FETISH

Кампус университета был в самом разгаре дня. Студенты шли на занятия, отдыхали на траве, смеялись и обсуждали лекции. Чонгук сидел на низкой скамейке у главного входа и смотрел на здание, явно в ожидании. Он был одет ярко и дерзко, как всегда: обтягивающие черные джинсы с рваными коленями, свободная черная футболка, под которой чуть виднелась татуировка на ключице, и цепочка на шее. Его светлые, почти белые волосы падали на лоб небрежными прядями, и в ухе поблескивал серебряный пирсинг. Чонгук смотрел на дверной проем, и вот, наконец, Тэхён появился. Высокий и стройный, в спортивных штанах и толстовке, с рюкзаком на одном плече, он спокойно шел, слегка наклонив голову к омеге, идущему рядом, который что-то оживленно рассказывал ему, улыбаясь. Тэхён слушал с неизменной вежливостью, слегка кивая и иногда улыбаясь в ответ. Чонгук сжал кулаки, едва не прогрызая зубами губу от злости. Он молча наблюдал, как Тэхён пропустил того омегу вперед, придерживая для него дверь, а потом, как всегда, улыбнулся ему вежливо, когда тот поблагодарил. — Ну конечно, Ким Тэхён — образец вежливости и благородства, — пробормотал он недовольно, его сердце бешено стучало от возмущения. Едва Тэхён заметил его на скамейке, его лицо озарилось широкой улыбкой, но Чонгук не собирался так легко прощать. Тэхён спокойно подошел, не обращая внимания на мрачное выражение лица омеги. — Что за выражение, малыш? — с едва заметной усмешкой спросил он, усаживаясь рядом и бросив рюкзак на траву. Его спокойствие всегда немного сбивало Чонгука с толку, но сейчас он был полон решимости высказать все, что накопилось. — Опять с кем-то флиртовал? — омега не сдержался и сразу выдал. Его голос звучал раздраженно, он прищурился, обратив взгляд на альфу, как будто бросал вызов. — Мне просто интересно, сколько еще омег нужно обаянию Ким Тэхёна? Небось наслаждаешься этим вниманием. Тэхён усмехнулся, его спокойная уверенность раздражала Чонгука ещё больше. Но альфа, казалось, наслаждался этой вспышкой ревности, наблюдая, как лицо омеги заливается краской обиды. — Гуки, ты ведь знаешь, что я просто вежлив, — с улыбкой ответил он, глядя на него взглядом, в котором сквозила нежность. — Ты же знаешь, что я зависим от тебя. Чонгук резко встал со скамейки, скрестив руки на груди, и отступил на шаг, будто бы не желая давать Тэхёну так легко его успокоить. — Вежлив, да? Пропускаешь их вперед, улыбаешься им, отвечаешь на каждый их взгляд. И как мне при этом чувствовать себя? — он снова встретился с его взглядом, его глаза сверкали обидой. Тэхён встал и спокойно подошел к нему, не сводя глаз с его вспыхнувшего лица. Затем протянул руку и нежно поправил прядь светлых волос, закрывшую лоб Чонгука. — А тебе бы разве понравилось, если бы я был груб? Чтобы я перестал уважать других? — шепотом спросил он, его голос был мягким и обволакивающим. — Ты ведь знаешь, что я люблю только тебя. Чонгук отвернулся, чувствуя, как внутри него растет легкое смущение. Он не хотел, чтобы Тэхён был грубым, просто хотел быть для него единственным, особенным. — Да, ты любишь, а сам ведешь себя так, будто можешь так же обнимать всех, кого встретишь, — пробормотал он, пытаясь сохранить свой сердитый