Преданный

Первое, что я услышал - это шум моря. Открыв глаза, меня ослепило солнце, а небо было на удивление голубым и чистым в стране вечных штормов. Оглядевшись по сторонам, мои догадки подтвердились: я лежал в том месте, где меня нашли полумёртвым ещё десять лет назад. Это место навивает воспоминания, но почему я здесь? Встав с песка, я ещё раз огляделся: никого рядом нет. Я попытался вспомнить, что вообще произошло, но всё как в тумане. Тело не болело, одежда на месте и не испорчена, только почему-то я не смог найти свой Глаз Бога. На поясе его нет, в карманах тоже и даже на песке около меня не валялся светящийся красный шарик. Я решил не тратить много времени на поиски и отправился в имение Камисато, чтобы попросить помощи у господина или госпожи. Хорошо, что идти недалеко. Около главного входа привычно стояла стража. Я поздоровался с одним из них, но мне не ответили. Я уже привык, что из-за моего происхождения меня презирают, но я думал, что с этим стражником мы в хороших отношениях. ⁃ Молодой Господин у себя? - спросил я, но даже на этот вопрос мне не ответили. Ладно, сам проверю. Я прошёл мимо и уже подходил к дверям в дом, но краем глаза заметил Госпожу Аяку. Я сразу направился к ней, пока она стояла у перил, что ограждали её от падения в пропасть. Её взгляд был устремлён в море, будто она что-то там искала, но гладь воды не смогла утопить её печаль. Я не спешил беспокоить её своими проблемами, поэтому решил подождать недалеко, пока она сама не выйдет из своей задумчивости. В это время я проверил сад, чистоту террасы и заметил, что не помешала бы генеральная уборка. Займусь этим, как только разберусь со своим Глазом Бога. Госпожа отпрянула от перил и обернулась в сад, где стоял я. По её взгляду я понял, что она звала меня, поэтому я сразу к ней подошёл. ⁃ Доброе утро, моя Леди, - я поклонился ей в знак уважения, но она продолжала молчать. Я поднял на неё глаза, а она смотрела будто сквозь меня. ⁃ Доброе утро, - её голос был тихим и печальным. Я хотел спросить у неё, всё ли хорошо, но она обращалась не ко мне. ⁃ Доброе, - мужской голос послышался сзади меня. От него сердце замирает, а по спине пробегают мурашки. ⁃ Как всё прошло? ⁃ Хорошо. Я обернулся на господина и удивился его новым одеяниям. Вместо белоснежного фрака на нём было фиолетовое кимоно с цветочными узорами. Аято прошёл мимо меня, будто не замечая, но прерывать разговор господ я себе не позволял. ⁃ Всё правда закончилось? - с надеждой спросила сестра. ⁃ Да. Охота на Глаза Бога закончилась. Услышав эти новости, я был рад. Наконец жители Инадзумы больше не будут жить в страхе, они будут следовать своим мечтам и стремлениям. Но почему брат и сестра Камисато будто этому не рады? ⁃ Почему… - светлые голубые глаза наполнились влагой, а потом потекли слёзы. - Почему именно он должен быть последним? Брат обнял сестру, успокаивая, пока я был в ступоре, не понимая, о чём она говорит. ⁃ Он сделал это ради мира, ради нас. Не нужно плакать. Кто? Что сделал? Почему меня не видят? Не слышат? Страх подкатывает к горлу, желая выплеснуться криком отчаяния. ⁃ Я здесь! - прокричал я, но даже ветер не унёс мой голос эхом. - Господин, пожалуйста! - я протянул руку к главе клана, но она прошла сквозь него, словно он был миражом. Не веря происходящему, я попытался ещё раз коснуться не только Аято, но и Аяки, но всё тщетно. Я даже не смог колыхнуть дорогую ткань. В отчаянии я упал на колени, смотря на тех, кого считал семьёй. ⁃ Мне нужно ещё заняться отчётами, я пойду. ⁃ Хорошо, не перенапрягайся. Госпожа уже успокоилась, хоть и улыбалась сквозь боль, и комиссар направился в дом. Я пошёл за ним, надеясь разобраться, что происходит, и вспомнить, почему я умер. Мне не нужно было открывать двери, здороваться с каждой слугой в поместье, поэтому я напрямик прошёл до кабинета главы. Вокруг был беспорядок. Я наклонился, чтобы убрать лежащую на полу книгу, но пальцами я даже не ощутил материал обложки. Взглянув на руку, на меня накатила тоска и сожаление, что больше никогда не смогу убраться в кабинете главы клана Камисато. Позади раздался звук открытия двери, это был мой господин. Хотя уже не мой. Я больше не управляющий клана Камисато, не авторитет на острове Рито, я больше не Тома, я никто. Комиссар сел на своё место, разгребая