхан, зевнув. Глаза слипались, а голос Чхве только способствовал засыпанию.
— Они должны быть в руках мужчины, — ответил Чхве, на что Юн только усмехнулся и незаметно заснул.
Джонхана разбудило нежное поглаживание по руке и мягкий голос Сынчоля:
— Мы приехали, прости, я утомил тебя.
— Нет, это я отрубился в середине беседы, извини, — сказал Хан и отстегнул ремень безопасности.
— Ты милый, когда спишь.
— Потому что молчу?
***
Это был обычный вторник. В баре «Порванная шина» персонал не спеша возился с приготовлениями к открытию, Квон сидел на высоком стуле за стойкой с бабл-ти и пытался выловить оттуда шарики тапиоки. От этого важного процесса его отвлекло борматание за спиной, оглянувшись, Сунен увидел перед собой троих пиздюков. А конкретно эти, если память Хоши не изменяла, довольно обидно проебали свою тачку на прошлых выходных. — Ваши проблемы, — сказал троице Хоши, быстро сложив 1+1, что могло их сюда привести. Он развернулся к парням лицом, откинувшись спиной на бар, и лениво оглядывал школоту. Квону не в первой было разбираться с детьми, которые насмотрелись «Форсажа» и возомнили себя мамкиными дрифтерами. Выглядел, кстати, Сунен не намного старше. Он сидел в растянутой толстовке с мультяшным принтом тигра и свободных штанах, в его образ органично вписывались тапули с меховым ободком. Если бы Сынханчаны не знали Сунена, они бы приняли его за соседа, который выносит мусор в чем попало, а не куратора городских гонок. — Согласно кодексу стритрейсеров, самому справедливому своду законов, — начал слово в слово Сынкван, соориентировавшись, что сюсюкаться с ними не собираются — мы имеем полное право на буфер! — Цыц, малышня, надели трусики и бегом в садик, — ответил равнодушным тоном Хоши, хотя был заинтригован, но поломаться стоит. — У нас есть человек, кто будет участвовать вместо нас,— вкинул Вернон. — Ого, даже так… — протянул Сунен, эти ребята not bad. — Вы согласны? — с надеждой спросил Дино, для пущего эффекта он ещё сделал такие глаза, которые обычно бывают у котов, когда тем что-то надо. Чан подумал, раз это срабатывает на Джонхане, тут тоже прокатит. Ну а где он собственно не прав? — Сомнительно, но окэээй, — сказал Квон, немного подумав, потому что много думать это не в духе Сунена, а школота заслуживает внимания. А этот пиздюк, который строит грустную моську, так вообще напоминает выдру из видосов, которые Джихун постоянно показывает Хоши. — В эту пятницу. Заброшенный порт на севере. Заезд в 21:00. Не опаздывайте. С другой стороной я договорюсь. — Спасибо! — синхронно произнесли пацаны, слегка поклонившись, и поспешили исчезнуть, пока Хоши не передумал. Сунен оставался в таком же положении, провожая парней задумчивым взглядом. — Земля вызывает Тигра. Тигр, ответьте, как связь? — произносит Сынчоль, стоя за спиной Квона по другую сторону барной стойки. Хоть слова звучат негромко, но это не помогает ситуации и Сунен дергается, проливает остатки бабл-ти и чуть не наварачивается со стула. — Ну епт твою мать! У меня же пердечный сриступ будет! Седые волосы видишь?—показывает Хоши на свою блондинистую короткостриженную голову, — Твоя вина! А если бы я с вилкой во рту сидел? — тараторил Квон, а Чхве испытывал райское наслаждение от того, что вывел друга из душевного равновесия. Ли Джихун, стоявший за барной стойкой, возмущенно вытирал столешницу от пролитого бабл-ти. — Что за ребята? — перебил Скопус. — Хуята. — ответил почти успокоившийся Сунен, поворачиваясь к собеседникам. — Этого мало, но объясняет многое — невпечатленно вставил Ли. — Они никто, а вот приглядывает за ними, по всей видимости, настоящий ангел, — озвучивает свои мысли Квон. — Почему ты так решил? — интересуется Сынчоль. — Как давно пользовались буфером? — вопросом на вопрос отвечает Сунен. — Думаешь, за этих пиздюков впряжется кто-то интересный? — уточняет Вузи, вот теперь он тоже заинтригован. Не каждый день появляются дети, ссылающиеся на правило, про которое забыли ещё лет пять назад.***
