Одно желание - один фетиш

Холодные пальцы Лу Гуана порхали над стареньким фотоаппаратом. Его силуэт умиротворенно замер на месте, пока сам юноша, аккуратно разбирая небольшие детали, наслаждался окутывающей его со всех сторон тишиной. С самого утра на континенте стояла прекрасная погода, духота, мучавшая долгое время население Китая, с каждым днем неумолимо спадала, а знойный воздух наконец приобрел необходимую влажность для комфортного существования и работы. Отблеск восходящего летнего солнца мягко рассеивался сквозь призму нового, приобретенного взамен изношенным линзам, объектива, яркими полосами отражаясь от стен и нежно облизывая спокойный сосредоточенный силуэт трудящегося парня. Сегодня у них с Сяоши был один из немногочисленных выходных. Хозяйка вчера, не принимая каких-либо возражений, активно настояла на небольшом перерыве. Несмотря на такое же упорное сопротивление со стороны недоверчивого к ее дружелюбию Чэн Сяоши. От чего в итоге у безразлично державшегося в стороне весь спор Лу Гуана появилась небольшая возможность заняться давно отложенной и требующей обработки техникой. Особенно когда погода так хорошо располагала. Однако прекрасное, в его случае, утро, конечно же не могло длиться долго. Ворвавшись в ателье спустя четверть часа после восхода солнца, Цяо Лин, кружась на подобие маленького урагана по всему помещению, что-то радостно и неугомонно болтала насчет педантичности Лу Гуана, а также её грандиозных планах на этот вечер. В прочем, столкнувшись с сухими ответами от имевшего иммунитет на подобные громкие заявления юноши, быстро ретировалась наверх, вероятнее всего, будить больше всех возмущающегося по поводу и без Чэн Сяоши, чтобы уже его порадовать таким ранним подъемом, а заодно и запланированным мероприятием на этот вечер. «Похоже, заразилась его нескончаемой энергией» - пропуская большую часть бурного потока слов мимо себя, Лу Гуан аккуратно отложил старше его самого фотоаппарат в сторону, равнодушно наблюдая за тем, как девушка с не предвещающей ничего хорошего улыбкой на лице скрылась за дверью их комнаты. Как же Сяоши был прав, когда вчера перед сном сказал ему о том, что хозяйка точно задумала что-то нехорошее. И как же не повезло именно его напарнику оказаться объектом ее планов. Громко выдохнув, Лу Гуан спокойно прождал минуту, слегка сонно потягиваясь всем корпусом и не спеша холодными пальцами рук потирая уставшие от расступающегося полумрака под давлением ярких лучей солнца, глаза. Настенные часы медленно продолжали отбивать свой незамысловатый ритм, пока находившийся в немом ожидании юноша от скуки уже отсчитывал секунды до громкого пробуждения испуганного внезапным визитом Сяоши. Однако, даже спустя большее количество минут, чем те двое в принципе могли проводить вместе, в замершем будто в ожидании происходящего ателье до сих пор не раздалось и звука. «Это странно» - бессознательно пожав плечами и непроизвольно закусив губу, Лу Гуан, полностью обратившись в слух, с некоторым сомнением уставился на лестничный пролет. Еще долю секунды сомневаясь, стоит ли ему сходить и проверить обстановку. Ожидать от тех двоих можно чего угодно, даже второго пришествия. Лу Гуан действительно не удивился бы подобному. Но гробовое молчание, с наличием в одной комнате двух самых громких людей в мире, по скромному мнению парня, ждать уж точно не стоило бы. И этого слегка настораживало. Не поубивали ли они там друг друга? Аппарат, все еще лежавший неподалеку, привлекал внимание, но сосредоточиться и дальше на успокаивающей до этого момента работе уже не получалось. Почему вчера Цяо Лин ничего не сказала об мероприятии, а