Слова сильней ножа причиняют боль

Тэвраху нравится Слав, и он знает, что Дархану тот тоже очень сильно нравится. Пусть и человек, пусть и бета, они хотели его рядом с собой, с ними обоими, его одного. Настолько, что думать о том, что когда-то это всё закончится не хотелось. Тэврах размышляет, как поступить в будущем. Есть вариант остаться ещё на пару лет обучения, а там Слав закончит учебу, может, он тоже привяжется к ним так сильно, что согласится уехать жить в новое место?... Тэврах мечтал об этом. Он хотел видеть этого человека рядом, среди своих, среди стаи, среди семьи. Если бы Слав только согласился... Есть возможность, что он захочет попробовать "чисто ради интереса", пусть он думает так. А там год, второй, третий, Славу понравится среди оборотней, его никто не станет обижать и давить, потому что целая стая стоит на защите. Даже если найдутся недовольные тем, что два оборотня-альфы взяли человека, ничего они ему не сделают. Тэв уже видел в мечтах, как однажды они втроём будут гулять по родному лесу, как они с Даром покажут Славу себя в других своих обликах. Видел, как ткнется мокрым носом в бок, в шею, как бета улыбнется без страха. Слав очень смелый. Доверчивый. И он совсем не боится оборотней, не имеет какой-либо ненависти, только вопросы и неосведомлённость. Тэву нравится рассказывать "их" бете о себе, о стае, о жизни оборотней. Тэву нравится смотреть на своего друга и брата, на Дархана, когда тот сдерживает себя, чтобы не накинуться на Слава, не сжать его слишком сильно и не укусить так, как кусают омегу, чтобы пометить. Слава они оба кусали, но чудом не в холку, не туда, где должна алеть метка на всю жизнь. А оборотням этого хотелось. Уже хотелось присвоить Леслава, сделать своим официально, хотелось забрать домой от всех этих взглядов вокруг и ненависти. Они уже не смогут его просто оставить и не оставят. Ни за что. О чем они вообще думали, когда предлагали это "временно"? Идиоты. Идиоты! Тэв смотрел в глаза брату и читал там это. Они думают об одном и том же, без слов друг друга понимают и чувствуют то, что оба испытывают к бете-человеку. Чувствуют, пока держат его между собой, пока он стонет и мычит, ерзая на Дархане, который вошёл до конца, и всё мало — он хочет глубже, больше, хочет заполнить бету, оставить свой запах внутри и снаружи. И Тэврах это желание понимает, пока смотрит в чернеющие глаза брата, пока сам гладит пальцами взмокшую спину, целует и зализывает укусы, пока с рычанием кончает, заливая выгнувшуюся поясницу семенем. Они так много со Славом проводят времени, что он пахнет ими. Пахнет словно оборотнем, словно альфой, словно омегой, просто пахнет до невозможности приятно и одуряюще, пахнет так, что оборотням хочется спрятать своего бету ото всех. А Слав смеётся, Слав становится ещё желаннее. И он с первого дня таким был, с их первого раза, с того вечера, как Тэв впервые его поцеловал, как впервые сорвал стоны, оказался внутри и пометил, оставляя свой запах. Время несётся слишком быстро. Почти двенадцать недель они вместе. Тэвраху невыносимо. Невыносимо Слава целовать и думать, что тот однажды захочет всё закончить. Невыносимо думать, что сорвётся и собственнически поставит метку насильно, утащит с собой и будет делить с Даром... Эти мысли...луна всегда влияет, делает более дикими, наполняет чувствами и силой. Нужно поговорить снова. Нужно всё обсудить, Тэв уверен, что Слав эти чувства поймет, что и желание оборотней, быть вместе и дальше, его не напугает. Дар с Тэвом знали, что нравятся Леславу, что это не просто интерес, ему хочется больше. Может, даже навсегда. *** Дар задумчиво смотрит на Слава, который вдали болтает с омегой из группы, с этим смазливым человеком, от которого пахнет желанием к... бе-те. О чём они там? Дар каждый раз ревнует, когда видит рядом со Славом кого-то ещё, ревнует, услышав на нем чей-то запах. Он обнимает Слава так часто, чтобы стереть его, чтобы слышать только свой и Тэва. А Тэв... Дар раздумывал над его словами. Утром Тэврах прямо заявил, что хотел бы поговорить со Славом об их отношениях, о том, как теперь всё обстоит, о том, что это серьезнее, чем планировалось... О будущем. Дархан последние недели переживал. Переживал, что Слав, такой — их, такой желанный и вкусный, может ускользнуть и исчезнуть. Что-то скреблось на душе. Какое-то предчувствие, в воздухе витало напряжение. Может, всё это лишь ревность и неуверенность в самом себе. Дархан не идеальный, он сам знает. Он импульсивный, он альфа и оборотень, у которого порой срывает крышу. Он обнимает Слава так часто не только затем, чтобы пах тот ими, но и затем, чтобы своё желание к этому бете распределить в более щадящие действия. В последний раз, пару дней назад, он и вовсе сделал Славу больно. Трахал так бешено, что тот со стонов сорвался в плач и просил остановиться. Дар смог, Тэв его остановил. Но вина оставалась и неуверенность вместе с ней. Дар боялся, что его не выберут однажды. Что Славу это надоест или станет слишком. Сейчас он развлекается, сейчас ему нравится, сейчас он что-то испытывает, а потом? Дархан боялся. Ревновал, но не к Тэву. Ревновал в принципе, потому что боялся потерять. А что если рано пока говорить Славу о том, что всё серьёзнее? Что если он испугается этого? Но Дар не мог Тэву запретить, и он тоже хотел скорее знать, что на этот счёт думает Слав. Хотел скорее услышать от беты волнение, радость, заветное "да". Но всё это сыпется в труху в этот же день. Дар смотрит на Слава, который всё болтает с тем омегой. Дар принюхивается. Дар ревнует, пока прокручивает в голове утренний разговор с Тэвом и ещё один, что произошёл совсем недавно. Нарсис, их омега из стаи, подошёл и ткнул двух альф в очевидное. Леслав другой. Он совсем не тот, за кого его Дар с Тэвом принимают. Два слепых влюблённых идиота. Дар жадно вдыхает воздух снова и снова. Клыки лезут, царапая сжатые губы, когти впиваются в ладони, и пахнет кровью. Оборотень испытывает дикое желание вцепится в глотку улыбающегося Слава и вырвать её, залить всё вокруг этой лживой кровью. Дар сбегает, пока ещё может, пока ещё понимает, что всё это его импульсивность. Если он ещё раз Слава увидит, точно сорвётся.