тон, но в его голосе сквозила уязвимость. Тэхён тихо рассмеялся, его смех раздался легким эхом. Он взял Чонгука за руку, нежно сжимая пальцы. — Ты и правда думаешь, что я могу сходить с ума от кого-то еще, кроме тебя? — Его голос был тихим, проникновенным, и Чонгук почувствовал, как ревность постепенно уступает место другой, более мягкой эмоции. — Мне нужен только ты, малыш. Знаешь, мне даже нравится, когда ты так злишься. Это напоминает мне, насколько я тебе дорог. Чонгук замер на секунду, его щеки покраснели, и он прикусил губу, будто бы не зная, что ответить. — Ладно… в следующий раз, если увижу, что ты улыбаешься кому-то еще, то… то я… — начал он, не находя слов, чтобы выразить свое раздражение, смешанное с растущим смущением. — То что? — ухмыльнулся Тэхён, еще крепче обнимая его и притягивая к себе, так что Чонгук оказался совсем рядом. — Устроишь мне очередную истерику? — А вот устрою, — вспыхнул Чонгук, отвернувшись, но не сопротивляясь. — Потому что я твой омега, и мне не нравится, что ты такой милый со всеми вокруг. Мне не нужно, чтобы ты улыбался другим. Тэхён тихо вздохнул и наклонился так, чтобы Чонгук почувствовал его дыхание у себя на щеке. — Хорошо, малыш, я буду улыбаться только тебе, — прошептал, и Чонгук почувствовал, как его сердце пропустило удар. И хотя в душе Чонгук хотел бы еще немного повозмущаться, его ревность и обида постепенно уступили место теплу и спокойствию, которые дарил ему Тэхён.

☀️☀️☀️

Когда занятия закончились, Тэхён, как всегда, молча взял рюкзак Чонгука и закинул его себе на плечо. Теперь у него висело два рюкзака — свой и Чонгука. Омега только скрестил руки на груди и фыркнул, хотя в глубине души ему было приятно. — Ты бы хоть раз дал мне самому нести свой рюкзак, — пробормотал он, стараясь, чтобы его слова звучали не слишком довольными. — У тебя и так достаточно, малыш, — с улыбкой ответил Тэхён, взглянув на него с нежностью в глазах. — Позволь мне позаботиться о тебе, ведь это делает меня счастливым. Чонгук замолчал, пряча свою смущенную улыбку. Его взгляд все еще хранил тень ревности и раздражения, но с каждой минутой он таял, особенно когда Тэхён подшучивал над ним, рассказывая забавные истории с занятий. — И вот представь, он спрашивает, через сколько эти дебилы поймут, что дверь была изначально открыта, и называет это «главной задачей дня», — смеялся Тэхён, его смех был глубоким и заразительным. Чонгук посмотрел на него с притворным удивлением. — Тэхён, я не понимаю, как ты так умудряешься запоминать все эти глупости? — Он сделал вид, что недовольно качает головой, но в его глазах блестели искорки, когда он смотрел на альфу, который так легко его смешил. — Потому что каждый момент, когда я могу тебя развеселить, стоит того, чтобы запомнить, — шепнул Тэхён, бросив на Чонгука нежный взгляд. Омега отвел взгляд, чувствуя, как по щекам пробежала легкая румяна. Он не привык, что кто-то так прямо и искренне выражал свои чувства, но именно это в Тэхёне ему и нравилось. Его альфа не боялся быть уязвимым перед ним. Когда они наконец дошли до дома, Тэхён разулся первым, всё так же держа оба рюкзака, пока Чонгук ворчливо снимал кроссовки, явно не торопясь. Тэхён снял и его рюкзак, аккуратно