завалы бумаг. Он достал чистый лист бумаги, кисть и замер, словно споря с самим собой. Я сел рядом с ним, как когда-то мечтал. Раньше я боялся его отвлечь, напрячь своим присутствием, но теперь меня нет, и помешать ему не могу. Хоть что-то хорошее. ⁃ Мне тебя не хватает. Голос господина был непривычно слабым. Он оперся локтями об стол и уткнулся лицом в ладони. ⁃ Это моя вина. ⁃ Нет! - хотел возразить я, но меня никто не услышал. ⁃ Прости, - пальцы сжали голубые пряди, что даже я почувствовал боль, но ни коснуться, ни утешить я не мог. Я подсел ещё ближе, будто господин сможет почувствовать моё присутствие. Подняв руку, я стал гладить его мягкие волосы, хоть мои пальцы проходили сквозь них. ⁃ Всё хорошо, мой господин, вы точно не виноваты. Зная себя, я сам полез, куда не следовало. Простите, что не смог вечно быть рядом с вами. Раз я правда умер, тогда могу сделать то, что всегда хотел, но не решался. Встав на колени, я попытался обнять человека, которым всегда восхищался и любил. Я не чувствовал его тепло, и сам не мог согреть его, но я был счастлив исполнить свою маленькую мечту даже после смерти. ⁃ Аято, - в статусе нет смысла, а его имя, такое простое, короткое, звучное, хотелось повторять без остановок. - Аято, я всегда любил тебя. Прости, что моя смерть принесла столько боли тебе. Господин зашевелился, и я немного отодвинулся. Покопошившись в своих рукавах, он достал до боли знакомый предмет. ⁃ Мой Глаз Бога. Даже верёвка, которую я привязал к нему, осталась, но прежнего света в нём нет. Пустые сиреневые глаза смотрели в такое же пустое стекло. Память понемногу возвращалась. Мой Глаз Бога должен был быть сотым, и, похоже, я не смог его сберечь. ⁃ Навивает воспоминания, да, Аято? Когда-то мы также сидели в этом кабинете, я поклялся тебе в верности, и этот Глаз Бога стал доказательством моих чистых намерений. Тогда он так ярко сиял, что даже в твоих глазах впервые появился свет после смерти родителей. Жаль, что сейчас из-за меня света нигде нет. Он ожидаемо молчал, смотря на мой Глаз Бога, будто он вот-вот засияет. В моей голове появилась наивная идея. Раз я здесь, и всё также верен своему господину, то и Глаз Бога должен загореться. Я положил руку на мутное серое стекло и постарался передать все свои силы, чтобы вызвать хотя бы каплю прежнего красного света, но это не сработало. Тогда я решил, что воспоминания о моей верности помогут Глазу Бога загореться вновь, но всё тщетно. Он меня не слушался, будто меня правда здесь нет. ⁃ Прости, похоже, не получилось, - я улыбнулся, но долго держаться мог. Если бы я мог плакать, я бы заплакал, хоть и поклялся, что никогда не сдамся своим эмоциям. ⁃ Это сон, - подумал я. - Я обязательно проснусь и снова встречусь с тобой. Я буду работать в сто раз усерднее и… И признаюсь тебе в чувствах. Я так боялся тебе это говорить при жизни, боялся, что мои чувства испортят наши нынешние отношения, и как же я был глуп! Сейчас уже поздно это говорить, но я люблю тебя, Аято. Люблю так сильно, что от одного взгляда на тебя моё сердце замирало. Я люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю. Даже если эти чувства не взаимны. Сиреневые глаза смотрели в пустоту перед собой. Он протёр пальцем потускневший Глаз Бога, сжал его, кривя лицо от боли, и разжал, медленно выдыхая. Глаза оглядели стол, а слабая трясущаяся рука потянулась к листу. Это было письмо по работе, адресованное комиссару, и он стал его внимательно читать. Я понимал, что так он пытается забыться от боли, но его состояние может ухудшиться, если он продолжит изматывать себя работой. Я не мог просто сидеть и смотреть, как мой любимый человек страдает, но я больше ничего не мог сделать, и это ещё хуже. Не знаю, как я умер. Я не помню последние дни своей жизни, но что я натворил, что Боги заставляют меня так страдать? «Почему я здесь? Почему я не исчез? Я что-то должен сделать? Сколько у меня времени?» Шли часы, но господин не отрывался от документов. Уже скоро утро, ему придётся идти на встречу, а он даже не спал. И сколько бессонных ночей он до этого пережил? Еле держа глаза открытыми, он писал очередной ответ на письмо, и когда закончил, протянул руку к краю стола, словно хотел что-то взять, но там оказалось пусто. Он тупо смотрел в то место, и я также всматривался