Ты - сердце

Терпкий аромат свежесваренного кофе приятно наполняет комнату. От чашки поднимается дымок. Уилл глубоко вдыхает и сильно хмурится. Под веками появляются яркие вспышки. Он сможет. У него всё получится. С зеркала на него смотрят встревоженно большие глаза. Он раздражённо одёргивает воротник большой серой футболки с Гарфилдом и хмурится. Детский сад, думает Уилл. Он выбирал что надеть уже с полчаса, но всё не подходило: слишком глупо, ярко, по-детски. Его клетчатая рубашка улетела в угол комнаты и он раздражённо проследил за ней взглядом. Уилл уже делает шаг в сторону лестницы, думая в очередной раз переодеться, но в дверь слышится неуверенный стук: один, два. Третий стук уже более настойчивый и будто нервный. Уилл замирает как олень в свете фар и его сердце пропускает удар. Он в последний раз смотрит в зеркало, приглаживает волосы, но тут же хмурится и раздражённо взлохмачивает их. Плевать. Будь что будет. Он сжимает кулаки и, не давая себе передумать, в несколько шагов преодолевает расстояние до входной двери, распахивая её. Майк едва ли не отпрыгивает в сторону, уставившись на Уилла, замершего в дверном проёме. - Уилл, привет! И, ладно, возможно, Уилл слишком погорячился, не дав себе времени собраться с духом. Майк выглядит чудесно. На нём коричневая куртка с эмблемой старшей школы. На его голове вечный творческий беспорядок и несколько тёмных прядок торчат в разные стороны. Уиллу почти хочется счастливо рассмеяться, когда он видит эту родную картину, но его взгляд падает на руки Майка и он напряжённо замирает. Несколько веточек сирени красуются у Майка в руках. Листья чуть помялись от слишком сильного сжатия, но по-прежнему выглядят прекрасно. Уилер замечает резкое изменение эмоций и переводит взгляд с лица Уилла на свои руки, тут же дёргаясь вперёд. - О, это тебе, — он смущённо улыбается, но, не дождавшись мгновенной реакции, начинает тараторить, — я не знал насколько это приемлемо и, вообще, не будет ли это выглядеть странно, ведь друзья обычно не дарят друг другу цветы, но тут так вовремя та милая старушка с соседней улицы, продающая цветы и я... в общем, возьми, пожалуйста. Уилл отмирает и бережно берёт букет. Сирень красиво контрастирует с бледными руками Майка, идеально сочетаясь со всем его видом. Будто с обложки подросткового журнала сошёл. Уилл хочет ударить самого себя. Бережно прижимая букет к груди, Уилл переводит мягкий взгляд на Майка и кивает: - Спасибо, Майк, — он счастливо улыбается. Его чёлка падает на лицо и Майк протягивает руку вперёд, касаясь пальцами его щеки, убирая волосы за ухо. И, стоп, почему руки Майка влажные? Уилл только сейчас замечает, что на улице, вообще-то, идёт дождь, а он тут стоит и мнётся как смущающийся школьник, пока его лучший друг мокнет под дождём. Он хватает его за руку и тянет внутрь дома, прикрывая дверь. - Да ты весь промок! — Уилл находит в комоде вазу и ставит сирень в воду, высматривая куда бы её лучше пристроить. - О, ерунда, — Майк небрежно взмахивает рукой и с его волос падает капля воды. - Ничего не ерунда. Боже, Майк, ты ведь можешь простудиться, — Уилл в срочном порядке ставит вазу на подоконник и, как настоящий джентльмен, помогает Майку снять куртку. Тот едва заметно ёжится. Замёрз всё-таки. Пока он разувается, Уилл идёт в свою комнату и достаёт из шкафа свой самый большой свитер. Майк наверняка в нём утонет, но зато быстро согреется. Уилл практически не расставался с ним с того самого дня, когда Джонатан вручил его в качестве подарка на Рождество. Он догадывался, что брат связал его сам, когда заметил в углу его комнаты корзину с пряжей, аккуратно пристроенную в самом низу. И пусть Джонатан не слишком правдоподобно отрицает свою