поставил его на полку рядом с дверью и улыбнулся. — А теперь иди садись, я что-нибудь приготовлю, — сказал он, нежно обняв Чонгука за плечи и чуть притянув к себе. Чонгук попытался сохранить независимый вид, но его сердце снова стучало сильнее, когда Тэхён с такой заботой смотрел на него. — У меня, знаешь, тоже есть руки, — попытался он протестовать, но сел на диван, как только Тэхён легонько подтолкнул его туда. — Я знаю, — усмехнулся альфа, подмигнув ему. — Но если ты сам будешь готовить, я потеряю возможность побаловать тебя. Чонгук только закатил глаза, но, наблюдая, как Тэхён ловко двигается на кухне, достает продукты и расставляет посуду, его сердце снова наполнилось теплотой. Альфа казался совершенно поглощенным тем, что делал: он аккуратно резал овощи, готовил мясо и время от времени бросал на Чонгука полный любви взгляд. — Ты сегодня у нас какой-то особенно заботливый, — заметил Чонгук, когда Тэхён, обернувшись, улыбнулся ему. — А я всегда заботливый, когда речь идет о тебе, — ответил Тэхён, его голос был мягким, почти шепотом. — Мне нравится видеть тебя довольным, спокойным… таким, как сейчас. Чонгук смущенно потупился, стараясь не выдать свои эмоции, но внутри чувствовал себя совершенно счастливым. Он тихо вздохнул и пробормотал, не поднимая глаз: — Ты и правда терпеливый. И слишком хороший для меня… Тэхён замер на мгновение, потом подошел к дивану, присел рядом с ним и взял его за руку. — Гуки, — тихо сказал, глядя прямо в его глаза, голос был полон нежности. — Не бывает «слишком хорошего» для тебя. Ты и есть мой. Каким бы ты ни был. Тебя выбрало когда-то мое сердце. Чонгук, ощутив тепло его ладони, чуть сильнее сжал его руку, как будто боясь потерять это чувство. Но привычная упрямость вернулась, и он пробурчал: — Ладно, только не вздумай баловать других. Тэхён рассмеялся, его глаза светились от счастья, и он снова обнял Чонгука, притягивая ближе, чтобы тот почувствовал его сердцебиение. — Никто, кроме тебя, мне не нужен, малыш, — прошептал, целуя его в макушку.

☀️☀️☀️

После того как Тэхён закончил готовить, он сервировал ужин на маленьком столике в гостиной, рядом с диваном, на котором устроился Чонгук. Запах еды разливался по квартире, наполняя её теплом и уютом. Чонгук все еще старался сохранить видимость лёгкой независимости, хотя внутри него разливалось тепло от того, как Тэхён о нём заботится. — Ну вот, шеф, всё готово, — с игривой улыбкой произнес Тэхён, поставив перед Чонгуком тарелку с его любимым блюдом. — Теперь наслаждайся. Чонгук взял вилку и попробовал первый кусочек, делая вид, что оценивает. Тэхён с интересом ждал его реакции, прислонившись к спинке дивана рядом с ним. — Неплохо, — произнес Чонгук с притворной строгостью, и тут же его лицо озарила лукавая улыбка. — Умеешь же ты подлизываться. Тэхён рассмеялся и нежно тронул его плечо. — Если ты доволен, значит, я все сделал правильно, — в его глазах сквозило обожание. Каждый раз, когда Чонгук смотрел на него, он видел в этих темных глазах столько любви, что у него перехватывало дыхание. Они начали ужинать вместе, и время от времени Чонгук ловил на себе взгляд Тэхёна — тот почти не отводил от него глаз, как будто не мог поверить, что его