Ли Чан переживал, что что-то пойдет не так, но не знал, что именно, поэтому он выбрал стратегию «полного беспокойства», а его дядя, как будто только подливал масла в этот тревожный костер. После того, как Дино передал информацию Джонхану, тот не ответил ничего кроме простого: — Океюшки. — И всё? Ты больше ничего не скажешь? — начал изводиться Чан. — Ну а что говорить? Ну хуй… — не отвлекаясь от готовки ужина, сказал Джонхан. — Хёёёён! Я участвовал в уличных гонках, пил пиво и просрал машину, а сейчас на кону стоит наша честь! — Чан не унимался. — Честь не хуй – постоит не наебнется, — парировал Юн. — Да что ты всё про хуи заладил! Диалог с дядей получился хуевым, хотя тот заверил, чтобы Дино не волновался и всё пройдет как по вазелину. Пятница наступила быстро. После заката солнца заброшенный порт начинает заполняться людьми, машинами и музыкой – место для этого подобрано идеально: поблизости нет жилых домов, дороги проложены и есть пространство для маневров. На территории располагалось здание, использовавшиеся раньше как склад, возле которого и собиралась основная часть гонщиков, оставшиеся контейнеры переоборудовались в трибуны, с которых было удобно наблюдать за происходящим. Чан, Сынкван и Вернон приехали немного заранее, потому что Юн сослался на невероятную занятость, но обещал успеть на заезд, чтобы посмотреть на это всё своими глазами. Троица извелась знатно, ведь на стартовой линии одиноко стояла ублюдско-синего цвета Audi R8, а обещанного человека Юном не наблюдалось, да и сам Джонхан не отвечал на сообщения. — Где ваша крыша? — спросил Хоши за пять минут до начала заезда у троицы. — Едет, — ответил многозначительно Хансоль. — Это понятно, а… — договорить не было возможности из-за гула толпы. Народ расступился, позволяя Ferrari 812 цвета red wine, занять место на старте. Владелец машины знал, что такое вкус. Среди пестрых и тюнингованных тачек, эта малышка смотрелась очень изысканно и утонченно. Водитель так и не вышел, оставляя свою личность неизвестной, так как за тонировкой было невозможно что-либо рассмотреть. — О, — вырвалось одновременно у четверых, автомобиль смотрелся умопомрачительно. —Докёми~, файтинг!— проговорил Сунён в рацию. — KING GOD GENERAL EMPEROR MAJESTY PRETTY BEAUTIFUL GORGEOUS PRECIOUS ELEGANCE LUXURY WORLD HIGH TOP CLASS MODEL и ваш скромный ведущий, Дикей!!!! — послышался веселый голос из колонок, сам спикер располагался на одном из контейнеров. Гоночный маршрут состоял из трех больших кругов по периметру территории: от склада вдоль причала, а потом по границе порта. Стандартный путь для всех новичков. Джонхан уже забыл, какого это стоять на стартовой линии и ждать начала заезда. Находясь в своей Феррари, он хотел оказаться дома. Всё-таки завязать с гонками ещё лет пять назад было верным решением, и хоть малая часть Юна скучала по этому стилю жизни, но по большей части он понимал, что перерос. Хан не перестал любить машины, да и вряд ли когда-нибудь такое случится, но уличные гонки останутся для него просто приятным воспоминанием. После речи ведущего на дорогу перед соревнующимися выходит грид-герл, конечно же, на каблучках в короткой юбке и топике, который еле-еле прикрывает то, чем природа наградила девушку. Джонхан усмехнулся, приятно знать, что некоторые вещи не меняются со временем, как будто тут никто не слышал про объективацию женщин. Махнув флажком, означающим начало заезда, Ауди и Феррари рванули вперед. Для Юна внешний мир остановился, лишние мысли испарились, осталась только сосредоточенность и дорога, рефлексы обострились. Жалко никто не видит Джонхана в этот момент, потому что в своем кожаном салоне он выглядел как произведение искусства, как стрела, которую лучник выпустит через две секунды. Со стороны зрителей гонка смотрелась не менее интересно. Феррари легко вырвалась вперёд и будто играла с Ауди: не пускала её, ускорялась, а потом специально притормаживала. Это злило водителя синего автомобиля, и тот стал совершать глупые ошибки, отдаляясь от победы. Ни для кого не стало сюрпризом, что