— Это моя месть, это мой хитрый план...

      — Ты говорил, что это срочно. — с порога начал Ранпо, осматривая кабинет своего друга. — Да! Я придумал такое, такое! Я считаю теперь себя гением! — радостно и лучезарно улыбнулся По, с искоркой в глазах, с энтузиазмом в речи. — Ого, обычно ты считаешь себя никчёмным, ни на что не способным, бездельником, а здесь... Может, это того стоит? — подходя ближе, Эдогава стал разглядывать книгу, в которой ему предоставили гулять: в лëгкой, по виду кожаной обложке с чëрным переплётом, слегка блестящими красными узорчиками и тëмными состаренными страницами. — Конечно, как ты мог подумать иначе?! — от Аллана так и веяло этой лучезарной энергией, которая лилась даже из страниц книги. — скажу сразу, он немного отличается от других. Больше ничего не скажу. — Вот это настрой! Давай, я согласен! — звонко воскликнул детектив, попутно проходясь по шёрстке Карла. Без лишних слов Эдгар активировал свою способность. Юноша оказался где-то, непонятно где. Это была комната, недурно убранная, но не и не слишком богатая. Где-то так, средне. Это было мрачное, готическое помещение. Хотя, это даже не просто помещение, это просто целое поместье! Но опять же, как можно судить лишь по одной комнате?! Ранпо тоже этого не понимал, от того и не зацикливался на одной комнате. Выйдя из комнаты все ожидания рассеялись: это просто комната, одна, посередь какой-то окраины, вернее дом, состоящий из одной комнаты. Ничего не понятно, зачем это и почему это. Но потом в виду появилось тело мужчины, мëртвое понятно дело, лежащие в кровавой траве. Поблизости никого не было, казалось, что здесь никто не живëт, кроме Эдогавы. Осторожно подойдя к телу, ведь кто знает, вдруг возле него змеи кружат или ещё кто похоже. Благо, поблизости никого не оказалось из животных и подобных тварей. « — Ну что же, приступим. — Ранпо не до конца понимал, когда он успел так начать радоваться новым трупам, его же не тянула вся эта атмосфера кладбища, как его друга. — так-с, роковой удар рядом с сердцем, несколько сломанных рëбер, отлично. Может быть, до того момента, как воткнуть острый предмет в грудную клетку, была потасовка. Но с кем, поблизости никого нет! Ничего страшного, потянем время — порадуем товарища. Но нет ни следов, ни отпечатков, убийца ибо слишком хорош, ибо ещё какой-то. » Больше нечего сказать, ибо это не в духе Ранпо, он же там не Шерлок какой-то, а сам, Эдогава Ранпо. Но вот тот резко-тëмный лес, где-то на заднем фоне, очень уж привлекает. Ну или здесь ничего нет, кроме какого-то дома и какого-то леса. В доме ничего нет, значит лес. Уже есть догадка, что убийца — это главный герой. Но эту догадку можно осудить, ведь не будет же Аллан снова расписывать ту же самую идею! Правда ведь? В лесу оказалось темно, лишь небо над головой даëт хоть какой-то свет. Становится жутковато, но ведь, не исследовав все улики, значит прийти к недостоверному суждению. Показалось кладбище. Пустое, всеми забытое, неухоженное и всякое подобное. Здесь не было людей лет наверно тридцать, того и сорок. Но это не останавливает сыщика: он подходит ближе, осматривается. Здесь, как уже было сказано, пусто. Сложно сказать, где здесь начало могилы, где конец, просто крест стоит и всё. Так, стоп, крест?! В какой он стране вообще?! Раздаëтся треск, который не принадлежит Эдогаве, ибо тот сейчас сидит и читает что-то на табличке. — Скорее всего, здесь кто-то из мертвецов ожил и убил того мужчину. — в слух рассудил Ранпо, дабы не создавать гробовую тишину, которая начинает