омега действительно рядом с ним. — Что ты так смотришь? — наконец не выдержал Чонгук, стараясь говорить беззаботно, хотя на щеках чувствовал лёгкое тепло. Тэхён чуть усмехнулся и отложил вилку. — Просто не могу поверить, что ты действительно здесь, рядом. Что я могу заботиться о тебе и видеть тебя каждый день, — не отрываясь взглядом от Чонгука. — Иногда мне кажется, что это просто сон. — Ой, перестань, — отмахнулся Чонгук, слегка смущенный, хотя в глубине души он чувствовал трепет от этих слов. — Если бы я хотел уйти, уже бы давно это сделал. Так что ты застрял со мной навсегда, — произнес он с притворной серьёзностью. Тэхён тихо улыбнулся и провел рукой по его светлым волосам. — Мне это только в радость, малыш, — прошептал он, его голос звучал так нежно, что у Чонгука сжалось сердце. Когда ужин был закончен, Тэхён убрал посуду, а затем снова присел рядом с Чонгуком на диван. Он взял его за руку, чуть сжав пальцы, и заглянул в глаза. — Ты ведь знаешь, что я люблю тебя? — тихо спросил, слегка наклонив голову, его взгляд был теплым и полным преданности. Чонгук отвёл взгляд, чувствуя, как по щекам разливается румянец. Он всегда знал, что Тэхён любит его, но от этих слов его сердце замирало каждый раз. Омега сделал вид, что разглядывает свои руки, но не смог сдержать легкую улыбку. — Ну, если честно… я иногда в этом сомневаюсь, — тихо ответил, надеясь, что его слова прозвучат не слишком серьезно, но в глазах Тэхёна тут же отразилось легкое беспокойство. Тэхён приблизился к нему, его лицо было серьезным, но голос оставался мягким. — Что заставляет тебя сомневаться? — спросил, чуть сильнее сжав его руку. — Если я что-то сделал не так, я хочу это исправить. Чонгук быстро поднял взгляд и поспешил его успокоить. — Нет, это я так… просто иногда ревную, — слегка усмехнулся, и его глаза сверкнули, когда он посмотрел на Тэхёна. — Просто иногда мне кажется, что ты… слишком идеален. Ты так хорошо относишься ко всем. Как мне поверить, что для тебя есть кто-то особенный, если ты всем готов помочь? Тэхён слегка покачал головой и вздохнул, его рука легла на щеку Чонгука, а взгляд стал еще более проникновенным. — Потому что ни один из них не заставляет меня чувствовать то, что чувствую к тебе, — его голос был почти шепотом. — Я с тобой — совершенно другой. Ты — моя опора, моя радость, мое вдохновение. Ты мой свет, Чонгук. Омега чуть приоткрыл рот, ошеломленный этими словами, и не мог сразу ответить. Его сердце забилось так быстро, что он даже на секунду забыл, как дышать. Он почувствовал, как теплые руки Тэхёна обвили его, притягивая ближе, и он сдался, положив голову на его плечо, чувствуя себя по-настоящему защищенным. — Хорошо… тогда я не буду больше сомневаться, — прошептал, слегка зарывшись лицом в его толстовку. — Но это не значит, что я перестану тебя ревновать. Тэхён тихо засмеялся, его грудь вибрировала от смеха, и он нежно погладил Чонгука по волосам. — Я даже не против. Это ведь значит, что я тебе тоже важен, да? Чонгук улыбнулся, почувствовав, как тепло разливается по всему его телу. — Может быть, — тихо ответил, притворно надувшись, но внутри он был абсолютно счастлив, зная, что для Тэхёна он — самый важный человек на свете.

