Что-то незаменимое.

Вновь награждение, золотая медаль, неподдельное волнение и маленькие частицы пота на лбу. Этого следовало ожидать, но тело в моменте трясло как в первый раз. Какая это медаль по счёту? Ах, ровно двадцать седьмая, а что? Он лучший из лучших, сильнейших из сильнейших, человек, не примеряющийся, а являющийся примером. Он мог бы даже сказать, первый из первых. Теперь ещё десять минут обесценивания его способностей, и можно направляться домой. Матушка ждёт его с этим первым местом.       — …Дилан, наш один из самых талантливых учеников… Мельком вслушивается брюнет. Талант, м, прекрасно. Им легко говорить, не они сидят по шесть часов за учёбой. Не они отдают всего себя. Зато он гордость своих родителей — это главное достижение. Что у него там по расписанию? Вечером в художку, надо отдать пару работ на выставку. Неудивительно, конечно, но приятно. Он достаёт телефон, ищет контакт и готовится, когда его выпустят отсюда. Ещё пару слов о том, какие они молодцы, какие учителя молодцы, и их наконец-то распустили. Отходя в сторону, Дилан нажимает на заготовленный номер, звоня. Гудки и недолгое ожидание. Из телефона доносится короткое:       — Дилан?       — Привет, мам. Заберëте меня сегодня? Или самому ехать?       — Отца на работе задержали, поэтому придётся на автобусе. Будь осторожнее.       — Хорошо, понял. Скоро буду.       — Давай, сынок. Сынок… Не это ли главная похвала? Не это ли то, ради чего нужно учиться? Это именно то, что является его стимулом и это…-       — Дилан! Охренеть, опять ты на все пятерки в году закончил, это… Это как вообще?!       — А, Ричард… — с некой отрешённостью проговаривает парень, названный слишком резко вывел его из раздумий. — Ну, ты ж меня знаешь. Я просто гений, миллиардер, плейбой, филантроп. Дилан ухмыляется, ему нравится, как вовремя он вставил шутку, и, кажется, собеседника это тоже рассмешило.       — Утырок, — смеётся черноглазый. — Кхм, так! А теперь нормально, ты что, робот, что ли?! Это пипя-яу, а у Аллигатора ты как пятёрку получил?!       — Автоматон, блин, аниматроник на крайняк, а, возможно, железный человек. — подмигивает брюнет, прикрыв рот рукой, посмеявшись.       — Да посмотрю я железного человека… — отводит стыдливый взгляд Ричи.       — Ха, Ричард, я просто… учусь? Занимаюсь дома, хожу к репетиторам, слушаю на уроках. Учёба — это не так сложно, главное прилагать усилия, а не забивать на неё огромный болт.       — Пф, ну всё! Со следующего года обязательно займусь саморазвитием и закончу на все пятёрки, и тебя перегоню.       — В этом году ты тоже так говорил. — Дилана это правда веселит, в безответственности к учёбе у Ричарда равных нет.       — Это другое! — парень складывает руки на груди, отвернув голову, через пару секунд показательного недовольства он вдруг чуть взбодрился, наверное, вспомнив, что хотел. — Тебя родители заберут?       — Сам, на автобусе. — чуть отойдя вперёд, сказал он.       — А, не, нам не по пути тогда, значит, удачи! Я побегу вперёд, меня-то родители забрать обещали.       — Ага, удачи! — кричит Дилан вслед уходящему. Теперь просто направляться к остановке и ехать домой. Поест, дочитает комикс, а там и опять выходить. Разблокировав телефон, парень подключает Bluetooth, заходит в излюбленное приложение, и начинается самая главная дилемма. Что послушать? По настроению хочется пирокинез, flëur или даже электрофорез, а с другой стороны… Включить Самбуку или Neverlove звучит также заманчиво. Или вообще щенков?.. Благо, на такое у него всегда есть решение. Включив последнюю прослушанную песню, парень переключает кнопки для того, чтобы песни шли не по порядку, а случайным образом. Одно из лучших достижений человечества. Теперь можно идти и наслаждаться. Главное, чтобы зарядки наушников хватило… Прохожие торопятся на автобус, его слегка смешат их покрасневшие от бега лица, и лёгкой улыбки он не скроет. Смотря на дорогу, он видит машину Ричарда и, видимо, самого парня. По крайней мере, ему так кажется. Не так долго он и ждал свой транспорт, но с другой стороны, он поздно вышел. Растолкав народ, столпившийся у одного места, брюнет протягивает карту к валидатору. Сесть не представляется возможным, поэтому остаётся сжаться где-то в уголке, отвернувшись к окну и как можно сильнее прижимая сумку к себе. Потерять значки с любимым персонажем так себе удовольствие. Не час пик, а народу в транспорте как муравьёв в муравейнике. Давненько он такого не видел, на этом маршруте редко кто ездит. Кроме Ричарда и его самого. И бабок, спешащих в дальний район город или оттуда ранним утром непонятно зачем. Дома и куча улиц проносятся перед лицом, мелькая в окне и отражаясь в глазах. Тёмно-голубых. Что-что, а вот его очи ему очень нравятся, будь он поэтом, рассказал бы всю их красоту в словах, но он не поэт, а художник. К сожалению, без писательских навыков. Вот и остановка, ну наконец-то, а то в этой духоте было просто невыносимо! Выскочив из автобуса, слишком переполненного людьми, Дилан наконец-то может вздохнуть полной грудью, без волнения о том, что кто-то его толкнёт и, не дай бог, наушники заденет. Теперь скорее домой и дочитывать новый комикс. С Тони! Какая радость была найти ограниченный тираж в его городе, и, благо, он смог его выкупить.       — Мам! — открыв дверь в двухэтажный частный дом, кричит парень. — Я дома.       — Привет-привет, милый. — отвечает мать с кухни, как всегда оттуда. — Ужин ещё не готов, перекуси чем-нибудь…       — Не, неголодный, спасибо. — проговаривает геймер, снимая кроссовки и отставляя их в уголке, всё равно скоро наденет. Ответа не последовало, значит, оно и к лучшему. Парень поднимется по лестнице на второй этаж, сразу направляясь в сторону своей комнаты, ведь там, о боже, тот самый комикс, который он смог заполучить только вчера, и то вечером. За ним он поехал на другой конец города, из своего конца, и воевал с каким-то другим человеком, приехавшим тоже ради этого же комикса, но победа была на стороне Дилана. Накинул немного деньжат сверху, и книжечка стала его! Комната не такая большая, но ему достаточно, пока помещается, компьютерный стол тоже, и даже немного места на бардак и себя остаётся. Да и главное, что комната вообще своя… На полочках, что заполнены вышеупомянутыми жанрами, стоят ещё и фигурки, не так много, как хотелось ему бы, но коллекционные! Смотря на лимитированную фигурку Тони Старка, предполагаемо в чиби стиле, ради которой он объехал все фаст-фуды своего города и на каждый потратил больше тысячи V — копил он их очень долго. И упорно… Как только узнал об этой коллаборации, так сразу устроился на работу, вновь, так ещё и деньги с обедов сохранял и просто те, что дают родители на карманные расходы. Никто из его знакомых даже не представляет, сколько фигурок, которые ему не нужны, он получил… Но по одной оставил себе, другие перепродал, Баки Барнса он вообще Ричарду подарил. Взяв в руки добытый по́том и кровью комикс, Дилан достаёт припрятанные для таких моментов чипсы, устраиваясь на кровати и начиная читать, наконец-то…

