Дурман

Локи сам не заметил, как оказался в этой ситуации — расслабленно устроившись на коленях Грандмастера, позволяя чужим рукам непринужденно блуждать по своему телу, благо еще в одежде… Возможно, дело было в том причудливом коктейле с переливающимися разными цветами пузырьками, который ему услужливо поднесли. Или в странном пьянящем воздухе Сакаара, который, казалось, был пропитан чем-то одурманивающим. А может, просто накопившаяся усталость от вечных попыток обуздать контроль одержала над ним верх и наконец закономерно брала своё. Длинные, умелые пальцы Грандмастера скользили по его волосам, зачёсывая чёрные пряди назад широкими движениями, с идеальным нажимом — не слишком сильно, но достаточно уверенно, чтобы вызывать сладкую дрожь каждым прикосновением. Слегка шершавые тёплые губы правителя Сакаара то и дело лениво, но при этом особо-чувственно касались гипервосприимчивой шеи Локи, посылая прошивающие насквозь разряды удовольствия вдоль всего позвоночника. Его шёпот, наполненный собственническими нотками и совершенно неприличными, плотскими обещаниями, от которого болезненно, мучительно тянуло в паху, заставлял Локи рефлекторно выгибаться навстречу, ронять с приоткрытых тонких губ невольные тягучие стоны… таять, расплываться, подобно воску капающей свечи, сдающейся под неумолимо палящим солнцем. «К Хель всё,» — пронеслось в затуманивающимся сознании бога, когда зубы Грандмастера легонько прихватили мочку его уха, лаская самым кончиком горяче-влажного языка, а руки по-хозяйски притянули еще ближе, еще теснее к себе. Локи выдохнул, как голодный. Впервые за долгое время он позволял себе… просто отпустить. Отпустить тот извечный контроль, который пытался держать столь долго, и что давалось так невыносимо тяжело. И сейчас вместо этого разрешил себя совершенно иное — всеполно, всецело раствориться в ощущениях, покориться своей истиной природе и отдать себя, дать себя, не заботясь ни об обстоятельствах, ни о последствиях, ни о видимом унижении его личности и достоинства. Впервые за долгие годы он чувствовал себя… свободным. Свободным от ожиданий, от необходимости соответствовать, от вечной игры. Ему стало просто окончательно… плевать на всё. Пусть даже все Девять Миров падут, он этого не заметит! И именно в этот момент дверь с грохотом распахнулась, являя взору ошеломлённого Тора. «О, замечательно,» — Локи даже не потрудился изменить позу, напротив, разнеженный и разласканный, томно, словно бы напоказ прильнул к Грандмастеру всем гибким телом и медленно положил голову ему на макушку, расслабленно и почти доверчиво прижимаясь к той своей теплой, бледной с розовым щекой. Точно невольница к своему милостивому хозяину. Глаза его, уже поддёрнутые дымкой разбитой похоти, устало воззрились на брата, без единой толики какого-либо интереса, то и дело прикрываясь призывной чернотой по-женски красивых ресниц. Правитель Сакаара как ни в чём не бывало затянулся сигаретой, выпуская сиреневый дым. — Что за клоун? — с лёгкой брезгливостью вопросил Зачинатель Битвы Чемпионов, очевидно не понимающий, чем занималась его охрана. — Локи? Брат, ты жив? Что ты… что здесь происходит? — недоумение на лице Тора было почти комичным. «Боги… Тор, ну почему именно сейчас? Просто уйди», — мысленно простонал Локи, чувствуя, как приятная сладострастная нега, уже окрашенная экзальтацией тела, сменяется анемичным раздражением. — О, не волнуйся, Спарклс, — успокоил Грандмастер, отстраненно поглаживая бедро Локи через ткань по-свойски устроившейся там горячей ладонью. Локи, уже на грани, но все еще в остаточном сознании, попытался каким-то немыслимым усилием сдержать встречную дрожь. И у него… почти получилось. — Твой братик присоединится к тебе через пару минут. Мы просто… заканчиваем одно дельце. Тор переводил подозрительный взгляд с одного на другого, но появление Топаз — телохранителя Грандмастера — смотрящей на него с немым укором, наконец заставило его отступить. Как только дверь закрылась, Грандмастер мягко, но настойчиво взял Локи за подбородок, заставляя посмотреть в глаза: — Что ж, моя драгоценная змейка, — проворковал он с искусственной нежностью, от которой по телу всё равно пробежали мурашки, — придётся нам прерваться. К тому же, скоро начнётся такое захватывающее представление! Ты же не хочешь пропустить главное событие дня? Локи только устало прикрыл глаза и вздохнул, уже чувствуя, как реальность неумолимо возвращается, вытесняя то блаженное состояние, в котором он пребывал последний час. Но где-то в глубине души он знал, что ещё вернётся в эти покои, чтобы уже полностью позволить себе раствориться в странной магии Сакаара и… его правителя.