напрягать. — это было бы в духе По-куна, ну или тут какая-то болезнь ходит, которая разрывает людям грудную… Ну это уже бред какой-то! Здесь и был какой-то пыл соперничества, ибо с обоих сторон сложно предугадать, что и от кого ожидать. Здесь может быть несколько разгадок и каждая загадочней другой. Но ведь и детектив наш не из глупого десятка. Может быть, настало время пользоваться своей способностью? Как раз, ибо в этом чëртовом лесу опять кто-то ходит! Японец не медлит больше: берëт свои окуляры и надвигается себе на нос. Сразу становиться всё понятно. — Кролики… ? Кабинет мастера озарился ярким солнечным светом, который заставил вздрогнуть животного и хозяина. Эдогава стоял несколько ошарашено, позже пришëл к некому смеху. — Что… Что ты смеёшься?! — изумился Эдгар, бегло смотря на своего соперника. — Это. Это такой неожиданный поворот! — сквозь смех объяснился Ранпо, отходя от своей радости — это ведь было элементарно. Тот мужчина был последним выжившим из псевдоучёных. На табличке я ничего не смог понять, кроме как. Ну, это тот. Синоним к слову лечебница. Учëные проводили опыты над кроликами, дабы создать из них, чëрт знает кого. Но что-то в их расчётах произошло не так, ибо они на них напали. Главный герой, спася от этой напасти: переехав в другое место. Это свидетельствует фотография на столе с видом на город. Но он приехал, напившись, забыв, что это за местностью. Тут-то его и съели, эти кролики. — у Эдогавы аж в горле пересохло от его болтовни. — в целом… А, точно, ещё одна подсказка об этом факте, несколько фото в рамке с теми кроликами и… Стоп, ты что… Плачешь? — сыщик опешил, разглядывая друга. — Нет-нет… Просто… М… — Эдди не смог связать слова, хотя в другой бы день с громкостью в голосе старался выстоять свою мнение — может. . Я просто устал. Нужен отдых. — Ну так, в чëм проблема.! — Ранпо не знал, что делать в этой ситуации, просто обнял своего друга. — Нет, не трогай меня! Прости… Просто ты… — По не мог сказать свои мысли в слух, он боялся, что станет хуже, и он не сможет разгрести проблемы. — Хорошо-хорошо.? — На самом деле, у меня есть ещё… М. Одна работа, которую мы бы могли. Раскрыть вместе. — Ты точно в том состоянии? — взволновано уточнил японец. — Да… Я справлюсь. Это произведение будет суровым… Аккуратнее. — предупредил американец, тыльной стороной ладони вытерев слëзы. Эта великая рукопись была найдена, даже меньше, чем за пять минут. Состояние морального здоровья По настораживало, но он сам предложил. Позже, двое друзей оказались в листке бумаги. Детектив сидел на кровати, на удивление в своëм привычным комплекте одежды, но чувствуя что-то иное. Что давящие где-то в… Тазу что ли? Писатель был неподалёку, где-то с каким-то шкафчиком, маленьким, но красивым. На вид его состояние было мрачноватым, но искорки в глазах было трудно не заметить. — Понял, это спальня. Неплохая, кстати. Что насчëт… — Это не детектив, друг мой. — перебил его Эдгар, зорко глянув на соперника. — А почему сначала нельзя было предупредить?! — сыщику была неприятна столь резкая новость — и что же с этого будет.! Что здесь делать будем?! — Не кричи, ты можешь прочувствовать. В тебе кое-что изменилось. Или на тебе…– Всë тем же загадочно-ровным тоном рассказывал Аллан. — Погоди, не смотри, проверить нужно! — Ранпо убедился, что его друг не смотрит и стал проверять свою теорию. Припустив бриджи, он заметил то, что ему так давит — нижнее женское бельë. — Эй! Писатель-извращенец, как тебя понимать?! — Теперь догадался, что мы должны сделать? — кудрявый парень