За кулисами дружбы

      — Ты долго ещё?! Эй! — крикнула старшая сестра Рощина и постучала в дверь ванной, — У тебя запор, что ли? Мылом обмажься, придурок! Тут кроме тебя ещё есть люди, и им надо помыться! — не сдавалась Рощина.       Тут появился глава семейства, а именно Рощин-старший. Его внимание привлёк крик его дочери.       — Настя, ты чего разоралась с утра пораньше? — спросил отец, что собирался на работу.       — Мне выходить через полтора часа; нужно умыться, накраситься, волосы уложить, а этот в ванной застрял! — излагала злая Настя, — Чё, сдох там? Открывай! — продолжила стучать кулаком по белой двери.       — Как долго он там сидит? — с испуганным лицом спросил мужчина.       — Минут сорок… Не знаю, — растерянно и одновременно гневно ответила его дочь.       — Целых сорок? Кошмар! Пора скорую вызывать, или МЧС! — обеспокоенно сказал Владислав.       — Зачем? — искренне не понимала Настя.       — А ты как думаешь?! Чтобы он столько времени с утра в ванной торчал? Не бреется же он там. Да и брить у него нечего, — начал кричать, — Он точно сознание потерял. Давай, дёргаем за ручку, — приказал, после чего схватился за ручку, как и Рощина, и стал дёргать.       Тут вещь, позволяющая проходить сквозь стены, открывается, а из комнаты зевая выходит сонный Рома с мокрыми волосами, которые вытирает полотенцем. На нём были шорты и домашняя футболка серого цвета. Отец и его дочь еле удержались на ногах. Удивившись картине перед своими глазами, парень не удержался от желания пошутить.       — Никогда не думал, что буду говорить как мама, но… Мы что, миллионеры? Вы чего хорошую дверь ломаете? — улыбаясь, пошутил Рощин.       А пока он это делал, его сестра ворвалась в ванную со словами «наконец-то» или что-то типа того.       — Уф, слава богу. Мы уже начали переживать.       — Говори за себя, пап! — крикнула Анастасия из-за двери.       Человек, которому были адресованы эти слова, недовольно цокнул. Следом вспомнил про сына.       — Ты как, в поряд?.. — остановился, когда осознал ситуацию: его сын стоит сейчас с мокрыми волосами, а это значит, что он их помыл.       — Пап, ты чего? — обратился к Рощину-старшему, смотря до сих пор вялыми после сна глазами.       — Ты… голову помыл с утра? — не верил своим глазам мужчина, — Ты же недавно мыл.       — В воскресенье, а сегодня среда. Когда «недавно»?       Влад был шокирован. Но тут он принюхался: в воздухе был запах роз. Ему не составило труда найти источник аромата, которым был Рома.       — От тебя розами пахнет. Это аромат маминого геля для душа. Ты что, душ принимал?       — Ну, да. А что такого? — искренне не понимал Рощин.       «Что такого»? Мужчина был в шоке. А как тут не шокироваться: его сын, который считал пустой тратой времени мытьё чаще раза в неделю, помылся, так ещё и гель для душа использовал, а не вспенившийся шампунь с головы, как обычно.       — Окей… Я пойду, а то мне ещё уборку сделать надо, — сказал и пошёл в сторону своей комнаты.       — Нужно сделать… что? — спросил глава семейства.