сегодня пришла ни свет ни заря? И почему Чэн Сяоши, обычно радовавшийся любой поблажке со стороны, вдруг был против этого, не на жизнь, а на смерть вступив в споры с дьяволицей? Чем больше Лу Гуан думал об этом, тем подозрительней ему казалось происходящее. «Очевидно, что-то происходит, и вероятно мне стоит проверить.» - приняв не самое стандартное решение, ведь обычно он предпочитал держаться в стороне, юноша, позабыв об незаконченном в сборке фотоаппарате, не спеша, ведь за еще одну прошедшую минуту ничего по крайней мере в мировых масштабах произойти не могло, покинул ресепшен. Город по ту сторону двери только начал просыпаться. Редкие звуки машин и голоса спешащих на работу прохожих бодро разбавляли вставшую с ночи тишину, ненадолго погружая до сих пор тихое ателье в привычную буднюю атмосферу. Лу Гуан, лениво прикрывая от слепящих его солнечных зайчиков глаза, на мгновение задумался о красоте и эстетичной части проживаемого момента. Если бы не из ряда вон выходящая ситуация, помешавшая ему закончить работу, парень непременно бы запечатлел атмосферу этого утра в объектив новеньких линз. Бесшумно вступая на первую, а за ней сразу же в пару шагов преодолевая еще две ступени, юноша, не успев занести ногу на следующий пролет, отчетливо услышал сдавленный знакомый писк со стороны их комнаты, а за тем секундой позже не без удивления отметив очень громкий, походивший на звук падающего предмета, шум. «Что происходит?» - Словно вор замерев на одном месте, в самом начале лестницы, Лу Гуан, не успев даже среагировать на происходящее, мог наблюдать, как предполагаемо спавший все это время Чэн Сяоши, во все тех же пижамных штанах и помятой от сна футболки, пулей вылетает из-за двери, сломя голову спускаясь вниз по ступенькам. Весь перепуганный, он, пробегая мимо Лу Гуана, чуть не столкнув того с лестницы, под непрекращающийся где-то из глубины их комнаты смех Цяо Лин, босиком направлялся к выходу. Лицо бледнее мертвого, уже покрылось испариной от страха, волосы, забавно топорщащиеся в разные стороны, напоминавшие воронье гнездо, от бега лезли в излучающие панику глаза, а то и дело периодически путавшиеся меж собой ноги, так и грозили разбить нос своему обладателю. Сяоши, словно ополоумевший, не замечая ничего вокруг, на быстрой скорости спросонья приложился к ближайшему на своем пути углу, с громким стуком после столкновения оседая на пол и немного с опозданием глухо простонав от прокатившейся вдоль всего предплечья боли. Но даже после такого, с очевидным недовольством хватаясь за свою пострадавшую руку, никак не реагируя на недовольный выкрик Лу Гуана позади себя, быстро поднявшись на ноги, опять со всех сил рванул к выходу, сразу же что-то сметая с полок. «Жаль, что не приложился головой» - тяжело выдохнув, Лу Гуан, быстро вернувший свое самообладание, уже спокойно наблюдал за тем, как его напарник, неуклюже завернув вокруг освещенной утренним светом стойки, в очередной раз чуть не распластался по полу. Вероятно, собираясь научиться делать шпагат. Но все же, на счастье всей мебели в этом ателье, добрался до входной двери, чуть нервно дергая ручку. Однако ту, будто заклинив, даже с третьей попытки уже откровенно паникующему Чэн Сяоши не удалось открыть, сколько бы сил он в итоге не прилагал. В этот же момент, мимо уже успевшего позабыть о причине такого поведения своего друга Лу Гуана, не спеша и в радостную припрыжку с широкой улыбкой на губах, проносится явно довольная происходящем Цяо Лин. Крепко сжимая в руках розовую ткань, которую она принесла с собой сегодня утром, и на которую до этого момента парень даже не обращал внимание. Кажется, он