в тот угол, будто там чего-то не хватает. ⁃ «Господин, я принёс Вам чай», - эхом отозвалось в голове. Именно это место Аято освобождал для бодрящего напитка поздней ночью, когда работы было особенно много. Мне резко захотелось встать, чтобы заварить ему самый вкусный и бодрящий чай, приготовить много сладостей к нему, пожелать приятного аппетита и попросить не перенапрягаться. ⁃ Тома, - было бы у меня сердце, оно бы замерло от слабого и тихого голоса Господина. - Принеси мне чай. Почему так больно даже после смерти? Почему он не попросит кого-то другого? Почему никто не догадался сам принести Господину чай, когда он сидит за работой так поздно? Ответом комиссару была лишь тишина. Он склонил голову и вздохнул. ⁃ Похоже, я засиделся. Он встал с места и вышел из кабинета, а я направился за ним. Камисато тихо шёл по поместью, пока не остановился около одной из комнат - моей комнаты. Она была заперта, заколочена досками и с надписью «вход запрещён». Мне стало не по себе от этой картины, а господин пошёл дальше. Я решил, что пока оставлю Аято, а сам поизучаю изменения в поместье. Я прошёл сквозь запертую дверь и остановился, не узнав свою комнату: повсюду валялись мои вещи, мебель была разгромлена и даже стены были с повреждениями. «Что здесь произошло? Это было убийство? Меня убили? Кто?» Я пытался найти зацепки, но ничего нового в комнате я не нашёл. Также, как и дверь, окно было заколочено. На кровати валялись ошмётки ткани, что были постельным бельём, а на полу - следы от лужи крови, что пытались убрать. «Если бы ко мне кто-то ворвался, чтобы убить, я бы оставил подсказки для господина, кто убийца» Проверив углы, стены, потолок и пол, я ничего не нашёл. «Может, комиссар уже знает убийцу, и дело раскрыто? Тогда почему комната заперта? И сколько дней прошло с моего убийства?» Я ещё раз оглядел комнату. «Как убийца зашёл? Окно?» Оно хоть и было заколоченным, но сама рама была без повреждений. «Дверь?» Здесь я увидел повреждения, только почему они с внутренней стороны, а не с другой? «Я пытался выйти? Дверь была закрыта? Почему?» Я присмотрелся к двери. В дереве были углубления, словно кто-то бил по ней. Чем дольше я стоял перед ней, тем громче слышал какой-то грохот в ушах. Кто-то колотил по двери руками, желая выйти на свободу, орал во всю глотку, словно бешеная дворняга. Мои пальцы стали болеть, и я даже почувствовал боль в плече, будто хотел выбить дверь, но оставаясь без сил я упал на колени, всматриваясь в неподатливую преграду. Я очнулся также сидя на полу. Взглянув на руки, на них появились многочисленные следы побоев. Я словно на какое-то время потерял связь с реальностью, но повезло, что я снова вернулся сюда в образе призрака. «Почему? Что со мной было?» Причина разгромленной комнаты - я. Осталось только понять, почему я сошёл с ума, хотя ответ был очевиден. «Я потерял свой Глаз Бога, поэтому и обезумел. Закрыв здесь, господин хотел защитить клан от меня. Я доставил ему столько хлопот» Меня одолело чувство вины и сожаления. Страшно представить, что я натворил, пока был не в себе. «Прости меня, Аято. Из-за меня у тебя было столько проблем» Я просидел в своей комнате, пока не рассвело, а в коридорах не послышались шаги слуг поместья. Я прошёл сквозь дверь, встречаясь с когда-то знакомыми мне людьми, но они меня не замечали. Поместье продолжило жить после моей смерти, и я только этому рад. Я встретил госпожу, которая ранним утром направлялась на тренировку. Я вышел на улицу вслед за ней. Её точные, сильные и при этом изящные удары всегда восхищали меня, как и её целеустремлённость. Спустя множества повторений взмахов мечом она тяжело вздохнула. Раньше я бы подал ей воды и предложил бы полотенце, но не сейчас. Я даже не могу попросить её не перенапрягаться и думать прежде всего о своём самочувствии. ⁃ Не перенапрягайся, - кто-то сказал это вместо меня. ⁃ Брат, - она скромно улыбнулась и опустила оружие. - Не забывай, что тебе тоже нужен отдых. ⁃ Конечно. Сестра осмотрела вид Аято, он также был в фиолетовом кимоно, и спросила: ⁃ Ты сейчас уходишь? ⁃ Мне нужно заглянуть в храм Наруками. Я ненадолго. ⁃ Береги себя. ⁃ Да. Он также скромно улыбнулся сестре и отвернулся. В тот момент только я мог видеть его лицо. Смесь боли и ненависти осквернила его красивые черты.

