Бордовое сияние, серое стремление

Чтобы управлять собой, используйте голову. Для управления другими используйте сердце.

Элеонора Рузвельт

Вечерний сумрак окутал студенческий городок, и лишь яркий свет фонарей разрывал темноту. Несмотря на поздний час, в воздухе витали звуки отбора в Студенческий Спортивный Клуб — крики болельщиков, свисток тренера и слишком громкий стук мяча о землю. Среди этой суеты мальчик медленно шел в сторону общежития. Было прохладно. Бордовый бомбер, словно вино, насыщенного глубокого оттенка, обнимал Кима. На спине, изящно выведенные золотыми нитями, переливались слова «Студенческий Совет». Буквы излучали уверенность и престиж. Они буквально кричали о важной роли, которую его обладатель играл в жизни университета. На одном рукаве гордо красовалась эмблема юридического факультета, на другом было вышито имя и фамилия хозяина бомбера — «Ким Тэхен». Звук уведомления вдруг раздался в тишине, нарушая ритм шагов мальчика, когда тот был уже на крыльце общежития. Он достал устройство из кармана, и яркость экрана на мгновение осветила его лицо. Ему опять пишет председатель, и опять слишком поздно. Джун. Тэ, привет. Нам нужно обсудить предстоящее открытое собрание. Как заместитель, ты знаешь насколько важно, чтобы все прошло гладко. Не забудь подготовить отчет по проектам, и давай встретимя до пар, чтобы все обговорить. Прикрепляю файлы, с которыми нужно ознакомиться, к сообщению. До завтра. Ким решил, что отвечать сейчас смысла нет. Две галочки и так уведомят Намджуна, что он в курсе и придет. Медленным шагом Тэхен поднялся по лестнице общежития. У охраны не было к нему никаких вопросов. Возвращаться поздно — побочный эффект активистов, к которому работники привыкли. Сообщение от председателя буквально не оставляло времени на подготовку, и это вызывало только сильное возмущение, но Тэхен привык к такому. Проработав в Студенческом совете год, он знал как все устроено, бессонные ночи — не самое страшное. Добравшись до своей комнаты, под номером 403, Ким зашел внутрь, тихо прикрывая дверь. Он по привычке сразу бросил рюкзак, и его взгляд тут же упал на соседа, который лениво развалился на своем месте. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием вентилятора. — Привет, Чонгук, разве ты не должен был присутствовать на отборах сегодня? — спокойно спросил Ким, снимая бомбер. Он аккуратно повесил его в шкаф рядом с серым бомбером Чона. Такой давали всем членам ССК. Тэхену нравился цвет, но винный оттенок собственного был в топ-1. Чонгук лениво приподнял голову, с полным спокойствием оторвавшись от экрана своего айфона. Было видно, что парень только вернулся с тренировки, но уже успел заскочить в душ. Волосы мокрые, футболка все та же — белая, штаны — серые, спортивные. Тэхену порой казалось, что других в его гардеробе и не было. Отчасти это правда. Взгляд Чона безмятежный, словно ему чужды все заботы мира. — А смысл? Я капитан волейбольной команды, футбол мне не интересен. — Логично. Больше сегодня не разговаривали. Они всегда обменивались лишь одними и теми же дежурными приветствиями, сухими и почти механическими. Их общение было сведено к минимому, и это невольно задевало Кима. Он искренне не понимал, как можно жить бок о бок с человеком уже второй год и не испытывать ни малейшего желания узнать о нем побольше. Ему, привыкшему к большому вниманию от доброй части университета, было сложно принять такую отстраненность. Чонгук, казалось, не испытывал никаких чувств по этому поводу. Он просто продолжал заниматься своими делами, не проявляя ни малейшего интереса к общению. Для него это была норма, естественное состояние. Тэхену хотелось понять почему их общение было таким поверхностым, и почему сосед не проявлял никакой инициативы, но ответы оставались неуловимыми, скрытыми за стеной равнодушия.

