Проблемы Доын на любовном фронте!

– Сонхе, беда! – Доын приземлилась на соседний стул, откусив за раз половину ее яблока. Сонхе промычала что-то в ответ, и Доын подумала, что та готова ее слушать. На самом деле Доын вообще ни о чем не подумала, ей просто срочно нужно было кому-то высказаться, и если бы дерево оказалось готово ее слушать, она бы вела диалог с ним. Хотя разговоры с подругой для Ким и так выглядят как диалог с деревом. – Короче, иду я к тебе, прохожу мимо туалета, а тут дверь открылась! И оттуда на меня вылетел кто-то, я сначала хотела сказать, как же заебали мелкие бегать туда-сюда, как неугомонные, а посмотрела и, блять, Сонхе! – Ким закусила кулак, чтобы хоть как-то сдержать рвущиеся наружу визги. Сонхе угукнула, не отрываясь от тетрадки. Она продолжала чиркать что-то в тетрадке и переписывать текст, пока ее подруга рядом сходила с ума. – Там девочка была, такая милая-милая! Она как богиня, сошедшая откуда-то свыше, серьезно! Сонхе снова угукнула. – Я клянусь! Ты бы ее видела, а хотя че тебе, у тебя ж Енчон... Ну короче! Ангельской красоты, у нее еще волосы рыжие и представляешь, солнце прям в этот момент на нее светануло, и они светились! Она точно ангел! Строя мечтательное лицо, Доын пыталась припомнить все, что успела разглядеть на чужом лице, пока внезапно не поняла, что никакой поддержки или хотя бы одного комментария со стороны Чон не последовало. Она недовольно зыркнула в ту сторону, откуда слышалось только трудолюбивое фырчание и шлепнула рукой по тетради. Сонхе тут же остановилась и недовольно посмотрела на нее. – И что было дальше? – В смысле что было дальше? Угадывай блять! Ты вообще меня не слушала? Что последнее я сказала? – Она ангел, – Сонхе выглядела полностью серьезной, как будто они сейчас теорию образования вселенной обсуждали, а не новый любовный интерес Ким Доын. – Кто «она»? – девушка нахмурилась. То, что Чон частенько выходила из этого мира и уходила куда-то в свой, известно всем, кто с ней знаком. Доын научилась уживаться с такой ее чертой, но иногда, когда хочется поделиться чем-то особенно важным, а она не слушает, это выводит из себя невероятно! – Ну, очевидно, девушка... – Сонхе смотрит на нее так, будто у нее спросили какую-то очевиднейшую хуйню. Сонхе, а вода точно мокрая? Ким молча закатила глаза – невыносимая, ладно! Короче, сис, помогай, – Доын снова оживилась и затеребила рукав чужой толстовки. – Я-то тебе чем помогу? – Сонхе натужно пыхтела, пока пыталась выбраться из этого славянского захвата. – У кого из нас есть девушка, а?! Как ты ее совратила, признавайся! Но прежде чем Сонхе успела обматерить подругу на всю столовую, по другую сторону от схватки присел кто-то еще. – В чем сыр-бор? Что опять не поделили? Она сразу же схватилась за булочку на подносе Чон и запила своим чаем. Обжегшись, она шикнула на стаканчик и решила пока помакать пакетик туда-обратно. Успокоить потревоженное душевное равновесие, так сказать. – Енчона-а, – захныкала Доын, переключая все внимание на нее, – представляешь, я влюбилась! Енчон подпрыгнула на месте от шока и радостно затеребила щеку Ким, почти переходя на писк. – Ты же моя сладенькая, неужели я дожила до этого! Моя маленькая девочка так быстро повзрослела! Доын довольно щурится, получая долгожданное внимание к своей персоне, пока Сонхе продолжает пыхтеть рядом. – Эй! Я тут вообще-то... Енчон неловко ойкнула, поставила стаканчик и потянулась к своей девушке, быстро чмокая ее в пухлые губы. – И тебе приветик, – она ласково погладила чужую щеку, внимательно смотря в глаза и с удовольствием наблюдая за быстро распространяющимся