Шах сердцу

I И снова какое-то томное марево, И снова ты бредишь мне в уши шуршание — О светло-голубеньких образах варево, Как просинь в пейзаже английской провинции, Нечастое. Бредишь мне в уши шуршание — Зачем это снова, зачем мне нечастое? Ты бледен, мой шелест; ты болен исканием Доверия, счастия — нет! их; скуластое, Вот это мое чуть скульптурное дикцией Не льет их. Ты так же болеешь исканием, Которого нет, как и мною? как проседью, Раскрасившей локоны «глупого чертика»? (Мои, то есть.) II Нет! потому что ведь просинью Шуршащее марево — такт, ты — аддикция, Уже поседевшая в глупого чертика, Уже поседевшая в страсти и юности. Ты видел, мой Дьявол, какие в Флоренции Мужчины, высокие, шастают струнами По бренди и жадному взгляду? Амбиция Твоя мне понятна; но ты не в Флоренции И снова убийственно, страшно изношенный, И снова ты бредишь мне в уши шуршание — Об огненно-жгучем, серебряном воженный Влечением шепот вот в этой позиции Нечистой. Все бредишь мне в уши шуршание! I Но томное марево — О светло-голубеньких Какое-то варево; О чертике глупеньких Волос — все неискренность? Наверное, Лжешь? II А «томное марево — О светло-голубеньких Какое-то варево; О чертике глупеньких Волос» — это истинность. Наверное, Лгу...