***

Прочитано не так много, ведь он прискорбно вырубился… Уж слишком хорошо устроился и уснул. Благо, стоял будильник, который он всегда ставил на нужное время, на непредвиденный случай, так сказать. Дилан даже не переодевался, так что выйти или начать собираться можно позже, а пока можно ещё немного понежиться в кроватке, перед тем как побежать на остановку, да, опять, и с особо гордым видом отдавать свои рисунки, зная, что он вновь займёт лучшие места в галерее. Хотя лучше встать, ведь одними чипсами с солью не наешься, а на кухне, может, ужин готов. Но спускаться тоже лень… Ай, ладно, по дороге обратно купит что-нибудь, а сейчас полежит подольше. Дома довольно жарко, лето же через пару дней, но даже сейчас температура будто в августе! А у них очень тепло в это время. Очень. Дилану кажется, даже слишком тепло. Но и мëрзнуть ему не нравится, так что в любом случае… он будет недоволен до конца: то холодно, то слишком жарко, то слякоть. Тяжело это всё. Встав с места, которое он хорошенько належал и разогрел собственным телом, парень встряхивается, похлопывая себя по лицу — так он быстрее полностью проснётся.       — Вперёд… — говорит вслух Дилан, вздрогнув от этого, ведь ему показалось, что он только подумал об этих словах. Надо начинать собирать сумку, наполняя лучшими рисунками, конечно, у него каждый рисунок прекрасный, но… Просто какие-то он любит больше. От этого появляется глупая улыбка с усмешкой, это по-детски. Несколько свёрнутых бумаг было аккуратно уложено внутрь вещицы, за что он потом отхватит по шапке, ведь… Эх, сворачивать рисунки трубой не разрешают, а вот, как по-другому донести, не говорят! Гениально! Время подходит к пяти, поэтому он выходит из комнаты, вовсе не торопясь, перед этим положив внутрь воду и пенал. А, и кошелёк, конечно же.       — Пока, мам! — кричит Дилан матери, которая наконец-то не на кухне, а в гостиной, смотрит телевизор. Хоть немного отдохнёт.       — Надеюсь, ты вернёшься с победой! — громко говорит она ему вслед, слегка обидно, что ему удачи не пожелали, а насчёт победы так сразу. Но… Потому что они должны гордиться своим сыном! Да, вот так. И только победа, — эту гордость может принести. А Дилан уже запирает входную дверь, оглядывая улицу. Светло, не то что зимой, когда темнеет часа в четыре вечера, если не три. Да и сугробов нет, идти можно спокойно. Но опять-таки жарко! Хоть и к вечеру появляется ветерок, что в какой-то степени облегчает ситуацию. В наушниках играет группа Комсомольск, для летнего вечера идеально, задаёт прекрасную атмосферу, в которой он нуждается, да и мысли рассеиваются, становясь приятной пустотой. Сначала хотелось пройтись пешком, но, глянув на время, он понял, что уже не успеет прогуляться сейчас, но после… надо бы пройтись. Подышать свежим воздухом, зайти в любимые места, что скрыты от лишних глаз, людей и душ, по его собственному желанию. И вновь он на остановке и ждёт автобус… В этот раз придётся долго стоять, но, благо, музыкальное сопровождение скрасит это времяпрепровождение. Возможно, пока не час пик, Дилан даже сможет занять какое-нибудь место. Интересно, пересечётся ли он с Ричардом, который вполне может уже быть у бабушки, а она живёт совсем близко с пунктом назначения парня. Хотя Ричард сейчас просыхает дома и получает от своей матери за тройки. Она против такой учёбы сына, пока отец даже не знает, в каком он классе. Дилан даже слегка завидует его рассказам о том, что у него не проверяют домашнюю работу и не ругают за оценки ниже пятёрки. Хотя, с другой стороны, он делает это и для себя тоже! Ради собственного спокойствия о том, что он лучший как для родителей, так и среди остальных знакомых.

Нет, для…

О, а вот его «карета» подъехала, в которой, ура-ура, есть свободные места! Залетев в полупустой автобус, парнишка садится на место поближе к выходу, и платить за проезд он не собирается. Если сейчас отдаст эти пятьдесят V, не сможет купить себе поесть на обратном пути, этого он точно не хочет, идти голодным… Транспорт уж больно дорогой стал, особенно школьникам вроде него, тем, кто тоже сливает все деньги в любимую франшизу. Хотя зачем ему забывать об этой мысли, он ведь не просто так фанатеет именно от Старка, это что-то да значит, что-то хорошее… Что он не просто пустое место, а в самом деле очень умный. Впрочем, надо отвлечься, а то эти мысли его с ума сведут. Залезть в телефон и посмотреть, когда там новый фильм или прокрутка старых в кинотеатре, вот, что ему нужно сейчас. И как-нибудь накопить деньги, дабы сходить, под руку захватив с собой Ричарда, может, хоть так он заставит его наконец-то досмотреть железного человека, человека-паука, да и остальные оставшиеся фильмы. Ему хотелось бы обсудить с ним многое, например, конец, который наступил от рук Таноса, а после был исправлен. Но Ричарда даже до этого не дошёл! А рассказывать ему о конце нехорошо. Пусть пока что для него будет интрига, кто же умрёт в конце и кто же всë же победит. Но сейчас время выходить, и нужно идти в сторону художественной школы, до которой ещё надо добраться сквозь пешеходы, светофоры и безбашенных водителей. И вот он у массивных металлических дверей, которые еле открываются, даже у скульптора не с первого раза получается, а тот мужчина крупный. Что ж тогда у младших классов?! К счастью, его это не особо интересует и узнавать он не собирается, а проходит вглубь. Света почти нет, особенно в этих длинных коридорах, которые увешаны картинами и кажутся бесконечными. Сводят его с ума. Он слышит голос своего учителя и по совместительству… Наверное, классного руководителя? Скорее всего, так, Дилан не углублялся.       — Здравствуйте. — здоровается он, даже не пытаясь выдавить из себя улыбки. Протягивая бумагу в чужие руки, парень смотрит на учителя, что с непонятной неловкостью смотрит на них.       — Ох, Дилан, здравствуй! Ты что, не увидел сообщение, которое я тебе прислал?       — В каком смысле?       — Я написал, чтобы ты не приезжал, твои рисунки не понадобятся. И эти слова отдаются в голове эхом, как что-то невозможное и колкое. Будто его только что ударили бутылкой по затылку и он теряет сознание, что ещё сопровождается болью. Но нет, он-то стоит ровно, а вот мысли путаются.       — В каком смысле «не понадобятся»? Полнейшее непонимание и отсутствие желания принимать сказанное.       — Тебя не было последнюю неделю, но за столь короткое время у нас тут новенький появился. — мужчина поворачивается в сторону кабинета, подзывая: — Лололошка!