☀️☀️☀️

Вечеринка была в полном разгаре, музыка играла громко, гости оживленно разговаривали и смеялись. Тэхён, как всегда, выглядел сдержанно, но привлекательно: черные волосы, слегка растрепанные, придавали ему стильный и загадочный вид. Он был одет просто — в белую футболку и удобные тёмные джинсы, которые подчёркивали его спортивное телосложение. Его уверенность и спокойствие выделялись, привлекая к нему внимание, и вскоре вокруг него собрались несколько омег, оживленно завязывая беседы. Чонгук стоял чуть поодаль и наблюдал за происходящим, чувствуя, как в груди медленно закипает ревность. Он выглядел ярко и дерзко: платиновые волосы были уложены небрежными прядями, а в ухе блестел пирсинг. Образ завершали узкие черные джинсы и рубашка, слегка расстегнутая у шеи, откуда выглядывала тонкая цепочка. Татуировки чуть виднелись из-под рукавов рубашки, добавляя ему бунтарского шарма. Тэхён, всегда вежливый, отвечал на вопросы омег с легкой улыбкой, но время от времени бросал короткие взгляды в сторону Чонгука, словно проверяя, что тот все еще рядом. Он вовсе не пытался привлекать внимание других, просто был слишком воспитан, чтобы не отвечать. Но это мало успокаивало Чонгука, который видел, как омеги буквально липнут к его альфе, пытаясь привлечь внимание. Сдерживая раздражение, Чонгук направился к одному из альф в комнате, с которым был едва знаком, и, начав разговор, быстро перешел к легкому флирту. Он чуть наклонялся к альфе, смотрел на него из-под полуопущенных ресниц, а в его взгляде была кокетливая искорка. Время от времени он касался его руки, легко смеясь, словно был поглощен разговором. Вскоре Тэхён заметил это. Его взгляд потемнел, но он сохранял внешнее спокойствие. Улыбаясь, он мягко извинился перед окружившими его омегами: — Прошу прощения, но я должен подойти к своему омеге. Омеги переглянулись, немного удивленные, а Тэхён уверенно направился к Чонгуку и его собеседнику. Подойдя к ним, он положил руку на талию Чонгука, чёрные волосы альфы слегка упали на лицо, придавая взгляду еще больше твердости. Чонгук ощутил напряжение в воздухе и повернулся, глядя на Тэхёна с легким вызовом. — Малыш, — тихо произнес Тэхён, его голос был твердым, но спокойным. — Думаешь, это забавно? Чонгук усмехнулся, бросив дерзкий взгляд. — Я просто… разговариваю, — ответил, чуть приподняв подбородок. — Ты ведь занят, у тебя много других омег, так что почему бы и мне не найти кого-то для беседы? Тэхён глубоко вздохнул, его глаза блеснули от легкой обиды, смешанной с ревностью. Но, вместо того чтобы спорить, он неожиданно для всех наклонился и крепко поцеловал Чонгука, прямо перед альфой и остальными гостями. Чонгук замер от неожиданности — обычно они избегали публичных проявлений нежности. Но сейчас, ощутив горячие губы Тэхёна и его руку на своей талии, он понял, что это было больше, чем просто поцелуй. Это был ответ, четкий и решительный. Когда поцелуй закончился, Тэхён чуть отстранился и, глядя Чонгуку прямо в глаза, прошептал: — Я думал, ты знаешь, что принадлежишь мне, — его голос был полон спокойной силы. — Но, кажется, мне нужно напомнить тебе. Чонгук, смущенный и слегка ошеломленный, пробормотал: — А ты тоже должен помнить, что мне не нравится, когда ты с другими омегами, — его взгляд оставался упрямым, но в глубине уже скрывалась улыбка. — Ты ведь мог бы просто уйти от них, если бы хотел. Тэхён мягко усмехнулся, его взгляд стал мягче, но все еще был серьезным. — Я просто вежлив, Гуки. Ты же прекрасно понимаешь, что я только твой? Чонгук почувствовал, как его упрямство начинает таять, но все же бросил еще один взгляд, полон лукавства. — Ну, тогда тебе стоит чаще это показывать, — пробормотал он, отворачиваясь, но тут же снова взглянул на Тэхёна, словно извиняясь взглядом. Тэхён усмехнулся и наклонился к его уху. — А еще ты прекрасно знаешь, что никому из них я не улыбаюсь так, как тебе.

