wow, you too!

Ночью пятницы Джисон уже по традиции пропадает в соцсетях leeknow, поэтому в субботу просыпается ближе к вечеру. Ни о чем не жалеет: проебанный выходной определенно стоит конской дозы дофамина. Таких сильных гиперфиксаций на реальных людях у него не случалось со средней школы. hyunjin ну что? 11:02 doolsetnet что? 16:15 hyunjin ты меня спрашиваешь??? настрочил больше сотни сообщений про своего танцора, пока я спал, а теперь дурачком прикидываешься? 16:20 Не то чтобы Джисон ждал ответ на поток сознания. Ему просто необходимо было вылить куда-то сильные эмоции, а кому, если не бести?.. hyunjin >>doolsetnet Я КАЖЕТСЯ ПОНЯЛ КТО ОН 3:52 ну так альфа или омега? что за дешевая интрига :/ 16:20 doolsetnet а сори, след оказался ложным 16:21 Джисон увидел духи для омег на заднем фоне в сторис, но оказалось, что Ли Ноу был в гостях. hyunjin да там к гадалке не ходи точно альфа 16:21 Когда Джисону впервые попался тикток Ли Ноу пару месяцев назад, то тоже сначала подумал, что наверняка очередной альфа телом зарабатывает. Даже чуть было не прошел мимо. К счастью, движения тазом загипнотизировали достаточно, чтобы Хан все-таки открыл профиль. Тем же вечером он подписался во всех соцсетях, даже на ютубе, где всего пара обучающих хип-хопу видео. Может, движущей силой блога Ли Ноу и стали танцы в интересных образах, но в остальном контенте он не боится показать "неглянцевую" сторону: ленивые будни с тремя котами, странные прямые эфиры, шутки для тех, кому за тридцать. Вокруг него нет ауры, какая чаще всего присутствует у людей, считающих себя в чем-то лучше других. Обычный парень, занимающийся любимым делом. За ним с завидной регулярностью увязываются котята на улице. Джисон видит: была бы воля Ли Ноу, всех бы себе оставил, но дома уже три голодных рта. Зато благодаря его блогу котята быстро находят новый дом. Он даже анкеты просит заполнить, чтобы отдать в самые лучшие руки. Благодаря спорам в комментариях Хан пришел к выводу, что не один теряется в догадках по поводу вторичного пола. Он уважает право на личную жизнь и все такое, но невольно задается вопросом: кто же Ли Ноу? Для альфы слишком омега, для омеги слишком альфа. Когда тот устраивает прямые эфиры с готовкой, то Джисон с трудом воспринимает информацию: не может перестать пялиться на руки. Предплечья с венами невольно возвращают к мыслям о природе альфы. Но стоит Ли Ноу выложить фото с какой-нибудь тусовки, как не остается сомнений — так кокетливо на альф будет смотреть только омега. doolsetnet но зачем альфе скрывать вторичный пол? 16:22 hyunjin ну… может не хочет потерять часть аудитории за некоторые образы точно осудят типа не альфье это дело кокетничать 16:22 doolsetnet ну не знаю зато получил бы гораздо больше внимания омег 16:22 Джисон, конечно, понимает, о чем говорит Хенджин, но не хочет соглашаться из вредности. Гендерная интрига зашла слишком далеко. Когда правда вскроется, — а она обязательно вскроется, — половина аудитории неизбежно отвалится. Окажись Ли Ноу альфой, альфы разочаруются в нем, что якобы позорит их. Если окажется омегой, останутся только обладатели специфических, по мнению общества, вкусов, кому нравятся сильные и независимые омеги. Уж Джисон хорошо знает, как легко отваливается часть аудитории, как только не оправдываются ее ожидания по поводу вторичного пола. hyunjin значит, ты ставишь на то, что он омега? 16:23 doolsetnet интуиция подсказывает, что все-таки да, омега 16:23 hyunjin я не сомневался даже догадываюсь почему 16:23 doolsetnet и почему же? 16:23 hyunjin потому что если альфа, то твой краш сразу пройдет 16:23 doolsetnet а это еще почему?! 16:24 hyunjin назови мне хотя бы одного альфу, на которого у тебя был краш 16:24 doolsetnet феликс 16:24 hyunjin только вот твой краш, как ветром сдуло, стоило показаться его натуре 16:25 doolsetnet неправда просто краш перерос в дружеский, а ты назвал меня только что гендеристом!! 16:25 Может, когда только начинал вести блог, Хан и относился к успехам альф болезненно, но только потому что тратил много сил на создание контента. Казалось, у всех получается, кроме него. Джисон так мечтал, чтобы рилс наконец залетел, что ненавидел каждого, у кого что-то получалось. Особенно альф. И это не гендеризм, просто им действительно проще набрать подписчиков! hyunjin >>doolsetnet АЛЬФЫ СОСУТ АХАХАХ!!! 03.11.2011 15:32 doolsetnet ты сейчас на полном серьезе привел в качестве аргумента сообщение 2011 года? мне было одиннадцать! 16:25 hyunjin именно такой маленький, а уже гендерист 16:27 doolsetnet ой все блять можешь тоже отсосать в таком случае 16:27 hyunjin могу 16:28 doolsetnet ФУ! иди в жопу со своим этим самым 16:29 hyunjin раз ты настаиваешь... 16:29 doolsetnet еще немного, и я приеду к тебе через весь город только ради того, чтобы побить 16:30 hyunjin ну попробуй я у Феликса 16:31 doolsetnet прячешься за альфой, значит 16:32 hyunjin я же говорю, что гендерист я имел в виду только, что не дома 16:33 doolsetnet я не гендерист!! спроси у чана и чанбина нормально у меня все, и к альфам отношусь тоже нормально 16:33 hyunjin >>hyunjin джисон гендерист? 16:33 >>channyhyung а то ты сам не знаешь 16:35 >>hyunjin мне для протокола надо. да или нет? 16:35 >>channyhyung да, только не пересылай ему 16:36 16:36 doolsetnet пиздец вы крысы 16:36 hyunjin не все альфы одинаковые. пока не пообщаешься с адекватными представителями, не убедишься 16:40 doolsetnet я общаюсь! 16:40 hyunjin чан и чанбин не в счет. их ты никогда не рассматривал в качестве партнера 16:41 doolsetnet ты думаешь, я специально избегаю??? да мне плевать на пол просто так вышло, что с альфами у меня чаще кардинальное несовпадение во взглядах 16:41 hyunjin если продолжишь так же агрессивно на все реагировать, то адекватные тебя за километр будут обходить. думаешь альфам приятно с тобой разговаривать? ты им сразу список претензий предъявляешь 16:42 doolsetnet а что мне им еще на список требований предъявлять?? ой, простите, что это я такое несу. конечно, лишь бы нашим дорогим альфочкам было комфортно! 16:42 hyunjin да я не про это понятно, что есть отбитые представители. просто ты первый подходишь к ним с предубеждениями, и они это чувствуют. хочешь, чтобы к омегам относились нормально, а у самого рыльце в пушку 16:45 doolsetnet было бы к кому нормально относиться… зайди ко мне в комментарии. много ты там адекватов среди альф найдешь? 16:45 Когда Джисону надоело писать песни про разбитое сердце, и он заикнулся в текстах про равноправие, в комментариях открылся настоящий портал в ад. Джисон слишком дерзкий, слишком громкий, слишком выебистый. Ему надо перестать так себя вести, иначе ни одному альфе такой не сдастся! Фидбэк на творчество? Ха-ха! Получите непрошенные советы, распишитесь. hyunjin ты сам выбрал делать провокационный контент... в интернете, сам знаешь, не самая благоприятная среда для чувствительных натур 16:46 doolsetnet провокационный контент? и чем же я провоцирую? 