наконец-то развернулся лицом к своему товарищу. — Обычно такое бывает, когда… Я не буду с тобой этим заниматься! — Эдогава укоризненно посмотрел на создателя этого всего, но пришло осознание, ибо, если не сделать то, что должно быть, выбраться не получится. — это подло… — Ну да, это был мой козырь. Если ты не против, я стану твоим активом, тебе, кстати, что больше нравится, когда много ласкают, или когда сразу к делу переходят? — сразу вопрос задал американец, попутно садясь на край кровати, ближе к своему подопечному. — С чего вдруг мне пассивом быть?! Я — жертва обмана и могу простить тебя, если… — поцелуй мешает договаривать фразу. Это сначала невинный поцелуй, потом же французский, шокирующий и мокрый. — Нет, ты не знаешь даже, что и как здесь. Мне будет вернее делать это и ты не ответил на другой вопрос: что нра… — Да давай к делу уже! Не нужна мне твоя ласка эта! — японец был несколько смущëн, но будучи прижатыми к кровати, эта чувство приходится гасить. — Во так бы сразу. — человек по знаку зодиака козерог заводит свои руки, холодные, на минуточку, руки, под чужие бриджи. Но ему кажется не удобным, что его подопечный видит его, поэтому он теперь лежит полу боком. — точно сразу приступить к «самой ягодке»? — Да, Господи, чего ты так понять-то не можешь?! — Эдогава цыкнул, в душе осуждая всю натуру писателя. Хотя, в тихом омуте черти водятся… Да кто же знал, что Эдгар относится к таким типам людей?! Подумать было сложно… Хотя, нет, это точно не весеннее обострение! Уже далеко не весна… Было бы ему четырнадцать, так был бы пубертат какой-нибудь. Ладно, никто не даëт, вот и лезет к друзьям. — А может быть, ты передумал уже. — Аллан отходит на недолгое время для обязательных вещичек для благоприятного и безболезненного секса. Времени на это долго не тратится. — Слушай, ты же девственник? — Это будет иметь значения? — Нет, просто, ради интереса. — По не медлит больше: открывает лубрикант, щедро смазывает свои пальцы, чувствуя дичайший холод. Затем свободной и чистой рукой он стягивает нижний комплект верхней одежды. — Эй, чего ты такой быстрый стал?! — Ранпо буквально и не заметил, как с него полностью сняли бриджи, оставляя в тех кружевных трусах. Ладно, у всех свои фетиши. — Я не вижу смысла тебе говорить о своей половой жизни. — Так это и так будет ясно, мне было лишь интересно, скажешь ли ты мне об этом. — конечно, американец догадывался, что скорее всего, это первый раз. По крайней мере, с мужчиной! Да и если бы был с женщиной, то детектив бы точно не был принимающим. Ну, сейчас будет. Отодвигая край нижнего белья в сторону, обнажая небольшое сжатое отверстие, Аллан просунул к нему один палец. Неглубоко, поначалу… Японец сморщился, проскулив и издав ещё какое-то шипение. Ему было холодно в два раза больше! — Ну, почему?! Почему именно так?! Чëртов писатель! Самому-то приятно, а о других и не думает. — бормотал Эдогава, казалось, что он ненавидит его больше, чем что-либо другое на свете! — Это начало, дальше — лучше будет. — поэт плавно двигался внутри своего друга, если сейчас его так можно назвать, порой задевая чувствительную точку, но из-за неприятных ощущений Ранпо не чувствовал что-либо ещё. После удачного захода первого, следует и второй палец. Фаланги спокойно погружаются в анус великого гения, который сейчас прикусывает свою губу. М-да, не так Эдогава представлял себе первый интимный опыт, ох, как не так. — Так значит, девственник, да? — снова спросил Эдгар, желая услышать положительный ответ. Это бы придало ему гордости. — Да, только