Один Человек, Которому Опасно быть одному

      Сон — вещь интересная. С одной стороны — может достать из глубин сознания самые жуткие образы, разворошить память и превратить ее в своего главного врага, ведь лучше не сталкиваться с тем, что она может сделать с мнимой реальностью. А с другой, сны — проводники абсурда. Мозг пережевал и выплюнул в твое воображение информацию, которая накопилась за весь день, а то и месяц, и тебе теперь с этим жить. Теперь это жвачка представляет из себя только радужных пони, заоблачные королевства и действительно доброе утро, чего точно не может существовать в Архее.       Лололошка точно не знал, имело ли отношение сонное измерение к реальным снам, но то, что здесь иногда происходили странные вещи, присущие только им, нельзя отрицать. Почему? Небо стало белым.       Свое расследование Лололошка начал с Невера, так как считал того экспертом. Крылатый специалист однако не смог сегодня встать с кровати и даже не поинтересовался, о чем говорит парень.       Когда недовольный игнорированием Лололошка спустился с дерева, то увидел Джона, чему и улыбнулся, так как хотел пойти за ним. Тот стоял, облокотившись о ствол и задумчиво глядел на пронзающую взгляд белизну. — Если ты думаешь, что я знаю, что это, то передумай, — сказал Джон, не сводя глаз с неба. — Я надеюсь, что ты мне расскажешь, почему оно белое.       В голосе JDH звучали обвинительные нотки, будто не небо побелело, а Лололошка ему очки краской замазал. Такой ответ на незаданный вопрос очевидно никому бы не понравился. — Я не знаю, Джон, — честно ответил Лололошка. — Может это знак, что мы все ближе к объединению?       Джон дернул бровью и сжал челюсти, его поза стала более напряжённой после упоминания самого непоправимого, что могло бы с ним случиться. Небо продолжало проедать глаза, а ветви несуразно огромного дерева статично шуршать от воображаемоего ветра. — Второе — факт, а первое — глупость, — съязвил Джон. — Твое эмоциональное состояние не может так сильно повлиять на сонное измерение. Если ты, конечно, совсем с ума сходить не начал.       JDH принял свою легендарную позу, показывая ехидные глаза из под оранжевой оправы очков, а потом своеобразно сделал колесо вбок и снова встал, как будто ничего не происходило. Только Джон может вытворять подобные трюки, а потом не получать изумленные взгляды: все давно уже привыкли. Лололошка же всегда стоял на твердых ногах как метафорически, так и буквально. — А ты всё-таки я, хоть и в параллельной реальности, поэтому шанс этого не велик, симпапусик! — радостно воскликнул Джон. — К тому же, твой сон скорее почернел, или хотя бы посерел, если бы сливались в эту же секунду. Ты хоть видел мое измерение? Или не доверяешь мне? — Может не доверяю! — вылетели слова из Лололошки и упархнули вместе со всяким здравым смыслом. — Давай устроим тест на доверие. — А давай! Ты первый, — сказал Джон и встал на готове, чтобы поймать худшую версию себя.       Озорное «давай» промчалось в голове у Лололошки, и он встал на изготовку. На минуту парням стало все равно на то, зачем они и завели весь сыр бор, их больше не пугало бесцветное небо. Ни ворчание Невера, ни громкие пьянства Гимлина, ни отвары Беренгария не могли отвлечь их друг от друга.       Этот великолепный момент единства и веры венчал сам тест, который был, конечно, провален! Джон хохотал и показывал пальцем на Лололошку, который сжал зубы от боли, потирая ушибленные места. — Ты что реально думал, что я тебя поймаю, когда мы можем слиться в любой момент от прикосновения? — давился со смеху Джон. — Как хорошо, что ты не ушиб свое прекрасное личико. Оно мне очень дорого.       Лололошка, раздосадованный и злой, начал аккуратно подниматься с земли. В его кулаках засияли зеленые искорки — они в миг заполонили округу.       Земля ушла из-под ног; ни деревьев, ни островов — все исчезло. Только руки Лололошки в руках Джона остались на месте. На месте?! Белое пространство, в котором они очутились давило чем-то на самое дорогое. Парни оказались в полуприседе, удерживая равновесие в таком положении только за счет друг друга. Лололошка едко усмехался, зная, что происходит, пока до Джона только доходило.                         Повседневная одежда, как и достоинство, тоже не перенеслись в это зияющее пустотой место, потому что на них были одеты только стринги-подтяжки, заканчивающееся на их плечах. В задницу упиралось что-то стеклянное и холодное.       Джон до побеления пальцев сжал руки Лололошки, его глаза больше не скрывали непрозрачные очки, поэтому было видно все отчаяние и страх, охватившее парня. Ведь всем известно, что Джон Дэйви Харрис больше всего боится анального секса, поэтому так беспокоится, что что-то узкое может войти в его неготовый физически и морально зад. Хотя вряд ли такого бесчувственного гения можно подготовить к такому буйству эмоций и гормонов, как секс. Он импотент не по воле Божьей, а по собственному усмотрению, потому что считает себя творцом своей реальности. Посмотрим, как Бог справится со своим главным испытанием.       Лололошка умудрился разжать мертвую хватку Джона и упасть в зеленую горку искр, поддерживающих их ноги. JDH хоть и был ловким, но такого предательства предугадать по ухмылке Ло не смог из-за чистого ужаса, охватившего его тело. Трясущиеся от перенапряжения и страха коленки не выдержали и Джон приземлился прямо задницей на бутылку. Бедный парень завопил от боли и сразу вытащил орудие пыток из себя.       Настала очередь Лололошки потешаться над своей копией.       Джон сильно зажмурился и очутился у фонтана, где на самом деле изначально и находился. Он медленно встал, отряхнулся от невидимой грязи другой реальности и поморщился от того, что только что увидел.       Не такое он ожидал найти, когда проник в другое измерение за подсказками и теориями людей, которые за ним следили. После этого инцидента он заручился больше не искать там, где не ждут.