Ген ALTA. Первый курс

      Малая совещательная

      — Намджун, через две с половиной недели каникулы. Что ты будешь делать с ребятами? Сейчас даже абсолютный дурак из магического мира, а таких в магическом мире нет, понимает, что ребята формируют круг. Что он уже есть. Что мы будем делать? Это наши дети, Намджун, — тихо договаривает последнее предложение Айрин.       — Я не знаю. Пока не знаю. Пока. Но у нас есть две недели обдумать это, — говорит Намджун. — Айрин, я понимаю всё. Думаешь, нет?       — Мы бы беспокоились за любой круг. Правда. Все мы это понимаем. Но то, что в нем наши дети… Беспокойство теперь особое. Ведь там мой сын. Сын Айрин. Сын Сохён. И еще двое ребят, которые так дороги нашим сыновьям. И они все сейчас полностью беззащитны, — тихо и серьезно говорит Енджун, — теперь ведь за ними начнется охота. Самая настоящая охота. Но мы тоже сильный круг. Очень. И объявить охоту им — это объявить охоту нам. И все это понимают, я уверен. С одной только Сохён никто не захочет связываться, как с Главным Дознавателем. Она всю душу и мозг вытащит наружу, если надо будет. А за своего сына и его круг еще и с особой тщательностью. Но это не умаляет того, что надо что-то думать, что делать с детьми теперь.       — Да. Дела… — говорит Сохён. Она сидит в кресле, крутит в руке тонкий стилус цвета индиго. — Уже с аватарами начали поговаривать о круге. Я слышала на трибунах, но это только были просто предположения, которые так могли и остаться на уровне догадок и мыслей, ничем не подтвержденных. Но после их финиша… это теперь не предположения. И то, что магоизмеритель на финише показал абсолютно идентичное время на всех пятерых, даже в долях секунды, — считай что поставить официальный штамп «круг создан». Но в них еще нет пробудившегося гена. Нет магии, нет знаний… Они не смогут понять… Да и постоять за себя тоже… Что будем делать?       Все сейчас сидят в малой совещательной в главном здании Университета Единства Рас. Эстафета прошла великолепно, фурор она произвела небывалый, описания заданий, зарисовки по ним и результаты с портретами всех победивших уже в главных новостях в сети империи Ильтера, где каждый, открыв свой плангиус, сможет почитать.       — Не совсем они без знаний, — отвечает всем Намджун, — после истории с бассейном в качестве наказания я всем задал написать два реферата. Одну тему я озвучил публично перед всеми, а вот вторую сказал, что скину каждому в плангиус. Я всем задал темы насчет круга. И разрешил Тиу-Тиу, кобольду библиотеки, дать им книги по поводу круга, хотя это они должны начать проходить только на четвертом курсе.       — Хорошо как ты придумал, — с теплотой во взгляде говорит Сокджин, — значит, они хотя бы имеют представление о круге.       — Да какое это представление без магии? Пока это для них как дружба. Может, сильная дружба. Наверное, это так ощущается без Alta-гена. Вряд ли они чувствуют эту связь как-то по-другому сейчас, — предполагает Кан Хаюн. На ее волосах, как обычно, лента вместо ободка. Сегодня это белая лента с нежно-фиолетовыми нитями. Хаюн на эстафету надела черные бриджи, эффектную сиреневую футболку с V образным вырезом и ассиметричными краями внизу, на ногах кроссовки. Она всегда их носила, так как Травничество предполагает удобную обувь, и Хаюн настолько привыкла к кроссовкам, что у нее есть модели под любой аутфит, на любой тип мероприятий. Этой обуви она не изменяет.        — Думаю, император к нам пожалует скоро. Он явно не оставит этот круг без своего внимания. Совершенно очевидно, что раз они уже так друг друга чувствуют, то их магия будет сильна. Должно быть так, как я полагаю, — говорит Ким Сокджин, подносит кружку к лицу, вдыхает аромат травяного напитка. — Умммм… аромат какой. Вкусный напиток.       — Да, император, я уверена, ими заинтересуется уже совсем на другом уровне, чем в прошлый наш совместный разговор. Кстати, а кто-то задумался над тем, что нам в прошлый раз очаровательный малыш-кобольд Тэтэ говорил? О нитях. И что у наших детей они другие? — спрашивает Айрин.

