Fox Family

До Рождества оставалось три дня. Последняя тренировка перед зимними каникулами прошла максимально продуктивно. Лисы, уставшие, но получившие удовольствие от тренировки, побрели до душа. Ники, как обычно, со всей своей гиперактивностью и воодушевленностью, затараторил, не успели парни перешагнуть порог раздевалки. – Слушайте! – то ли вскрикнул, то ли каркнул он, – А может позовем Жана и Джереми на Рождество? – Аарон посмотрел на него убийственно-вопросительно. Не то, что бы он был против, просто Хэммик все уши прожужал о том, как сильно ждет Рождество, – Еще Эрик приедет послезавтра, – Аарон переглянулся с Монстрами, и те синхронно закатили глаза. – Блять, Ники, да зови хоть Папу Римского, только не трещи как девка, влюбившаяся в парня, бошка раскалывается, – почти равнодушно ответил Аарон. Хэммик недовольно фыркнул, и обратился к Нилу. – Нил, поедешь со мной завтра закупаться украшениями и одеждой, – снова затараторил, и не дав возразить Нилу, продолжил, – Можешь взять с собой этого, – Ники окинул быстрым взглядом Эндрю, – Ты же все равно и без приглашения пойдешь с ним, – адресовал он Миньярду. – Как будто бы, у меня есть права выбора... – устало протянул Нил, вспоминая чем обычно заканчивается их типичная вылазка в торговые центры. А он так хотел просто отдохнуть и посидеть в обществе Эндрю. Миньярд в этот момент незаметно от остальных (кроме Ники), погладил по спине Нила, успокаивая его. Хотя здесь не понятно, кто кого успокаивал больше. – Ну вот и славненько. Рене дам задание написать Жану. Мэтт, а ты позови Дэн и Элисон, – довольно хлопнув, Ники вспомнил, зачем вообще они пришли сюда. Мэтт быстро кивнул и ушел в душ. Монстры последовали ему примеру, и молча ушли доделывать свои послетренировочные дела.

***

На утро, Ники встал ни свет ни заря, в шесть, мать его, утра! Как он ещё выглядел бодрым и держался на ногах - не знает даже Папа Римский, которого, к слову, все-таки не пригласили на вечеринку. Первым делом, он пошел будить Нила. Храни Аарона, который поменялся с Нилом местом, и Ники не пришлось тащить свой зад в чужую комнату. Поэтому он просто зашел в комнату Эндрю, и чуть не ахнул на весь кампус, благо он успел закрыть рот руками. Перед ним открывалась вполне интересная картина: брат, лежал на груди Нила, обняв его всеми своими конечностями. Эндрю в этот момент выглядел совсем не устрашающе, а наоборот, как-то непривычно...мило? Щелкнув их на свой телефон (это лишь для личного архива, а не для последующего шантажа, в свою защиту в какой-нибудь ебанутой ситуации - не подумайте!), он подошел к кровати и тихонько толкнул Джостена за плечо. Зная Нила, и его, до сих пор имеющуюся реакцию, и ножи Эндрю под подушкой, Ники отпрыгнул от кровати от греха подальше. Но реакции не последовало. Никакой. Лишь через десять секунд, Джостен повернулся на бок, и сильнее прижал Миньярда к себе. От этой живописной картины, сердце Хэммика залилось кровью, ибо он очень сильно скучал по Эрику. Постояв так ещё минуту, он подумал, что разбудит их чуть позже, ну, или попытает удачу не напороться на нож и недовольную морду брата. Закончив с ванными процедурами, Ники даже успел приготовить быстрый завтрак на троих. Зайдя в комнату, чтобы разбудить влюбленных, в него чуть не влетела подушка, и ещё одна, если бы он не успел увернуться от нападения. – Ники, твою мать, тебя стучаться не учили? – Нил наспех натягивал штаны, бросив Миньярду футболку. Тот стоял с невозмутимым лицом, и голым торсом, закрепляя ножи бинтами на руках. – Ну уж простите, что отвлек вас от столь вааажного дела, – закатив глаза, он обвел обоих ехидным взглядом, – Что я там не видел. Собирайтесь быстрее, завтрак на столе, можете не благодарить, потом отплатите тройничком, может Эрик еще согласится, – и успев выбежать из комнаты и не попасть под второй расстрел подушками, Ники пошёл выбирать лук для сегодняшнего шоппинга. Спустя еще тридцать минут (для Ники они длились ужасно долго), они втроем наконец-то вышли из Лисьей Башни и направились к авто Миньярда. Всю поездку до ТЦ, Ники не закрывал рот, и рассказывал свои желания по поводу украшений для комнаты, еды и напитков. Они решили, что соберутся в тесной, но уже такой родной, комнате Мэтта и Аарона. Рене, к слову, очень быстро договорилась с Жаном, а точнее с Джереми, ибо он не дал ему возразить. Поэтому завтра они приедут в Лисью Башню к полудню, чтобы помочь с украшением и готовкой блюд. Эндрю, был подозрительно тихим, и даже не огрызался на всячиские подколы от двоюродного брата. Тогда, когда Нил, несмотря на законно не доспавшие свои четыре часа, уже не хотел прибить Хэммика, и довольно увлеченно обсуждал с ним вечеринку. Скорее всего, на него действовало то, что он ни разу не праздновал рождество адекватно, а не так, как происходило, когда он менял свое имя почти каждый раз, когда приезжал на новое место. Для него это было в новинку, и в нем просыпался внутренний ребенок, от которого Ники только еще больше воодушевлялся.

