Плащ

Ладно, Дин признаёт, это была глупая мысль. Нужно было выкинуть её из головы, как только она там появилась. Она вызывала в нем возбуждённую дрожь каждый раз, когда поднималась на поверхность сознания - чаще, чем хотелось бы Дину, и не всегда в моменты, когда это уместно. Мысль была очень, очень глупой, и он никогда не озвучил бы её, если бы Кас не был таким упрямцем. Ангел заподозрил неладное около недели назад - почти сразу после того, как оно вообще образовалось. Всё это время он не хотел давить и надеялся, что Дин сам расскажет ему. Но сегодня, прождав достаточно долго и изнывая от интриги, Кастиэль решил действовать. Поэтому теперь Дин извивается и краснеет, обнажённый и вдавленный в кровать мощным телом Каса, два пальца внутри заставляют его задыхаться, горячее дыхание и мягкие губы на шее - всхлипывать. Рельефные мышцы спины танцуют под его ладонями. Ему так жарко и так хорошо. Он в нескольких секундах от того, чтобы кончить, когда ангел вдруг замедляет движение пальцев и шепчет прямо в ухо: - Скажи мне, чего ты хочешь, Дин? - Трахни меня, - выдыхает Дин, - и это всегда заставляет Кастиэля потерять рассудок - но не сегодня. - Обязательно, - шепчет он в ответ, а потом приподнимается на локте и заглядывает в глаза Дина, не вынимая пальцев, лениво проворачивая их, - Как только ты расскажешь, о чём так старательно думал в последнее время. Дин сглатывает, глаза машинально скашиваются вправо - всего на долю секунды - но этого хватает, чтобы Кас заметил и перевёл взгляд в ту сторону. Справа от них, рядом с кроватью, стоит стул, на спинке которого в несколько слоёв висит одежда Каса: сложенные надвое брюки, белая рубашка, тёмно-синий пиджак и, поверх всего этого, бежевый плащ. Кас щурится, возвращает зрительный контакт и, - вот блядство, - приподнимает бровь. И в этот момент Дин понимает, что ангел не отстанет, пока не заставит его произнести это вслух. Винчестер решает бороться. - Тебе придётся уточнить, милый, - рокочет Кас и опускается, чтобы прикусить и обвести горячим языком его сосок. Пальцы внутри расходятся в стороны, растягивая его немного сильнее. - Это... Ах! Это неважно, - хрипит он. - Я так не думаю. Давай же, доверься мне, Дин, - к двум пальцам прибавляется третий, и Кас двигает ими глубоко и медленно и засасывает кожу на стыке плеча и шеи, причиняя ровно столько боли, сколько нравится Дину. Это много, но недостаточно, чтобы Дин мог кончить, пернатый сукин сын прекрасно это осознаёт. - Я... Я хочу... Кас! - пальцы внутри мимолётно касаются простаты, и это заставляет Дина выгнуть спину. Он пачкает их животы предсеменем. Это так близко к тому, чтобы Дин сдался. Кас двигает бёдрами, и их стоящие члены проезжаются друг по другу, пальцы свободной руки ангела захватывают его сосок, а зубы впиваются в горло, и ощущений слишком, слишком, слишком много, и Дин выкрикивает: - Я хочу надеть твой плащ! Браво, Дин, отличная борьба, просто, блять, легендарная. Кас отстраняется, снова заглядывая в его глаза, нависая над ним. Его волосы растрепаны сильнее обычного, зрачки почти полностью поглотили радужку, розовый язык пробегается по губам. Он смотрит на Дина так, будто видит под собой произведение искусства. - Сейчас? - рычит он, и внезапно Дин жалеет, что столько времени не говорил ему об этом. - Да. - Сделай это, - приказывает Кастиэль и чуть привстает, пальцы плавно выскальзывают из Дина, чтобы дотянуться до стула с плащом. Дин садится и дрожащими руками забирает его у ангела. Ткань плаща бежевая и мягкая в его руках, и она пахнет озоном и хвоей, когда Дин зарывается в неё лицом. Он думает о том, сколько всего пережила эта вещица