***

      — Юнги, ты как? Что сказал врач? — Все парни сейчас в палате у Юнги, его правая нога лежит на совсем небольшой мягкой подставке, и вокруг крутится фиолетовое полотно искорок, плечо Юнги опоясывают фиолетовые всполохи, сам Юнги в больничной рубашке до колен лежит на широкой койке.       — Сразу и плечо подлечишь. А то оттягивал все визит к врачу. А вон как оказалось, — говорит Чимин, он садится в стул-кресло рядом с кроватью Юнги.       — Спасибо вам. Вам всем, — говорит Юнги, — вы могли меня оставить. Вам надо было…       — Прекрати. Прекрати, Юнги. Мы вместе. Ты сам так сказал. Точно так же вы все прибежали выручать меня и вытаскивать из ямы, примчались в бассейн, я тоже, тоже это невероятно ценю. И ты хочешь сказать, что я должен был пройти мимо? — возмущается Тэхён.       — Конфета, мы вместе. Мы друзья. Давайте мы все дружно уже это произнесем вслух и озвучим. Мы друзья. И мы друг друга в беде не бросаем. Ты серьезно себе там представлял, что я побегу вперед мимо тебя, лежащего со сломанной ногой? — спрашивает Чимин.       — Спасибо, — еще раз говорит Юнги.       — Брось, Юнги, правда. Мы тебя не могли оставить там на этой дорожке за сто метров от финала, да и если бы был километр, несли бы километр. Я в зоне с кубами так и слышал твой голос: «Окружность — душа геометрии. Познайте окружность, и вы не только познаете геометрию, но и возвысите душу свою…» — говорит Хосок и улыбается.       — А-а-а-а… ты тоже, да? Я миллион раз мысленно сказал: «Спасибо, Юнги». Вряд ли я бы сам догадался начать двигать всё в этой конструкции с того круга! — восклицает Тэхён.       — А я помнил твою лекцию нам о цикории, — смеется Юнги, — только благодаря тебе так быстро вышел из самой первой зоны.       — Вам тоже всем плохо стало в той избушке? Какие вы травы себе заваривали? — спрашивает Хосок.       Ребята обсуждают прошедшую Эстафету, улыбаются, радуются, все они теперь с сертификатом «GOLDEN”. Заходит врач, видит довольных парней, своего радующегося пациента и говорит: — Так, мои хорошие, расходимся. Вашему другу надо отдыхать. Придете к нему уже завтра. Ему сейчас лучше спать, чтобы наложенные чары его быстрее лечили.       Все выходят, идут по дороге. Лазарет находится на Длинной улице. Идут по улице, вот уже и общежитие номер три, где живет Хосок. Напротив столовая, на этой стороне — террасы и выход из столовой, что не мешает многим заходить здесь.       — Ну что, по домам? Или пойдем поедим? Обещали праздничное меню, — спрашивает Хосок.       — Столько сил отдали на Эстафете… Надо поесть. А потом по домам и спать. Усталость дикая после всего, — предлагает Чимин.       — Можно сразу пойти и упасть спать, а потом уже прийти поесть, — говорит свое мнение Тэхён.       — Конечно, у кого-то там Тэтэ наверняка что-то приготовил и ждёт дома, — смеется Чимин.       — У нас не из чего что-то готовить.       — А можно сейчас поесть, пойти поспать, и опять прийти поесть, — улыбаясь, говорит Чонгук, — завтра объявлен выходной. Специализаций не будет. Можем все следующие два дня отдыхать.       — В Эсфен, жаль, нельзя. Может, разрешат еще, раз выходной в субботу дали, — размышляет Чимин. — Ладно, реально, что делаем? Спать и правда хочется.       — Пойдемте есть. Все равно стоим у столовой. А потом спать как будет сладко, — всё же говорит Хосок.       — Ладно, и правда, — соглашается Чимин, — и контейнеры заберем заодно. Вдруг проспим до самого вечера.       