Феррари финишировал первым. Водитель Ауди выпрыгнул из машины, зло хлопнув дверцей, и направился к своему сопернику. Толпа облепила победителя, всем не терпелось узнать, кто находился в тачке. В том числе были Чан, Сынкван, Хансоль и Хоши. Первым трем хотелось посмотреть на спасителя своего очка, а Сунену просто любопытно по жизни. К ним же присоединились Сынчоль и Вузи, спустившись с наблюдательного места. Квон не обманул их, когда сказал, что в пятницу намечается заварушка. Дверь Феррари открылась вверх и из машины лениво вышел Джонхан, в свободных штанах, оверсайз футболке и волосами, половина которых была убрана в пучок, а вторая аккуратно уложена. Он выглядел обычно, как завсегдатый эстетичных кофеен и уютных булочных. Юн абсолютно не вписывался в здешнюю обстановку, где все провоняло жжённой резиной и понтами, что только добавляло Хану привлекательности. Сынчоль был очарован. — Какого хуя?? — налетел водитель Ауди на Юна. — И вам не хворать, — спокойно ответил Хан. — Ты вообще кто такой? — проигравший всё не унимался, чужое спокойствие только больше драконило. — Джонхан, — представился Юн. Чему-чему, а вежливости мама его учила. — Ты вообще блять…! — хотел начать водитель Ауди. —Мин, угомонись уже, — прервал Хоши, потому что выслушивать этот высокоинтеллектуальный монолог не хотелось. — Ключи, — сказал Джонхан и протянул руку ладонью вверх. Это ещё больше привело Мина в бешенство. — Пошёл ты нахуй! — зло выплюнул проигравший и хотел уже развернуться, чтобы уйти, как на его плечо опускается чья-то рука. — Не, Мин, так дела не делаются. Ты проиграл, он выиграл, — ровным тоном сказал Скупс, толпа вокруг замолчала. Чхве Сынчоль имел некоторый авторитет среди стритрейсеров. Ну как некоторый… Все делалось, как он скажет, особенно, когда Скупс включал режим альфы прямо как сейчас. Вместе с Вузи и Хоши они давно устанавливают свои правила в сфере уличных гонок. — Это нечестно! — пытался отстаивать свою позицию Мин. — Нечестно подбивать желторотиков на заезды, размазывать их, а потом отбирать у них тачки, — парировал Сынчоль, — они воспользовались шансом на реванш. Возвращай пиздюкам их авто. Водителю Ауди ничего не оставалось кроме как отдать ключи от машины Джонхану в руку. — Парковка около завода Хубе, слот 2015, — сообщил нужную информацию Мин и поспешил удалиться. Толпа поняла, что представление окончено, из динамиков снова послышался энергичный голос Дикея, объявляющем о новой суете, поэтому народ разбрелся, оставляя только семь человек около машины. — Слышали? — обратился Хан к Сынханчанам. Троица все время стояла около Юна и, кажется, забыла, как складывать звуки в слова, потому что были заняты тем, что пребывала в ахуе. Их дядя Джонхан, который смотрит дорамы по вечерам и любит делать прически, оказывается, ошалеть как круто гоняет на Феррари. Откуда у него вообще такая тачка? — Да, — первым вернулся в реальность Вернон, — спасибо, — добавил он, когда Юн отдал ему ключи от машины. — Надеюсь, вы больше не будете вляпываться в неприятности, но это мало вероятно, — своим мамским тоном проворчал Хан, — а теперь, разрешите, удалится. — Уже уезжаешь? — произнес вопрос Сынчоль, он не привык упускать возможности, особенно такие симпатичные. — Ха, спасибо за помощь, Мото-Мото, — сказал Джонхан, подмигнул, и юркнул в автомобиль. Чхве ничего не оставалось делать кроме того, как провожать зад Феррари. Ему показалось или ему ещё раз подмигнули аварийкой?***