начинает понимать. Хозяйка так же, как и Чэн Сяоши минутой ранее, игнорируя присутствие Лу Гуана на лестнице, спускается вниз, целенаправленно приближаясь к воющему от отчаяния и все еще боровшегося с неподдающейся его стараниям дверью Сяоши. И тут юноша неожиданно даже для самого себя вдруг припоминает, как по приходу Цяо Лин, мельтеша по всей комнате и забивая ему своим лепетом голову, взяла с полки за его спиной ключи, а после, уже через пару секунд, в помещении раздался характерный замыкающийся звук, который Лу Гуан, как и все остальное до этого, смог успешно проигнорировать. Потрепанный после сна Сяоши, не собираясь так просто сдаваться, продолжал с усилием дергать дверную ручку в обе стороны, кажется, после столкновения со стеной напрочь позабыв, в какую сторону открываются петли. Но заметив приближающуюся к себе с победной ухмылкой девушку, от страха дернувшись и все же приложившись головой об стену, он, не долго, думая рванул к окну. «Да он сумасшедший» - только и успел подумать наблюдающий со стороны Лу Гуан, перед тем, как хозяйка, не мешкая, от вида спешно перекидывающего босую, в одних пижамных штанах ногу через подоконник Чэн Сяоши, схватила того за шиворот футболки, втянув на половину высунувшегося парня под отчаянный крик обратно. С громким стуком опрокидывая сопротивляющееся тело на пол. Интересно, что могли подумать редкие в это время прохожие, наблюдавшие картину перепуганного, в помятой пижаме юноши, который неуклюже, нараспашку открыв окно, пытался выбраться наружу, уже перекинув одну ногу и почти оказавшись на свободе, вдруг с громким криком о помощи завалился обратно, пропав из виду? - Нет, нет, нет! – с громким «ой» от удара приземлившись на спину, Чэн Сяоши, запрокинув голову, умоляюще взглянул на напарника, впервые за это утро выдавливая из себя что-то, кроме панического крика. - Лу Гуан! Помоги мне! Она сама дьявол! Убого перевернувшись на живот, пока Цяо Лин отвлеклась, чтобы закрыть окно и задернуть за ним шторы, Сяоши, продолжая молить о помощи, медленно пополз в сторону все это время не решающегося сдвинуться с лестницы парня, с каждой секундой и характерным звуком за спиной теряя надежду. Цяо Лин, быстро закончив с тюлем, сразу же решительно обернулась, недовольно заметив отползающего от себя и имитирующего мертвеца юношу. Ищущего свое спасение в дражайшем напарнике, который, к слову, никак не реагируя на чужие попытки привлечь к себе внимание, продолжал молча наблюдать со стороны. - Уговор есть уговор, Сяоши! – громко топнув ножкой, как бы поставив точку в их ребячестве, хозяйка, все еще держа в правой руке ткань, тяжелым, выражающим ее недовольство шагом подошла к уткнувшемуся лицом в пол парню. Свободной рукой схватив уже не сопротивляющегося Чэн Сяоши за шкирку, моментально подняв его на ноги, попутно угрожая выгнать из дома, если он передумает выполнять обещание, потащила, словно мученика, наверх, в их с Лу Гуаном совместную спальню. Тот же, успешно косплея элемент декора все это время, заметив легкий гнев в глазах приближающейся начальницы, покорно отступил в сторону, освобождая проход и решив вообще не вмешиваться в ситуацию, оставив своего несчастного напарника на свободное растерзание недовольной женщины. «Сам виноват» - и хоть Лу Гуан сильно сомневался в правоте своих мыслей, он все равно просто продолжил с каменным выражением лица наблюдать за удаляющимися спинами товарищей, вплоть до самого момента закрытия двери. - «И все же, удачи Сяоши». Не жалея о своем поступке, парень спокойно направился вниз к стойке, где все это время его дожидался незаконченный фотоаппарат. И впрямь сумасшедшее утро.