☀️☀️☀️

Вечеринка подходила к своему пику, когда Тэхён на минуту отвлекся, разговаривая с кем-то из своих знакомых. Чонгук, воспользовавшись моментом, незаметно выпил больше, чем ему следовало. Он явно был раздражен всей этой ситуацией с омегами, которые крутились вокруг Тэхёна, и в глубине души хотел забыть о своей ревности, утопив её в паре коктейлей. Когда Тэхён вернулся и увидел его, он сразу понял, что омега перебрал. Чонгук слегка покачивался, его платиновые волосы растрепались, а взгляд стал немного стеклянным, но в нем все еще горела ревность. Тэхён подошёл, чтобы забрать его с вечеринки, но вдруг к нему неожиданно приблизился один из омег, который уже несколько раз пытался завязать с ним разговор в течение вечера. Омега — блондин с аккуратно уложенными волосами и дерзким взглядом — подступил к Тэхёну почти вплотную, смущенно глядя на него. — Тэхён… — нерешительно начал он, стараясь не смотреть в сторону Чонгука, который наблюдал за происходящим с возрастающим раздражением. — Знаешь, я давно хотел тебе сказать… Ты мне очень нравишься. Тэхён был застигнут врасплох и на секунду потерялся, не зная, что ответить. Он не ожидал подобного признания, и перед глазами тут же всплыл образ Чонгука — его драгоценного омеги, который сейчас стоял рядом и уже начинал закипать от ревности. — У меня есть... — начал Тэхён, подбирая слова, но не успел продолжить. Чонгук, увидев все это, сжался от ярости. Он подошел к блондинистому омеге, не скрывая агрессии. — Ты что охуел?! — выпалил Чонгук, бросив на блондина яростный взгляд, сверкающий ревностью. — Думаешь, можешь так просто подкатить к моему альфе? Блондин, явно не ожидавший такой реакции, растерянно отступил на шаг, но Чонгук, движимый выпивкой и ревностью, не собирался останавливаться. Он сделал шаг вперёд, готовый, казалось, разорвать блондина на куски. — Чонгук — Тэхён понял, что ситуация накаляется, и быстро встал между ними, положив руки на талию омеги, чтобы удержать его на месте. — Успокойся. — В смысле успокойся?! — прорычал Чонгук, его глаза сверкали, и он отчаянно пытался вырваться из рук Тэхёна. — Я вырву все пакли у этой сучки. Тэхён твёрдо удерживал его, стараясь не допустить драки, и после нескольких секунд попыток, Чонгук наконец сдался, его напряжение немного спало. — Нам пора, — спокойно, но твёрдо сказал Тэхён, поднимая Чонгука на руки, словно защищая его от окружающих взглядов. Он быстро направился к выходу, чувствуя, что оставаться здесь больше нет смысла. Когда они вышли на улицу, Тэхён вызвал такси, усадил Чонгука на заднее сиденье и, удостоверившись, что он удобно устроился, вернулся к блондинистому омеге, который все еще стоял на месте, ошеломленный происходящим. — Прости за его вспышку, — вежливо извинился Тэхён, его голос был спокоен, но в глазах мелькала решимость. — Но мои чувства к тебе — не взаимны. У меня есть омега. Омега стоял с недоумением, его глаза все еще были полны шока. Он тихо пробормотал: — Как ты вообще терпишь его? Он же… истеричка. Тэхён тихо улыбнулся, в его глазах мелькнула нежность, которой он обычно смотрел только на Чонгука. — Чтобы терпеть, нужно любить, — ответил спокойно. — Чонгук — самый красивый и лучший омега на свете, и я не позволю говорить о нем грубо. Мне с ним повезло. Омега растерянно кивнул, не зная, что сказать. Тэхён отвернулся от него и направился обратно к такси, где Чонгук уже сладко спал, опустив голову на сиденье. Тэхён тихо улыбнулся и сел рядом, бережно проведя рукой по его светлым волосам, словно успокаивая. Когда такси тронулось, Тэхён нежно шепнул, хотя знал, что Чонгук его не услышит: — Ты — самый важный для меня, малыш. Хоть и самая вредная омега на этой планете.