причастность, Уилл счастливо улыбается, понимая насколько он постарался над подарком. Уилл протягивает Майку свитер и тот благодарно улыбается, почти благоговейно забирая его из рук друга. Кончики их пальцев едва соприкасаются и Уилл на секунду забывает как дышать. Это так чертовски несправедливо. - Так... как прошло ваше свидание с Эл? — аккуратно начинает Уилл, пытаясь отбиться от прикосновения холодных пальцев. Майк мгновенно хмурится и отставляет кружку с кофе в сторону, нервно постукивая кончиками пальцев по поверхности стола. Его закатанные рукава вновь съезжают до кистей. - Мы решили взять паузу, но, я думаю, это конец. Сердце Уилла сжимается. Чёрт. Чёрт. Нет, не позволяй себе надеяться. Майк не заслуживает всего этого. - О, я уверен, что всё будет хорошо. В конце концов, у вас это не впервые. Майк фыркает и вскидывает на Уилла обиженный взгляд. - На этот раз всё не так как всегда, Уилл. Он снова закатывает рукава свитера и отворачивается, разглядывая узор на оконной шторе. - Что ты имеешь в виду? — Уилл выглядит сбитым с толку и совсем немного грустным. - Я не знаю, — Майк сокрушённо взмахивает руками, — точнее, я знаю, но не знаю как точно объяснить.. Уилл лишь понимающе кивает и хватается за кружку, пытаясь чем-то занять трясущиеся руки. В его голове одновременно пролетает тысяча мыслей и он ненадолго прикрывает глаза, пытаясь взять себя в руки. Больше никаких глупых, опрометчивых надежд на взаимность. Уилл уже через это проходил. С него хватит. Дождь усиливается и капли тяжело стучат по стеклу. Тучи и не думают расходиться, лишь плотнее обосновываясь на небе. Из-за этого создаётся впечатление, что уже поздний вечер. Внутри Уилла вдруг становится пусто и тоскливо. Он сжимает край футболки, стараясь дышать размереннее. Заземляясь. - В последнее время всё будто вышло из под контроля, — резко прерывает молчание Майк и выглядит так, будто вовсе и не это собирался сказать. Он смиренно вздыхает и опускает взгляд на кружку в своих руках, — Оди чудесная. Раньше я даже и представить себе не мог, что такая девушка может обратить внимание на неудачника вроде меня. Уилл грустно улыбается. Если майку нужно, чтобы Уилл поддержал его - он это сделает. В конце концов, он не может иначе. И пусть ему хочется свернуться калачиком и не покидать пределов комнаты. Он выслушает Майка, если тому это необходимо. - Оди прекрасная, но я не люблю её, —Уилл заметно напрягается — нет, то есть, конечно, конечно же я люблю её, но как друга. Я так боюсь потерять её. Майк замолкает и Уилл не мигая смотрит на свои руки, сложенные на кухонном столе. - Я думаю, что Оди никогда и не любила меня так, как мне того хотелось. Наверное, она была лишь привязана ко мне, как к первому человеку, кто отнёсся к ней по-доброму, понимаешь? Уилл на автомате кивает. Он понимает. - И это был, безусловно, хороший опыт, но нам необходимо двигаться дальше. Уже в качестве друзей. Лёгкая нотка горечи проскальзывает в голосе Майка, но он вовсе не выглядит расстроенным. Скорее, решительным. Будто он обдумывал это уже не один раз. - Если для вас двоих так действительно будет лучше, то хорошо, — Уилл задумчиво смотрит на вазу с сиренью. - Да, мы серьёзно поговорили. И, если уж начистоту, это был жутко неловкий разговор, — Майк смущённо трёт шею. - Но в конце концов всё разрешилось хорошо? — спрашивает Уилл, зная ответ заранее. - Ну, Оди сказала, что ей тоже стоит наконец побыть независимой и я целиком уважаю её решение. И, к тому же, я рад, что Хоппер не сбил меня на своём пикапе, — улыбается Майк. И, ладно, шутка определённо не самая смешная, но Уилл рад наконец расслабиться, поэтому прикрывает глаза и смеётся, позволяя себе откинуться на спинку стула и