🦋

Время близилось к одиннадцати утра. Яркое солнце, уже полностью поднявшись из-за горизонта, мягко освещало помещение, разгоняя так излюбленный Лу Гуаном полумрак до следующего рассвета. Убрав последнюю ненужную деталь в коробку для переработки материалов, парень машинально взглянул на наручные часы, отмечая усилившийся шум проснувшегося города за закрытым окном. Он только что закончил менять линзы фотоаппарата, и хоть в качестве материала и своей выполненной работы Лу Гуан был полностью уверен, все же из чистого любопытства проверить и оценить новый оптический объем не помешало бы. Вот только, что же такого он хотел бы запечатлеть на снимке? Конечно, можно особо не заморачиваться и сфотографировать первую попавшуюся под руку вещь, вот только подобное поведение было как раз-таки в духе его напарника, когда же сам юноша предпочитал подходить с умом к любым своим поступкам. Пока Лу Гуан, замерев в задумчивости, выбирал в своей голове подходящий снимок, дверь в их с Чэн Сяоши комнату слегка приоткрылась, скромно демонстрируя наружу высунувшиеся прилизанные черные волосы, вместе с легким косметических румянцем на лице самого громкого парня в мире, по мнению Лу Гуана. Сяоши, в этот раз, кажется, боясь покинуть спальню, смущенно потупил взгляд подведенных черным карандашом глаз вниз, несколько долгих секунд в тишине наблюдая за Лу Гуаном. Однако, спустя три тяжелых вдоха и где-то жужжащий за его спиной голос Цяо Лин, все же смог взять себя в руки - была не была, как говорится - и осторожно выйти из комнаты. Лу Гуан, не сразу заметив напарника, рефлекторно обернулся на звук тихих спускающихся шагов, с нескрываемым удивлением отмечая новый, привлекающий все его внимание вид Чэн Сяоши. Распущенные, уложенные назад гелем волосы хорошо подчеркивали острые скулы, красиво выделяя овал лица и намеренно демонстрируя больше доступа к открытой шее. Легкий выраженный макияж идеально акцентировал все внимание на подведенных глазах, невольно заставляя опускать взгляд ниже к приоткрытым губам. Но больше всего восторга в душе Лу Гуана вызывала одежда его напарника, а именно розовая длинная юбка, так хорошо обнимающая стройную талию и сидящая на подтянутых бедрах. Чэн Сяоши выглядит потрясающе. Черная оверсайз-футболка, аккуратно заправленная в юбку, создавала красивый контраст между тонкой талией и широкими плечами, а цветовая гамма надетого гардероба так вообще немного сводила с ума. Но самым лучшим, что смог отметить наблюдающий со стороны парень, стал глубокий вырез снизу аж до самого колена на юбке, в которой Лу Гуан смог распознать ту самую розовую ткань в руках хозяйки. Это было лучше всякого подиума. «Только длинных сережек не хватает» - вскользь подумал юноша, вполне довольствуясь тонкой серебряной цепочкой на загорелой шее. Сяоши спускался медленно, аккуратно переставляя ноги в длинных белых носках и тщательно следя за тем, чтобы юбка почти не задиралась. Со стороны было отчетливо видно, как некомфортно тот себя ощущал, постоянно поправляя концы юбки, вероятно, считая, что по-другому она от него убежит, но что-то подсказывало Лу Гуану, что после первого же зеркала он быстро придет в норму. Прохладный корпус собранного фотоаппарата приятно лежал в теплых ладонях, слегка отрезвляя и возвращая в реальность застывшего юношу. И тот, не колеблясь более, поднял его на уровень собственного лица, сделал одно, но такое важное фото. Возникший минутами ранее в его голове вопрос быстро исчерпал свою необходимость, при виде раскрасневшегося в смущении напарника, что только больше добавляло ему очарования и некоторой невинности. Может ли подобное стать его фетишем? Или же он уже у него есть? Чэн Сяоши, боясь смотреть по сторонам, а именно в направлении стойки, где расположился его напарник, глупо залипал в пол, медленно преодолевая ступень за ступенью, спускаясь вниз. Конечно, им с Лу Гуаном придется поговорить о том,, как глупый и наивный Сяоши, ввязавшись с