Рассекатель грандиозной сцены

Загораются огни,

Пляшет свет прожекторов.

Насмехаются они,

Боязно кидая камень в докторов.

Ох, душа моя поёт,

Сердце танцует безобразно.

Моя слеза вам сладко лжёт.

Чуть веду себя развязно…

Не любитель поступать я грязно,

Но мне улыбка горько лжёт.

Пою, пою, пою бессвязно,

Мне надежда – как удар в живот.

Страшнее тигра или яда…

Оскорбления златом в уши льют…

Слаще вина и мармелада…

Я точно-точно-точно знаю, что они меня убьют.

Я точно-точно-точно знаю, что они могут сожгут.

Я точно-точно-точно знаю, что смертоносное забвение неизбежный мой приют.

Но это не трагедия, нет-нет, друзья мои !

Вы не видите, что извращённое, но искреннее счастье на мне вырезали вы ?

О нет, это комедия, подруги и приятели мои !

Видим, что концовка будет скромной, но потешной, заглядывая в будущее мы.

Мы не боялись, не боимся.

Вы не друзья, вы посетители,

Любимые мои привередливые зрители.

Вероятно скорого конца мы не страшимся.

Но пока огни горят и музыка седлает последние нейроны, Подари последний танец, временно небезразличный до меня игрок,

Любовь в каждом моём слове, пока вокруг нас вращаются неоны,

Ведь после не смогу: после бутылка, крыша и прыжок.

Огонь, гори.

Свирепствует свет прожекторов.

Возьми мою руку в последний раз, ну возьми…

Побыл замороченным и был по итогу таков.