***

Мы поднялись на гору Ёго. Казалось, что путь наверх не должен был быть таким трудным, но чем выше мы забирались, тем хуже мне было. Это не было усталостью, будто мой разум мутнел, а своим призрачным телом было тяжело управлять. Жрицы поздоровались с господином и провели его вглубь, пока я пытался прийти в себя. Хотелось остаться здесь, подождать, когда Аято закончит с его встречей, но бросить его я не мог. Я шёл вперёд, пока на меня будто давило это место. Казалось, что за мной смотрели из-за каждого угла. Мне было всё равно на жриц, мне не хватало сил разглядывать их лица. Увидев Аято, я решил, что остановлюсь рядом с ним и наконец отдохну. Я не сразу понял, что он уже с кем-то беседует. Их голоса будто были за стеной. Мне понадобилось время, чтобы сконцентрироваться и различить голос Господина и Яэ Мико. Её образ также определился перед глазами. Окружение стало для меня привычным, но на это ушло слишком много времени, и я прослушал почти весь разговор. ⁃ Тогда ищите другого главу Ясиро, - эти слова привели меня в чувства. ⁃ Вы понимаете, что говорите и кому? ⁃ Понимаю. Если хотите лишить меня жизни, то можете сейчас доложить об этом Сёгуну. ⁃ Неужели, вечно-рассудительного Камисато так подкосила эта война? Хотите развести новую? ⁃ Вам не кажется, что жители Инадзумы достаточно натерпелись от их Архонта? Я не собираюсь начинать новую бойню, я лишь считаю, что все должны платить по счетам, даже Архонт. ⁃ В этом я вам не помощник. Будем считать, что этого разговора не было, Камисато. ⁃ Как пожелаете, - пренебрежительно сказал Аято и начал уходить. Я устало вздохнул, ведь только недавно пришёл в себя после странного помутнения, и направился за ним, но голос верховной жрицы остановил и его, и меня: ⁃ Подождите-ка, - она подошла ближе. - В последнее время как было ваше самочувствие? ⁃ С чего такая обеспокоенность? ⁃ Я задала вопрос. ⁃ Смотря что я должен чувствовать. ⁃ Словно что-то высасывает вашу энергию, головокружение, потеря памяти, спутываются мыслей. С каждым словом она подходила всё ближе, но не к Камисато. Её глаза словно впивались в меня. Она достала свою палочку Гохэй и сделала один лёгкий взмах. В моих глазах потемнело и словно раскололо тело. Я испугался, что это мой настоящий конец. ⁃ Не понимаю, о чём вы говорите, - я услышал голос Аято. ⁃ Не хочу вас пугать, но это может быть проклятием. Его необходимо изгнать. Я ощущал себя под водой. Я не мог видеть, не чувствовал своё тело, я словно умирал во второй раз. Единственное, что я мог - слышать голоса. ⁃ У меня нет на это времени. Эти слова стали глотком воздуха. Как только я взял на себя контроль, я отскочил как можно дальше, ощущая себя добычей, которую отпустили. Глаза Яэ Мико всё ещё смотрели на меня, но она ухмыльнулась, будто почуяла мой страх. ⁃ Хорошо, господин Камисато, задерживать вас я больше не буду, но не приходите ко мне потом с просьбами изгнать злого духа. Аято ничего не сказал и продолжил свой путь на выход, но я выбежал из храма быстрее. Концентрируясь на внешнем мире, я не заметил, как Господин прошёл мимо меня. Догнав его, я последовал за ним. Чувство страха не исчезло. Даже после смерти я боюсь умереть, но что мне делать? Кружить вокруг Аято, мечтая о счастливой жизни, которой у нас никогда не будет? Найти убийцу, если он есть? И что дальше? Этот мир стал для меня чужим и бессмысленным. Может, мне правда лучше исчезнуть от рук верховной жрицы? Я остановился, и Аято этого не заметил. Он шёл дальше по своим делам, а я смотрел ему вслед. Если я злой дух, что причиняет ему вред, то мне лучше не подходить к нему. Я взглянул наверх, где стоит храм. Там я умру окончательно и больше никогда не увижусь с ним. Он был для меня всем, смыслом моей жизни, но теперь мне пора его отпустить. «Прощай, Аято»