16:46 hyunjin ты прекрасно знаешь чем 16:47 doolsetnet тем, что хожу в зал, чтобы качать мышцы, а не худеть? или татуировками? простите, не подумал, что картинки на теле созданы исключительно для их величества альф 16:47 hyunjin не утрируй я имел в виду поведение 16:47 doolsetnet а, из-за мата? действительно, как у омеги вообще могут вырываться такие грязные слова. ай-ай-ай надо рот с мылом помыть! ой, или это из-за того, что я предпочитаю партнеров-омег? я думал, у нас свободное современное общество… 16:50 hyunjin до того, как ты завел блог, ты так себя не вел. из чего я делаю вывод, что ты делаешь это назло комментаторам 16:50 Ауч! Неприятно. Джисон надеялся, что хотя бы кто-то принимает его любым. Может, иногда он и делает что-то назло, но только самую малость. Свободный человек — имеет право! С чего это незнакомым людям из интернета лучше знать, что ему носить и как себя вести? Бред. doolsetnet обидно, знаешь ли. я думал, ты поддерживаешь мой вклад в нормализацию образа жизни омег, отличающегося от общепринятого. тебя вообще-то это тоже касается 16:50 hyunjin ладно признаю меня занесло не могу больше говорить собираемся в кино позже договорим, окей? 16:51 Слова Хенджина заставляют загрузиться. Джисон не пытается никому ничего доказать! И альфоненавистничества за собой не замечал. Просто расстраивает, что в обществе до сих пор процветает неравенство. А кого нет? Больше, чем поведение альф, уверенных, что им все должны, раздражают только омеги, добровольно занявшие место у их ног. Их даже просить ни о чем не надо, сами охотно принесут все на блюдечке с голубой каемочкой, вытрут и поцелуют альфам жопу. Фу! Увы, таков их выбор. Джисон не осуждает, просто не понимает. Ладно, может самую малость и осуждает, но хотя бы не указывает, как другим жить, в отличие от некоторых. Хочется кому-то отдать свое право выбора феромонам, пусть отдают. Джисон же не выходит на улицу без фильтров для носа, поэтому редко находится под влиянием физиологии. Может, ни одни его отношения и не продлились долго, зато точно не были продиктованы какими-то там феромонами. Хенджин ошибается: Джисон не отпишется, даже если Ли Ноу окажется альфой. В мире есть всего несколько вещей, на которые можно смотреть вечно, и одна из них — его пластика. Джисон уверен, что его отношение не пошатнется. Ли Ноу — это чувственность, контроль тела, взгляд, от которого перехватывает дыхание. Впрочем, Джисон покривит душой, если скажет, что подписан только ради творчества. Ему нравится Ли Ноу, как человек. Его трудолюбие и доброта, легкое отношение к жизни. Пол не определяет его, каким бы ни был. Джисон пытается работать над одной из начатых песен, сидя на полу и обложившись текстами со всех сторон для большей продуктивности. Не проходит и часа, как рифмы превращаются в тянущуюся и уже невкусную жвачку для мозга. Он откладывает гитару со стоном. Хватит! Пора сделать перерыв. Матрас жалобно скрипит, когда Джисон заваливается на кровать и закидывает ноги на стенку. Всегда так делает: хочется верить, что прилившая к голове кровь как-то способствует хорошей работе мозга — то, что надо для вдохновения. Джисон проверяет телефон и обнаруживает в чате с Чаном и Чанбином подозрительную активность, набирающую обороты. сhanny уже видели? [ссылка на видео] 17:21 binni это тот самый блогер, на которого дрочит джисон? 17:27 сhanny да оказывается, я учусь с ним в одном универе 17:27 Стоп, что? Это о ком? Джисон дрочит только на… нет, этого не может быть! binni признаю, он ничего! и хореографию неплохую придумал. ставлю лайк 17:30 сhanny это я подсказал ему, как подкатить к джисону хе-хе>:3 быстро он! я даже не успел вам рассказать, что познакомился с ним. 17:31 Пульс стучит, отдаваясь в горло. Джисон закрывает глаза, делает несколько глубоких вдохов. Нет, это не может быть про Ли Ноу. Такого не бывает! Телефон продолжает вибрировать в руке. Джисон проверяет ссылку. Его обдает жаром, когда она загружается. Он несколько секунд пялится на неподвижного Ли Ноу в костюме с ярким акцентом на красном галстуке и пиджаке. В руке тот держит белую маскарадную маску, сочетающуюся с рубашкой. Ли Ноу стоит в центре зала, залитого синим светом. Когда начинает играть музыка, Джисон выключает. Alien вызывает слишком много чувств. Он пока не может найти в себе силы посмотреть: умереть от счастья всегда успеет, сначала надо разобраться, что имел в виду Чан. Мозг прокручивает фоном: Ли. Ноу. Поставил. Танец. На Alien. Ебнуться можно! doolsetnet что здесь происходит ??????????? >>сhanny это я подсказал ему, как подкатить к джисону хе-хе>:3 17:31 В смысле??? С чего ты взял, что он хочет ко мне подкатить? Откуда он меня знает? 17:34 сhanny у нас была общая потоковая лекция, на которой он вместо того, чтобы слушать лектора, смотрел твои видосы. судьба же, ну! когда я только завел с ним разговор, он смотрел на меня, как сыч, но стоило упомянуть, что я твой бро… ну, в общем, он был очень заинтересован 17:35 Джисон надеется, что обошлось без рассказа, как они когда-то чуть не подрались за горшок. И без той самой истории про лифт, которую Чан так любит рассказывать людям, на которых Хан надеется произвести хорошее впечатление. binni ты совсем не умеешь сообщать новости... джисон, дыши, пожалуйста! глубокий вдох, медленный выдох 17:35 сhanny еще я посоветовал заглянуть в твое любимое кафе. сказал, что ты торчишь там часами. судя по сторис, он сейчас там;) 17:36 Что?! Ли Ноу хочет познакомиться? Вот теперь совет Чанбина становится, как никогда актуален. Джисон пялится на сообщение, не веря собственным глазам. Требуется время, чтобы вспомнить, как дышать. Он дрожащими руками находит сторис Ли Ноу. Последняя выложена несколько минут назад. Джисон узнает интерьер кофейни в доме напротив. Сложно не узнать: высокие потолки, узкие окна во всю стену, чередующиеся с зеркалами. Он никогда не был во Франции, но почти уверен, что у этой кофейни французские вайбы. Возможно, из-за нарочито вычурного декора. Прежде чем успевает всерьез задуматься, Хан вскакивает и натягивает первые попавшиеся джинсы. Он нажимает на кнопку вызова лифта несколько раз, будто это ускорит процесс. Зеркало в лифте утешает, что отечность после сна уже сошла. В остальном внешний вид оставляет желать лучшего. Чем рассчитывает впечатлить? Обычной черной майкой? Но хотя бы чистой, не успел заляпать ее каким-нибудь соусом. Остается надеяться, что Ли Ноу нравятся татуировки. Черт, Джисон забыл про фильтры для носа! Или… это даже на руку: поможет разобраться во вторичном поле. А ой, или это слишком подло? Ну, он в любом случае забыл фильтры не специально, а из-за спешки. В лифте начинает мигать лампочка, нагнетая тревожку. Очень даже в стиле Хана будет застрять и упустить шанс познакомиться. Надо завести привычку спускаться по лестнице перед такими важными событиями. В ожидании первого этажа он нервно похлопывает по ноге и гадает, неужели Ли Ноу и правда заинтересован в знакомстве с ним, раз записал видео и приехал. В голове не укладывается. Еще вчера Джисону казалось, что их вселенные никогда не пересекутся, а сегодня узнал, что Ли Ноу следит за его творчеством. Вау! Страх окатывает словно холодной водой: вдруг зря радуется. Какова вероятность, что Ли Ноу выложил сторис не спустя несколько часов? А если и правда увидятся, то что ему сказать?.. Будет странно просто подсесть к нему? Хан не одобряет нарушение личных границ и обычно не вторгается в личное пространство, но ситуация вроде как исключительная. Он перебегает улицу в неположенном месте, надеясь, что Ли Ноу не видит этого в окно. На солнце уже не припекает, но воздух еще полон густой духоты, поэтому прохлада кафе на контрасте ощущается особенно приятной. Джисон обводит взглядом помещение, но никого не находит. Сердце болезненно тянет. Не успел. И правда, кто станет из публичных людей выкладывать локацию до того, как уйдет? Если, конечно, не хочет, чтобы такие, как Джисон, понабежали знакомиться. Глупо было надеяться. Наверное, Чан что-то неправильно понял. От страданий отвлекают самым наглым образом: чья-то рука ложится на задницу. Это происходит с ним стабильно раз в несколько месяцев! Джисон скрежечет