***

Потянувшись, Тэхен заметил, что кровать соседа уже пуста. Наверное, ушел на тренировку пару часов назад. Ничего в этом необычного нет. Чонгук часто вставал в самую рань и отправлялся на стадион, чтобы не терять времени. Самым странным в этом было то, что Тэхен никогда не слышал будильник, будто сосед просто по волшебству просыпался или не спал вовсе, кто его знает. Уж точно не Тэхен. В это время он собирался в одиночестве, они не пересекались. Начав привычные утренние ритуалы, Ким с удовольствием встал под освежающий душ, смывая остатки сна. Все мысли были только о предстоящем собрании. Он действительно хотел и планировал стать председателем в конце этого учебного года. Выборы не за горами. Время показать себя и начинать собирать сторонников. Ким настроен серьезно. Каждый волосок был на своем месте, и Тэхен вдыхал аромат свежести любимого одеколона с глубоким ароматом коктейля цитрусовых, наслаждаясь каждым мгновением. Утро — его любимая часть дня. В спешке Ким накинул бордовый бомбер и схватил распечатанные документы, которые могут пригодиться сегодня для обсуждения собрания, и на ходу решил пробежаться глазами по строкам, слегка вникая в суть, написанного глубокой ночью. В коридоре он умудрился столкнуться с Чонгуком, который, судя по всему, только что вернулся с тренировки, подтверждая предположения Кима. Парень выглядел уставшим, его серая футболка была пропитана потом. Тэхен даже на мгновение остановился, чтобы оценить контраст между ним и спортсменом напротив. — Привет, Ким. — послышалось со стороны парня, на что Тэхен кивнул и махнул рукой, приветствуя в ответ. Чонгук, хоть и взмыленный после тренировки, излучал энергию и силу. Его взгляд был сосредоточенным, а карие глаза искрились жизнью. На миг Тэхен поймал себя на мысли, что в этой небрежной усталости есть что-то привлекательное. Внимание Кима зацепилось за этот образ, и он невольно отметил для себя, что Чонгук, несмотря на свой усталый вид, выглядит чертовски привлекательно. Ничего удивительного. Парень был хорош лицом, да и телом. Тэхен хотел бы себе такое. — Доброе утро, Чон. Улыбнувшись дежурной улыбкой, Тэхен продолжил свой путь, осознавая, что они оба по-своему готовы покорять мир: один — сияя свежестью, другой — источая силу и решимость.

***

Тэхен, слегка запыхавшись, вошел в штаб студенческого совета. Просторное помещение встречало его гирляндой, сделанной из полароидов, на которых был каждый член их объединения. Всего Студенческий совет насчитывал 50 человек. Фотография его друга — Пак Чимина и по совместительству главного редактора студенческих СМИ держалась из последних сил. Они обязательно что-нибудь с этим сделают, но не сегодня. — Здравствуй, Тэхен, — поприветствовал Намджун, указывая на стул рядом с собой. — Рад, что ты успел. Ким Намджун — председатель Студенческого совета. Именно он решил, что Тэхен должен быть заместителем. Очевидно, что председатель видел в нем преемника, но вслух никто очевидного не озвучивал. У них были теплые отношения, но оба знали как делить личное с рабочим. Тэхен иногда мог очертить границу между ними и сделать ее практически осязаемой на некоторых собраниях или мероприятиях, совсем не в плохом смысле. Это заслуживает уважения. Джуну нравился взгляд заместителя — спокойный, иногда даже слишком, что бы ни происходило вокруг. На него можно положиться. Тэхен сел и, глубоко вздохнув, начал разговоры о важном: — Джун, у нас есть проблема. Ночью посмотрел документы и увидел запрос от администрации. — Ким протянул бумаги прямо в руки председателя —Сам знаешь, между студенческим советом и спортивным клубом давно вражда. Постоянные споры мешают нам работать на благо университета. Я думаю, нам нужно с этим что-то делать. Тем более нас на это толкает администрация. Намджун внимательно выслушал его и, слегка улыбнувшись, кивнул. Он пробежался взглядом по документам, скорее ради галочки. Его доверие Ким заслужил давно. — Ты совершенно прав. Есть предложения? Тэхен, немного поколебавшись решил выдвинуть свою идею, о которой думал в душе: — Думаю, мы могли бы организовать новое спортивное мероприятие или помочь им в организации матчей, сейчас мы этим не занимаемся, а менеджерам спортивных команд помощь не помешает. В каком формате я пока не придумал, мне нужно немного времени. — Это отличная идея, Тэ, но, думаю, если мы просто придем и предложим свою помощь менеджерам, то они воспримут это как неуважение или еще что похуже. Идея с мероприятием мне нравится больше. — спокойно сказал председатель, поправив двумя пальцами очки. — К тому же, твой сосед, который, кажется, капитан волейбольной команды, может оказать значительную помощь в этом. Тэхен внутренне напрягся при мысли о том, чтобы обсуждать что-либо с соседом, с которым у него было мало общего, но сказать такое председателю язык не повернулся. Он должен это сделать. — Хорошо, — согласился он с натянутой улыбкой на лице — Я поговорю с ним.