вздохнуть полной грудью. Майк смеётся вместе с ним и смотрит так тепло, что у Уилла образуется комок где-то в солнечном сплетении. Он прячет смущённую улыбку в кружке с остывшим кофе и приказывает себе успокоиться. В конце концов, это Майк. Тот самый Майк, с которым он сидел в песочнице, с которым устраивал днд партии, с которым прошёл огонь, воду и пережил конец света. В которого был влюблён до подгибающихся коленок, до трясущихся пальцев и... Майк внимательно за ним наблюдает и будто делает какие-то необоснованные выводы. Уилл чуть хмурится. - Я сказал ей, что мне нравится другой человек, — Майк смотрит пронзительно. Уиллу хочется спрятаться - Что мне нравишься ты. В комнате мгновенно становится тихо и Уиллу кажется, что он каким-то чудесным образом в одночасье оглох. Будто на дом Байерсов свалился артиллерийский снаряд, снеся всё на своём пути, а он бы так и продолжил сидеть как ни в чём не бывало, не заметив, что что-то произошло. Уилл жмурится и глубоко вздыхает. Он так долго надеялся, прятался, боялся. Если это глюк его уставшего сознания, он сойдёт с ума. - Уилл, послушай, — Майк протягивает руку и сжимает ладонь Уилла. Его пальцы дрожат и он выглядит таким напуганным и взволнованным, что Уиллу хочется броситься его успокаивать — мне жаль, что в последнее время я вёл себя как мудак по отношению к тебе. И я ненавижу себя за это, — Майк нервно облизывает губы, подбирая слова — Я так боялся всего, что чувствую к тебе. Это казалось неправильным, грязным. Но любить тебя не неправильно, Уилл. Хотеть обнять тебя, поцеловать, оградить от всего ужасного, что свалилось на твою долю, заботиться, хотеть тебя... это ни неправильно, ни грязно. Любить тебя - самое лучшее, что я когда-либо испытывал. Ты не ошибка, Уилл. Ты - самое прекрасное, что со мной случалось. Уилл молчит, но его лёгкие наполняются теплом. В глазах стоят слёзы, и он едва видит Майка. Весь он - один светящийся шар вперемешку с оголёнными нервами. Время будто одновременно и ускоряется и замедляется. Уиллу кажется, что он находится в очень реалистичном сне и он открывает и закрывает рот, не зная, что именно собирается сказать. Майк бережно обхватывает лицо Уилла ладонями и мягко сжимает удерживая. - Майк, — шепчет Уилл. Его пальцы впечатываются в стол, а щёки пылают. - Ты не представляешь, как много ты для меня значишь, Уилл, — Майк похож на щенка. Он смущённо прочищает горло, будто бы понимая, что слишком увлёкся и вновь переводит взгляд на Уилла — я бы с ума сошёл, если бы с тобой что-то случилось. У Майка большие тёмные глаза, чуть встревоженные, но больше уверенные и такой открытый, обнажающий всё нутро, взгляд, что внутри почти до скрипа сжимает. Уилл судорожно вздыхает и без слов сокращает расстояние, едва касаясь, но тут же отрываясь, словно боясь, что не имеет права на такую наглость, но Майк тут же слишком резко подаётся в ответ и, словно завороженный, аккуратно целует его. Раньше Уилл думал, что первый поцелуй с Майком - хаотичная буря, взрыв мерцающих фейерверков, что-то схожее с поездкой на американских горках, но вместо этого пришло оглушающее спокойствие, наконец ощущение правильности. Поцелуй с Майком ощущается как долгожданное возвращение домой, когда вокруг тебя непрекращающийся шелест беспокойных волн и вечных укачиваний. Как объятие с любимым человеком, которого, казалось бы, давно потерял. Как тёплый плед, накинутый на плечи в холодный пасмурный день. Как возвращение с изнанки. Майк изумлённо отрывается, кончиком языка облизывая нижнюю губу, но тут же целует снова. Более вдумчиво и мягко и Уилл обмякает, потрясённо цепляясь за его плечи. Дождь за окном усиливается. Уилл впервые за долгое время чувствует оглушающее спокойствие.