зубами. Сколько можно?! Именно сейчас, когда готов расплакаться от обиды! Он оборачивается, чтобы как минимум наорать и как максимум вмазать, но замирает. На него с нечитаемым выражением лица смотрит Ли Ноу, завороженно моргая. Тот самый, которого Джисон и рассчитывал здесь найти и о котором до этого момента был высокого мнения. Не удивительно, что остался незамеченным: занял столик у самого входа, мимо которого Хан слишком быстро пронесся. Глаза Ли Ноу округляются, будто до него наконец доходит, что делает. — Прости, я не специально! — он одергивает руку и придерживает ее, словно она тут же вернется на прежнее место, если этого не делать. — Ты альфа, — озвучивает догадку Джисон вместо приветствия. Голос звучит почти равнодушно, хотя внутри кружится буря чувств. Хан старается игнорировать самое очевидное. Разочарование. Сколько себя не настраивал, все равно правда врезается в сердце ржавым гвоздем. Зато тревога уходит на второй план, Джисон чувствует неожиданный прилив спокойствия и безразличия. Какая разница, как теперь все сложится, если самое худшее уже произошло? Джисону казалось, что у них обязательно случится мэтч, но теперь об этом можно забыть. — Мне стоит уйти… — Нет! Ли Ноу не знает, куда деть взгляд, и выглядит настолько виноватым, что Джисон невольно смягчается в суждениях. — Ты не понимаешь — возражает Ли Ноу, скривившись. — Какой же я дурак!.. Не надо было приходить. — О чем ты? Страх скребется в животе: Хан настолько ему не понравился? — Похоже, предгон начался раньше времени. Я должен был догадаться! В другой гормональный фон я бы вряд ли действовал так импульсивно... Я сейчас не про руку на заднице, если что. Черт, про нее тоже!.. Оу. Значит, это для него не нормальное поведение. Какое облегчение! Возможно, Джисон сможет продолжить смотреть любимые видео. Он не уверен, что смог бы, окажись его любимый блогер похотливым придурком, лапающим каждого встречного омегу. — Это же Чан тебя подбил? — спрашивает Джисон, мысленно делая пометку доебаться до Чана. Сводник хренов! — Ну... он попросил написать ему, когда загляну сюда. — Значит, Лино и правда здесь ради Хана. Несмотря на все факты, осознание никак не приходит. — Прости, мне очень неловко. Давай попробуем сделать вид, что ничего не было? Ли Ноу слабо улыбается, но такой знакомой улыбкой, что Джисона накрывает волна облегчения. Может, не все потеряно? Хочется верить, что тот самый Ли Ноу, которого он знает, не просто образ. Стоп, Джисон действительно раздумывает над тем, чтобы закрыть глаза на вопиющий проеб альфы? Хуже — собирается согласиться на общение в предгоне. Хенджин его высмеет! Впрочем, можно ничего ему не рассказывать. Любопытство побеждает. Хан решается на беспрецедентное: — По рукам! Джисон занимает стул напротив. — Значит, мы подписчики друг друга, я правильно понимаю? У него екает сердце, когда Ли Ноу наконец смотрит в глаза. Странно разговаривать с человеком, которого до этого видел только на экране. Волосы выглядят уложенными, будто только что из парикмахерской. Означает ли это, что прихорашивался перед встречей и хотел произвести впечатление?.. Что ж, у него получилось. — Все нормально! Хан Джисон, — он протягивает руку. — Ли Минхо. Неожиданно. Настоящее имя ему даже больше нравится. — Как получился ник Ли Ноу? Уголок губы Минхо дергается, а в глазах появляется хитринка. — Я его придумал, когда стало понятно, что подписчики не понимают, какого я вторичного пола. Мне показалось забавным, что никто не знает, кроме меня. В моей голове это звучало лучше, чем есть на самом деле. — Он становится серьезным. — Ты же не будешь распространяться никому о том, что я альфа? Я могу рассчитывать на тебя? Посвящение в тайну заставляет почувствовать себя немного в большей безопасности: в крайнем случае будет доступна опция угрозы и шантажа, если будут домогаться. — Я-то не буду, — говорит Джисон, — но у тебя скоро уже пятьдесят тысяч подписчиков. Не боишься, что кто-то из твоих знакомых расскажет? — Когда-нибудь это произойдет. Но пока мне весело читать срачи в комментариях, поэтому я бы хотел насладиться этим, как можно дольше. Джисон смеется, закинув голову, но тут же тушуется. Как обычно, слишком громкий для омеги. Ему должно быть насрать, что о нем подумает альфа, но ему не насрать, что подумает Ли Минхо. О чем говорить?.. Неловкость душит. И куда испарились все те вопросы, которые так хотел задать Минхо? Хан столько раз болтал с ним в своем воображении, а теперь не может придумать хоть какую-нибудь тему для разговора. Джисон изучает меню, как будто видит его в первый раз. Не то чтобы он не знает позиции наизусть, но если отложить меню, придется возвращаться к разговору. Над ухом раздается доброжелательное: — Вам как обычно? Официант протягивает руку, чтобы забрать меню. — Э-э-э, да спасибо. Джисон прикусывает губу, гадая, насколько скованно выглядит его поведение со стороны на контрасте с тем, что транслирует в блоге. С чего он вообще так зажимается перед каким-то альфой? Надо исправляться! Хан расправляет плечи. — Для вас что-нибудь? Минхо отказывается, кивнув на нетронутую чашку с американо. Джисон разглядывает его. Черная футболка, спортивные штаны и серая толстовка, наброшенная на плечи. На лице ни грамма макияжа, но глаза блестят, будто намазанные глитером. Или не глитером… Он не шарит в косметике, но готов поклясться, что от них исходит чертово сияние. — Ты уже заценил мое хорео на Alien? Как тебе? Минхо спрашивает тихо, играясь с солонкой, поэтому смысл вопроса доходит не сразу. — Э… ну, я… — Джисон тушуется. Стоило ознакомиться хоть как-то, конечно. Со стороны может показаться, что плевать, раз знал, но не посмотрел. Соврать или?.. — Еще нет. Солонка в руках Минхо замирает. — Оу… — Не успел, потому что увидел перед самым выходом! — оправдывается Хан, теребя нитки на потертостях джинс. — О! — Голос Минхо заметно приободряется. — Не хочешь посмотреть вместе? — Прямо сейчас? — Ну да, если ты не против. Мне интересно посмотреть на твою реакцию. Джисон хочет сглотнуть вставший поперек горла ком страха, но слюны оказывается не достаточно. Показать свои настоящие эмоции от просмотра — все равно что признаться в чувствах. Ну, если они все еще есть, конечно. Чертов Хенджин! Почему он так часто оказывается прав?! — Я не… — Хан понимает, что не сможет отказать, когда кончики губ Минхо опускаются. — Окей, показывай свой новый шедевр. Месяцы гиперфиксации не исчезают по щелчку пальцев. Джисону не хочется расстраивать того, кто регулярно дарил много радости своим контентом. Ему совсем не сложно разок отблагодарить. Минхо заметно расслабляется. И, пусть выглядит более напряженным, чем дома в сторис, от него чувствуется фундаментальное спокойствие, подкупившее когда-то. Оно манит Джисона с расшатанной нервной системой, как мотылька свет. — У меня зарядки мало, — врет он, пододвигая свой стул вплотную. — Включишь на своем? Так будет сложнее наблюдать за его реакцией. Может, Минхо и не заметит, если Джисон потечет… в переносном смысле! К счастью, обоняние большинства людей уже не настолько хорошее, чтобы распознать первые признаки возбуждения. Спасибо эволюции. Лишь когда Минхо прочищает горло над ухом, Джисон осознает, насколько близко расположился. Упс… похоже, у стратегии есть свои минусы, но отступать уже поздно. Хотя бы не как на ладони перед Минхо. «Сосредоточься! Всего три минуты, — напоминает себе Хан. — Ты выдержишь!» Но это не точно. Когда видео прогружается, Минхо предстает в своем загадочном образе. Пусть лицо и скрыто белой маской, Джисон бы узнал его из тысячи других