***

Приехав в торговый центр, Ники сразу повел ребят в отдел с рождественской тематикой, выбирая всё максимально яркое, цветастое и блестящее. Елку подогнал им Ваймак, поэтому покупать ее не было необходимости. После щепитильного выбора и чуть не раздорившихся в пух и прах Нила и Ники (они не могли выбрать звезду на конец елки, поэтому они взяли две – это посоветовал Эндрю, дословно: «Вы невыносимы, возьмите две, чтобы каждому было на что сесть», — после этих слов они тут же успокоились), Монстры, наконец, направлялись к отделу одежды. Нил долго ныл, и не хотел переступать порог магазина, так как знал, что ожидать от Хэммика и его шопоголизма. Он долго стоял за спиной Эндрю, и всем видом показывал, что готов идти на вечеринку хоть голым, но «только. не идти. в. этот. чертов. магазин одежды. с Ники». Но Ники снова затараторил, и начал говорить о том, что необходимо красиво выглядеть даже на домашней вечеринке, и то, как это для него важно. Надавив на жалость Нила, Хэммик победно ухмыльнулся, взял его за локоть и потащил вглубь магазина. Пока один ныл, а второй парил как птица вдоль стоек с одеждой, Эндрю быстро обошел магазин, нахватал одежды, и всучил это всё Ники. Он понял намек брата, и повел Нила к примерочным. Отдал ему одежду, которую выбрал Эндрю, и толкнул в примерочную. Цокая, но примеряя всё что дал ему Ники, Нил какой раз удивился, насколько идеально по размеру садилась любая часть одежды от Хэммика, и кроме того, подчеркивала его красоту. Но Нил до сих пор не догадывался, что вся одежда, врученная ему с рук Ники, была выбрана Эндрю, и только для него. Выйдя из примерочной, Ники смотрел на него как мать, которая одевала своего ребенка в школу, а Миньярд одним лишь взглядом пожирал Нила, и очертания его стройного тела. Черная облегающая водолазка с высоким воротом, бежевые классические брюки, цепочка, подаренная Ники - всё это смотрелось на Джостене очень правильно, строго и, при этом, очень сексуально (последнее слово в этот список, первым добавил Эндрю). – Кажется, будто я собрался не на Рождество, а на блядки, – рассматривая свой образ в зеркале произнёс Нил. – На очень ахуительные блядки, с продолжением банкета, – в своем стиле выдал Ники, за что получил оплеуху от брата, – Эй, за что! Я говорю только правду! – обиженно зоркнув на Эндрю, Ники поправил ворот водолазки, – Вот, так-то лучше! Давай, переодевайся, и я пойду оплачу. – У меня есть деньги, я сам могу оплатить, – Нил знал, чем закончится всё это, но до сих пор не мог привыкнуть к этому. – Мы уже об этом разговаривали, Нил. Пусть это будет маленький подарок на Рождество от нас, – подмигнул он. Закатив глаза, Нил быстро переоделся, отдал вещи Ники, а сам пошел к стэнду с бижутерией. Ники и Эндрю часто баловали его разными украшениями, а Нил, незаметно для себя, полюбил их. После еще часа в ТЦ, они всё же закупились всеми нужными вещами и продуктами и поехали до Лисьей Башни.