Ло-ло… Кто?

      — А? — подходит мальчишка ниже Дилана и… в странной одежде, особенно для этого времени года. Футболка — ладно, шорты — ладно, но шарф-то зачем?!       — Кхм, так вот, знакомься, Дилан, это Ром…-, мг, Лололошка, он переехал в наш город совсем недавно, и, как оказалось, он рисует наравне с тобой! Поэтому я подумал, что правильным решением будет взять его в нашу группу, чтобы вы могли вместе развиваться. Смотри… — мужчина подходит к столу, берёт пару листков, поднося к Дилану. — …это же прекрасно!       — А я-то тут причём?! — повышает он тон.       — Дилан, я считаю, что ему, как новичку в нашем коллективе, нужно было выделить место на выставке… Но, к сожалению, его было мало на вас двоих, и… Кхм, я надеюсь, ты не сильно расстроился, что тебе пришлось уступить место Лололошке? Я, чтобы загладить вину, даже поговорил с ним, и он готов сделать с тобой совместный дополнительный проект, я с радостью поставлю вам только хорошие оценки. Неприятно… А он стоит и лыбу давит! Посмотреть бы в его бесстыжие глаза, да вот очки их прикрывают. Так бы он ему в рожу плюнул.       — Ни в коем случае не расстроен… — говорит Дилан, разворачиваясь и чуть ли не бегом направляясь на выход.

Это невыносимо!

      — Дилан, а рисунки-то свои забрать?! — кричит учитель вслед, но, кажется, это лишь сильнее выводит парня.       — Я догоню. — наконец говорит хоть что-то «виновник торжества», забирая чужие бумаги из рук мужчины и быстрым шагом направляясь за брюнетом. Но он уже не догонит, несмотря на сидячий образ жизни, в критические моменты Дилан бегает быстро, да и территорию этого города он знает куда лучше. Он из всех сил бежит где-то по окраине знакомого лесочка, давно сбившись с тропы. Возможно, сама интуиция привела его сюда, ведь… это место его любимое. Он обожает погулять тут в наушниках после художки, не торопясь домой. Но сейчас умиротворение от тропы сменилось сбившимся дыханием и слезами.

Это омерзительно!

Как они вообще посмели сравнить его, человека, который учится в этой сранной художке больше пяти лет, с этой… бездарностью, пришедшей неделю назад?!

Как они вообще… могли променять его на этого фрика?

Разве он недостаточно хорош? Как он может быть недостаточно хорош, если каждый божий день он проводит в борьбе с самим собой, с каждым разом практикуясь всё больше в любом из вариантов рисования? Возможно, его побег выглядит совсем несмело, по-детски и будто он терпила, но… А что бы сделал кто-нибудь другой на его месте? Что сделал бы кто-то другой, когда голос заглушает обида, в груди колит от злости, а глаза предательски смачиваются от слёз?

Почему новенькому дают такие почести?

Он добивался этого всю свою, хоть и короткую, но жизнь, бился за это место! А тут внезапно, как снег на голову, приходит этот клетчатый, которому всё как на блюдечке и… рисует совсем как он. Признаться, даже лучше.

Как. Он. Мог. Стать. Лучше. Него?

????? ¿????? ¿??? ¿? ¿¿¿¿¿¿¿¿¿? ¿¿¿¿¿¿???????? ¿?????? ¿¿???? ¿??? ¿?????? ¿????? ¿?! ¿

Зависть всегда была неотъемлемой частью Дилана, что и сподвигала его на любые действия, лишь бы стать лучше, чем он есть сейчас. Он всегда гордился, что его пол — это чей-то потолок, но постоянно ненавидел, когда это было наоборот. Во всём он был лучшим, по крайней мере, на протяжении всей своей жизни, всегда он считал себя чем-то более важным, чем другие. Он ведь лучше! А сейчас эти слова его буквально в землю втоптали. Каким образом? Как он добился этого? Сколько часов в день Дилану надо заниматься, чтобы стать лучше него?

Чтобы быть лучшим опять.

Правда, общаться даже по поводу проекта, в который был невольно записан, он не хочет, как и контактировать с этим… Лошкой-Лошкой или как его там? А хочет понять, как так вышло.

Как он стал лучше, чем он?