танцоров: слишком много видео посмотрел и знает манеру движений. Он не может перестать жевать губу от нервов. Виной всему взгляд, который чувствует на себе, вопреки попытке избежать разглядывания. От сухости горло хочется прочистить, но он сдерживается, не желая привлекать к себе лишнего внимания. Танец начинается с акцентом на движении кистей. Чувственно. Плавно. Гипнотизируя. Нижняя часть тела подключается не сразу, но стоит Минхо податься вперед тазом, как низ живота отзывается и приятно тянет. Хан ни на мгновение не забывает о присутствии исполнителя благодаря дыханию над ухом. Мурашки на предплечьях выдают его с головой. Комментарии отсутствуют, но просмотр не проходит в тишине: Минхо подпевает. Джисон с трудом сдерживается, чтобы не расхныкаться от звука нежного голоса. Когда начинается рэп-часть, Минхо мило зажевывает слова. Атака сразу на несколько органов чувств грозит вывести из душевного равновесия. Не удивительно, что в голову начинают лезть всякие мысли. Джисон не может воспринимать танец, когда рядом живой Минхо! Хочется прижаться, уткнуться носом в шею… кажется, плохая была идея садиться настолько близко. Феромоны предгона кружат голову, все силы уходят на то, чтобы не наделать глупостей. Ему даже начинает казаться, что перспектива быть разложенным на столе ничуть не хуже, чем раскладывать кого-то на столе. Джисон ненавидит себя за слабость всякий раз, когда природа оказывается сильнее. Когда рука опускается на ногу, он не понимает, возмущаться или нет. Его снова лапают или?.. Кажется, несправедливо возмущаться, когда приятно. Одежда не мешает коже вспыхнуть от прикосновения. — Ты так трясешь ногой, что еще чуть-чуть, и кофе расплескается. Укол неловкости приходится куда-то под грудиной. — Прости… Минхо убирает руку, лишая тепла. Джисон поджимает губы. Еле сдерживается, чтобы снова не затрясти ногой для привлечения внимания. По окончанию просмотра он обнаруживает рядом с собой айс американо, хотя не припомнит, чтобы официант приходил. Хан делает несколько больших глотков в надежде, что это остудит и приведет в чувства. Горечь пережаренного зерна действительно дает неплохую пощечину. — Как тебе? — спрашивает Минхо, отодвигаясь настолько, насколько позволяет расстояние до стенки. Несмотря на то, что голос звучит ровно, в глазах читается легкая паника, а взгляд то и дело перемещается куда-то ниже. Видимо, на губы. Кадык Минхо заметно дергается, когда Джисон якобы случайно задевает рукой его колено. — Ты не против сесть обратно? Очень тяжело не вести себя, как придурок, когда ты рядом. Похоже, Минхо тоже чувствует влечение. Впрочем, наверное, странно не чувствовать влечения к омеге в предгоне. Наверняка, на месте Джисона мог быть любой другой. Тем не менее он ставит плюсик в карму: не каждый альфа скажет о таком открыто и вообще будет беспокоиться о чужом комфорте. — Так и быть, побуду послушным омегой для разнообразия, — шутит Хан, отсаживаясь. Или это был флирт? Какой кринж… Чтобы смазать впечатление, продолжает нести какой-то бред: — Если бы мы были в любовном романе, от нас бы уже несло розами. Кажется, стало только хуже. То, чего Джисон и боялся: теряет контроль над собой в присутствии альфы. Пора закрыть рот на замок. Минхо смеется, зажмурившись. — Я бы предпочел пахнуть кофе. — А я думал пудингом. Минхо растягивает губы в довольной ухмылке и подается вперед, поставив локти на стол. Он кладет подбородок на сцепленные кисти и по-кошачьи гипнотизирует. — А ты внимательно смотришь мои сторис… Но нет, аромат пудинга обрек бы на страдания. Мне бы все время хотелось есть, или меня бы стало тошнить от него. Так что откажусь. В Джисона вселяется желание закинуть ногу на ногу и продолжить флиртовать. Он знает, что позже пожалеет об этом, но сейчас подается вперед и зеркалит положение рук Минхо. — Хорошо, раз ты кофе, значит, мне бы достался аромат молока? Кажется, в переводе это звучит, как: «Я бы не отказался сочетаться с тобой ароматами». Какой ужас! Это звучит, как признание. Какое счастье, что они все же не в любовном романе, и концепция избранных — всего лишь миф. — Или меда. — А? Джисон вопросительно выгибает бровь. — Потому что Хани. Понял? Ох. Волна жара проходит с головы до ног. — Повтори еще разок, — просит он ослабевшим голосом. — Я не расслышал. — Хани. Ну, как мед. Минхо произносит имя очень мягко. Никому и в голову не пришло называть так Джисона! Он, конечно, омега, но вообще-то далеко не самый нежный и образцовый представитель. Хан не знает, что сказать. У него пропадает дар речи и способность соображать. Пока он пытается запомнить точную интонацию и выражение лица, чтобы воспроизводить перед сном до конца своих дней, Минхо, похоже, догадывается, что к чему. — Ха-ни-и! — растягивает он. Джисон не знает куда смотреть, чтобы не выдать реакцию собственного организма. Миссия заведомо обречена. Щеки горят, по шее скатывается капелька пота. — Понял-понял! Прекрати. Пожалуйста. — Прекратить называть тебя Хани? Джисон шутливо изображает стойку с кулаками из бокса. Отражение в ближайшем зеркале подсказывает, что попытка выглядеть угрожающе провалена. Минхо вскидывает руки в знак примирения, хотя продолжает светиться от довольства. — Так как тебе в итоге хореография? — Это было… ну… впечатляюще, — отвечает Джисон сдержанно, но понимающее хмыканье его провоцирует: — Ладно-ладно, мне очень понравилось! Я просто в восторге от того, что ты поставил танец. Я собираюсь пересматривать это каждый день. Ты доволен? — Да. От Джисона не скрывается, что Минхо снимает толстовку с плеч и повязывает на талии. Невольно закрадывается мысль: хочет скрыть возбуждение. Хан радуется, что надел именно джинсы. Впрочем, у его члена дела не так радужны. Хочется попросить поставить кондиционер на более низкую температуру. Все еще жарко. — Как тебе удалось так быстро придумать танец и снять? — спрашивает Джисон, обмахиваясь попавшимся под руку листом с акциями. — Наработки уже давно были. Это моя любимая песня. Три заветных слова растягивают губы в глупой улыбке. «Моя любимая песня». Вау! Слишком приятно услышать это именно про Alien, она много значит для Джисона. — Да? Почему? — Думаю, это чувство мне знакомо. Когда ты немного инопланетянин. Ну знаешь, среди других альф… Минхо откидывается на стуле назад, широко расставив ноги. Бедра выглядят настолько приглашающими, что заставляют залипнуть. Джисон слишком много раз видел их в обтягивающих брюках, чтобы сейчас не визуализировать те гипнотические движения тазом. Концентрация покидает его, даже не помахав рукой на прощание. Кажется, Минхо продолжает что-то рассказывать. Слушать внимательно не получается, остается только беспомощно кивать. — Хани? Джисон вздрагивает и поднимает взгляд. Его спалили. Впрочем, у Минхо такой вид, будто думает о том же. Усаживания поудобнее не помогают: задница просит потереться о что-нибудь — лучше бы о не-будем-показывать-пальцем-чей-член, — а не сидеть ровно на стуле. Джисон делает вид, что его заинтересовала какая-то акция на бумажке, а сам судорожно соображает, что бы такое спросить, чтобы вопрос не слишком сильно выбивался из предыдущего разговора, который прослушал. — А почему ты скрываешь, что альфа? — Подозреваю, что за тем же, зачем ты рассказываешь в блоге о своей природе. Джисон цокает и закатывает глаза. — Так и сказал бы, что не хочешь отвечать. — Но я хочу! Просто подозреваю, что мотивы совпадают. Желание чувствовать себя свободным, хоть что-то контролировать в жизни. Мне казалось, это очевидно. — Не понимаю, зачем в твоем случае скрывать, — признается