румянцем, по шее переходящим на уши. – И кто же эта счастливица? – возвращается к теме Енчон, продолжая любовно наблюдать за своей краснеющей девушкой. Доын две секунды медлит, переводит взгляд с одной на другую. Где-то на подкорке сознания возникает фантазия, где она обменивается такой же нежной улыбкой с любовью всей своей жизни, держится с ней за руки, а потом ни одно расстояние не сможет сдержать их, и они... Все, хватит, сердце пока не готово к такому испытанию. – О, в общем! – опомнившись, Доын хлопнула в ладоши, возвращая себе угаснувшее воодушевление, – ты не поверишь, я уверена, что это судьба или что-то такое! – Да? – Енчон перевела на нее блаженный взгляд, все еще пребывая в той особенной атмосфере этих двоих. – Да! Я просто шла и короче, она просто врезалась в меня в коридоре, она хотела извиниться. И я тоже хотела. И она смотрит мне в глаза, я смотрю в ее, и... ну, ты понимаешь! искра, буря, все такое, но... но ее подруга, а-а фак! Доын всплеснула руками. Теперь она уже не казалась такой возбужденной и сидела, насупившись, как воробей на морозе. – М? – Сонхе, наконец, обратила на нее свое внимание. Молчание Доын – это всегда необычно для нее. Подумав, что ее проблемой искренне заинтересовались, Ким продолжила: – Она просто потащила ее в сторону! – девушка смотрит на парочку перед собой во все глаза, как будто они сейчас должны переживать те же эмоции, что и она. Хотя ее редко волнует, что люди вокруг нее думаю, для нее важнее – выплеснуть свои собственные эмоции. – Просто оттащила ее от тебя? – уточнила Сонхе, неверующе. Для нее, реалистки без романтических заскоков, все это разворачивалось как сценарий из какой-то второсортной дорамы. Как Енчон вообще согласилась с ней встречаться? Не то чтобы она сама жуткий романтик, но, по крайней мере, ей это немного свойственно: прогулки под дождем, цветы с клумбы, одна шоколадка на двоих и горячий чай после мороза, на котором можно долго целоваться засохшими отмерзшими губами – ну или пока не станет совсем холодно. Сонхе отвела взгляд куда-то в сторону и смотрела на парня, пытающегося не подавиться котлетой. Сонхе для романтики не создана – в этом она была уверена, но каждое их свидание с Енчон хотя бы немного было покрыто розовым флером, а воспоминания невероятно смущали и заставляли ее щеки переходить из розового в ярко алый. – Она сказала что-то типа пошли-и, мы опааздываеем, – Доын кривила лицо в попытке передразнить незнакомую девушку и все еще недовольно пыхтела, – нам не хватило всего секунды! – она возвела палец к небу, – секуунды, и мы бы заговорили. Но нет! Надо портить романтику другим людям! Видимо, своей не хватает. Девушка надулась, перебирая в голове способы изменить ситуацию в моменте. Жаль, что уже ничего нельзя было вернуть. Доын, на самом деле, не из тех, кто так быстро сдается. Конечно, она не знает эту богиню, которая повстречалась ей на туалетном пути, но это ведь не беда. Всего шесть параллелей на один год обучения, на три года выходит восемнадцать. В одном классе около тридцати пяти учеников, а это... почти семьсот человек. Из них только около половины – девушки, а значит искать стоит среди этих чуть больше трехсот пятидесяти. Точно известно, что она не из параллели Доын – она знает каждого из своих одногодок, если не лично, то хотя бы косвенно, а эту красотку она не припомнит. Значит она на год, максимум на два младше, а это всего лишь... около двухста человек... Мда, легче от этого не стало. Бегать от одного класса к другому, высматривая каждого ученика, и так до тех пор, пока она не найдет ту самую, из-за которой ее