Прошло около недели с той пятницы. Мальчики без особых проблем забрали машину Хансоля и уже спокойно гоняли на ней под присмотром отца Чхве, который оказался большим автофанатом. Джонхану, как осознанному родителю, который принимает непосредственное участие в воспитании своих детей, пришлось провести лекцию о безопасном вождении. Но от чего себя не смог обезопасить Джонхан так это: — Ты обязан меня научить также хасанить! — обрадовал Дино в один из вечеров. Джонхан сморщился, всё же он стареет, этот зумерский сленг ему не нравился. — И вообще, откуда у тебя такая тачка? Когда мы можем покататься? За прошедшее время Чан открылся для Юна совершенно с новой стороны. Хан только сейчас понимал, насколько огромная стена была между ними, даже Китайская великая не пошла бы в сравнение, и какое счастье, что она рухнула. — Пипирка не выросла, — отбивался Джонхан. — Ну хёёёёёёён! — Если бы ты хоть чуть-чуть интересовался жизнью своего дядюшки, то знал бы, что тот владеет автосервисом. — Покажешь нам? — Дино врубил свою любимою моську: глазки-бусинки и губки бантиком. — Хорошо, — капитулировал Юн. — И кататься научишь? — Чан шел до самого конца как настоящий самурай. — Э не, дорогой, сначала права получи, а потом уже поговорим, — поставил своё условие Джонхан. — До этого ещё целый год! — Тебе нужна база, которую дают в автошколе. И удостоверение, что ты взрослый и тебе можно за руль, — Джонхан звучал твердо, — Без бумажки ты какашка, я с какашкой не дружу! — ехидно добавил Хан. — Хёёёёёёёёёён! Джонхан поспешил ретироваться на кухню, прежде чем начнется новый раунд по уговариванию стать инструктором для одного пиздюка. — Хён? — послышалось с гостиной от Чана. — Я же сказал, что не буду тебя учить, пока ты не получишь права. Я могу рассказать про внутренности машины, но за руль – нихуя, — сразу с козырей пошел Юн, возвращаясь с бутылкой пива в комнату. — Та понял, я, понял, это не к тебе? — сказал Ли, смотря в окно. Джонхан подошел к Чану и тоже взглянул. На улице стоял ни кто иной, как Чхве Сынчоль, облокотившись спиной на свою черную BMW M8. С окна третьего этажа было видно, как Скупс курил сигарету и о чем-то думал, смотря в одну точку на земле. У Юна сердечко сделало сальто Мортале. — Наконец-то раздуплился, слоупок, — проборматал Хан, — подержи мое пиво, — сказав это, Юн ушел собираться. Джонхан верил в судьбу и в свою чуйку. На том заезде за пару минут, что он видел Сынчоля, Юн понял – это оно. Обычно рациональный и скептично настроенный Хан, сейчас весело напевал какую-то попсовую песенку и подбирал лук на встречу с человеком, которого видел всего один раз. Спустя семь минут Джонхан стоял в прихожей и думал, что делать с волосами – дернул черт именно сегодня поэкспериментировать и завить маленькие кудряшки... —Ля, хён, какая же ты няшечка-вкусняшечка! — сказал Дино, держа уже полупустую бутылку пива, Хан сделал мысленно пометку прописать ему пиздюлей чуть позже. — Че сказал? — Юн вернулся в свою язвительную форму. —Ну ты правда милашка~ «Устами младенца как говорится...» – подумал Джонхан и решил выходить, пока этот боевой настрой не прошел. Спускаясь по лестнице, он успел немного себя накрутить и раскрутить обратно:«А вдруг я ему не понравлюсь? Да не, хуйня какая-то, это невозможно»
Не спеша подойдя к Сынчолю, Юн решил, что инициатором общения должен быть Чхве, он же альфа в конце концов или кто? Очень горячий альфа в серых спортивках и футболке, которая подчеркивает его широкую«Потому что ты Юн Джонхан. . . » – подумал Сынчоль.
— Типа того, — загадочно ответил Чхве. — Спасибо большое за вечер, — начал прощание Джонхан. — Тебе спасибо за компанию. Наступило неловкое молчание, потому что расставаться не хотелось абсолютно. Юн начал открывать дверь, единственное, он забыл, что в БМВ дверь открывается не по-человечески, а как-то по-особенному. — Это что за шайтан-машина, — бормочет Хан про себя. — Давай я, — усмехнулся Чхве. Сынчоль отстегнул свой ремень безопасности, потянулся через подлокотник и оказался в опасной близости от Джонхана. Дважды дернув ручку, Скупс открыл эту дверь и посмотрел на Юна. Оба замерли «в моменте». — Сходим на свидание? — предложил Сынчоль таким обыденным тоном, как будто он не ловит фейерверки, просто смотря на Хана. Джонхан собрал всю силу воли (всё, что от неё осталось), положил ладони на щёки Сынчоля и прижался губами к чужим. Прикосновение длилось секунды три. Только Чхве хотел углубить поцелуй, взять всё в свои альфьи руки, как Джонхан отстранился, мяукнув: — Я подумаю, — и испарился. На лице Сынчоля расцвела улыбка.