***

Стоя под дождём перед дворцом Райден, Камисато ощущал лишь боль. Он должен был умереть ещё давно, клан должен был распасться до становления его главой, он должен был всё бросить ещё в самом начале, но ярко-красный свет надежды озарил его комнату ещё очень давно. Слова верности вдохновляли его, давали сил и гарантию, что он никогда не будет один, но одиночество пленило его, и теперь в его жизни больше нет смысла, его чувства поглотила месть.       - «Мой господин» Его звонкий голос всё ещё звучал в ушах. Его улыбка была ярче солнца. Его глаза были полны сил. Его смех был прекраснее музыки.       ⁃ «Мой Господин…» В тот вечер он выглядел виновато перед Камисато.       - «…У меня есть к Вам одна просьба. Прошу, выслушайте меня» Управляющий нечасто просил о чём-то главу, поэтому тот утвердительно кивнул.       - «Если у меня заберут Глаз Бога, Вы можете убить меня?» Сердце остановилось. Аято непонимающе посмотрел на своего слугу, сжимая кулаки. Он ни за что это не сделает. Поднимаясь по лестнице во дворец, его никто не останавливал. Стража пропустила его внутрь, думая, что на очередные переговоры с Сёгуном.       - «Прошу Вас!» Тома упал на колени, чуть не ударяясь лбом об пол, моля господина выполнить его просьбу.       - «Я не хочу причинять вред клану или Вам, я лучше умру!» Двери в главный зал распахнулись, перед Аято была она - архонт Вечности, которой он клялся в верности. Ни с кем не церемонясь, он обнажил клинок, сжимая рукоять. В тот день Господина не хотели подпускать к двери одного из слуг, но он был непоколебим. Если бы он только знал, что тот разговор станет для них последним, то ни за что бы не оставил его в Инадзуме. В небольшой полуразгромленной комнате, которая была самой уютной в имении, на кровати сидел тот, кто не узнал его.       - «Кто вы?» Его слабый голос был тише ветра. От его улыбки не осталось и следа. В его глазах была непроглядная тьма. Смеяться не хотелось, хотелось плакать. Стоило Аято подойти ближе, как на него набросился тот, кто клялся ему в верности и обещал всегда быть рядом. Камисато упал на колени перед Сёгуном. Сил сражаться уже нет, как и оружия, что лежит в другом конце комнаты вместе с рукой. Истекая кровью, он больше не чувствовал боли, лишь долгожданную свободу. Клинок покрылся кровью, пачкая дорогой белый костюм. Держа блондина в своих объятиях, он ощущал, как чужое дыхание становилось всё слабее.       - «Я ненавижу тебя, Тома» Слёзы стекали по щекам, но руки не переставали держать тело дорогого ему слуги и единственного друга.       - «Ты клялся, что будешь со мной, ты предал меня!» На руках Аято умирал Тома, и Камисато ему завидовал, что он не чувствует такой боли. ⁃ Последние слова, - Райден поднесла клинок к горлу. Бывший глава комиссии Ясиро поднял глаза и ухмыльнулся, будто его ответ очевиден. ⁃ Убейте меня уже быстрее. Взмах фиолетового клинка был быстр и точен. На мгновение Аято почувствовал, как его окружает тепло. Яркое пламя охватило его тело, что заставило Райден отойти назад, но ненадолго. Она усилила заряд и замахнулась для второго удара. Последняя слеза стекала по щеке Камисато. Осознание того, что его не предали, вызвало искреннюю улыбку. Не смотря ни на что, Тома остался блуждать рядом с Аято, разрываясь от фантомной боли, глядя на ранения Камисато. Пытаясь защитить его от удара, он подставил свою спину и в последний раз обнял дорогого ему человека, но второй удар он уже не сможет выдержать. Яркая молния ослепила глаза Камисато, разрывая его тело. Долг Томы был исполнен. Он был верен своему господину до самой его смерти. Теперь его душа спокойна, как и душа его возлюбленного.