Немая любовь

ЗА ДЕНЬ ДО ПОБЕГА ЧИМИНА: Юнги сидел на краю скалы, откуда открывался вид на долину, окутанную туманом, в далёке даже не всё горы видно. Его глаза были прикованы к горизонту, но мысли блуждали далеко. Черные как самая темная ночь волосы колыхались на ветру, да они с того дня как он вознёсся стали черными, шрам так и остался, как и его недуг, недуг так и не оставив его а стал только сельнее, с каждым днём всё больше и больше пожирал его, как и говорил наставник, теперь он ходил в плаще, скрывал свое лицо, и волосы, хоть и окрас волос поменялся но его узнать легко можно, шрам этому очень поможет. Шаги за спиной он услышал сразу — легкие, почти невесомые, но Юнги знал, кто это. — Ты же знал всё, — голос Юнги прозвучал тихо, но в нем чувствовалась сдержанная ярость. Позади остановились рядом с ним. — Знал, — спокойно ответил Хосок, останавливаясь рядом. Юнги медленно повернул голову. — Ты знал, что Тэмин захочет войны. Хосок посмотрел на него с сожалением. — Знал, я же не только Владика небес, но и как подданный и советник Императора, хотя оо даже не догадывается кто я вообще. — И знал, что Чимин будет там. Хосок не ответил сразу. Его взгляд потяжелел. — Да. Юнги сжал кулаки, его голос дрогнул: — Почему ты ничего не сказал? Почему не остановил? — Ты бы послушал? Ты так был зол когда я сказал что будет война — мягко спросил Хосок. — Ты бы поверил, если бы я сказал, что судьба снова столкнет вас? — Я мог бы... я должен был что-то сделать! — Ты ничего не мог сделать, Юнги, — вздохнул Хосок. — Это не просто судьба. Это карма. Чимин... он связал себя с тобой слишком глубоко. Так же, как и ты с ним. Юнги замер, его голос сорвался: — Он не помнит меня. Он даже не знает, что я... — Может, и не помнит, — Хосок посмотрел в небо. — Но его душа помнит. Юнги опустил голову. — Я убил его в прошлой жизни, Хосок. Его кровь на моих руках. И теперь он снова страдает из-за меня. Хосок присел рядом, глядя вдаль. — А может, он страдает не из-за тебя, а ради тебя? Сам того не осознавая? Юнги резко поднял голову: — Что ты имеешь в виду? Хосок чуть улыбнулся, но в его глазах не было радости. — Чимин всегда выбирал тебя. В каждый раз. Ты правда думаешь, что на этот раз он сделает иначе? Юнги замолчал, не находя слов. — Война неизбежна, — продолжил Хосок, — Тэмин не остановится. Юнги тяжело выдохнул, его голос сорвался: — Я теперь не тот что раньше, я не генерал армии, и не чего не смогу поделать Хосок встал, глядя на Юнги сверху вниз: — Тэмин без ума от Чимина, сегодня он его чуть не взял силой, а что будет завтра Юнги? Не знаешь? А я знаю, он хочет добиться его, и сделает всё возможное, мне кажется что совсем скоро произойдет какая-то беда. Так что защити Чимина, и эту империю. На этот раз — до конца. А ещё твой наставник передал что завтра тебе на отбор учеников, и из всех кто придет ты должен выбрать хотя бы троих, ты должен их научить, пройдут даже сыновья омеги, влиятельных лиц, выбирай тех в ком ты видишь магию, с умом. Видишь хоть каплю силы. И мы оба знаем что Чимин тож захочет быть, даже если Джин постарается этому как-то помешать. Завтра будут несколько испытаний, они не слишком тяжёлые но и не легки, когда-то Генерал Мин учил только Альф, а теперь Бессмертный Мин, будет учить омег, не находишь в этом что-то забавное? Со смешком проговорил он и развернулся, и его фигура начала таять в лучах утреннего солнца. — Хосок! — окликнул его Юнги. — Почему ты мне это говоришь? — злость бушевала в Юнги, он был зол на Тэмина который посмел прикоснуться в его нежному ангелу, хотя до этого момента он и не знал что Тэмин хотел сделать, зол на то что его покою не бывать, что ему предстоит учить несносных омег, ему тогда с полна хватило, он после Чимина поклялся себе что не когда больше не возьмёт кого-то в ученики, ни омегу, ни альфу, на то что за него опять всё решили. — Потому что ты больше не тот, кем был раньше, Ты бессмертный Мин, не генерал— голос Хосока был почти неразличимым. — И потому что Чимин — не просто часть твоей судьбы. Он и есть твоя судьба, дар это или кара, решать тебе, ты должен помочь пройти ему тяжёлый путь до того как в нем полностью проснётся его сущность, нельзя чтобы повелитель демонов к нему добрался, там где сейчас я...должен быть совсем иной человек...