Видимо, ведьма

5 лет спустя Улица. Ночь. Мокрый асфальт. Темный переулок. Перегоревшая лампочка в фонаре. Отсутствие камер. Тело. Запах крови. Разорванный живот. Отсутствие печени. Как же ей надоело обманывать коллег. Йеон стоит в бежевом пальто и сапогах на высокой подошве. На корточках у трупа вертится судмедэксперт. Место преступления, как обычно, оторвано от людского мира жёлтой лентой. К ним спешит мужчина. Увидев его, рядовые полицейские приподнимают ленту, и вскоре голубоглазый кореец оказывается рядом с Йеон. От него всегда пахнет корицей, сам он чем-то похож на булочку, и лишь недавно окончил ухаживания за Йеон, услышав её отрицательный ответ. Джи Хун, встретившийся девушке в аэропорту, вдруг оказался её коллегой, таким же детективом, с кем она теперь работала в паре. Вот уже пять лет. - Что, опять нет печени? Снова скажешь, что зверь напал? Не верю, что животные такие рассчётливые, слишком много совпадений... Темно, камер нет, район преступный. Говорю тебе, это серийник. Дело закрыть - конечно, хорошо, но я не могу этого сделать, пока не добьюсь правды. Чутьё подсказывает, что это был человек, - Джи Хун стоит, его уверенность всегда загоняет Йеон в тупик. Она знает, что он прав, но не может оставить это дело открытым. Хотя, кто ей мешает? Найдут они, кто из лисиц за этим всем стоял, и тот поплатится за свою жестокость. Но это уж точно была не работа людей, а именно за них и боялась Йеон. Что будет с полицейскими после встречи с кумихо? Есть вероятность, что уже их тела найдут следующей ночью. Йеон отпила из бумажного стакана какао. Она уже не чувствовала аромата шоколада или молока, лишь крови, смешанной с корицей. Неужели Джи Хун настолько душился, что аж перебарывал запах какао, находившегося прямо под носом девушки? Йеон глянула на коллегу мутными болотными глазами. Нет, она не может больше врать. Это и на её репутации сказаться может, а переезжать из Сеула ей пока не хочется. - Ладно, - спокойно говорит она и снова смотрит на тело. Судмедэксперт заканчивает фотографировать тело, и наконец начинает копошиться во внутренностях человека. Джи Хун смотрит на коллегу удивлённо, с его души камень падает: не нужно убеждать эту упёртую девушку, которую он так долго любил и, возможно, любит и по сей день. - Так просто? - на всякий случай переспросил детектив, опасаясь, что Йеон пошутила. - Так просто, - так же почти равнодушно сказала Йеон, на что собеседник скрестил руки на груди, продолжая прожигать в ней дыру взглядом. - Су Мин, ты точно каштанов своих не переела? - поднял одну бровь Джи Хун, кивая в её сторону. Йеон закатила глаза. Стоило ей один раз упомянуть, что собиралась найти на рынке каштаны и приготовить их так, как готовила её мама в России, как мужчина решил, что только их девушка и ест. - Просто предчувствие плохое. Ты всё равно без меня расследуешь, если я не дам согласия, и опять глупостей наделаешь. Как когда ты возомнил себя бессмертным и направился прямо в штаб местной мафии, - холодно произнесла Йеон. Должно быть, Джи Хун бросил попытки ей понравиться как раз из-за её холода, нежелания растопить лёд, боясь открыться. Она давно знала, что люди жестокие, они могут втереться в доверие, проникнуть под кожу, а затем вывернуть всё наизнанку, огласить сокровенные мечты, воплотить в жизнь страхи. Йеон слишком рано разочаровалась в людях, чтобы теперь им как-то верить. - Эй, язык за зубами попридержи... - в шутку обиделся мужчина, но долго не протянул, - Кстати, этим делом заинтересовалась какая-то газета, как её там... Наши... Современные... Городские... - Городские легенды? - Йеон перевела взгляд на коллегу. Сердце пропустило удар. - Да, точно! - он кивнул, и надежда Йеон пропала, - В участок приходила некая... Нам Джи А вроде. Просила предоставть информацию, сказала, что её издательству кажется, что здесь может быть замешана мистика... На последнем слове Джи Хун зловеще пошевелил пальцами, изображая приведение, и брови девушки свелись на переносице в напряжённо-испуганном взгляде, но она поспешила привести себя в норму, становясь непроницаемой и оставляя эмоции внутри себя. - Ты же не предоставлял им пока никакую информацию, надеюсь? - процедила Йеон, продумывая план, как бы отвязаться от этой Джи А. О ней она знала непонаслышке, еще пару лет назад пересеклась где-то, даже познакомилась, узнала о её газете. Что-то подсказывало нынешней Су Мин, что, если Джи А заинтересуется делом, то и сама его расследовать начнёт. Прямо как сделал бы Джи Хун. Ох уж эти любопытные человечки, - пронеслось в голове Йеон. - Нет, конечно, не первый год работаю, - фыркнул кореец. - Думаю, я знаю, что они могут подозревать. Есть в корейской мифологии существо, называется кумихо... - Йеон надеялась, что в мистику мужчина не верит, и её слова заставят его одуматься и не соглашаться на интервью, - Лис-оборотень. По легендам любит печень. Укусы звериные, как я тебе и говорила, с логикой тоже всё в порядке. Ты же не думаешь, что наш серийный убийца - мифический персонаж? - девушка посмотрела на задумавшегося Джи Хуна с усмешкой, но тот не смеялся. - Вполне может быть, - пожал плечами он. Улыбка тут же сползла с лица Йеон, - Я верю в мистику, если ты на это намекаешь. Всегда думал, что среди нас, обычных людей вроде меня с тобой, скрываются те, кого стоит бояться. Но они тоже должны соблюдать законы, раз уж живут в нашем мире. Йеон фыркнула. Голубоглазый подумал, что это она так отреагировала на его веру в мистику, но девушка, конечно, не из-за этого испытывала смешанные чувства. Соблюдать законы? Да, с этим она могла согласиться. Не хочешь жить по правилам людей - иди в лес. Но про то, что стоит их бояться, этих мистических существ... Йеон не могла поверить, что он так считает. Ей всегда казалось, что люди либо хотят построить мосты с такими, как она, либо уничтожить. Хотя, от страха до ненависти всё равно один шаг. - Обсудим это завтра вечером в каком-нибудь баре? - Су Мин, все твои разговоры в итоге склоняются к одному... Это ты меня споить хочешь или себя раскрепостить?.. Или просто забыть что-то? Ты и без соджу можешь рассказать мне о своих проблемах, я же твой лучший друг. Не обязательно делать это только при условии того, что я всё забуду... - Джи Хун смотрел в глаза Йеон с беспокойством, но она снова отвернулась, закрываясь. Она не готова доверить свои секреты человеку. Предложение выпить всё же было принято. Как и всегда.