сердце стало биться чаще. Что ж, можно и потерпеть. – А как она выглядела? – Енчон кажется наслаждается происходящим: давно она не видела подругу такой взбудораженной. – А? Доын еще не отошла от потока слов ненависти в адрес той разбивательницы сердец и пропустила мимо себя большую часть странных взглядов подруг. – Как выглядит твоя ненаглядная? – Енчон расплылась в улыбке, подобно коту. – А... – Ким почесала затылок, сосредотачиваясь на воспоминаниях и сама уже не сдерживает улыбку. – Такая красивая, прямо неземная. Глаза большие, как у невинного олененка и... О! Волосы у нее рыжие, я еще удивилась, типо, ну как ей разрешили? Нам же вроде запрещено краситься, а тут... Но ей идет! Очень... Доын смутилась под внимательным взглядом со стороны – кажется впервые за все это время. – Рыжая говоришь? – Сонхе наконец-то по-настоящему заинтересовалась происходящем. – Удивительно, не так ли? – Енчон посмотрела на нее, и они обменялись понимающими взглядами. Кажется, эти двое что-то знают. – Что? Что не так? – Просто понимаешь, – Ви допустила драматическую паузу, медленно переводя взгляд обратно, – это может быть банальным совпадением, но если это не оно, то из рыженьких в этой школе я знаю только подругу Джихен. – Джихен это... подожди-ка, сестра нашего гнома?! – Доын, не замечая ничего вокруг, вскочила с места, как будто только что раскрыла самое запутанное дело. Люди за соседними столиками странно косились на нее, пара учителей у выхода злобно хмурились. – Блять, я вообще-то все еще тут! – Сонхе развела руками, привлекая к себе внимания, но Ким только отмахнулась от нее. – Хотя нет, стой, – она снова обратилась к подруге, – ты почему ничего не сказала мне? – Что я должна была тебе сказать? Ты только сейчас дала хоть какую-то конкретную информацию о своей богоподобной девочке. Обе закатили глаза. Енчон привыкла уже к подобным шоу, но не смогла сдержать смешок. Доын часто несла какую-то околесицу: говорила она много, а думать зачастую не успевала. И это всегда так мило контрастировало с несгибаемой серьезностью ее девушки. Две противоположности притянулись, что сказать. «Хорошо, что только как подруги». Кхм. Енчон мотнула головой и снова обратилась к Ким. – Так вот о твоей богоподобной девочке: ее зовут Джиын – ну это, конечно, если мы говорим об одном и том же человеке. Они с Джихен чуть ли не с детского сада дружат и да, под ее же гнетом Джиын стала больше выделяться и рыжие волосы – это ее страсть, последние полгода только в этот и красится. Вот так. – Енчон подперла подбородок и довольно смотрела на ошалевшую девушку перед собой. А Доын только и могла, что открывать-закрывать рот. Она уже морально готовилась к тому, что придется полшколы оббегать в поисках своей нимфы, а тут оказывается полшага достаточно было сделать. Ну и пнуть одну гномиху, чтобы она хоть слово из себя выдавила, но это другое. – Кстати они часто зависают у Джихен, ты бы узнала о ней сразу, если хоть раз пришла к Сонхе, когда тебя приглашали, – Енчон хихикнула, пока ее девушка рядом дула свои пухлые щеки в обиде. Она звала подругу к себе не единожды, но каждый раз получала от ворот поворот, а потом предлагать уже перестала. Слушала смех сестры и ее подруги из соседней комнаты, немножко завидовала, но продолжала тихо чиркать что-то в своей тетрадке. – Ага, я пришла к тебе однажды и что? Пришлось самой себя как-то развлекать, пока ты была увлечена своим вдохновением и не обращала внимания даже на мои крики. Обе опять закатили глаза, разбавив это цоканьем. Енчон сдержала смешок: все это может перерасти в серьезную обиду, если она их не остановит