***

Приехав, Нил и Эндрю шли сзади Ники, помогая тому с пакетами, занесли их в комнату, и незаметно удалились. В полном, но комфортном, молчании, они двигались в сторону крыши. Поднявшись по лестнице, Нил попытался открыть дверь, но ручка до сих пор редко поддавалась ему, поэтому Миньярд, спокойно отодвинул Нила, и через три секунды ограничения в виде двери уже не было. Они вышли на крышу и сели у края. Эндрю закурил первым. После двух затяжек, Нил забрал сигарету и затянулся. Миньярд окинул его быстрым взглядом, и тут же отвёл, в сторону только просыпавшегося города. – Поцелуй меня, – непривычно тихо для него, вымолвил Эндрю. – Ммм? – переспросил Нил, но в этом не было необходимости – он слышал эти два слова, которые заставили перевернуться маленькому миру внутри него. Он просто любит дразнить своего парня, хотя иногда это может сказаться против него же. Эндрю зыркнул на него взглядом, полным то ли нежной любви, то ли самой что ни на есть похоти. Нил еще с секунд пять пялил на него и затушил сигарету. Миньярд уже привык к касаниям Нила, но его парень, всё еще действовал осторожно и не резко. Аккуратно взяв Эндрю за подбородок, он притянул его к себе, и жадно поцеловал. В этот момент, Нил почувствовал миллион взрывающихся бабочек в животе. Они вот так внезапно целовались вполне часто, но каждый раз, Нил испытывал самые разные, но сильные чувства. Что насчёт Эндрю – Джостен знал, что ему нравится. Нравится держать его за затылок, прижимая сильнее к себе. Нравится поглаживать его спину (это уже вошло в привычку). Нравится целовать Нила. Нравится. Он ему нравится. И все эти действия разгорали в обоих вулкан чувств, который был на пике взрыва. Ники тем временем, взвесив задание с раскладкой продуктов на Рене и Элисон – ушёл в комнату Мэтта и Аарона, те оставили ему ключ, чтобы он мог спокойно начинать украшать комнату. Первым делом он хотел заняться елью, но увидел, что ребята уже поставили ее, поэтому он принялся сначала украшать елку. Спустя сорок минут, ни одного разбившегося шара, под аккомпонемент рождественского плейлиста, Ники закончил с елью. Дополнив макушку звездой, которую выбрал он – победно ухмыльнулся, пускай Нил только попробует поменять его звезду на свою, как и сказал Эндрю, он его посадит на нее. Продолжив украшать уже комнату, создавая уют, и принося в комнату Рождество, Ники услышал, что кто-то зашёл в комнату. – Кем бы ты не был, ты во время. Мне нужна помощь, – почти заорал Хэммик. Этот кто-то зашел в комнату и перед ним предстала такая картина: хряктевший Ники, стоял на стремянке и не мог дотянуться до гардины, чтобы повешать эту блядскую мишуру. – Пожалуйста, подержи стремянку, я боюсь вставать на последнюю ступень, – не смотря на своего помощника, он почувствовал что его поддерживают, поднялся на эту ступень и повешал мишуру. Резко повернув голову, чтобы отблагодарить своего спасителя, он застыл, всматриваясь в самые красивые и родные глаза. – Эрик...? – почти тихо и легко спросил Ники. – Привет малыш, – он вытянул свои руки, приглашая в объятия своего парня, – не стой как истукан, иди сюда. Я соскучил..., – не успев договорить, Хэммик набросился на него, чуть не уронив стремянку. В тот момент ему было всё равно. Перед ним стоит его любимый человек, который должен был приехать только завтра. – Как? Что? Когда? Ты же брал билеты на завтра! — быстро заговорил Ники, пребывавший в шоковой радости. Эрик, не ответивший на миллион вопросов своего парня, нежно и настойчиво поцеловал его. Ники растерялся на секунду, но тут же опомнился и ответил ему. – Я решил сделать тебе сюрприз, и поменял билеты на сегодня. Я так сильно скучал, ты не представляешь, – сказал Эрик, поглаживая Ники по макушке, – Знаешь, я больше не буду приезжать накануне Рождества, в аэропорту нет места, людей слишком много, и я безумно устал, пока добирался до сюда, – и правда уставше, сказал он, и потянул Ники за собой на диван, усадив его на свои колени. – Ты чокнутый, – поцеловал его в лоб Ники, – Но я тебя всё ещё пиздецки сильно люблю. И я тоже скучал, – он быстро чмокнул его в губы, – Ты сможешь помочь мне доукрасить комнату? Осталось совсем чуть чуть, а потом мы можем пойти поспать, я тоже что-то устал. – Для тебя — хоть горы сверну. Пойдём доделывать. О! Какая елка красивая! – воскликнул Клозе. – Спасибо! Твой парень всё это выбирал и украшал, скажи же, что звезда ахуенная! – указал он на нее. – Как и ты, – они простояли вот так, обнимавшись, как будто вечность. Но нужно было всё доделать. Закончив с украшениями, они залеглись на диван комнаты Мэтта, и не заметили как уснули. Прямо вот так – Ники в одежде, в которой ездил на шоппинг, Эрик – в которой приехал из аэропорта. Но это было совсем не важно, когда два разлучных сердца сравнялись в скорости и бились в один такт.