Все дружно поворачивают к столовой и заходят в нее со стороны террас. Как обычно, в столовой стоит вкуснейший аромат еды. Многие без питомцев, что смотрится непривычно. Но участвовать в Эстафете с питомцами было нельзя, поэтому они у всех дома, ждут.       Парни идут, многие на них смотрят, делают пальцы на руке вверх, Хосок и Чонгук всем улыбнулись, Тэхён в уважении кивнул головой, Чимин помахал всем рукой.       Подходят к раздаче, сколько всего на выбор, глаза разбегаются. Здесь и так всегда вкусно кормят, но сегодня еще и по-особенному украшены все блюда и чуть богаче выбор. Все выбирают себе гарнир и мясные блюда, овощи, фрукты. К сладкому столу решают подойти чуть позже, когда поедят.       Приходят за свой стол. Тэхён ставит со своего подноса белый рис, говядину, тушеную в соусе, свежие овощи, еще он взял себе горячую закуску из баклажан и сыра. Ммммм…       — Хорошо, что все-таки зашли поесть. Оказывается, я на самом деле голодный, — поднося вилку с рисом ко рту, говорит Тэхён.       — Да-а-а, — соглашается Чимин, он с удовольствием ест пасту со свининой в соусе карри, рядом стоит овощная тарелка со спаржей и морковью. — Божественно…       Все едят, наслаждаются. Даже говорить особо не хочется, все-таки усталость дает о себе знать, но про сладкий стол они не забывают, съедают по пирожному и идут на выход, подходят к зеленому столу, читают, что можно забрать: 🟢 Каждый может взять по одному синему контейнеру и один бумажный пакет с фруктами. 🟢 Участники эстафеты дополнительно могут взять зеленый контейнер.       — Ух, как интересно, что для нас в зеленом контейнере? — спрашивает Хосок. — Столовая здесь офигенная! Я вообще не знаю, кормят где-то еще так или нет.       — Я дома так точно не ел, — говорит Тэхён. — Я многие блюда здесь впервые в жизни попробовал. Так, я значит могу взять два синих контейнера, два пакета с фруктами и один зеленый контейнер. Оххх, ничего себе. Хорошо, что магосумки всегда здесь есть. Возьму, потом верну.       Тэхён не видел, но пока он говорил, Чонгук очень внимательно на него смотрел и слушал, запоминая каждое слово, мысленно строя планы, как много всего он хочет показать Тэхёну, что видел сам, что пробовал, путешествуя по Ильтере с родителями.       — Отнесем Юнги зеленый контейнер? — спрашивает Чимин.       — Нельзя. Заберешь лишний, от кобольда получишь разговор неприятный. Не знаю как, но они все видят и знают. Юнги все равно это в лазарете дадут, — со знанием дела говорит Хосок.       — Ясно. Ладно, тогда идем по домам, — проводит рукой по своим черным волосам Чимин, берет магосумку и убирает туда контейнеры с едой и пакет с фруктами.       Чонгук идёт с Тэхёном к креслам.       — Эй, мы все устали. Я доберусь до дома. Правда. Иди домой. Отдыхай, — говорит Тэхён.       — Нет, Тэхён. Я буду спокоен, как только Ли Чану уедет отсюда. Интересно, кстати, когда это будет — Эстафета прошла. Как говорил ректор, сразу после нее Чану должен уехать в Восточный Университет.       — Может, уже вещи собирает. Иди, отдыхай. Я доеду и сразу напишу в чат. Или тебе. Что я дома и всё хорошо. Мы все сильно устали.       — Не у-бе-дишь, — улыбается Чонгук и нажимает пальцем на кончик носа Тэхёна. Ким улыбается свой теплой улыбкой: — Ладно, поехали, раз не смо-гу у-бе-дить, — садится в кресло и подносит студенческий к плангиатору.