Хан. — С каких пор альфа не может делать, что ему вздумается? Минхо пожимает плечами. — С таких же, с каких омеги? Испокон веков. — Джисон уже набирает в грудь побольше воздуха, чтобы разразиться тирадой, как тот добавляет: — Нет, конечно, давление на омег выше, а требования еще абсурднее. Я не спорю, но… — Боишься осуждения? — озвучивает догадку Хан. — Да, некоторые образы нестандартные для омег, но все же… — Просто не хочу выслушивать, кому и что я должен. Особенно в постели. — О, так ты предпочитаешь альф? Это многое объясняет. Джисон пытается придать голосу беззаботности, хотя тиски разочарования давят грудную клетку. С чего бы это? С каких пор его интересуют альфы в качестве потенциального партнера? — Мне все равно какой пол, но… знаешь, мне сложно общаться с человеком, если он не чувствует себя равным. С большинством омег мы тупо по-разному смотрим на жизнь. А ты почему предпочитаешь омег? Джисон в кой-то веки решает подумать прежде чем отвечать. Наверное, речь про неадекватность альф будет сейчас неуместна. Не хочет звучать, как гендерист. — С омегами я могу быть в активной позиции. — И все? Джисон прищуривается. — И все? — передразнивает он. — А ты знаешь альф, которые позволят быть сверху? А… — до него доходит, что знает, раз вступает в отношения с альфами. Кто-то же из них должен оказаться в непривычной позиции, чтобы все получилось... Воображение услужливо подсовывает нуждающегося Минхо. Ох. Джисон бы не отказался ему как следует помочь. — Вот-вот, знаю. — И все же дать другому альфе — как будто не одно и то же, что и омеге. — А у тебя… — Минхо запинается. — Забудь, тупой вопрос. — Что? — канючит Джисон. Ужас! Обычно он так себя не ведет. Влияние феромонов близкого к гону альфы делает более слабым. — Да нет, зря я начал. Разговор не для дня знакомства. — Ну вот, мне теперь еще интереснее! Я же умру от любопытства. Кто будет сочинять тебе новые песни? Минхо сдается. Джисон надеется, что из-за перспективы остаться без его шедевров. — Сложно найти омегу, который бы мог помочь тебе в течку? Ты вообще чувствуешь себя удовлетворенным? Течка похожа на пытку, Джисон ненавидит ее. Но признать это сродни поражению. — Мои партнеры не жаловались! — встает в защиту он. — Феромоны не играют главной роли в обычной жизни. С течкой сложнее, но мне удавалось удовлетворять и без фокусов природы. — Но я спросил про тебя, — мягко поправляет Минхо. Джисон передергивает плечами. — Я и сам неплохо справляюсь. Только один из бывших партнеров согласился провести с ним течку, но эксперимент оказался неудачным. Мало того, что Джисону было еще хуже, чем обычно, так у этого позора еще и был свидетель. Хан предложил расстаться первым. Ему казалось, что в нем не смогут развидеть унижающегося и умоляющего оттрахать «омежку». Он бы уже никогда не смог быть собой в тех отношениях. — А как же твоя нуждающаяся сторона? Джисона передергивает. — У меня ее нет! — Но она есть у всех. Минхо своими феромонами и вопросами взвывает к той части, которую Джисон обычно игнорирует. Он не подстилка какая-нибудь! Любые страдания во время течки лучше, чем чувствовать себя использованным. — Ну, возможно, моя нуждающаяся сторона просто меньше, чем у других. Микроскопическая. Скепсис слишком явно читается на лице Минхо, когда смотрит на размер, показанный указательным и большим пальцами. — Да? Или ты просто не разрешаешь ей проявляться? — Хан не знает, что написано на его лице, но Минхо извиняется: — Я не должен был предполагать, прости. Забудь. Мне просто интересно, отличается ли принципиально течка, проведенная с альфой… — Без понятия, я никогда и не был с альфой. — Оу… Минхо растерянно хлопает глазами. — Только не надо начинать про то, что мне всего-то нужно найти альфу, и все мои проблемы тут же решатся! Джисон ерзает на стуле. Обсуждение всякого такого возбуждает против воли. Возможно, все дело в том, что Минхо тот, кто может легко удовлетворить потребность, о которой идет речь. Ну, теоретически. Организм охотно откликается, надеясь, что ему перепадет. Хан был лучшего о нем мнения. Это пугает. Нет, он не опустится до мечтаний о том, чтобы лечь под альфу! Особенно вне течки. — И тебе никогда не хотелось попробовать? Иронично это слышать сейчас, когда впервые хочется. Джисон передергивает плечами и смотрит куда угодно, только не в глаза. — Это какая-то принципиальная позиция, или?.. — Разве не очевидно? — передразнивает он. — Просто хочу быть свободным. Я решаю, с кем мне быть, а не феромоны. — Так ли это? — парирует Минхо. — Но ты так стремишься избежать этого, что в итоге это влияет на твою жизнь больше, чем какие-то там феромоны. Джисон зависает. Смысл сказанного ускользает от понимания. — В каком смысле? — Ну, это заставляет тебя вести себя определенным образом, избегать какого-то опыта. Ограничения у тебя в голове, — Минхо тыкает в висок указательным пальцем. — О какой тогда свободе идет речь? Под таким углом Хан никогда не смотрел на ситуацию. Звучит в чем-то логично, но признавать это, конечно же, не будет. — Это ты по моим сторис понял? — фыркает он, скрещивая руки, и повышает голос: — Такие все вокруг умные, я не могу! А главное пытаются научить, как жить. И как это я без вас до двадцати пяти дожил, не представляю. Глаза Минхо округляются. Он замирает, будто боится, что любое движение спровоцирует новую волну недовольства. Момент истины. Если будет настаивать на своем или вести, как мудак, то Джисон просто встанет и уйдет. Никаких поблажек альфам, только потому что они самопровозглашенные цари природы. — Прости, мне просто показалось, что… не важно. Не бери в голову. — Что тебе показалось? — требует Джисон, наклонив голову и прищурившись. Страшно услышать ответ. Если Минхо разглядел недотрах и типичные омежьи слабости, то наверняка начнет соответствующе относиться, а Хан этого не переживет. Минхо говорит медленно, тщательно подбирая слова: — Что ты сражаешься со всем миром и воспринимаешь свою природу, как уязвимость. Но нуждаться в чем-то нормально. Нужно просто просить дать правильного человека. Он говорит тихо, но это оглушает. От возмущения Джисон давится слюной и не сразу может выдавить из себя: — Это типа предложение? Минхо замирает с открытым ртом. — А? Нет, я… Боже, конечно, я вел не к этому! Приезжать сюда в предгон было ошибкой. — Он так резко поднимается, что стул чуть не падает. — Я пойду, пока не наделал еще больших глупостей. — Подожди! — Джисон останавливает его за руку, будто сам не собирался только что уйти. — Зачем ты вообще приехал? Ну, кроме того, чтобы полапать меня за жопу и поговорить о сексе. Минхо мученически кривится, оглядываясь по сторонам. Видимо, боится, что кто-то вызовет полицию, если узнает, что какой-то альфа домогается до омеги. Джисон бы вызвал. — Мне жаль, что все так вышло. Честное слово, у меня не было таких намерений! — А какие тогда были? — допытывается Хан. — Познакомиться с тобой! Мне было интересно узнать лично автора песен, которые занимают особенное место у меня в сердце. Но, кажется, ты все прослушал, потому что пялился на меня. Но я все понимаю, омегам можно, альфам нет. — Минхо горько усмехается. Джисон прикусывает губу. До этого момента не догадывался, что может быть приятно и стыдно одновременно. — Ладно, признаю, я тоже хорош. Если он испытывает влечение, то что тогда творится с Минхо на фоне гормонального всплеска? Джисону становится неловко, что так грубо с ним разговаривал. Похоже, как придурок ведет здесь себя только он, то и дело подозревает в чем-то, провоцирует, обвиняет. — Можно пройти? Вы здесь не одни, — возмущается