прямо сейчас. – Я предлагаю посидеть всем вместе, как вам? Попьем чай с пироженками, посмотрим что-нибудь интересненькое. – И все это без моего согла – Я согласна! Девушки ответили одновременно, тогда Ви уже не сдержалась. – Но скажи Джихен, чтобы привела подружку! – Ничего я ей говорить не буду. Захочет – приведет. Разнимать их в этой перебранке – и в последующей за ней драке – Енчон, к счастью, не пришлось. Остановил их звонок на урок. Уходила Доын как «я слежу за тобой, сучка» – было произнесено только губами и затем след ее простыл. Счастье одолевало ее: у нее появился такой огромный шанс встретиться со своей крашихой. И легальная причина доставать Сонхе – подруга ее сестры. Придется правда сидеть с ней по несколько часов и слушать это фырчание ежика и скрип карандаша по бумаге, ничего при этом не делая, но это самая малая жертва, которую она может совершить ради своей любви. * * * Доын не могла удержать себя на месте. Она сидела на кухне, пока девочки возились с чаем. Их занятия давно закончились, у класса Джихен должны были закончить тоже, но ни она, ни ее подруга все еще не пришли. Не то чтобы они должны были обязательно явиться вместе, Джиын (в голове Ким это имя светится в яркой золотистой рамочке) могла и не прийти вовсе, это все-таки не ее дом и она не обязана находиться здесь круглосуточно, но Доын почему-то четко убеждена, что именно сегодня случится их судьбоносное соитие. В самом скромном смысле этого слова. Проходит около часа прежде чем подруги появляются на пороге дома. Джихен почти потеряла свою челюсть где-то там же (ну потому что сестру ее видели? кто с ней общается-то вообще, а тут целых два человека). – Внезапные гости? – спрашивает она, и только тогда Сонхе отвлеклась от созерцания чаинок и обратила на нее внимание. – Йо, уже вернулась? Привет, Джи, как дела? – обратилась она куда-то за спину сестре. – Как обычно – все отлично, – рыжая девушка улыбнулась во весь рот, и Доын поняла, что потеряла в этот момент не только дар речи, но и кажется сердце. Оно отвалилось и упало куда-то вниз. Рот не хотел закрываться, и Енчон пришлось тактично толкнуть локтем куда-то в бок, ну потому что тактичного покашливания никто не услышал. Услышали все, кроме той, кому оно предназначалось вообще-то. – Приветик, Джиын, с ней, – она кивнула на неподвижно сидящую подругу, надеясь, что она закрыла рот и перестала позориться. Не хватало еще, чтобы слюной начала истекать. – ты, кажется, не знакома. Это Доын, она не часто заглядывает сюда. Енчон отзеркалила милую улыбку Джиын и бегло глянула на Ким. Та все еще не шевелилась. Как спасать эту ситуацию, она уже не знала, поэтому просто пустила все на самотек. В конце концов, она не обязана отвечать за чужую личную жизнь. Впрочем, подружки не собиралась надолго с ними задерживаться, а потому большого позора можно было и избежать. Джиын неловко кивнула головой в приветствии нового человека, Джихен обменялась парой фраз с сестрой и они ушли в комнату младшей. Сонхе отлипла от вида за окном и обернулась. – Блять, это фиаско. Енчон сначала не поняла, а увидев кивок на Доын, решила все-таки посмотреть на ее лицо. И лучше бы она этого не видела. – Она серьезно просидела так все время? – Похоже...