хозяйкой в спор, в сухую проиграл желание, которое удивительным образом привело его в мир новых и неожиданных дизайнерских открытий. Однако он, от чего-то переживая по поводу реакция Лу Гуана, стал намеренно оттягивать время, сомневаясь в том, что он вообще будет говорить. И если бы не насильно вытолкнувшая его из, между прочим, собственной спальни Цяо Лин, Сяоши так бы до конца вечера и прятался в комнате. Звук затвора и последующего за ним щелчка заставил уже спустившегося с лестницы парня вскинуть опущенную голову, с удивлением посмотрев на фотографирующего его и внимательно наблюдающего Лу Гуана. И, вероятно в любой другой ситуации Сяоши мог бы просто пошутить про скрытые папарацци или же разразиться тирадой о том, что так делать нехорошо, но сейчас, чуть менее смущаясь и еще больше краснея, он так и не смог открыть свой рот. - Отлично выглядишь, - выдал первое, что пришло на ум, Лу Гуан, явно преуменьшая вид и свою реакцию на внешность Сяоши. - Тебе идет. Еще раз пробежавшись открытым взглядом вдоль цепляющего на юношеском теле элемента гардероба, Лу Гуан неспеша отложил фотоаппарат в сторону, желая позже обязательно пересмотреть сделанный снимок. - Ах так! – в одно мгновение вся робость и непонимание, как стоит вести себя с этим человеком, сошли на нет. Стоило только услышать насмешку со стороны напарника, по крайней мере, именно так воспринял незамысловатый комплимент в свою сторону Сяоши, как, вмиг подобравшись и расправив плечи, парень, не спуская глаз с чужого лица, ловко запрыгнул на стойку, закидывая ногу на ногу. – «Сейчас я покажу, как мне идет!» Не прерывая зрительного контакта, Чэн Сяоши, вскинув подбородок, вызывающе смотрел на Лу Гуана, всем своим видом показывая, насколько хорошо он мог выглядеть в любой, даже в самой непривычной для него одежде. Он ведь не кто-то там другой, чтобы стесняться и сомневаться в собственной внешности. Пусть Лу Гуан знает, что Сяоши не так-то просто задеть. Поймав себя на довольно-таки интересной мысли, юноша, как и всегда не думая и секунды, считая, что это будет просто забавно, выпрямившись в спине и сев на самый край стойки поближе к напарнику, вытянул одну ногу вперед, белым носком дотрагиваясь до живота Лу Гуана и слегка надавливая. – Ну как, мне идет? Легкая насмешка так и скользила на лице в не думающем даже скрывать свои эмоции Сяоши, и Лу Гуан, не отводя взгляда от игривых глаз, в которых сейчас так явно плясали черти у костра, потянулся навстречу, хватая Сяоши за протянутую лодыжку и одним незамысловатым движением на себя опрокидывая его спиной на стойку. Не один он может играть в эту игру. Лу Гуан, шагнув вперёд к растерявшемуся парню, свободной рукой уперевшись возле макушки, навис сверху, растягивая полуулыбку на губах и тихо, почти шепотом произнес: - Очень идет. Сяоши, надув очаровательные, как про себя отметил Лу Гуан, губы, собирался ему что-то сказать, но, не успев открыть рот, в панике повернул голову в сторону лестницы, откуда послышался звук открывающейся двери. Цяо Лин, выскочив из их комнаты спустя считанные секунды после того, как оба парня в спешке отстранившись друг от друга, старались принять самый безобидный вид, быстро сбежала по лестнице, хватая подозрительно тихого Сяоши за локоть и спуская его со стойки на пол. - Лу Гуан, нам с Сяоши сейчас нужно пройтись по магазинам, вернемся к семи часам, так что будь уже готов к этому времени, потому что потом мы сразу отправимся на вечеринку к моей знакомой, у нее сегодня день рождения, - сразу же отметив красные пунцовые щеки у обоих своих друзей, но не придав этому сильного значения, Цяо Лин, потянув Сяоши к выходу, продолжила уже ему что-то рассказывать, предположительно насчет подарка и помахав перед выходом Лу Гуану рукой, вышла на улицу. Чэн Сяоши, не имея возможности задерживаться долго, так же бросил мимолетный взгляд на своего соседа по комнате, робко улыбаясь и кивая ему на прощание. Вечером они еще встретятся.