☀️☀️☀️

Прошла пара дней после вечеринки, и на этот раз Тэхён, всегда сильный и спокойный, сам почувствовал себя неважно. Уже с утра его лихорадило, и к полудню стало ясно, что болезнь не отступит. Чонгук, заметив, как Тэхён, с трудом сдерживая кашель, пытался заниматься своими делами, тут же вмешался. — Ты куда собрался? — строго спросил, глядя на него с прищуром. — Ты в зеркало себя видел? У тебя даже сил нет нормально стоять. Тэхён усмехнулся, стараясь скрыть слабость, но, взглянув на решительный взгляд Чонгука, смирился и тяжело опустился на диван. — Ладно, ладно… может, ты прав, — прошептал, чувствуя, как его голос ослабевает. — Просто не хочу, чтобы ты из-за меня переживал. — Слишком поздно, — бросил Чонгук, укрывая его теплым пледом и осторожно проверяя его лоб. — У тебя температура, Тэхён. Сиди здесь и не двигайся, пока я не вернусь. С этими словами Чонгук отправился на кухню, чтобы приготовить суп и найти жаропонижающие лекарства. Он чувствовал, что ревность после вечеринки все ещё тлела где-то глубоко внутри, но сейчас это не имело значения. Видя, как Тэхён нуждается в заботе, он готов был оставить все свои обиды, чтобы поддержать его. Когда суп был готов, Чонгук осторожно принес миску к дивану и поставил перед Тэхёном, помогая ему устроиться удобнее. — Ешь, пока горячий, — приказал он с легким раздражением в голосе, хотя в его глазах блестела забота. — Если ты думаешь, что я позволю тебе вот так болеть, ты сильно ошибаешься. Тэхён слабо улыбнулся и взял ложку, пытаясь не смеяться над решительным видом Чонгука. — Спасибо, малыш. Я и забыл, что ты у меня такой заботливый, — тихо сказал, наслаждаясь теплом супа. Чонгук фыркнул и закатил глаза. — Забыл? Считай, что ты заболел в наказание за то, что ты притягиваешь к себе всех подряд, — пробормотал, стараясь скрыть легкую ревность. Тэхён тихо рассмеялся, чувствуя, как от слов Чонгука ему становится теплее. Даже когда омега был недоволен и ревновал, его любовь и забота проявлялись в каждом действии. Для него Тэхён был единственным, и эта мысль согревала его сердце. После того как Тэхён поел, Чонгук снова проверил его температуру, затем пошел за компрессом, чтобы сбить жар. Он был полностью сосредоточен на заботе о Тэхёне, не оставляя ему шанса хоть на минуту остаться без внимания. — Ты знаешь, ты лучший медбрат, которого можно пожелать, — прошептал, когда Чонгук, укрыв его одеялом, сел рядом, держа его за руку. Чонгук слегка покраснел, но его взгляд оставался строгим. — Так и запомни это, Ким Тэхён, — пробормотал он, глядя в сторону. — А если ты еще раз заболеешь, не буду таким добрым. Тэхён, чувствуя тепло от прикосновения Чонгука, понимал, как ему повезло. — Я каждый раз понимаю, как мне повезло, когда ты рядом, Гуки, — тихо прошептал, его голос был полон искренней благодарности. — Ты — лучшее, что случалось со мной.