да... Доын сидела с гипермечтательным взглядом, не хватало только сердечек, но ее подруги готовы все поставить на то, что эти сердечки были, просто улетели вслед за ее рыжей фантазией. У раскрытого рта уже начала скапливаться слюна, готовая в любой момент пролиться на одежду. Енчон подумала, что вместо того, чтобы толкать ее локтем, надо было сразу ударить ее сковородкой. Тогда она избежала бы такого позора, да и остальные тоже. Им с Сонхе пришлось прождать достаточно, прежде чем Доын пришла в себя. Они успели уже обсудить и уроки, и колоссальное количество домашки, которое им задано кстати на завтра, но они вынуждены составлять компанию одной героине-любовнице, которая даже не может с собой справиться. – Девочки... – выдохнула Ким, отойдя от транса, – я в пизде... – Была бы, если бы взяла себя в руки, а так тебе даже легкий чмок не светит. Сонхе произнесла это на одном дыхании, мирно пожевывая свое печенье да серпая остатками чая. Даже Енчон уставилась на нее широко распахнутыми глазами: от своей-то девушки она могла ожидать чего-то подобного, но это было настолько внезапно, что даже она немножечко так. Прихуела. Что уж говорить о Доен, которой были эти слова адресованы. – Что? Я, я... – девушка еще не оправилась от шока и сейчас выглядела совсем потерянной, Ви ее даже стало жаль, – что мне делать? На последних словах она совсем стихла, спрятав свое лицо в ладонях. Послышался всхлип, и Енчон не удержалась от ласковых поглаживаний по ее спине. – Не плачь, родная, все будет хорошо, – шептала она, – тебе нужно попробовать с ней поговорить. Уверена, вы быстро найдете общий язык. – Тебе надо достать язык из задницы и перестать фантазировать. Ни одна твоя фантазия не станет реальностью, пока ты не выполнишь первое условие, – не в бровь, а в глаз, Сонхе жалеть подругу не собиралась. Ее все эти розовые сопли уже достали, потому что – любовь так не завоевывается. – Ну не тебе об этом говорить, милая. – фыркнула Енчон, – или напомнить, что это я тебя добивалась, а ты, трусишка, пряталась от меня по углам? – Это вообще другое! – лицо Чон вспыхнуло как спичка, тема ее собственных отношений даже спустя два года являлась для нее чем-то гиперсмущающим, как она была в состоянии раздавать советы другим – вопрос, конечно, хороший. – Хорошо, что ты предлагаешь? – Енчон вновь ухмыльнулась, как и каждый раз. Кажется, ей просто доставляет удовольствие издеваться над своей девушкой. – Я, кхм, в общем, мы дадим тебе возможность поговорить с ней, но ты должна не облажаться в этот раз, поняла? – Я? – Доын подняла на нее глаза, неуверенная в том, что только что услышала. Еще один шанс? Заговорить с этой красавицей? Да это настоящее благословение! – Х-хорошо! Да, давай! – А справишься? – Сонхе с сомнением глянула на нее. – Должна. – Уверенно заявила Доын, и даже взгляд ее загорелся. – Иначе – вздернусь! Подруги серьезно так испугались такого заявления и запричитали о бестолковой голове, но уверенности Доын это не пошатнула. Сейчас она выглядела прямо как супер замотивированный аниме персонаж. Теперь она ни перед чем не остановится. * * * По комнате раздается стук, и девушки ставят фильм на паузу. – Чего? – Джихен-и, – шепчет подруга рядом, не одобряя такую грубость по отношению к старшей сестре. Сонхе, однако это как будто мало волнует: за столько лет уже привыкла (как будто она лучше себя ведет). – Хен-а, поди ко мне, сказать что-то надо, – лениво выдыхает девушка, опираясь о дверной косяк. Джихен только цокает и закатывает глаза, но все-таки поднимается. И только стоит ей ступить за порог комнаты, как дверь закрывается, и Джиын слышит только удаляющиеся шаги. Она задумалась на какое-то время, смотря на стоп-кадр на экране. Она уже знакома с сестрой подруги и даже с ее девушкой – Енчон кажется ей очень милой, и они даже смогли поладить в первые минуты общения. Но эта девушка, которая пришла сегодня с ними... Заставляет чувствовать себя неловко, совсем чуть-чуть. – Она кажется высокая... – бормочет