Тёплый снег для птички

      Чимин стоял у окна, наблюдая за тем, как на улице метет метель. Беспощадный ветер бросал снег горстями в окно и громко завывал. Замерзшие узоры расползались по стеклу. Чимин тяжело вздохнул. Из тоскливого состояния вырвал чуть шепелявый голос:       — Ну и чего ты вселенскую грусть развел? Ничего с нашим бешеным не случится. Будто впервые этот мальчишка задерживается.       Рядом с Чимином на подоконник ловко запрыгнул Юнги. Фамильяр вальяжно махнул хвостом, по обыкновению закатив глаза. Чимин бросил на него короткий взгляд, полный усталости.       — Дело не в опоздании: к ним я уже привык за этот совместный год. Я чувствую неладное, на душе неспокойно, понимаешь? Да и до Нового года всего час остался, — покачал головой он.       Юнги фыркнул, но с подоконника не спрыгнул. Он знал, что, когда Чимин говорит таким тоном, спорить бесполезно. Всё-таки у Цуру интуиция была развита сильнее, чем у других оборотней, да и их с Чонгуком связывала брачная метка, благодаря которой они даже настроение друг друга могли чувствовать.       — Ладно, ладно, не кипятись, — промурлыкал Юнги, потершись головой о плечо Чимина. — Может, просто пробки на дорогах? Или он встретил знакомого и просто заболтался? Прибежит, никуда не денется. Вы ведь договаривались, что в этом году снова вместе будете новогодний стол готовить.       Юнги неосознанно облизнулся, когда представил в голове еду: что поделать, а эта парочка умудрялась совместно очень вкусно готовить. Фамильяр, живя с ними, уже даже поднабрал в весе.       Чимин лишь грустно улыбнулся. Он понимал, что Юнги пытается его подбодрить, но тревога внутри лишь росла. Чувствовалось, как нить, связывающая его с Чонгуком, натягивается, словно готовая оборваться. Время шло, Цуру так и продолжал стоять истуканом и сверлить обеспокоенным взглядом снежинки. Юнги успел задремать, перекинувшись и свернувшись клубком, по-прежнему предпочитая быть в животной ипостаси. Исключения делал только для Чимина: уж очень нравилось болтать с ним, а тот, в отличие от Чонгука, не понимал его в животной форме.       Внезапно в дверь постучали. Чимин вздрогнул и поспешно отворил ее: на пороге стоял запыхавшийся Хосок, его лицо было бледным, а взгляд — полным ужаса.       — Чимин, Гуки… Он попал в беду!       Сердце Чимина ухнуло в пятки. Юнги моментально проснулся, встревоженно блеснув глазами в полумраке комнаты. Он спрыгнул с нагретого места и, выгнув спину, злобно зашипел на Хосока, словно чувствуя беду.       — Что случилось? Говори же! — выпалил Чимин, хватая старшего за плечи.       — Чонгук… Он пропал в лесу! Ушел и не вернулся! Стая прошерстила весь лес, и единственное, что удалось найти, — небольшое пятно крови. И больше никаких следов! — Хосок с трудом перевел дыхание.       Чимин почувствовал, как мир вокруг него пошатнулся. Его любимый, его Чонгук пропал и, возможно, сейчас уже находится на волоске от смерти! Не теряя ни секунды, Чимин бросился к шкафу, доставая свой плащ: зачарованный Сокджином, он позволял хоть и недолго, но находится на холоде вполне комфортно.       — Хосок, едем! У нас с ним связь, да и я, Цуру, смогу почувствовать его на большом расстоянии! Мы должны спасти Чонгука! — тараторил Чимин, укутываясь в одежду как можно плотнее.       В его голосе звучала сталь, а в глазах горел решительный огонь: он не позволит тьме поглотить того, кто стал его светом. Он вытащит Чонгука из любой передряги, даже если для этого придется сразиться с самим дьяволом. Чимин сильный! Он справится.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Пока машина неслась по заснеженной дороге, Чимина захлестнула волна воспоминаний. Вот он, еще совсем недавно, кипит от злости на Чонгука, этого неугомонного полукровку, умудрившегося заклинанием разогрева воды подпалить шторы. Которые, вообще-то, Чимину подарила мама, и он их очень любил.       Самая крупная ссора полгода назад. Они тогда из-за потребности Чимина в личном пространстве разругались не на шутку. Чонгук же, словно верный щенок, неотступно следовал за ним по пятам, и лишь благодаря мудрому вмешательству Юнги удалось найти компромисс: Чимин мог раз в неделю уединяться в библиотеке, а Чонгук терпеливо ждал его за дальним столом. Такой порядок даже пошел на пользу учебе последнему.       