***

      Тэхён просыпается. Не понимает сколько времени. Темно, наверное, ночь. А может, уже скоро светать будет. Смотрит в плангиус, оказывается, только полдвенадцатого, скоро полночь. Рядом спит Йоли, а Тэтэ у себя наверху. Они с Тэхёном очень уютно обустроили полюбившийся ему чердак. В доме стоит тишина.       Тэхён лежит, прокручивает у себя этот день в голове, который, как оказалось, еще не закончился. Они выиграли сертификат. Это потрясающе. Теперь у Тэхёна такие возможности с ним. Огромные! И невероятные! Год назад Тэхён и не мечтал о таком. Он просто надеялся, что поступит сюда учиться. Но то, что уже есть сейчас у него, впечатляет. Он создал сам свой сбор, и его уже одобрила Лаборатория в Министерстве Зелий, сейчас все документы отправлены на аромалампу. Куратор Ким Сокджин очень с этим помогает и действует по указанию ректора Ким Намджуна. В данный момент Тэхён ждёт решение от Министерства. Куратор сказал, что, скорее всего, понадобится не одна встреча, чтобы запатентовать новшество, но им заинтересовались, и она вызвала позитивное впечатление у многих, что парень уже считает успехом. А еще у Тэхёна есть одна идея, как ему кажется, тоже очень интересная. Но для этого нужна пикси, чтобы поподробнее расспросить ее кое о чем, и Тэхён решает ее навестить, поэтому он тянется в кровати и встает. Йоли сразу открывает глаза, рокочет что-то на своем, привлекая к себе внимание.       — Ну что, Йоли, моя синехвостая красавица, пойдем к Аниее в гости сходим? Мы ей обещали, что погуляем под луной. Надо только Тэтэ предупредить, — подходит к комоду Тэхён, достает свои худшие вещи, так как ему лезть в яму и смысла одевать что-то красивое нет.       Тэхён надевает бандану, очень уж удобно с ней, делает свой небольшой хвостик, из одежды он выбирает темные штаны и черную футболку. На всякий случай он цепляет ленту с эмблемой универа, все-таки это правило, хотя и вряд ли кто-то его увидит. Поднимается к Тэтэ наверх. Открывает дверь, ещё раз про себя отмечает, как же у Тэтэ уютно: невысокие стеллажи с книгами по правой стороне, стол с разными принадлежностями слева, напротив входной двери большое окно и под ним кровать, справа от кровати небольшая тумбочка с лампой. Тэхён ступает на ковер и подходит к кровати, присаживается на нее, кладет руку на плечо Тэтэ, чуть шевелит малыша-кобольда и тихо говорит: — Тэтэ, Тэтэ.       Тэтэ открывает глаза, трет их, присаживается в кровати и бормочет: — Что-то случилось, Тэхён, что такое? Ой. Что произошло?       — Ничего не случилось, Тэтэ, я подумал, что пойду схожу в лес. Помнишь ту яму, куда ты уже со мной ходил?       — Ту, откуда тебя в первый раз вытаскивали? — сонно спрашивает Тэтэ.       — Да. Именно.       — Пойдешь с пикси разговаривать? Ой. Маловероятно, конечно. Вот. Маловероятно.       — Та-ак. Откуда знаешь про пикси?       — Ну-у-у… Йоли сказала. Я с ней немного общаться могу. Учусь. Вот. Да. Так что это она.       — Ничего себе. Это как? Ты понимаешь язык зверей? — удивленно спрашивает Тэхён.       — Нет, не понимаю я язык зверей. Но Йоли питомец твой. И это совсем другое. Вот. Ее я понимаю. Учусь понимать. Вот. Предположительно. Можно с тобой пойти? Тоже хочу посмотреть на пикси.             — Ну пойдем, раз ты уже знаешь про нее. Пикси зовут Аниея. И она просила о ней никому не рассказывать.       — Ясно-понятно. Ты и не рассказывал. Йоли рассказала. — Тэтэ слетает с кровати, как маленький ураганчик, берет одежду, надевает легкий джинсовый комбинезон черного цвета, зеленую футболку и свой любимый колпак черного цвета с зеленым помпоном. — Я готов. Точно. Пойдем. Может, еду собой взять какую? Угостить пикси. Вот.       — Давай. Я правда не знаю, что едят пикси, — озадаченно говорит Тэхён.       — Вот. Вот и узнаем.       Тэхён, Тэтэ и Йоли спускаются из комнаты Тэтэ по лестнице вниз. Тэхён берет свою магосумку с веревочной лестницей, Тэтэ что-то быстро собирает в контейнер, отдаёт парню, и все, наконец, выходят из дома. Дорога занимает чуть дольше обычного: темно, не так хорошо видно, хотя луна и ярко светит, но света всё равно недостаточно.       — Вот уже. Да? Пришли? — спрашивает Тэтэ.       — Да, подходим. Вот тут где-то должны быть мои колышки, которые я вбивал, чтобы лестницу цеплять, — Тэхён приседает на корточки и руками проводит по земле в их поисках. — Да. Вот они.       Тэхён цепляет лестницу и спускается. Тэтэ сидит на плече. Йоли обвивает руку.       — Ух как тут. Куда мы лезем-то. Вот. Оххх, — бормочет Тэтэ. — Как же ты тут один сидел. Вот. Мой Тэхён. Я помню, как тебе страшно было. Точно. Жутко тут как. Вот. Да. А это мы еще с лестницей и с едой. Я даже бутылочку травяной настойки взял. Точно вот.       — Заботливый ты какой, Тэтэ. Умничка мой, — хвалит Тэхён, ему еще осталось несколько ступенек и всё. Все окажутся на дне ямы: — Всё. Спустились.       Тэтэ слезает с плеч Тэхёна. Парень садится на колени, наклоняется к отверстию в нижней части этой ямы и зовет пикси: — Аниея… Аниея…       Пару минут ожидания в полной темноте, бормотание Тэтэ «а может она не слышит, а вдруг не придёт, и зачем мы сюда лезли, лучше бы спали», и появляется Аниея.       — Тэхён пришел. Как замечательно, — машет переливающимися крылышками пикси Аниея. — О, а это кто тут у нас? Малыш-кобольд, ох, как удивительно, вы связаны.       — Откуда ты знаешь? Ты это чувствуешь? — спрашивает Ким.       — Я Тэтэ. Вот, — одновременно с Тэхёном говорит Тэтэ.       — Нет, я не чувствую, я вижу. Вы соединены, — порхает крылышками и расправляет свое бирюзовое платье Аниея.       — Да-а-а?? Видишь? Ох, я тоже столько всего вижу… — восторженно говорит Тэтэ. — Еще бы понимать, что я вижу. Но я учусь. Вот. Точно-точно.       — Ладно, мои хорошие, полезли наверх, — говорит Тэхён, — залезайте.       — Я мог бы в своем пространстве уйти, но с вами веселее, — говорит Тэтэ и залезает на спину Тэхёну, держась за его шею. Аниея садится рядом на плечо. Йоли как была на руке у Тэхёна, так и осталась там.       Все выбираются на поверхность, Тэтэ слезает со спины, а Аниея остается на плече.       — Куда пойдем? — бодро спрашивает Тэхён. — Погуляем?       — Да, хочется на поляну какую-нибудь, чтобы быть под светом луны, порадоваться растениям.       — Ты такая краси-и-ивая. Вот, — смущается Тэтэ и поправляет свой колпак.       — Ой, какой очаровательный малыш. Тэтэ. Имя какое красивое у тебя. И одним словом, — улыбается Аниея.       Тэтэ зарделся, взялся за лямки на своем комбинезончике: — Да, имя красивое. Вот. Тэхён выбирал. Я согласился. Мне тоже понравилось. Вот.       Все приходят на поляну. Луна освещает пространство, видны полевые цветы, ромашки, васильки, лен. Все это смотрится красивым бело-нежно-голубым-синим полем. На улице тепло, Тэхён идёт дальше, чтобы пикси насладилась красотой ночного леса.       — Тэхён, ты пробовал сон с моей пыльцой? — спрашивает Аниея.       — О, да, — говорит Тэхён и слегка краснеет, но, благо, это не особо видно. Но это он так думает, а Тэтэ сразу чувствует смущение Тэхёна и поднимает свои глаза на него. Пикси же видит, что он покраснел, так как она сидит у него на плече.       — Я вижу, что пыльца понравилась, — пропевает Аниея и звонко смеется.       — Я, кстати, тут думал. С твоей пыльцой можно было бы помогать при лечении, когда, например, нужно уснуть и чтобы человек видел хорошие сны; если при этом получать позитивные эмоции, то это способствовало бы выздоровлению. Но, наверное, это дар, и он редкий. И так нельзя, — говорит Тэхён, — хотя того количества, которое ты мне подарила в тот раз, хватило бы на сто снов где-то. Даже, может, чуть больше, ведь такая сила эмоций не нужна в лечебном сне. И пыльцу можно было бы смешать с травами успокоительными…— Пикси внимательно слушает рассуждения Тэхёна.       — Интересное какое применение моей пыльце. Никто никогда не предлагал помогать в медицине. Это так волнительно. Я обязательно подумаю об этом. Спрошу совет у Феи, — говорит пикси.       — А кто такая Фея? — спрашивает Тэтэ.       — Фея? Это как старшая у пикси. Если что-то важное нужно решить, то мы у нее совет спрашиваем.       — А она одна? У вас там? У всего народа пикси, — продолжает любопытничать Тэтэ.       — Нет, конечно. Не одна. Знаешь, как нас много? Все мы ждём, когда сможем выбраться из-под земли и жить тут, чтобы любоваться лучами солнышка и луны, — мечтательно говорит Аниея. — Мы куда-то конкретно идем гулять?       — Да. Хочу тебе кое-что показать, — загадочно говорит Тэхён.       Через какое-то время они приходят к дереву, на котором горит зеленая вязь. Она горит не ярко, слабенько. Можно подумать, что вязь сделана зеленым цветом.       — Вот, Аниея, смотри, видишь, какое странное дерево? И вязь вот это зеленая. Не знаешь, что это? — спрашивает Тэхён.       — Знаю, конечно, но не могу сказать пока тебе. У тебя нет нитей пока еще. Но могу кое-что показать, — улыбается пикси, — дотронься до дерева.       — До этих символов? — спрашивает Тэхён.       — Да.       Тэхён подносит руку к дереву, и в этот момент Тэтэ говорит:       — А тебя спасать опять не придется? Вот. А то дотронешься. А мне бежать за помощью. Вот.       — Нет. Не надо будет никого спасать. Сейчас просто будет красиво, — говорит Аниея.       Тэхён опускает руку на вязь, и теперь она светится ярко, переливается и мерцает. Аниея сползает с плеча Тэхёна на его руку, встает на ладонь и кружится. Тэтэ смотрит большими глазами на светящееся дерево: — Как красиво. И я наконец-то увидел этот цвет еще где-то, — внимательно смотрит на символы, обходит дерево с разных сторон, обходит Тэхёна, бормочет что-то себе под нос.       — Скоро светать будет. Мы уже с вами долго гуляем. Идем назад? — предлагает Тэхён.       — Да, пойдемте. Очень интересная ночь. Спасибо вам, — говорит пикси.       — Мы еще придем, — говорит Тэтэ и смотрит на пикси. — Точно-точно. Не предположительно.       — У-у-у, как это мило. Малыш Тэтэ такой очаровательный, — звонко говорит пикси, подмигивает и прячется за свое крылышко, а Тэтэ поправляет свой колпак, теребит в руках зеленый помпон и расправляет свои небольшие черные крылья, они прозрачные, но черный контур и черные прожилки мерцают в темноте.