и мы оба знаем что, если к нему доберется друг его отца, то ты знаешь что будет, всё миры рухнут, и небеса. Он баланс, он будощое всех миров. Хосок исчез, оставив Юнги одного с его мыслями. Смешно, судьба их сводит и сводит, как же он не хочет этого, хочет быть там где его не кто не достанет там где нету угнетающего чувства вины, выход только один. Юнги закрыл глаза, и на мгновение ему показалось, что он снова слышит смех Чимина — далёкий, почти забытый, но всё ещё живой в его сердце, он оттолкнет его, не подпустит к себе. СЕЙЧАС: ВО ДВОРЦЕ Тэхён стоял у окна в своих покоях тихо глядя на тёмное небо, его ладонь едва ощутимо покоилась на животе. Как будто он боялся признаться самому себе, что там растёт новая жизнь. Ещё незаметно, ещё никто не знал. Он сам узнал недавно и до сих пор не мог осознать до конца. Едва ощутимое тепло под пальцами напоминало о чуде, которое он не смел назвать вслух. Война приближалась с пугающей скоростью, а он... он носил под сердцем новую жизнь. Их с Чонгуком ребёнка. Он думал о будущем. О Чонгуке. О своих детях. Двое уже ждали его дома, они хоть и взрослые но в его голове до сих пор теплятся те образи когда —они были такие маленькие, такие тёплые, с глазами, что светились в которых плескалась детская радость и тепло, когда Чонгук подбрасывал их в воздух и ловил, смеясь, а по покоях разносился такой звонкий смех детей. Тэхён не мог представить их без отца. "А если он не вернётся? А если я останусь один с тремя детьми на руках? А если эта война заберёт у меня всё, что я люблю? Мою любовь, моего брата, мою империю, и моих друзей с семьёй, моих детей" Его пальцы сжались на ткани одежды, там где его рука покоилась, на животе. Страх его медленно но уверенно пожирал. Всё внутри тянуло его к Чонгуку — рассказать, умолять остаться. Но он знал, что это невозможно. Чонгук был воином. Героем. Он бы никогда не простил себе, если бы остался, когда его королевство нуждалось в нём, да и если Тэ скажет что носит дитя под сердцем то Чонгук будет на войне переживать ещё больше о них, и утратит бдительность. Дверь тихо скрипнула. Тэхён вздрогнул и поспешно убрал руку. — Ты опять задумался, — Чонгук вошёл в комнату и слабо улыбнулся. Тэхён быстро выпрямился, словно его поймали за чем-то запретным. — Просто… не могу уснуть. Чонгук подошёл ближе, тепло его рук скользнуло по плечам Тэхёна. — Я тоже. — В его голосе звучала усталость. — Завтра будут последние приготовления. Через три дня мы отправляемся. Тэхён напрягся, взгляд невольно метнулся к его лицу. — Уже через три?... Чонгук кивнул, сжав его плечи крепче. — Мы не можем ждать. Их войска уже слишком близко. Если мы не остановим их сейчас, они разрушат всё. Тэхён молчал. Он чувствовал, как в груди разрастается паника. — А если они сильнее? — голос сорвался прежде, чем он успел его удержать. — Если они... убьют тебя? Или...или брата? Чонгук замер, а потом мягко провёл рукой по его щеке. — Тэ….. Тэхён шагнул назад, срываясь: — Нет, ты не понимаешь! У нас уже есть двое детей, они ждут тебя дома! — в его голосе зазвучал гнев, смешанный со страхом. — Они не поймут, если ты не вернёшься! Они будут спрашивать, когда отец придёт домой, и я не смогу… да они уже достаточно взрослые но..но...— его голос дрогнул, дыхание сбилось. Чонгук сглотнул, его взгляд потемнел от боли, он крепче сжал талия любимого и уткнулся носом в волосы. — Я знаю. — Он вздохнул — Я знаю, Тэ. Но если я не уйду сейчас — они придут сюда. К тебе. К детям. Я не позволю им добраться до вас. — А если они доберутся до тебя? — Тэхён не сдержался. — Если ты погибнешь, я... я не смогу без тебя! Мы не сможем! Чонгук на секунду закрыл глаза, как будто эти слова ударили его прямо в сердце, больно, очень больно, но долг, есть долг. — Я вернусь, — его голос был хриплым, но твёрдым. — Я сделаю всё, чтобы вернуться. Тэхён не верил этим словам. Не мог поверить. Он видел, как смотрели командиры за ужином — угрюмо, с тенью страха в глазах. Он знал, что эта война — почти безнадежная, зачем она им? Власть? Да не нужна она Тэ, но Тэмину нужна и похоже очень, он всё сделает но получит желаемое. Чонгук снова подошёл ближе и обнял его крепко, словно боялся, что Тэхён исчезнет. — Я люблю тебя. И наших детей. Я не позволю этой войне забрать меня. Тэхён стиснул зубы, сдерживая слёзы. "Ты не можешь этого обещать..." Но он ничего не сказал. Просто уткнулся в его грудь и слушал, как бьётся его сердце. Он запомнит этот звук. На случай, если больше никогда его не услышит, он сделает всё чтобы уберечь их очаг, всё чтобы уберечь детей, как бы там не было, а сейчас они всё семьёй проведут хорошо время в любви и счастье.