А как забыть ту злополучную склянку, важную для зачета Чонгука, которую Чимин разбил по неосторожности? Сколько было сокрушений, сколько горечи от заслуженной двойки и предстоящей пересдачи! Чонгук обиделся тогда на полном серьезе, но Чимин смог загладить вину нежными поцелуями и лаской.              За этот год их совместной жизни накопилось немало: радости и печали, взлеты и падения. Они делили всё на двоих, поддерживали друг друга в трудную минуту, а главное — любили до головокружения, до звёзд в глазах.       Чимин улыбнулся своим мыслям: несмотря на все шероховатости, их отношения с Чонгуком были самым ценным, что у него было. Эта связь, сотканная из споров и недопониманий, из совместных завтраков и шёпотов признаний в темноте спальни, становилась только крепче с каждым днём. Чимин чувствовал, как тепло разливается по всему телу от одной только мысли о Чонгуке, его звонком смехе, сильных руках и искренних глазах.              И сейчас, когда любимому грозит опасность, Чимин готов весь мир спалить, но спасти его. За окном мелькали заснеженные деревья, а Цуру решительно сжимал кулаки. Он знал, что всё сделает для спасения Чонгука. Но он также знал, что они справятся со всем вместе, ведь у них есть самое главное — любовь, которая сильнее любых преград. И пока она горит в их сердцах, они непобедимы, как бы их ни разделяли.       По непонятным причинам Чимин перестал волноваться. То ли от воспоминаний, что принесли тепло внутри, то ли от подсознательного знания, что с его любимым всё в порядке. Как только заехали в лес, тревога странным образом ушла из его сердца, уступая место спокойствию.       Чимин задумчиво нахмурил брови: он действительно не чувствовал угрозы, только… трепет? Да, необъяснимый трепет чего-то хорошего внутри.       Не успел Чимин обдумать это, как машина затормозила, и Хосок уже не выглядел испуганным, только лукаво улыбался.       — Приехали! Тебе туда, — он махнул рукой на расчищенную от снега тропинку.       — Ах так... Ну я ему покажу за такие шуточки! — рассвирепел Чимин и пулей вылетел из машины.       Тропинка привела разгневанного парня на красивую поляну. От необычного вида даже злость испарилась: вся поляна была увешана мягко светящимися фонариками, в центре стояла великолепно украшенная ель, перед которой стоял небольшой столик с горящими свечами. По периметру поляны переливался еле видный барьер, и стоило Чимину его пройти, как холод отступил.       — Это всё… — замешкался Цуру, осматривая снег вокруг.       — Да… Ты ведь рассказывал, как хотел бы побывать в снежном лесу, увидеть настоящую большую ель и поваляться в сугробах. Но этим мечтам мешала твоя непереносимость холода, — послышался уже такой родной голос.       Из-за пушистой красавицы вышел лучезарно улыбающийся Чонгук, одетый в мягкий свитер. Он сделал движение рукой, и вокруг Чимина закружила настоящая метель, но снежинки, как обычно, не кусались холодом, обдавая теплом.       Раньше Чонгук часто применял созданное для него, Чимина, заклинание, но оно не было таким масштабным, да и не держалось долго. Цуру и подумать не мог что, любимый задумает усовершенствовать его.       — Ты чего застыл? — насторожился Чонгук. — Давай проведем Новый Год вместе? — протянул он обе руки к своей птичке.       — Каждый Новый Год, — тихо прошептал Чимин со слезами на глазах и, больше не раздумывая, бросился в объятия Чонгука.        — Я ведь шипел, предупреждал, что обман, — раздалось привычное ворчание Юнги.       Кот зябко передергивал плечами в человеческом обличии, пока рядом стоящий Хосок не накинул на него свою куртку.       — А вы чего пришли? — удивился Чонгук, не выпуская из объятий свою драгоценность.       — Так Новый год наступил — мы поесть пришли, — закатил глаза фамильяр.       Вдалеке загрохотали салюты в подтверждение слов...       — За этот год я стал любить только сильнее, — мягко прошептал Чонгук, наклоняясь к любимым губам.       — А я за этот год обзавёлся парочкой седых перьев, — улыбнулся в ответ Чимин, притягивая полумага ближе.       Парочка слилась в нежном поцелуе под громкий смех Юнги и Хосока и громыхание салютов на улице.       Как Новый Год встретишь, так его и проведешь. И именно поэтому Чимин и Чонгук каждый год будут проживать исключительно в трепетной любви, несмотря на мелкие неурядицы.