***

      Позднее утро. Тэхён просыпается от стука в дверь. Встает и идёт сразу к двери, открывает и видит Чонгука. Тот улыбается и спрашивает:       — Прелестно как. Надо чаще заходить, чтобы ты открывал сонный.       Тэхён смотрит на себя и видит, что он в одной белой футболке и зеленых боксерах. — Ой, — поднимает смущенный, но при этом очень искристый взгляд. — Да, заходи чаще.       Чонгук тает от каждого шага Тэхёна в сторону их отношений, от каждого такого маленького признания, что не только Чонгук сходит с ума по нему, что не только Чонгуку это нужно, что Тэхён тоже идёт навстречу. Чонгук питается этими моментами и каждый складывает в свою особую копилку и перебирает, когда ложится в кровать и засыпает. И мечтает. О Тэхёне, конечно.       Ким стоит, смотрит на Чонгука, держит дверь одной рукой и не отходит, чтобы пропустить. Чонгук смотрит в искрящиеся зеленые глаза и делает шаг. Еще шаг. Тэхён наблюдает, только дыхание чуть становится учащенным, зрачки чуть расширены… великолепный вид… Чонгук записывает на подкорку себе такого Тэхёна.       Тэхён кладет руку на талию Чонгуку и притягивает его чуть ближе к себе. Они примерно одного роста, может, Ким чуть ниже, буквально на пару сантиметров. Тэхён смотрит на Чонгука, он тонет в его черных глазах. Всегда тонул. За что ему такое счастье, что такой невероятный парень обратил на него внимание и выбрал его… Тэхён не знает. Но он очень этому рад. Поэтому притягивает его еще ближе к себе и вдыхает его запах кожи на шее. Имбирь. С одной стороны, сладко-пряный аромат, но в тоже время нотка пикантности, как пахнет именно корень имбиря, оттеняет сладость. Вкусно до невозможности. Тэхён чувствует, что Чонгук прижимает его к себе сильнее, правая рука поднимается по спине, выше, выше, к затылку, в волосы Тэхёна, зажимает их чуть, отводит голову чуть назад, смотрит секунду в глаза, и их губы встречаются в поцелуе. Таком страстном и в то же время томительном, вкусном, нежном, но сильном, мурашки бегут по двум телам, которые не хотят выпускать друг друга из объятий.       Тэхён отстраняется первый. Он помнит о Тэтэ, а то, что уже начинает чувствовать Тэхён… Как бы… у Тэтэ могут возникнуть вопросы.       — Ты выспался? — спрашивает Тэхён.       — Предлагаешь поспать? — улыбаясь и не сводя глаз с Кима, спрашивает Чонгук.       — Ну-у-у-у… может, не поспать, но полежать, — Тэхён расплывается в улыбке-сердечке.       — Даже если и не хотел, то сейчас очень захотел.       Тэхён смотрит на Чонгука и медленно тянет его к кровати за руку.       «Какой будет Тэхён, когда почувствует полную уверенность в отношениях, в самом себе», — думает Чонгук. Он очень хочет это увидеть и почувствовать.       Тэхён подходит к кровати, откидывает одеяло и ложится. Держит одеяло откинутым и смотрит на Чонгука. Ждёт.       