***

Ближе к вечеру, когда все Лисы собрались в Башне, они решили отметить приезд Эрика и поехали в ближайшее заведение, которое, естественно выбрал Ники. Рассадиться по машинам они решили так: чтобы не стеснять Монстров в машине Эндрю, хотя места позволяло, Ники и Эрик поехали на грузовичке Мэтта. Дорога была не долгой, но очень приятной. Дэн расспрашивала Эрика о Германии, и насколько долго он приехал. Подъезжая к ресторану, они уже все составили план зимних каникул для всех, осталось это сказать остальным Лисам. В ресторане они пробыли приличное время, вкусно кушали, общались и просто хорошо проводили вечер перед завтрашней рождественской суетой. Ники не отлипал от Эрика ни на секунду, хотя это не останавливало его флиртовать с Нилом – это уже вошло в привычку. Эрик не ревновал, он знал о Эндрю и Ниле, и просто наблюдал за всей ситуацией со стороны. И иногда оддёргивал Ники за излишнюю эмоциональность. Видел, что Джостену уже становится настолько неловко, что он перестал говорить. Мэтт и Дэн, как мать и отец Лисов пытались разрядить обстановку и поддержать разговор. «С ними было комфортно», – подумалось Эрику. И это лишь правда. После приятного вечера, ребята разбрелись кто по своим делам, кто обратно в Башню, а кто гулять. Эрик снял отель, поэтому забрал с собой Ники. Они безумно соскучились друг по другу, и оставаться в Лисьей Башне было не удобно. На утро не обошлось бы без подколов друзей Ники. Поэтому, заехав за пиццей, они двинулись в сторону отеля. У них было в планах посмотреть какой-нибудь фильм лёжа в обнимку. Ну а там, уже как пойдет – а пойдет конечно все хорошо. Мэтт, Дэн, Рене и Элисон вернулись в Башню чтобы спокойно завершить этот день, и набраться сил для завтра. Аарон и Кевин ушли к своим девушкам, а Эндрю и Нил решили немного прогуляться. Было снежно, но тепло для декабря. Пальметто был украшен во всё новогоднее. Вокруг царила сказка и предрождественская суета. Нилу было спокойно. Он, вообщем-то, уже давно привык к немногословному Миньярду, поэтому это не вызывало неловкости. Это была приятная тишина. Идя вдоль парка, Нил постарался аккуратно дотронуться до руки Эндрю, и поняв, что его не отталкивают – скрепил их руки в замок. Они шли размеренно, держась за руки и наслаждаясь спокойным окружением друг друга. Нагулявшись, они пришли в кампус довольно поздно, и завалились спать.