пожилой мужчина, желающий выйти на улицу. — Совсем стыд потеряли… Джисон тянет на себя руку, чтобы освободить проход к выходу, и Минхо оседает к нему на колени. Приоткрытые губы оказываются слишком близко. Завороженный, Джисон обращается к ним: — Я тебе нравлюсь только как блогер, или?.. — Это какой-то вопрос с подвохом? Если я скажу, что просто нравишься, ты скинешь меня и скажешь проваливать, потому что я поганый альфа? Джисон кривится и яростно трясет головой. — Ты не поганый альфа. Не говори так! — Но ты ведешь себя со мной именно так! — напоминает Минхо. — Прости. Я должен был убедиться, что ты не хочешь воспользоваться мной. — Мои глаза находятся выше, — подсказывает он. Джисон тяжело вздыхает и облизывает пересохшие губы. — Знаю. Мне просто пока неловко в них смотреть. — Ну да, ну да. Когда раздается покашливание над ухом, Джисон вздрагивает и так спешно убирает руку с талии Минхо, будто за это могут арестовать. — Извините, но я вынужден попросить вас уйти, — говорит официант. — У нас датчик показал превышение концентрации феромонов. У кого-то из вас начался гон. Сами понимаете, общественное место… Вопросов, почему подозревают именно их не возникает. Парочка за соседним столиком бросает на них косые взгляды. Если подслушивала разговор, то наверняка гадает, почему альфа сидит на коленях, а не наоборот. От близости задницы Минхо к члену у Джисона встает вопреки испугу. Минхо поднимается первым. — Извините, я уже ухожу. — Мы уходим, — поправляет Джисон. Видимо навсегда… Вряд ли он решится вернуться сюда когда-либо. К счастью, официант не стоит над душой, а возвращается за стойку. Пока Минхо расплачивается, Хан обнаруживает проблему. — Эм, можно одолжить твою толстовку? — Неловко просить, но выбора нет. — Мне надо прикрыться. Судя по насыщенному цвету ушей, Минхо прекрасно понял: это по его вине у Хана мокрая от смазки задница. Он не просто делится толстовкой, но и благородно придерживает свою руку, чтобы та не оказалась снова там, где не надо. Как это мило! Минхо милый. Вообще-то для альфы в гоне он ведет себя абсолютно адекватно. Они тормозят на выходе из кафе. Прохожие оглядываются на них, возможно, чувствуя изменения в феромоновом фоне. Джисон на всякий случай вертится, чтобы проверить, точно ли не видно пятно смазки. Может, на него все пялятся?.. Минхо тем временем изучает карту, чтобы добраться до дома. — Потом вернешь кофту, — бросает он, не отрываясь от телефона. Кажется, задерживаться у него в планах нет. Джисону не хочется прощаться на такой ноте. — Подожди, а как ты пойдешь? — Он цепляется за возможность остаться вместе подольше. — Ну, ты не опасен для окружающих? Палец замирает над экраном. Минхо вскидывает голову и прищуривается. До Джисона доходит, как это прозвучало. — Значит, такого ты обо мне мнения? Нет, не опасен. Мы же не животные все-таки. Риски есть только для задниц, которые мне нравятся. А нравишься мне сейчас только ты, поэтому просто не поворачивайся ко мне спиной. — Ты только что назвал меня задницей? Минхо закатывает глаза, но уголки губ приподняты вверх. — Это все, что ты услышал? — Вообще-то нет. Сердце Джисона до сих пор учащенно бьется от признания. — Ладно, спишемся позже по поводу кофты... — Я верну сразу! — Он хватается щипком пальцев за край его футболки, как в аниме, будто это как-то может задержать, если тот захочет уйти. — Живу тут через дорогу. Проводишь? Минхо становится еще более грустным. — Ты настолько не хочешь больше видеться? Джисон немо открывает и закрывает рот. Что? — Нет! Просто не хочу сейчас прощаться. Минхо, кажется, не верит, но все-таки следует до тех пор, пока путь не преграждает дверь подъезда. — Идешь? — спрашивает Джисон, не сразу заметив заминку. Минхо хмурится. — Разве мы еще не пришли? — Ну… я думал, ты поднимешься. У меня есть кое-что для тебя. Было бы неплохо как-то сгладить впечатление после наездов и грубостей. Тем более диск с первым альбомом — звучит, как идеальный подарок для любителя творчества. — Что у тебя может быть для меня? Мы же сегодня познакомились. — Увидишь, — загадочно отвечает Хан. — Тебе понравится. — Ты звучишь, как маньяк. Пародируя злодейский смех, он хохочет на весь подъезд. Минхо все же соглашается зайти, но предупреждает: — Я пешком. — Ага, на пятнадцатый этаж. Минхо удивительно быстро смиряется с участью оказаться в замкнутом пространстве на несколько минут. — Я отказываюсь устраивать день ног вне расписания тренировок, — поясняет он, услышав смешок. Минхо впечатывается в стенку лифта и пялится исключительно на сменяющие друг друга цифры над дверью. Видимо, чтобы не начать приставать. Джисон уже сбился со счета, сколько баллов в его глазах тот успел заработать. Кажется, Минхо действительно положен приз. Открыв дверь квартиры, Джисон в первую очередь снимает с пояса толстовку, но замирает в нерешительности. — Или, может, ты хотел, чтобы я постирал?.. У феромонов слабый запах, но это никак не влияет на мощность физиологического эффекта. Парочки обмениваются своими вещами, если не могут провести вместе течку или гон. Хан никогда не давал другим свои вещи. Омегам они были не нужны, от них никакого эффекта. Раз заслуга Минхо в истекающем смазкой заде все же присутствует, то имеет право воспользоваться, наверное. Это чертовски смущает. — Можешь не волноваться, я сразу постираю, — обещает Минхо. — Можешь вообще не стирать. Я не против, если что. Ну, ты понял… Судя по скептически сведенным бровям, он не воспринимает разрешение всерьез. Забирает толстовку через порог, будто переступить его — означает оказаться запертым в клетке с тигром. Когда руки соприкасаются, Джисону мерещится притяжение на подушечках пальцев. — Зайдешь? — Ты в своем уме звать домой незнакомого альфу в гоне? — Минхо впервые повышает голос и выглядит чуть более сурово, чем котенок. — А если я с тобой что-то сделаю? Ты об этом подумал? — А может я хочу, чтобы ты сделал что-нибудь со мной? — выдает Джисон на одном дыхании. Взгляд Минхо темнеет. Хочется верить, что от желания. — Во-первых, не стоит с таким шутить. Во-вторых, у тебя биполярка, или что? — Понимаю, как это выглядит. Наверное, я заслужил. Мне жаль, что наговорил всякого сегодня… — Джисон ковыряет заусенец на большом пальце и смотрит в пол, пока подбирает слова: — Просто, ну, ты заставил меня задуматься кое о чем. Может, тебе удастся убедить меня пересмотреть некоторые взгляды… Да и ты не выглядишь, как тот, кто будет пользоваться омегой лишь для удовлетворения потребностей. Минхо тяжело вздыхает, но порог все же переступает. — Это звучит, как «я спросил, не мошенники ли они, они сказали, что нет», — ворчит он. Джисон прыскает от смеха и уходит на поиски обещанного. За спиной щелкает дверь. Удивительно, но перспектива остаться с альфой наедине в гоне впервые не пугает его. Минхо завоевал столько доверия за один вечер, сколько у некоторых представителей не удавалось и за все время общения. Да, может, наивно, и не исключено, что позже Джисон пожалеет об этом, но сейчас кажется, что Минхо не способен причинить вред. Хан не просто не боится. Он в предвкушении нового интересного опыта. Глупо отрицать очевидное: они оба в возбужденном состоянии. У одного задница сочится смазкой, у другого вообще гон. Наверняка, если дать зеленый свет, то Минхо не откажется от продолжения. Хан пытается понять, чего хочет. Он никогда не спал ни с кем на первом свидании. Не потому что не одобряет, а просто как-то желания не возникало. Ему не прикольно спать с незнакомыми людьми. Но Минхо — не незнакомый. Более того — он потрясающий. Джисон даже не