за много лет, и, пусть это не тот самый первый плащ Джимми Новака, список всё равно получался немалый. Наверное, даже лучше, что этот плащ никогда не принадлежал никому, кроме ангела. Отняв плащ от своего лица, Дин встречает взгляд Каса: прямой, возбуждённый, но при этом до невозможности нежный. Дин просовывает руку в широкий рукав, Кастиэль помогает ему надеть второй, и Винчестер почти тонет внутри - физически Дин чуть крупнее Каса, но тренч всё равно сидит на нём довольно свободно. - Тебе идёт, - с мягкой улыбкой говорит Кас, и Дин снова краснеет, хотя был уверен, что стать более красным невозможно. Чуть оправив подол, Дин снова ложится головой на подушку. Ткань плаща обнимает его спину и плечи, пояс щекочет внутреннюю сторону бедра, воротник задрался, и Дин может чувствовать его затылком. В тот момент, когда Дин окончательно укладывается, Кас налетает на него с поцелуем, сразу просовывая язык в рот Дина и ловя губами его стон. Руки ангела лихорадочно блуждают по его телу под тренчем - пресс, рёбра, плечи, отпечаток ладони, спина, задница, бёдра - и чуть приподнимают его, заставляя закинуть ногу на свою талию. Дин чувствует тугую головку члена, упирающуюся в него, но знает, что Кас не войдёт, пока он не попросит вновь. - Пожалуйста, - хнычет он, как только Кас позволяет ему вдохнуть. - Ты такой невероятный, - шепчет Кас в ответ и толкается в него членом - медленно, но настойчиво, и замирает, войдя до упора. Он снова глубоко целует Дина, одной рукой упираясь в матрас возле его головы, - кулак Каса сжимает воротник плаща, и Дин едва не кончает только от этого, - а другой удерживая на весу его задницу. Первые толчки заставляют Винчестера застонать и прикусить губу Кастиэля, за что он тут же получает ответный укус - немного более сильный. Кас большой и горячий внутри него, и постепенно Дин начинает поддаваться навстречу его бёдрам, пытаясь получить его больше и быстрее. Спинка кровати стучит о стену, голова Винчестера елозит на подушке, ткань тренча собирается гармошкой под его спиной. Прикосновение члена к простате выбивает из Дина задушенный писк, он закрывает глаза и сводит брови домиком - и это то, что сносит Кастиэлю крышу: он бешено вбивается в Дина, раз за разом окунаясь в жар его тела, задевая простату с каждым толчком, чувствуя, как горячие стенки всё туже обволакивают его, слизывая солёную капельку пота с украшенной засосами шеи. Кас выходит из него и тут же кончает, пачкая спермой его бёдра и смятый плащ, сквозь его тело проходят разряды электричества, но он не даёт себе просто переждать это: Дин ещё не кончил. Кастиэль опускается ртом на его член, разом заглатывая всё, и Дин давится стоном, его бёдра механически дёргаются вверх. Кас удерживает его, прижимая руками к кровати, упирается носом в его живот и сглатывает вокруг члена до тех пор, пока Дин с криком не изливается в его горло. После он ещё немного держит член во рту, чувствуя, как он опадает, и выпускает его, прежде чем это становится слишком чувствительным. Поцеловав мягкое местечко под пупком, Кас берет с тумбочки влажные салфетки и вытирает их: Дин ненавидит ощущение липкости от высохшей спермы, а Кас ненавидит, когда Дину некомфортно. Чуть позже они обязательно сходят в душ, но сейчас нужно немного вздремнуть. Он ложится рядом и притягивает Дина в объятие. Винчестер донельзя расслаблен, улыбается сытой улыбкой и прижимается губами к шее Каса. Ангел помогает ему снять насквозь мокрый плащ, скидывает его на пол и накрывает их одеялом. - Спасибо, детка, - сонно бормочет Дин. - Всегда пожалуйста, любимый, - отвечает Кас, целуя его в макушку, и они оба проваливаются в сон.