***

В Лисьей Башне царила тишина – остальные уже разошлись по комнатам или спали. Только гирлянды на общей ёлке мерцали в полумраке гостиной, отбрасывая разноцветные блики на стены. Эндрю запер дверь на ключ, привычным жестом проверив замок. Нил скинул промокшие ботинки и потянулся, костяшки пальцев хрустнули. — Чай? – глухо спросил Эндрю, уже двигаясь в сторону кухни. Он знал, что Нил после холода любит что-то теплое. — Да, пожалуйста, – Нил улыбнулся ему в спину, снимая куртку. Он постоял секунду, глядя на мягкое свечение ёлки. Тишина после шумного вечера в ресторане и даже после их спокойной прогулки была особенной – своей, безопасной. Он подошел к ёлке, поправил криво висящую звезду, которую, без сомнения, водрузил Ники. Его взгляд задержался на маленькой коробочке, аккуратно завернутой в темно-синюю бумагу с серебряными снежинками, спрятанной в глубине веток. Он убрал ее чуть глубже. Эндрю вернулся с двумя кружками дымящегося чая – в одной был обычный черный, в другой, которую он протянул Нилу, – с мятой и медом, как тот любил. Они присели на диван, придвинувшись друг к другу, плечом к плечу. Никаких слов не было нужно. Они пили чай, слушая тиканье часов и далекие звуки ночного города за окном. Эндрю одной рукой держал кружку, другой – его пальцы нежно переплелись с пальцами Нила, лежавшими на колене. Простое прикосновение, наполненное доверием и спокойствием, которого не было в их жизни так долго. — Завтра будет ад, – наконец произнес Эндрю, глядя куда-то в пространство над ёлкой. Но в его голосе не было раздражения, скорее – привычная констатация факта о предстоящем хаосе с Лисами. Нил фыркнул, прижимаясь плечом к его плечу. — Да. Но... хороший ад. С индейкой Эрика. Уголок губ Эндрю дрогнул в почти улыбке. Он допил чай и поставил кружку. — Спать. Они поднялись, погасили гирлянды, оставив только слабый свет ночника в коридоре. В своей комнате ритуал был отработан: быстрый душ, смена одежды. Нил залез под одеяло первым, Эндрю лег рядом, автоматически натягивая одеяло повыше. Нил повернулся к нему, ищущим жестом. Эндрю не отстранился. Наоборот, его рука легла на талию Нила, притягивая его ближе. Голова Нила нашла привычное место у его плеча. — Спокойной ночи, Эндрю, – прошептал Нил в темноту. — Спи, Джостен, – был тихий, чуть хрипловатый ответ. И в тишине их комнаты, под далекий гул города и мерное дыхание друг друга, они заснули, зная, что завтра их ждет шум, гам, Лисы и Рождество – их общее, немного безумное, но их Рождество.