слишком противоречит себе: он хотел делать выбор не под влиянием физиологии, он и не изменяет себе. Минхо ему понравился давно, без всяких феромонов. Хан совершит ошибку, если упустит шанс познакомиться поближе. Если не сложится, то хотя бы будет не так больно. Чем раньше это произойдет, тем легче отпустить друг друга. Джисон находит то, что искал. — Диск с твоим автографом? — уточняет Минхо очевидное. Он пялится на свой экземпляр, как на сокровище. — Да, у меня целая коробка мерча приготовлена к одному мероприятию. Но первый диск для особенного человека. — Для особенного, да? — повторяет Минхо. — Ну вот, теперь мне еще больше хочется тебя поцеловать. Пора идти, пока я не… Дважды повторять не требуется. Джисон прижимает его к входной двери. Свободная рука Минхо оказывается на его ягодице раньше, чем губы соединяются. Это больше не бесит, а умиляет. — Тебе... было бы интересно... увидеть мою нуждающуюся сторону? — преодолев себя, спрашивает Хан в коротких перерывах между поцелуями. Он напрягается, боясь услышать ответ. Минхо отстраняется, чтобы взглянуть в лицо, и крайне серьезно отвечает: — Мне интересно узнать тебя целиком, а не какую-то одну сторону. Глаза увлажняются. Никто не говорил Джисону подобного. Минхо откладывает подарок в сторону и притягивает к себе за ягодицы с такой силой, что из груди невольно вырывается удивленный выдох. Хан подставляет шею, но тут же жалеет: Минхо быстро определяет самое чувствительное место и уделяет ему особенное внимание языком, выкручивая ощущения на максимум. Пылко. Тесно. Влажно. Низ живота тянет с новой силой. Перед глазами все плывет. Жмурясь от удовольствия, Хан теряется во времени и пространстве. Напор слегка пугает, но быть желанным пока что нравится ему больше. Стянув с него майку, Минхо замечает татуировки: — Вау!.. Это самое горячее, что я видел в своей жизни. Он проводит пальцем по той, что под ключицей, а затем исследует губами. — Не бросайся такими громкими словами, пока не заглянул мне в джинсы, — заявляет Джисон, сам не понимая, серьезен или шутит. Стоит слегка отпустить контроль над ситуацией, как он обнаруживает себя на руках. Он обхватывает талию и трется пахом о выпуклость на штанах Минхо. Для него это уже слишком, но не повод для того, чтобы остановиться. «Это всего лишь эксперимент», — напоминает он себе. — Мы можем как-то зафиксировать мне руки? — спрашивает Минхо, пока несет на кровать. Ему даже подсказывать не приходится, куда идти: комната всего одна. Минхо оставляет без комментариев творческий беспорядок. Он осторожно переступает через тексты песен, разбросанные на полу. — Прости, не ждал гостей. Зафиксировать? Зачем? — Я в гоне, а ты не в течке, — напоминает он. — Могу случайно переборщить. Не хочу испортить твой первый раз с альфой… — Зря я тебе это сказал. Ему не по себе от пристального внимания к этому моменту. Для Хана куда важнее, что это их первый раз с Минхо. Секс с альфой не звучит, как достижение. — Все должно быть максимально безопасно, чтобы ты чувствовал контроль над ситуацией. Хан прикусывает губу, чтобы не захныкать раньше времени. Минхо слишком хороший. Кажется, придется действительно связать его, чтобы выпытать недостатки. Они точно есть! У всех есть. Хан не хочет питать иллюзий на этот счет, особенно если на горизонте маячат потенциальные отношения. Минхо пытается опустить его на кровать, но Джисон только крепче держится за шею. — И что это значит? — Тяжело? А нечего было день рук пропускать! Смех щекочет ухо. Джисону становится легче. Юмор помогает справиться с нервозностью. — Что-то ты слишком внимательно смотришь мои сторис, — ворчит Минхо, сжав ягодицы сильнее. — Признавайся, ты сталкер? — Признаюсь только в том, что пару раз участвовал в срачах у тебя в комментариях с фейкового аккаунта. Можешь мной гордиться, я разнес всех по фактам! — Дашь почитать, раз такой смелый? — Нет, конечно. Я же не хочу, чтобы ты скончался от кринжа раньше времени. Я привел тысячу и один аргумент, почему ты сто процентов омега. Грудная клетка Минхо вибрирует от сдерживаемого смеха. Джисону нравится смешить его, наблюдать, как он жмурится и закидывает голову назад. — Так что, есть у тебя какая-то веревка или... — Наручники подойдут? Брови Минхо приподнимаются. Окей, удивлять его тоже приятно. — Эм, откуда они у тебя?.. — Друг помог достать для клипа. Хенджин бы ахренел, если бы узнал, для чего тот собирается использовать. У Джисона в свою защиту только один аргумент: его просили перестать выебываться и дать альфам шанс, он этим и занимается! А Хенджин если узнает, то только через его труп. Когда стопы Джисона соприкасаются с полом, едва не падает: ноги ватные и отказываются держать вес тела на себе. К счастью, кровать рядом, а наручники быстро находятся в нужном ящике. Хан берет инициативу в свои руки и медленно раздевает Минхо. Со штанами и трусами возникают трудности из-за впечатляющего стояка. Когда опускается на колени, ловит себя на противоречии. С одной стороны, ему немного непривычно и неловко, с другой стороны, стоять на коленях перед Минхо ощущается, как самая правильная вещь в мире. Видимо, феромоны делают свое дело. Иначе Джисон не может объяснить, какого черта ему впервые не терпится взять член в рот. Он с трудом отводит от набухших вен взгляд, чтобы оставить на бархатной коже поцелуй. — Ты же понимаешь, что подписываешься на самый короткий секс в своей жизни? — предупреждает Минхо, глядя сверху вниз. — А что так? — Я еле сдерживаюсь, чтобы не кончить прямо сейчас. Хмыкнув, Джисон толкает его на кровать и спешно стягивает джинсы, чуть не запутавшись в штанинах. С самого заезда в эту квартиру ворчал, что решетка над кроватью только и делает, что собирает пыль. Стоит одному альфе оказаться прикованным к изголовью, как приходит понимание практической и эстетической составляющей. Наручники щелкают. Натянутая цепочка лязгает о металлический прут — Минхо проверяет на прочность. — Настоящие. Какое облегчение, — признается он, расслабившись. Глаза сияют от предвкушения, покрасневшие губы приоткрыты в приглашении. — Упс, кажется, теперь тебе придется надеть презерватив самому. Ухмылка быстро сходит с его лица, когда Джисон пробует сделать это ртом. Естественно, с первого раза ничего не получается, зато находится уважительный повод сделать минет. Если для него вообще нужен уважительный повод. Джисону почему-то нужен. Пока что, по крайней мере. Не известно в чем дело — в проклятых феромонах или в том, что перед ним Ли Ноу из фантазий собственной персоной, — но он пробует самый вкусный член в его жизни. Минхо стонет и извивается, закинув ноги на спину. Мошонка оказывается чувствительной, отзывается на любое поглаживание. Минхо выгибается в спине, стоит стиснуть яйца. — Воу!.. — Он просит пощады, когда головка упирается в заднюю стенку глотки. — Агх, я же сейчас кончу… Джисон отстраняется с легким удивлением: ему никто не препятствует. Кажется, до этого момента он не до конца верил, что его не будут ни к чему принуждать. Возможно, нахождение с некоторыми омегами в течку сказалось на нем сильнее, чем думал… Оседлав, Хан любуется Минхо сверху. Его заднице так удобно и хорошо, что кажется, будто Хан наконец нашел свое место в жизни. Если бы кто-то сказал ему, что вечером будет сидеть на обожаемом Ли Ноу, то не поверил бы. Да что уж там, даже если бы кто-то сказал, что он позволит альфе к себе прикоснуться, уже сказал бы, что бред чистой воды. Когда дело доходит до проникновения, то все идет не по плану. Хотя естественной смазки достаточно, — больше, чем когда-либо, — мышцы