замолчи уже! Меня бесит эти разговоры, почему ты продолжаешь меня мучать, просто заставляешь чувствовать себя униженным?! Так бы и сказал, что обиделся, нечего было устраивать спектакль… — сыщик не расслаблялся ни на минуту, хоть и слышал, что так сделать желательно. Он не мог себе позволить отдаться чувствам и забыть в удовольствии. — А зачем? Ну вот, скажу, что обиделся и что? Тут одно из двух, но всë равно кто-то будет унижен. Либо ты, либо я. Как ты понял, в данной игре я выбрал тебя. — Аллан надавил на простату, выбивая из уст Ранпо что-то более похожее на стон. — Ублюдок. — Эдогава процедил сквозь сжатые зубы, утыкаясь лицом в подушку. — Полегче, сейчас будет веселее… — По достал пальцы, и тут он подумал: а зачем надо будет использовать презерватив? Они же в произведении, в котором реальность не связанно с миром романа… Да и это послужит уроком! — Эй, вообще-то, ты меня не до конца растянул, я тебя пну, если ты… — но предложение обрывается громким вскриком, заставляя детектива прогнуться, а позже упасть на кровать, всхлипывая. Это больно, чертовски больно. И холодно, не ужасно, но холодно. — Не сжимайся, мне неприятно. — А мне, думаешь приятно?! — сыщик прошипел на своего друга, кусая свои губы, но пытаясь расслабиться. — подожди. — Если мы будем настраиваться на это долго, то где будет какая никакая месть? — Аллан играл на нервах своего подопечного… — А в самом начале зачем предлагал прелюдия?! — Думал, ты согласишься оставить об этой интимной близости хороший след, но, видно не судьба. — старший парень наконец дождался, когда его партнёр успокоиться и стал двигаться вперёд и назад. — Тогда, сделай что-нибудь сейчас, ладно? — детектив смирился с этой неприятной ситуацией, и стал искать хоть частички чего-то приятного. — Что именно? Это поза не самая подходящая для нежностей. — пиздëж. Эдгар просто перехотел, и он не намеревался ласкать сыщика сейчас… Скорее даже на оборот, но… Так разобраться, если же детективу понравится, то можно избежать проблем? Нет, это так не работает? Ну, и хуй с ним. Поэтому, По не церемонясь более стал двигаться размашистее. То есть, даже привыкнуть толком не дал, но здесь есть и плюс — чем быстрее закончим, тем скорее окажемся дома! Но Ранпо сейчас на это было наплевать, он скулил и извивался от дискомфорта, который ему доводилось терпеть, ведь не было никаких других вариантов… — Помедленнее, я всë-таки не привык к такому.! — но слова Эдогавы раздаются в никуда, когда начинается темп ещё жёстче. Сначала его обхватывают за бëдра, пододвигая ближе, а затем начинается, мягко говоря, долбёжка. Сыщик издал рваный стон, но на его удивление не замолчал. Ранпо продолжил стонать и издавать подобные этому звуки. Но ещё был близок пик его оргазма, это добавляли ещё больше искр для удовольствия. Плюсом ко всему этому то, что каждый раз, каждый новый толчок приходится по нужному комку нервов. — Ранпо-кун, ты даже не скрываешь того, что тебе нравится. — Эдгар стал интенсивнее долбиться, доходя до максимальной скорости. — Это не от удовольствия и вовсе! — Эдогава высоко пропищал и жарко кончил, пачкая постельное бельё в своëм вязкость семени. — Я, кстати, без презерватива. — Они же были у тебя! Мудак! Аллан совершил последние размашистые толчки и излился глубоко внутрь тельца сыщика. На это детектив изогнулся и рванно крикнул, глотая ртом воздух. Понятно дело, как только они окажутся в своëм реальном и привычном мире, всë будет хорошо и прекрасно, но... Их взаимоотношения больше никогда не будут такими, какими были...