себе под нос Джиын. Не проходит и пары минут, как к комнате приближаются шаги. Быстро они. Или нет? Шаги как-то отличаются – более дерганные, и Джиын переводит взгляд на дверь. Чтобы увидеть неловко заглянувшую девушку. Ту самую – высокую, с кухни. – Эм, привет? – Джиын не знает, как реагировать на внезапного гостя. Однако в ответ на ее приветствие, девушка быстренько прошмыгивает внутрь и за секунду оказывается рядом с ней на кровати. Она сконфуженно сидит и смотрит перед собой. Джиын замечает, как та нервозно сжимает в руках свои колени. – Привет. – отрывисто произносит девушка и... все. Ничего больше не происходит около секунды, которая тянется в этой тишине невероятно долго. Ким в этот момент проклинает себя за то, что вечно полагается на импровизацию, которой совершенно не владеет. – Ты что-то хотела? Доын жмурится от восторга: ей досталась самая замечательная в мире девушка, которая, сама того не ведая, подсказывает пути развития диалога. Что бы она без нее делала! – Ким Доын! – возможно, в тишине комнаты этот вскрик получился чересчур громким. Не возможно – так и есть. Однако она не станет зацикливаться на этом, хотя бы потому, что если станет – позорно сбежит отсюда вся в слезах и больше никогда не сможет посмотреть на нее, свою любовь. – Э-эм, Хан Джиын, – она выдавливает из себя мягкую улыбку. Происходит что-то интересное, но она пока не уловила суть. – У тебя очень красивое имя, – Доын наконец-то поворачивается к ней лицом, искренне восхищаясь, и пока она не успела задохнуться от смущения, тараторит на одном дыхании, – ты, в общем, очень красивая и тебе очень идет рыжий! А еще, не знаю, помнишь ли ты меня, но мы столкнулись вот недавно в коридоре и короче я хотела с тобой заговорить, но у нас не получилось, и в общем! Джиын нежно коснулась своими прохладными пальцами горячей руки Доын, немного остужая ее пыл. Бедняжка, сейчас задохнется – то ли от того, как быстро она говорит, то ли от смущения. «Бедное раковое личико и щечки-помидорки» – хихикает про себя Джиын. Доын прямо чувствует все тепло и поддержку через это касание. Как будто ей говорят: «Все в порядке, не торопись. Я выслушаю все, что ты хочешь сказать». Это не так, но она хочет в это верить. В любом случае на нее это действует, и все, что она может сделать, это завороженно посмотреть прямо в глаза и выдохнуть: – Ты мне нравишься. Ой, черт. Ее лицо становится еще краснее – хотя казалось бы куда. Она не верит своим ушам – не верит, что сказанула это так и испортила момент признания. Единственный момент, который она заранее отыграла в своей голове. И в итоге все вышло так скудно и позорно. Доын сейчас заплачет от досады. Она смотрит еще немного в глаза напротив, пока пытается вернуться в реальность, и, видя точно такой же шок, подрывается, чтобы навечно уйти – и из этого дома, и из жизни Джиын. И из своей жизни тоже. Прохладная ладонь снова тормозит ее. И Доын не может ей сопротивляться. Она смотрит на девушку и видит, как та смеется. Все, она умрет. – Куда же ты убегаешь. А то, что я скажу, ты не хочешь послушать? – игриво интересуется Хан, смотря своими лисьими (в ней умер Бэмби) глазами прямо в душу. – А... Разве это имеет смысл? – Ким звучит немножко раздосадовано. Но все, что она замечает сейчас, так это вставшую рядом с ней Джиын, которая сильнее сжимает ее огненно горячую руку. – Уужас, так ты ни во что меня не ставишь? – Джиын обиделась, конечно, игриво, но внимание к себе привлекла мгновенно: расстроить ее – последнее, что хотела Ким. – Э-это не... – хотела она было оправдаться, но увидев чужие милые зубки, показавшиеся в самой