***

Стол был сервирован просто, но очень аппетитно. В середине стола стояла сочная и большая запечённая индейка, которую Эрик делал по семейному рецепту – её золотистая корочка благоухала травами. Вокруг неё были расставлены разные блюда: лазанья Дэн, аккуратно нарезанная на порции; тамале в кукурузных листьях; миска с пышным картофельным пюре; поднос с имбирными пряниками Рене, украшенными затейливой глазурью; миска клюквенного соуса и, конечно, снеки и чипсы для хруста. Запахи смешивались в густой, праздничный коктейль, от которого сводило желудок. — Пока можете устраиваться поудобнее! – весело скомандовала Дэн, расставляя последние столовые приборы. – Эрик, индейка – это просто космос! Ты точно не шеф-повар в прошлой жизни? Эрик скромно улыбнулся, поправляя полотенце на руке: — Просто семейный рецепт. И немного практики. Рад, что нравится. Лисы и гости начали рассаживаться вокруг стола, шумно переговариваясь. Места едва хватило, стулья и табуретки были придвинуты вплотную. Ники немедленно уселся рядом с Эриком, гордо разглядывая индейку, как будто это он её приготовил. — Так, внимание! – Рене подняла бокал с яблочным сидром. – Прежде чем мы начнем эту вкуснятину уничтожать, хочу сказать тост. За то, что мы все здесь! За Лисью Башню, которая, несмотря на всё, выстояла! За старых друзей, – она кивнула Кевину, Аарону, Дэну, Мэтту, – за новых, – улыбнулась Эрику и Джереми, – и за тех, кто всегда с нами, даже если сегодня не смог приехать. За то, что этот год был... ну, скажем так, интересным, но мы его пережили вместе. За Рождество! За нас! — ЗА НАС! – громко подхватили все, чокаясь бокалами и стаканами. Даже Эндрю слегка приподнял свой стакан с колой. Началась веселая суматоха застолья. Тарелки наполнялись, комплименты поварам сыпались как из рога изобилия. Эрик скромно отнекивался, но было видно, как его радуют восторги по поводу индейки и пудинга. Ники наполнил тарелку Эрика до краев, заботливо подкладывая лучшие куски. — Ешь, ты же готовил, должен попробовать все! – настаивал он. — Ники, я не умру с голода, пока ты тут, – усмехнулся Эрик, но ел с удовольствием. Разговоры текли легко и громко. Джереми и Кевин оживленно обсуждали последние игры и перспективы на следующий сезон. Жан, разговорившись с Рене и Элисон, наконец-то расслабился и даже пару раз улыбнулся. Аарон в основном клевал еду и вставлял едкие комментарии, от которых все смеялись. Мэтт и Дэн сидели рядом, их руки сплетались под столом. Эндрю и Нил ели молча, но в их молчании не было неловкости – они обменивались краткими взглядами, кивками, иногда Нил что-то тихо говорил Эндрю на ухо, и тот отвечал односложно, но без привычной резкости. Нил украдкой поглядывал на ёлку. — Окей, народ! – Ники вскочил, когда первая волна голода немного утихла. – Время подарков! Кто начинает? Я! Я! – Он схватил ярко-зеленый мешок с надписью "От Санты-Хэммика" и начал швырять небольшие свертки с именами. Внутри оказались смешные носки (Джереми достались с автографами Троянцев, что вызвало хохот), брелоки в виде лис (Эндрю фыркнул, но сунул свой в карман), и для Эрика – теплый шарф в цветах его немецкого клуба. Эрик был тронут. — Спасибо, Ники. Это... очень мило. — Ну, я же знал, что ты замерзнешь тут в Южной Каролине! – Ники сиял. Подарки пошли по кругу. Дэн и Мэтт вручили всем одинаковые кружки с надписью «Foxes Family» и логотипом команды. Рене подарила Элисон набор дорогой косметики, а ребятам – фирменные кепки их университета. Эрик вручил Ники новый чехол для телефона с принтом