Чон снимает легкие черные льняные брюки, в которых пришел, остается в черных боксерах, которые явно показывают заинтересованность Чонгука. Тэхён хоть слегка и краснеет, но взгляд свой не отводит. Чонгук подходит к кровати и ложится, Тэхён накрывает его одеялом. Они лежат на боку и смотрят друг на друга. Чонгук проводит кончиками пальцев по скуле Тэхёна, ведет по щеке, опускается на линию челюсти, проводит по ней, ведет пальцами по шее… Сердца стучат, взгляд друг на друга, зеленые искры так завлекают черную мглу… Чонгук не выдерживает и впивается в Тэхёна поцелуем, слышит тихий стон, и его размазывает от этого звука, слышит дыхание Тэхёна, слегка прерывистое, Чонгук рукой ведет по спине и опускается на его бедро. Сжимает, притягивает к себе… Чувствует, как Тэхён тянет его за волосы, чтобы тот целовал сильнее… Языки сплетаются, ведут свой танец, никто не хочет прекращать.       Тэхён поглаживает шею Чонгука, проводит рукой по волосам, тянет их, откидывает голову парня и целует ему шею, прикусывает, раздается легкий полустон Чонгука. Да… То, что он очень хотел услышать.       Чонгук на секунду отодвигает Тэхёна, чтобы впиться страстным поцелуем, поворачивает его на спину и ложится сверху, не переставая целовать, одной рукой ведет по животу Тэхёна, вторая впивается в бедро, прижимая к себе.       — Тэ, моё яблочное солнце, Тэхён… Тэ… Если бы ты только знал, что со мной делаешь… Тэ… — заполошно шепчет Чонгук.       Тэхён учащенно дышит, обхватывает ногами Чонгука, переплетает их у него за спиной, прижимает к себе… сильнее… Напрягает мышцы тела и переворачивает Чонгука, оказываясь сверху.       — А если так, ты тоже не будешь против? Чонгуки… — шепчет Тэхён, но при этом смотрит в глаза Чонгука. Ему важно видеть глаза Чонгука, что они говорят. Но там столько обожания и чувств, что ответ не вызывает ни капли сомнений.       — Мне всё равно. Как хочешь ты, так и будет, — так же шепчет в ответ Чонгук. — Мне всё равно. Главное, что это мы. Ты и я.       — Да, — шепчет Тэхён. И переворачивает их двоих на бок.       Слышится клекот Голда и возмущенный рокот Йоли. На чердаке открывается дверь, и Тэтэ прыгает по ступенькам вниз.       Тэхён поворачивает Чонгука на спину и ложится к нему на плечо. Чонгук обнимает Тэхёна и прижимает ближе.       — Голд, Йоли, — Тэтэ привычно сразу поворачивает голову на кухонную зону, спускаясь по лестнице. — У нас Чонгуки в гостях? Мне принесли печеньки, — радостно щебечет Тэтэ и направляется в зону комнаты.       Смотрит на парней и застывает. Смотрит внимательно.       — Вы заболели? Что это вы оба в кровати? Тэхён, Чонгуку стало плохо? Не зря я начал чувствовать чего-то много странного от тебя. Такого… у-у-ух… — говорит Тэтэ.       — Нет, Тэтэ, я не заболел, — смеется Чонгук.       — Мы устали, — улыбается Тэхён, — у нас день лени. Мы не хотим вставать.       — Ясно. Понятно. Предположительно. Маловероятно. Загадочные вы. Пойду заварю травяной напиток, — смотрит на них Тэтэ и медленно уходит в кухонную зону, что-то бормоча.        — Мы теперь популярити! — раздается громкий голос Хосока. — Эй, парни, привет!! Мы теперь популярити! Вы видели, что о нас пишут в общих новостях Ильтеры? — дверь открывается нараспашку и внутрь дома заходят Хосок и Чимин. — Оу…