очаровательной в мире улыбке, замолкла, не в силах сделать даже вдоха. – Шучу, – девушка чуть не падала от смеха и никак не могла успокоиться: теперь уже от глупого лица этой старшеклассницы. Атмосферка немного разрядилась, хотя Доын все еще чувствовала себя немножко неловко. Не понятно, чего ей сейчас ожидать, и стоит ли вообще чего-то ожидать? Над ней кажется сейчас посмеялись... – Слушай, слушай, – Джиын продолжила, отдышавшись, хватаясь за бок, – это мило, правда, – и потом прямо в глаза, а заодно и прямо в бедное Кимово сердце, – ты миленькая. Ангелочки, летая вокруг, врезаются в лицо, отчего в глазах все искрится. Поздний вечер сменился на раннее утро, а вокруг порхают бабочки, и будто сама природа напевает им ласковую мелодию. Обстановка внезапно сменилась на романтическую – или так кажется только одной из девушек. Потому что она снова раззявила рот и чуть слюну не пустила, вынуждая Джиын снова расхохотаться. – Ты... ты правда так думаешь? – в голове Доын проносится мимолетная мысль «Пора брать быка за рога», поэтому она решает, что рот пора открыть на благо, – ну, что я... – Конечно! Ты себя со стороны не видела, выглядишь как потерянный щеночек! – Хан все никак не успокаивалась и даже не заметила, как ее руку сжали крепче (у того, кто это сделал, чуть сердце не остановилось от этого). – М-могу я... претендовать на что-то? Щеки девушки безбожно краснели, а за ними и уши, и шея... Пытаясь избежать еще больше насмешек, она уставилась в пол, не в силах выносить всего происходящего. – Бооже, ну как я могу отказать, когда ты так стараешься? – Джиын хихикнула напоследок, а после нежно коснулась чужой щеки, обращая на себя внимание. – Но пока что ты можешь претендовать лишь на пару свиданий, окей? Джиын очаровательно улыбнулась, а у Доын в глазах потемнело от недостатка кислорода. Ей дали шанс. Она может быть с человеком, который проник в ее сердце с первого лишь взгляда и прочно там обосновался. Она может, но придется, конечно, ради этого постараться. И вряд ли Джиын захочет быть с ней, если она продолжит мямлить как сегодня – учтиво подсказывает ей какой-то бесенок с плеча. И она даже не отмахивается, правду ведь говорит чертяка. И Доын наконец-то берет себя в руки окончательно. – Любишь мясо? Хан медлит секундочку, а потом снова заливается задорным смехом. И кажется для ее будущей девушки это станет любимейшим звуком. – Люблю, но если ты угощаешь, то просто обожаю! Неловкая, но от того не менее нежная улыбка мелькнула на губах обоих. Пусть Джиын и относится ко всему этому, как к чему-то забавному, Доын где-то там, далеко в своем сознании, верит, что способна это изменить и влюбить в себя по-настоящему. Но это там, далеко. А здесь и сейчас она все еще трясется от страха, что это останется недостижимой мечтой. Или что все это сон, и она никогда не говорила с этой замечательной девушкой или, что еще хуже, никогда ее даже не встречала. Благо, ее руку по-прежнему крепко сжимает чужая. * * * – Только попробуй сказать, что ничего не вышло! – Сонхе обычно голос не поднимает, но она уже на самом деле заколебалась немножечко. Она никогда не отличалась терпением. – Да ты на лицо ее посмотри. Тут все и без слов ясно. А Доын извивалась как червь и не могла сдержать довольной улыбки, расползающейся по всему лицу. По ней и правда видно, что затронуты были все струны ее несчастной душонки. – Да ладно? – Сонхе недоверчиво поглядывала на нее, от страха хватаясь за руку своей девушки под столом. Енчон захихикала, сжимая ее руку в ответ, а затем погладила руку подруги в знак поддержки. Ее девочки самые милые на свете.