☀️☀️☀️

В эту позднюю ночь, когда в квартире было тихо и их комната была едва освещена мягким светом с улицы, Тэхён почувствовал непреодолимое желание быть рядом с Чонгуком, показать ему всю глубину своих чувств. Он повернулся к Чонгуку и не удержался от нежной улыбки, глядя, как его омега спокойно дышит рядом, утопая в подушках. Но в следующий миг на его лице появилась иная эмоция — решимость. Ему захотелось показать Чонгуку, что тот принадлежит только ему, что он — его альфа и единственный, кто может так прикоснуться к нему. Тэхён осторожно наклонился к нему, его рука медленно легла на ворот рубашки Чонгука, и он начал расстегивать пуговицу за пуговицей, не отводя взгляда от его лица. Чонгук открыл глаза, слегка удивленный, но Тэхён не дал ему времени на вопросы. Он уверенно обхватил его за шею и притянул ближе, его взгляд был наполнен решимостью и огнем. Затем Тэхён впился в его губы глубоким, требовательным поцелуем, не оставляя сомнений, кто здесь главный. Его поцелуй был жадным, почти диким, в нём была сила, от которой у Чонгука перехватило дыхание. Чонгук попытался что-то сказать, но Тэхён резко положил палец на его губы, не позволяя прервать момент, затем снова склонился над ним и продолжил целовать — глубже, страстнее, с каждым разом все сильнее утверждая свое право на него. Его руки уверенно скользили по телу Чонгука, изучая каждый его изгиб, каждую линию, как будто он хотел заявить, что этот омега — его и ничей больше. Чонгук не понял, как его полностью раздели. Тэхён, не отпуская его, обхватил его бёдра, притягивая к себе ближе, и Чонгук чувствовал, как в этом движении скрыта неприкрытая сила. Его поцелуи были все более страстными и требовательными, словно он хотел оставить на Чонгуке свои отметины, чтобы тот никогда не забывал, кому принадлежит. Чонгук чувствовал, как его сердце бешено колотится под напором Тэхёна. Альфа был непривычно доминантен этой ночью — его взгляд был властным, движения уверенными и сильными, как будто он был полон решимости оставить на омеге следы своего присутствия, доказать свою привязанность и право на него. Тэхён снова наклонился, их взгляды встретились, и Чонгук прочел в его глазах то, что заставило его покраснеть, несмотря на всю его дерзость и ревность. Это была абсолютная уверенность, что Чонгук принадлежит ему. — Ты мой, — прошептал, его голос был низким и глубоким, полным спокойной, но непоколебимой силы. — Я не позволю никому даже смотреть на тебя так, как я. Каждое слово, каждый взгляд, каждый поцелуй — все это казалось Чонгуку завораживающим и всепоглощающим. Тэхён мягко провел пальцами по его шее, слегка задержавшись, затем наклонился, чтобы оставить поцелуи на его бедрах, медленные и горячие. Чонгук чувствовал, как в нем поднимается волна, как каждый поцелуй Тэхёна словно разжигал огонь, который невозможно было остановить. Тэхён скользнул ладонью по его спине, чувствуя каждый изгиб его тела, каждое напряжение, затем снова встретился с его взглядом и тихо прошептал: — Запомни это, Гуки. Никто не сможет трогать тебя так. Чонгук, улавливая в словах Тэхёна непоколебимую решимость, затаил дыхание. Он чувствовал себя уязвимым, но в то же время защищенным — как будто он мог позволить себе отпустить все сомнения и полностью довериться Тэхёну. Его альфа не просто проявлял доминантность, он словно заявлял каждому взгляду и жесту, что Чонгук — его единственный и бесконечно ценный омега. Тэхён продолжил покрывать его шею жадными, но в то же время бережными поцелуями, оставляя легкие следы своих прикосновений. Его руки скользили по заднице Чонгука, словно запоминая каждую деталь, каждый изгиб и каждую реакцию. Он легко погрузился в омегу, прижался к нему сильнее, и их дыхания переплелись, наполняя комнату тихими вздохами, полными предвкушения и желания. Чонгук ощутил, как его собственное тело отвечает на каждое движение Тэхёна — он не пытался сопротивляться, а наоборот, поддавался этому напору, позволяя себе раствориться в этом моменте. Тэхён, чувствуя это, с особой нежностью взял его за руку, переплетая их пальцы, и шепнул, не отводя взгляда: — Ты — мой. Тэхен двигался резко и быстро, но он знал, что Чонгуку не больно. Тот хныкал в свою очередь от удовольствия. Ким переворачивал податливого омегу как ему удобно и вбивался до его сорванных криков. В сексе они менялись местами. Тэхен становился доминантным собственником, а Чонгук невероятно послушным. Только поскуливал подставляя задницу лишь одному единственному альфе. – Я – твой.