грузовичка Мэтта («Чтобы помнил, кто тебя возит!»), чем вызвал у Ники восторженный визг. Кевин и Аарон вручили всем подарочные карты в спортивный магазин – практично и без лишних сантиментов. Дошла очередь до Эндрю и Нила. Эндрю молча протянул Нику плоскую коробку. Тот развернул ее и замер. Внутри лежал новый, невероятно острый и дорогой нож для выживания – мечта Ники. Глаза Хэммика стали размером с блюдца. — Миньярд... это... вау! Спасибо! – Он чуть не бросился обнимать Эндрю, но вовремя поймал его предупреждающий взгляд и ограничился энергичным рукопожатием. – Я буду его беречь! Клянусь! — Просто не потеряй его в первую же неделю, – буркнул Эндрю, но было видно, что подарок попал в точку. Затем Эндрю кивнул Нилу. Нил глубоко вдохнул, встал и подошел к ёлке. Он достал ту самую маленькую коробочку в синей бумаге. Его руки дрожали. Он вернулся и протянул ее Эндрю. — Это... для тебя. Все затихли, наблюдая. Эндрю взял коробку. Он развертывал бумагу медленно, аккуратно. Под ней оказалась черная бархатная коробочка. Он открыл крышку. Внутри, на черном бархате, лежал браслет. Не просто браслет. Это была прочная кожаная манжета, стильная и мужская. Но самое главное – на внешней стороне была аккуратно выгравирована надпись: «Я здесь». Те самые слова, которые стали их талисманом, их обещанием. Эндрю замер. Он смотрел на браслет, потом поднял глаза на Нила. В его обычно пустых глазах мелькнуло что-то неуловимое – удивление, что-то теплое, глубокая признательность. Он не сказал ни слова. Просто достал браслет из коробки, расстегнул застежку и протянул его... Нилу. — Помоги, – сказал он тихо, но так, что слышно было в наступившей тишине. Нил понял. Его лицо озарила сияющая улыбка. Он взял браслет, аккуратно обернул его вокруг запястья Эндрю и застегнул. Кожаный ремешок легко встал на место. Слова "Я здесь" смотрели в мир. Эндрю повернул запястье, разглядывая браслет, потом посмотрел на Нила и кивнул. Всего один кивок. Но для Нила он значил больше любых слов. — Это... офигенно, – прошептал Ники, нарушая тишину. — Да уж, – ухмыльнулся Кевин. – Миньярд теперь с биркой. Эндрю бросил на него убийственный взгляд, но пальцы его правой руки легонько коснулись новой кожаной полоски на левом запястье. Защита. Принадлежность. Обещание. Все в одном. Подарок Нила Эндрю стал кульминацией вечера. Потом были еще подарки, смех, объедки еды, тихие разговоры в уголках. Кто-то снова включил музыку, потише. Эрик и Ники мыли посуду, мирно споря о правильном способе замачивания сковородок. Джереми и Жан уютно устроились с Рене на диване, разглядывая ее коллекцию пряничных шедевров. Мэтт и Дэн танцевали медленный танец посреди кухни под какую-то старую рождественскую песню. Аарон дремал в кресле, а Кевин, сидя рядом на полу, листал новый каталог спортивного инвентаря. Эндрю и Нил стояли у большого окна, глядя на заснеженный кампус и мигающие огни Пальметто. Нил чувствовал тепло тела Эндрю рядом и легкое прикосновение кожаного браслета к своей руке, когда их пальцы снова сплелись. В окне отражались огни ёлки, смеющиеся лица друзей и их собственные силуэты – близкие, спокойные, дома. Сочельник подходил к концу, наполненный до краев едой, смехом, легкой усталостью и тем самым необъяснимым комфортом, который могла дать только эта безумная, своенравная, но бесконечно родная Лисья семья. Завтра будет Рождество, но этот вечер, этот момент тишины и понимания у окна, с кожаным обещанием на запястье и рукой любимого человека в своей – это и было самое главное чудо.