Торт

— Саш, стой! Проводи Наталью Владимировну до дома, — крикнула на весь коридор моя классная руководительница и убежала на лестницу. «Почему именно я должна провожать её до дома?» — задавалась я этим вопросом, пока шла к кабинету математики. «Конечно, классная знает, что мои родители уехали на неделю на раскопки. Но мне и одной прекрасно! Ох, пакет тяжёлый, там однозначно кирпичи». Решила это и озвучить: — У вас в пакете кирпичи, да? — Конечно, Лебедева. Специально для тебя положила. Чтобы посмотреть, как ты их будешь тащить. — Я в этом и не сомневалась… Мы шли молча, меня эта тишина устраивала и тут: — Как на личном фронте? Я споткнулась, хорошо, что не упала носом об асфальт. Она придержала меня за локоть. Когда отпустила меня, мы пошли дальше, каждая думала о своём. «А вот ей какая разница? Думает, как бы вынести мозг в двойне? Ох, надо ответить на вопрос»: — Пока никого. — Хм, даже удивительно, ты такая яркая, красивая, не особо правда умная… — Что?! Я хотела этим же пакетом ее огреть! — По моему предмету уж точно. — Не всем даётся эта математика, между прочим! Я вот, стихи люблю! — Как-нибудь прочтёшь мне из своего любимого арсенала что-нибудь. — Очень в этом сомневаюсь. Я посмотрела на неё недоверчиво — я с ней даже на уроках общаться не могу, а тут — стихи читать. «Фантазёрка». Пакеты и учительница были доставлены до квартиры. — Спасибо, что помогла. Может чай с тортом? Вчера сестра приезжала, остался. «Зачем мне эта информация?» Живот предательски заурчал. — Вот и решили. Ванная там. Помыв руки, я направилась на кухню. — Чай черный, зелёный, с персиком, ромашкой…? — Просто черный. — Хорошо. — Держи. Она протянула мне чай и тарелку с кусочком торта, а себе организовала то же самое только с кофе. Мы сидели и молча кушали. — У тебя тут торт… Она протянула к моим губам свою руку и провела по ним большим пальцем. Я не могла даже двинуться с места. «Что происходит?». Она смотрела на меня, а потом подалась вперёд и поцеловала. Поцелуй был больше похож на прикосновение, такое лёгкое и невесомое. Я была в трансе. Она вернулась в изначальное положение и продолжила есть торт. Губы до сих пор ощущаюли прикосновение её губ. Недолго думая, я повторила её действия и поцеловала в ответ. Моя рука переместилась на её щёку и поцелуй из детского перерастал во что-то большее. Мое возбуждение нарастало с каждой минутой, воздуха предательски не хватало и пришлось отстраниться. У обеих глаза потемнели. «И что дальше? Надо уйти, я сделала глупость!» Я встала и уже собиралась выйти из кухни, когда меня схватили за руку, и потянули на себя. Поцелуй в шею, учительница подтолкнула меня к столу. Начала в объятиях всю трогать и сжимать, прикусила мочку уха. Какой горячий язык… — Сядь на стол, — очень хриплым голосом сказала Наталья Владимировна. Я повиновалась. Наши поцелуи были горячими, что мои трусики стали насквозь мокрыми. Я хотела большего. Её рука скользнула по моему плечу, сжала грудь и опустилась на ремень. По всему телу пробежался табун мурашек. — Я тебя хочу, Саш, — на выдохе сказала мне Наталья Владимировна. Я прижалась к женщине ещё ближе, давая согласия на всё, что она захочет. Ее пальцы вошли в меня. «О боже» Я пыталась удержаться и не упасть от нахлынувших чувств. Хватаю её за шею, голова кружится. Мне так блаженно. Она очень медленно входит и выходит не до конца, а я двигаюсь на встречу её пальцам. — Быстрее, пожалуйста! Она прикусывает мою шею. «Собственница значит…». — Ааахх! Аааааааххх. Да, пожалуйста! Я закрыла глаза, утыкаясь в её плечо и очень громко стону. — Посмотри на меня. Я хочу видеть, как тебе хорошо сейчас. Посмотри! Её холодный, строгий голос, как в школе, отрезвил меня и я взглянула на неё. В её глазах было жуткое желание мною овладеть. От этого я стала больше возбуждаться. Её движения во мне не прекращались. — Я…я скоро… Она увеличила темп, стол ходил ходуном. — Аааххх! Мхмхмх… Не могу отдышаться. Во рту все пересохло. Учительница наклонилась ко мне и поцеловала, так жадно…разорвав поцелуй, она начала спускаться на колени. Видимо, я сегодня отсюда не уйду.