***

— Ты сделаешь что?! — Заткнись, Пак, на нас странно посмотрели первокурсники, которые просто пытаются поесть, а ты, — щелкнул пальцами по носу собеседника, — придумываешь большую драму. — Я то? С чего бы? — фыркнул Чимин, — Так что, ты серьезно собираешься променять меня, твоего замечательного, восхитительного, милого, а главное — скромного друга на.. — отвращение Пак даже не пытался скрыть — на потного, вонючего, еще и малолетку. Это возмутительно. Тэхен закатил глаза, стараясь сосредоточиться на тарелке с цезарем, которую с трудом успел выхватить в столовой до того, как закончился обеденный перерыв. Однако его попытки насладиться обедом оказались тщетными: Чимин, как обычно, не мог удержаться от разговоров. Тэхен лишь вздохнул, понимая, что его надежды на спокойный прием пищи разбиваются о нескончаемый поток слов друга. Ему оставалось только смириться с тем, что сегодняшний обед снова пройдет под аккомпанемент Чиминовых рассказов, которые, как всегда, не знали границ. — Еще раз, Минни, — Ким отложил вилку в сторону и взял того за руку, глядя прямо в глаза, напоминающие отдаленно тот самый взгляд кота из Шрека. — Я не собираюсь делать Чонгука своим лучшим другом, ладно? Но нам нужно с ним хотя бы поговорить о чем-то, что выходило бы за рамки «привет-пока». Я правда хочу сделать студенческую жизнь лучше, ты сам знаешь. Все на благо общества. И ты навсегда мой лучший друг. Ближе, чем ты ко мне никто не подберется, я не позволю, обещаю. — Фу, педики — доносится откуда-то сбоку, подозрительно знакомый голос. Тэхен не думает отпускать руку друга, лишь поворачивает голову на 90 градусов и встречается с карими глазами. Он может только улыбнуться этому человеку. — Если ты ревнуешь Чимина, то можешь поговорить с ним наедине, а не принижать студенческий совет, то есть нас, прилюдно, Мин Юнги. — строгим голосом медленно проговорил заместитель. Чимин абсолютно не понимал, о чем идет речь в этой запутанной ситуации, но его друг, напротив, прекрасно знал все детали. Он был в курсе, что тот самый волейболист, будучи первокурсником, пытался пройти отбор в Студенческий совет, и его мотивация была немного не стандартной. Оказалось, что вся эта затея со студсоветом была лишь прикрытием, ведь в мотивационном письме он осмелился прикрепить признание в любви к Чимину. Пак даже не подозревал, что стал источником вдохновения для кого-то, ведь тогда анкетами занимался Тэхен. Парень подумал, что его продинамили, но это заместитель Ким просто удалил письмо одним легким нажатием. Забыл бы как о страшном сне, если бы этот парень прекратил подтрунивать их время от времени. Юнги лишь промолчал, не найдя что сказать в ответ, быстро ретировался к столику спортсменов. Слишком молод и глуп. Когда дорастет до третьего курса, может, поумнеет и не будет лезть на студсовет. Тэхен на это надеется. Жизнь, как и собственная репутация должны быть дороже. — Вот придурок, — возмущается Пак и переводит заинтересованный взгляд на друга — так что, получается, теперь ты и наш сетмастер будете довольно близки? Он ничего такой, я бы его.. — Заткнись, — говорит Тэхен и засовывает младшему лист собственного салата в рот, провожая мимо проходящего капитана волейбольной команды взглядом. Чон, как обычно, был потным и в сером бомбере. Видимо, только закончилась тренеровка, очередная. — будь осторожнее, это все-таки столовая. Твои истории на ком, когда и где ты хочешь попрыгать, я еще успею наслушаться, тем более про спортсменов, но меня в это не втягивай. — С каких пор ты вообще их слушаешь? — Всегда. — Ладно, молчу, — с легкой усмешкой произнес Чимин. Вскоре внимание Пака переключилось на телефон, где одно за другим появлялись новые сообщения. Как главный редактор студенческих СМИ, Пак всегда находился в центре информационного потока. Сообщения буквально приходили отовсюду: студенческие организации, администрация, и, конечно, коллеги из редакции. Это был своего рода неизменный фон его жизни, и даже во время обеда Чимин оставался вовлеченным в круговорот событий. Этот момент не стал исключением, и Тэхен лишь мог наблюдать, как друг, с головой погруженный в свою роль, ловко балансировал между обедом и бесконечным потоком деловых сообщений. Хотя бы так замолчал, уже хорошо. Пока Чимин наслаждался едой и руганью в интернете, у Кима появилась редкая возможность погрузиться в свои размышления о возможной дружбе с соседом. Его взгляд невольно задержался на знакомом лице Чонгука, который сидел напротив него, правда, через пять столов. Это не было чем-то предосудительным, просто возможность немного понаблюдать. Соседство с Чонгуком было для него скорее формальностью — они здороваются, обмениваются короткими фразами. Теперь же, глядя на ситуацию под другим углом, Тэхен осознавал, что хочет большего. Он вообще не думал о соседе весь прошлый год. Отборы в Студенческий совет, сессия за сессией. Тот факт, что они не пересекались ни утром, ни вечером тоже подливал масла в огонь. Они были незнакомцами, живущими вместе уже год. Тэхен хотел бы стать другом Чонгуку, узнать его поближе, понять, что движет этим человеком, полным энергии. Сейчас он это осознает. Но помимо дружбы Тэхен чувствовал, что Чонгук привлекал его физически, и это чувство было новым. До этого, конечно, он замечал подтянутое тело, но в прошлом году это был первокурсник, который вечно пропадал на тренировках, Ким даже не видел его толком. За последний месяц все изменилось. Он не до конца понимал, что именно это значит, но, размышляя о возможном разговоре, Тэхен ловил себя на мысли, что не против, если между ними возникнет что-то большее, чем просто дружба. Ким не осознавал, насколько долго он смотрел на их сетмастера — Чона, пока его размышления не прервались неожиданным взглядом в ответ. Он смотрел прямо на него, и когда их глаза встретились, Чонгук, с легкой улыбкой, поднял одну бровь. Ким быстро отвел взгляд, пытаясь сделать вид, что его внимание было случайным. Это нечто новое для него — осознание, что Чонгук может заметить его интерес.