***

      В этот день Рощин специально встал пораньше, чтобы привести в порядок себя и свою комнату. Спросите, почему? Дело в том, что сегодня в первый раз в качестве репетитора к нему после уроков должен прийти Якушев. Так как этот добродушный парнишка любит чистоту и не терпит беспорядка, десятиклассник решил прибраться, ведь в такой обстановке Игорю вряд ли захочется учить хозяина комнаты, и эти двое опять поругаются. Роме, конечно же, этого не хотелось, так как их отношения и так висят на волоске, а если и этот волосок порвётся, то его девушка в лице Сони с вероятностью 2000 процентов расстроится и даже разозлится или расстанется с ним. Парню очень не хотелось терять ту единственную ниточку (а именно Васильеву), которая связывает его и Игоря. Да и к тому же, сам Рощин очень не хочет, чтобы девятиклассник подумал, что его «ученик» какой-нибудь там грязнуля.       Брюнет сидел на полу, собирая в коробку собранный за несколько месяцев, а может даже и лет, мусор. Да, давненько он не убирался. Рома удивлялся почти всему, что находил: второй носок, какие-то фишки, книжка, которая была заложена на восемнадцатой странице упаковкой от Сникерса. Рощин вспомнил как в седьмом классе он хотел дочитать её, но в итоге забыл. Парень поставил кладезь знаний на полку. Знал бы он только то, что за ним всё это время наблюдала его старшая сестра, держа в левой руке стаканчик с йогуртом, а в другой — ложку, которой девушка зачерпнула свой «завтрак». Её лицо практически не выражало эмоций, но внутри было глубочайшее удивление. «Какая муха укусила его?», — крутился единственный вопрос в голове Насти. А вы бы не удивились, если бы человек, который не даёт делать в своей комнате уборку и сам не убирается, ссылаясь на творческий беспорядок, сейчас сидит и собирает хлам, который потом выбросит?       — Йогурт уронишь — сама будешь убирать, — вытащила из мыслей Настю их с Ромой мама.       — Рома…       — Ты видишь то же, что и я? — спросила Анна Валерьевна.       — Убирается… Хоть дурку вызывай, — говорила, держа в руках Даниссимо.       И так, мусор собран. Нужно его вынести.       — Мам, вы мусор сегодня не выносили ещё? — спросил Рома, выходя из комнаты с коробкой в руке.       — Эм… Нет.       — Я тогда вынесу свой со всем остальным.       Тут оба представителя женского пола конкретно впали в состояние шока, после чего переглянулись. Потом они подумали, что Рома шутит, ведь это в его репертуаре, но брюнет реально взял мусор, оделся, обулся и вышел из квартиры.       После того, как Рощин вернулся, он протёр пыль у себя и помыл полы, так что теперь они стали пахнуть каким-то вкусно пахнущим средством для мытья пола. Даже в шкафу, где обычно вся одежда валялась комками, всё было сложено аккуратно, как будто по линеечке.       На этом сюрпризы для семьи Рощиных не заканчиваются. Рома стоял перед зеркалом, поправляя одежду и причёсываясь. Отец, мать и сестра, которая практически забыла, что ей куда-то нужно выходить через полчаса, наблюдали за десятиклассником.       — Твой брат, кажется, приболел, — сказал Владислав.       — А ты только щас это заметил? — с сарказмом ответила блондинка.       — А по-моему, кто-то просто влюбился, — улыбчиво сказала женщина.       — А по-моему, кто-то бредит. Смотрите, использует одеколон, который я ему подарила, хотя ни разу даже не прикасался к нему, — ответила девушка, показывая на парня с флаконов мужских духов в руках, — Посмотрите, он мой бальзам для губ использует. Вот куда он пропал, — возмутилась, смотря на парня, который открыл баночку с бальзамом, а после стал намазывать субстанцию на губы средним пальцем.       — Ты сейчас должна удивляться, что Рома его вообще использует, — ответила Анна.       Только договорила она, как её сын двинулся в сторону кухни, откуда за парнем тайно наблюдала его родня. Все трое быстро разбежались кто куда: мама и сестра сели за стол, делая вид, что увлечённо о чём-то болтают, а отец взял заварник с кружкой и стал «наливать» чай в неё.       — Да, именно так и было, — сказала Настя своей маме, изображая беседу.       — Я пошёл. Приду не один. Со своим репетитором, — закинув лямку рюкзака на плечо, заявил брюнет, — Всё в порядке? — задал вполне логичный вопрос, поймав на себе странные взгляды.       — Абсолютно, сынок, — ответил глава семейства.       — Пап, когда всё в порядке, люди обычно заварник наполняют заваркой, а ты уже несколько секунд чай из пустого заварника наливаешь, — ответил сын.       Ответив коротким «а, да?» мужчина усмехнулся. Рома не стал тратить время зря и просто пошёл в школу.       Тем временем Мухамедьянова шла, что-то печатая в своём телефоне.       — «…не стал тратить время зря и просто пошёл в школу», — прошептала себе под нос девушка и выложила новую главу своего фанфика.       — Люся, привет! — поприветствовала Соня всеобщую подругу.       — Привет! — обняла кудрявую, не забыв убрать телефон в карман рюкзака.