сфинктера так сжимаются, что не получается просунуть даже палец. Признав поражение, Джисон прижимается к Минхо и прячет лицо в изгибе шеи и плеча. Вместо осуждения и критики получает поцелуй в макушку. — Хани, расслабься. Даже если сегодня ничего не получится, это не проблема. — Вообще-то это проблема! — Мы же впервые вместе. Ты же не думаешь, что все пройдет сразу идеально? Учитывая сколько предрассудков у тебя в голове, ты уже сделал огромный прорыв. Джисон облегченно выдыхает. Даже не подозревал, насколько важно было услышать это. Минхо продолжает находить нужные слова: — Вспомни, разве ты хоть раз стыдил своих партнеров, если у них что-то не получалось? — Хан качает головой. — Ну вот! Откуда у тебя тогда такое желание стыдить себя? — Это другое! Близких Джисон, конечно, поддерживает, но с собой так не получается. — Давай просто попробуем без проникновения для начала? — Минхо трется носом о щеку. Каменный стояк, упирающийся Джисону в живот, дает надежду, что еще не все потеряно. Он садится ровно и трется о член. Это оказывается приятнее, чем он думал: ствол легко скользит между ягодиц, головка то и дело утыкается в промежность. — Взгляни на меня. Джисон понимает, что все в порядке, но все равно боится увидеть осуждение. Опасения не оправдываются. Взгляд Минхо полон понимания и восхищения. Кожа вспыхивает в тех местах, где он едва весомо дотрагивается. — Твои бедра сводили меня с ума с первого взгляда, — признается Джисон. Он меняет положение, нависнув над Минхо. Судя по тому, как тот прикусывает губу и напряженно жмурится, такой угол стимуляции ему нравится больше. Член трется о член, сочась смазкой. — О, я догадался… Стоит Минхо начать двигаться навстречу, как Джисон останавливается. Раздается возмущенное мычание, когда не получается задать ритм. — Сейчас я руковожу процессом, — напоминает Джисон, щелкнув пальцем по наручникам. Минхо кивает, но с таким видом, будто не улавливает смысл. — Сейчас двигаться буду только я, ладно? Есть что-то прекрасное во власти над альфой. Минхо стискивает кулаки, чтобы сдержать порыв и не двигаться. По лбу стекает капелька пота. — Какой послушный! — хвалит Джисон. По дыханию Минхо становится понятно: он близко к разрядке. — Стараешься заслужить доверие на следующий раз? У тебя хорошо получается. Если продолжишь в том же духе, то, может быть, позволю провести со мной течку. Джисон угадывает слабость: мышцы пресса под ним напрягаются сильнее. Минхо, зажмурившись, стискивает челюсть и приглушенно стонет, после чего обмякает. Видимо, это было «да». Джисон дает время отдышаться и прийти в себя, а затем целует Минхо в висок. Видимо, такова участь Хана: присутствовать в сексе лишь в качестве поддержки, а не в качестве полноценного участника. Его феромоны снова никому не облегчили состояние, возможно, только раздразнили. — Тебе стало полегче? — спрашивает он, пытаясь контролировать голос. Не хочет выдать переживаний и грусти, только не сейчас. Минхо кивает. — Уф, это было хорошо… Джисон пропускает лесть мимо ушей. — Хочешь, я приготовлю тебе кофе? Что ему еще остается? — В смысле? Сначала ты… — Я не заслужил, — отрезает Хан. Минхо хмурится. Наручники лязгают, когда он пытается прикоснуться к Джисону. — Не говори бред. Тебе нужен уважительный повод кончить? Что ж, тогда напоминаю, что феромоны омег после оргазма помогают успокоить гон. Джисон представляет, что будет нуждаться он один. Ему становится настолько не по себе, что эрекция ослабевает. — Тогда мне надо найти ключи, чтобы снять наручники… — говорит он. — Или как ты мне дрочить собрался? — Стой! — Минхо не дает покинуть постель. — У тебя возбуждение окончательно пропадет, пока разбираемся с наручниками. Не хочешь просто меня трахнуть? Он обхватывает торс ногами и притягивает к себе. Джисон давится воздухом от удивления. — В смысле? Так можно было?.. Это все меняет. Член твердеет с новой силой при мысли об этом. Он был уверен, что альфы в гоне не адекватны. Но Минхо не просто контролирует себя, он еще и предлагает то, что способен дать далеко не каждый. У Хана что, день рождения? Минхо не хватает огромного подарочного банта. — Давай же! Я правда хочу этого. Я вообще-то готовился к встрече на всякий случай, чтобы тебя удивить. — Ты серьезно? Джисон не верит, пока не убеждается лично. Его собственной смазки хватает, чтобы проверить. Сначала один палец легко проникают внутрь Минхо, затем целых два. — Давай же, я знаю, что ты втайне об этом мечтал. Трахнуть альфу в гоне, а? Джисон не может сдержать улыбку. Предложение потрясающее, но ему даже в голову такого прийти не могло. Натянув презерватив, Джисон входит тяжелее, чем ожидал. Минхо оказывается более узким, чем любой омега. — Больно? — Уже нормально, — убеждает Минхо. — Ты давал кому-то еще во время гона? Он задумывается, поправив затекшие руки. — Вообще-то нет, не припомню такого. Вау. Низ живота щекочет от подобной чести. Раз Минхо не самый типичный альфа, то Джисон может тоже позволить себе быть собой. Он начинает двигаться тазом, но в этот раз не препятствует инициативе Минхо. Тот даже с прикованными руками находит способы внести вклад: бедра двигаются навстречу энергично. Джисон опирается, чтобы не упасть от интенсивности движений. Чисто технически, конечно, Джисон трахает Минхо, но на практике… Блять, это оказывается слишком хорошо! А ведь Хан надеялся продержаться дольше Минхо. Не то чтобы ему нужно кому-то что-то доказать, просто... — Ты не пожалеешь, если позволишь мне провести с собой течку, — шепчет Минхо со сбитым дыханием. — Я позабочусь о тебе. Джисон кончает раньше, чем успевает что-либо ответить, и заваливается на Минхо. Какой позор. Похоже, он впервые будет ждать течку… Хан стягивает презерватив и ложится рядом отдышаться. Он наконец не чувствует себя странным, отличающимся. С Минхо легко. А еще не обязательно делать выбор, в какой позиции быть. — Это был самый странный секс в моей жизни. Но мне понравилось! Минхо соглашается и, как истинный фанат, добавляет отсылку на любимую песню: — Встретились два инопланетянина. Джисон чувствует необходимость о чем-то договориться, чтобы убедиться: ничего не заканчивается. Все только начинается! — Запишем вместе видео с твоей хореографией под Alien? — А ты умеешь танцевать? — Ну… придется взять у тебя парочку уроков. — Это будет коллаб века, — продолжает разгонять тему Минхо, пока наблюдает за поиском ключей от наручников. — Благодаря твоей репутации ни у кого не останется сомнений, что я омега. Джисон не присоединяется к веселью: проверяет ящик за ящиком. Ключей нигде нет. А они вообще были?.. — А у тебя сильно руки затекли? — А что? — настораживается Минхо. — Возможно, друг забыл мне дать ключи… И это еще лучший вариант из возможных. Тогда Хенджин сможет просто привезти ключи, и проблема решится. А вот если Джисон просрал ключи, то все гораздо сложнее. — Пиздец. Он собирается с духом позвонить Хенджину. Пока раздаются гудки, уточняет: — Не критично, если мой бро узнает, какого ты пола? — Ну, главную функцию гендерная интрига в любом случае уже выполнила, так что… — Минхо пожимает плечами. — Какую? — Ты от меня не сбежал. Джисон чувствует, как губы растягиваются в глупой улыбке. — Ого, ты на меня не дуешься? — раздается в трубке. — Я думал, минимум неделю тебя не увижу и не услышу после того разговора. — Нет времени объяснять, нужна твоя помощь. — Что случилось? — Голос Хенджина становится серьезным. — В общем, тут такая ситуация… — Джисон окидывает голого Минхо, прикованного к кровати, и не знает, с чего начать. — Помнишь ты посоветовал дать альфе шанс?