***

Стук в дверь. Йеон поднимает свою ленивую задницу из-за рабочего стола. Она решила вновь пересмотреть все материалы по этому делу, в котором точно был замешан хотя бы один кумихо. А гостей у неё никогда не было, кроме одного приятнейшего соседа. Входная дверь скрипнула. Молодой человек, выглядящий на двадцать, стоял с бумажным пакетом с круассанами и улыбался. Невольно он вызвал улыбку и на губах Йеон, и та тут же впустила гостя. - Прости, не очень прибрано, у меня тут по работе проблемка появилась. Точнее, появилась она давно, а сейчас просто стала помасштабнее. Ты принёс мои любимые круассаны? А-а-а, спасибо тебе! - девушка почти взвизгнула от радости, заглянув в пакет, и засуетилась, ставя чайник, - Тебе как всегда? - Да, спасибо, - парень кивнул. Он был в обычной повседневной одежде, но всё равно казался немного мрачным, - Опять мало спишь? Йеон, я же тебе говорил, что отсутствие сна отнимает годы жизни. Как и улыбка, кстати, которую ты так недооцениваешь. - Куда уж отнимать, - девушка закатила глаза. Парень перед ней был пока единственным из тесных знакомых Йеон, знающих её настоящее имя и историю, - А у тебя всё как? Нормально? Чайный дом там не разнёс случайно? Девушка стала наливать чай. Поставив его на журнальный столик, она села на софу рядом с другом. Да, пожалуй, её слишком тянуло к смерти, раз уж она со жнецом в дружеских отношениях была. - Да, кстати... Мы так с тобой одну вещь и не обсудили, у обоих завал был. Мне начальник тайну раскрыл. Что, мол, жнецами становятся самоубийцы, и он даже смог вспомнить свою прошлую жизнь... Королём он был там, вот, видимо, почему он у нас и главный! - парень поднял палец вверх, и Йеон сделала удивлённый вид, будто не знала об этом ранее. Сложно не знать, если твой собственный брат - жнец. Долго они ещё разговаривали о душах, работе, кумихо, прошлой жизни. Йеон очень хотела, чтобы её друг вспомнил свою прошлую жизнь, но вместе с тем боялась, какое на него обрушится чувство вины за все свои грехи. Хотя, казалось бы, чья душа могла быть чернее души её брата?